Н а б а т. Ну что, разузнал что-нибудь?

А л л а в е р д и. Как тут разузнаешь? В какой участок ни зашел, никто и слушать не хочет. Ни умер, не говорят, ни жив. Не был только в верхней части города. Думаю, может, выскочил как-нибудь и скрылся там.

Н а б а т. А что-же, сходил бы и туда. Небось ногу не сломишь.

А л л а в е р д и . А как сходить? Сукины дети такое натворили, что сам черт не разберет. Затеяли резню, теперь ни с той стороны сюда, ни с этой туда пройти невозможно. Да и сам бы он туда не мог пройти. Видно арестовали, или умер.

Н а б а т. Я ухожу отсюда. Мой сын пропал, а я на свадьбе сижу...

А л л а в е р д и. А что говорит Агамян?

Н а б а т. Ходила я к нему, умоляла его. А он и слышать не хочет. Он меня опозорил, говорит, и если всю кровь ему выпустят, я, говорит, и пальцем не шевельну.

А л л а в е р д и. А что же, в самом деле? Это не сын, а черт его знает, что. Нельзя же злоупотреблять добротой человека. Он спас его от смерти, люди его цветами осыпают, а он брыкается, как сумасшедший теленок. Ну, а как Сона?

На б а т. Как? Несчастная, побледнела, как мертвец. Сидит молча и заливается слезами.

Звонит телефон.

А л л а в е р д и . Да что это здесь мурлычет все время? (Берет телефонную трубку, приставляет к уху обратной стороной). Что говоришь? Что говоришь? Кто говорит? (К. Набат). Ничего не слышно.

Н а б а т. Да что ты, бестолковый. Не так взял. Я видела, это место прикладывают к уху, а это ко рту.

А л л а в е р д и (переменив положение трубки). Ты, кто, кто? Я - кто такой? Я - Аллаверди Кахраман оглы. Полицеймейстер? Полицеймейстер губернатора? (К Набат). Полицеймейстер губернатора хочет... (В трубку). Господин полицеймейстер, пожалуйста