А й к а з. Братья-армяне! Христиане! Перед прахом убитого единоверца я призываю вас к мести. Лучше умереть с честью, чем жить без нее. Обнажив голову перед этим прахом, я даю священный обет, что не успокоюсь до-тех пор, пока не отомщу за него, и что я, Айказ Агамян, готов отдать свою голову за честь великой армянской нации.

Г о л о с а. Да здравствует Агамян!..

К А РТИНА СЕДЬ МА Я

Комната в доме Агамяна.

Агамян сидит за столом. Входит Эйваз.

А г а м я н. А-а-а, вы пришли! Я очень рад вам, Эйваз. Здравствуйте. Садитесь. Я давно хотел вас видеть, но. почему-то вы избегаете нас. Садитесь же.

Э й в а з. У меня очень мало времени.

А г а м я н. Так вы же объявили забастовку...

Э й в а з. Объявили.

А г а м я н. Какое же у вас может быть дело?

Э й в а з. Найдется.

А г а м я н . Я слышал, что вчера на митинге здорово" крыли Саламова. Прямо по всем швам. Э й в а з. Да, крыл, но это только начало. Агамян. Держитесь, Эйваз, крепко. И не бойтесь ничего. Тут поставлено на карту все существование нашей нации. Или мы, или они.

Э й в а з. Но... Вы не забывайте, что я - солдат революции.

А г а м я н. Это ничего не значит. Прежде всего вы армянин. Везде у нас должны быть свои люди. Раз во главе одного отряда стоите вы, этим могу только гордиться. Это для меня большое обеспечение. Я знаю, что там-то у меня есть свой человек.

Э й в а з. Свой... гм. Кто же это вам свой человек?

А г а м я н. Кто?.. Вы. Во всяком случае в жилах у вас течет армянская кровь. Как бы там ни было, в тяжелую минуту вы меня и свою нацию на растерзание кровопийцам Саламовым не отдадите. А этого с меня достаточно.

Э й в а з. Смешные вещи вы говорите, господин Агамян. Для меня между вами и Саламовым нет никакой разницы. Сегодня я выступил против него, а завтра выступлю против вас.

А г а м я н. Слышать подобное заявление от армянина в момент, когда две нации стоят друг против друга и ведут борьбу не на жизнь, а на смерть! Вы- армянин, и в решительной схватке вы должны быть в окопах армян. Армянская нация вправе требовать это от своего сына.

Э й в а з. Вы не горячитесь, господин Агамян. Такими словами вы на меня не подействуете. Книга, которую я считаю истиной, не содержит в себе таких слов, как армянин и тюрок. Там есть рабочий и фабрикант. Первому я брат, второму - враг.

А г а м я н. Да, правда, ведь вы материалист.

Э й в а з. Да, я материалист.

А г а м я н. Ну, а если я удовлетворю ваш материализм, что вы тогда скажете?

Э й в а з. Вы это сделать не сумеете. Ваша природа фабриканта этого не позволит.

А г а м я н. Нет, я это сделаю. Для своей нации я готов пойти на все. (Переходя на ты). Ты - мой рабочий. Сколько получаешь? Слесарь - шестьдесят пять рублей. Ну, а если заведующий конторой и четыреста рублей? Что скажешь?..

Э й в а з. Вы очень щедры, господин Агамян.

А г а м я н. Для кого же я копил деньги, как не для вас. Все мое достояние принадлежит нации.

Э й в а з. Но этой взятки для меня слишком мало.

А г а м я н. Я могу прибавить. И кстати, это вовсе не взятка. Это для того, чтобы удовлетворить твой материализм.

Э й в а з. Вы ошибаетесь, господин Агамян, это ваш материализм, а наш материализм совсем другой.

А г а м я н. Я работаю на нацию. Я хочу выдвинуть тебя еще потому, что ты свой. Все в сторону, но ты же мне родственник.

Э й в а з. Какой же родственник?

А г а м я н. Ах да, ты еще не знаешь, ты ведь шурин моего сына.

Э й в а з. Как то есть шурин?

А г а м я н. Я же сына своего женю на твоей сестре.

Э й в а з. На моей сестре?

А г а м я н. Да, да, мой сын Айказ Агамян женится на твоей сестре Соне. После этого все мое имущество, все мои дома и промысла будут в твоем распоряжении.

Э й в а з (недоуменно). Моя сестра? Мне об этом ничего не известно. Это для меня новость.

А г а м я н. Ну, конечно! Ты не знаешь, потому что не отвечал на мои неоднократные приглашения. Но это дело не ново. Оно началось давно.

Э й в а з. Этого быть не может.

А г а м я н. Дело уже кончено. Я несколько раз отправлял в Карабах людей с подарками.

Э й в а з. И моя сестра дала согласие?

А г а м я н. Твой отец дал согласие. Отца твоего, сестру и всю семью я перевожу сюда. Помещу их в своем доме. Я уже послал за ними людей, по всей вероятности, сегодня прибудут.

Э й в а з . Этого быть не может. Моей семье нечего делать в вашем доме.

А г а м я н. Но они сегодня приезжают. Вот - телеграмма.

Э й в а з. Они не приедут. Моя сестра не выйдет за вашего сына.

А г а м я н. Не выйдет? Почему же?

Э й в а з. Потому что она вашему сыну не пара. Она, кажется, любит другого.

А г а м я н. Другого? Кто же этот другой?

Э й в а з. Она любит одного тюрка.

А г а м я н. Тюрка? И ты соглашаешься выдать свою сестру за тюрка?

Э й в а з. А почему нет?

А г а м я н. Выдать армянку за нашего кровного врага, за нашего национального врага, за врага нашей религии! Кого мы вчера хоронили? В то время, когда два противника в смертельной схватке вцепились друг другу в горло, отдать армянку в руки врагам, это-пятно, пятно на нашу национальную честь. Это - измена!..

Э й в а з. Будьте осторожны в выражениях, господин Агамян. Национальная честь! Ваша национальная честь, это - золото, карьера. Какие же они нам враги? Они так же, как и мы, несут на плечах тяжелые ноши, бьют молотом, копают землю, потом и кровью зарабатывают кусок хлеба. У нас с ними общее горе, общая радость, общий траур и общее торжество. Какую же вражду мы имеем с ними? Это вы разъединяете двух родных братьев, сеете между ними вражду, чтобы легче высасывать кровь и у одних и у других. Наши враги не они. Наши враги - вы. Вы, Агамяны, Саламовы, защищающая вас императорская жандармерия. Наша борьба не национальная, а классовая.

А г а м я н . Будьте осторожны, Асриян. Мое терпение не бесконечно. Я не позволю вам чернить честь армянской нации. Это - историческая борьба, идущая из Турции. История и стремящаяся к счастливой жизни армянская нация, сметут, как ничтожных муравьев, всех, кто осмелится помешать этой борьбе и вести армянскую нацию к поражению.

Э й в а з. Эта борьба не наша. Эта борьба ваша. Эта борьба промыслов, борьба капитала, борьба за господство над трудящимися. А вы ее превращаете в борьбу национальную. Вы - провокаторы.

А г а м я н (вскакивая с места). Изменник...

Э й в а з (также вскакивая и хватая чернильницу). Молчи, Агамян. (Он подымает чернильницу на Агамяна и снова опускает ее. Чернила проливаются и окрашивают ему руку). У меня хватит сил и смелости, чтобы заткнуть вам глотку. Но вы один этого не стоите. Вы орудие в руках царского империализма. История дошла до схватки львов, а вы только лисица, и к тому же, лисица трусливая.

А г а м я н. Так... Значит, так... Прекрасно. Увидим, кому эти слова повредят больше.

Э й в а з. Хорошо. Увидим. (Швыряет чернильницу на стол и, резко повернувшись, уходит).

Агамян (злобно берет трубку телефона). 55-70. Генерал-губернатор... Я, Агамян. Асрияну? Говорил... ,Нет. Нет. Он очень дерзкий... Как? Место найдется? Благодарю, ваше превосходительство. А кое-кого удалось? Во всяком случае найдется? Прекрасно... (Кладет трубку на место. Задумчиво). Для него место найдется!

Звонит телефон.

Алло! А? Что? Забастовщики ломают окна и двери? Разгромили контору? Вызывайте полицию. Как? Солдаты не хотят стрелять? Как? Как? Фу ты, проклятье... (Бросает трубку на стол и, схватив шапку, быстро выходит).

КАРТИНА ВОСЬМАЯ

Промысла С а л а м о в а.

С а л а м о в (кричит в телефонную трубку). Полицеймейстер! Полицеймейстер!

А г а я р (вбегает, взволнованно). Идут. Масса движется, как саранча.

С а л а м о в. Сюда идут?

А г а я р. Прямо сюда.

С а л а м о в. У ребят есть патроны?

А г а я р. По пятьдесят обойм.

С а л а м ов. Сукин сын! К полицеймейстеру никак не дозвонюсь.

Агаяр. Ну, полицеймейстеру так попало, что он и шапку оставил, едва спасся. Набросились на него с камнями и давай лупить почем зря. На какой бы промысел ни пришли, начинают говорить речи - Володин, Эйваз Асриян, рябой Мамедка, Кубадзе. Ой-ой-ой... Четвертую буровую Асадуллаева подожгли.

С а л а м о в. Все эти дела подстраивает этот сукин сын Эйваз Асриян, новый родственник Агамова. И каждый вечер проводит у них. Где ребята?

А г а я р. Одни в окопах, а другие собрались здесь и все колеблются. Не решаются.

С а л а м о в. А ну-ка собери их сюда. Те пусть остаются в окопах.

Агаяр впускает в контору группу рабочих.

Братья-мусульмане! Эти буровые не мои, а ваши. Месяцами я здесь не бываю. Здесь работаете вы, зарабатываете кусок хлеба. Кушаю и я, и вы. Вы не должны согласиться, чтобы нога какого-нибудь иноверца коснулась ваших промыслов.

Р а б о ч и й. Хозяин, да ведь нам нужно помещение, одежда. Они дерутся не против вас одного. С нами они дела не имеют. Они с Николаем дерутся. А нам до Николая нет никакого дела.

С а л а м о в. Братья! Все это обман. Если они действительно имеют что-нибудь против Николая, зачем идут сюда? Пускай уж поедут в Петербург. Значит, дело тут обстоит не совсем так. Я знаю из верного источника, что все это штуки Агамова и Асриян. Вам что нужно? Помещение? Даю. Одежда? Даю. Мыло? Даю. Жалованье? Увеличиваю. Что же еще хотите? Я на все иду, а вы не останавливайте моих промыслов. Нога постороннего не должна коснуться ваших промыслов.

А г а я р (вбегая). Пришли. Полицеймейстер послал ружья.

С а л а м о в . Не бойтесь, ребята. Кто подойдет близко, стреляйте. Я отвечаю.

За сценой шум.

Г о л о с а. Да здравствует свобода! Ура! Долой Романовых!

Входят Эйваз, Володин, Мамед Рзаев, Башидче и

другие.

С а л а м о в. Вы зачем пришли?

Э й в а з. Мы хотим говорить с рабочими.

С а л а м о в. Проваливайте с промыслов. Ни один человек не смеет ходить по моим промыслам. Клянусь имамом6, всех перебью. Я ваши штучки хорошо знаю. Вы хотите совратить мусульман и согнать их с насиженного места.

Э й в а з . Товарищи рабочие! Вы не слушайте таких слов, Наша борьба не национальная, не религиозная, а борьба за хлеб, за свободу. Не поддавайтесь провокации нефтепромышленников. Плеть романовской жандармерии падает на наши головы одинаково.

С а л а м о в. Эй, Асриян, кому ты поешь эти сказки? Когда я был такой, как ты, не меньше твоего знал. Если ты хороший человек, зачем на промысла Агамова не идешь?

Э й в а з. Для нас между тобой и Агамяном никакой разницы нет. Там мы уже были и опять пойдем.

С а л а м о в. Врешь, ты не пойдешь, потому что ты его родственник. Ты каждый вечер бываешь у них. Все это ты делаешь по указке, потому что ты армянин. У вас нет родины...

Э й в а з. Это провокация. Кто это вам сказал?

С а л а м о в. Мне сам губернатор говорил. Я, статский советник, имею медаль от государя. Я все знаю.

В о л о д и н. Товарищи! Здесь вопрос не национальный. Это провокация. Революционное движение охватило всю Россию. Пришел конец Романовым. Они и хотят превратить революционную схватку в национальную...

С а л а м о в. Не рассуждай тут много. Проваливайте, вам говорят. Сперва идите на промысла Агамова, а потом сюда придете. (Старается вытолкнуть их).

Э й в а з. Саламов, держи руки покороче.

С а л а м о в. Эй, ты, сукин сын, поросенок проклятый! Ты что на меня петушишься! Проваливай с промыслов, тебе говорю. (Сильно толкает его).

Г о л о с а (за стеной). Да здравствует свобода! Да здравствует братство! Ура!..

А г а я р (вбегая). Бегите! Бегите! Ворвались во Двор.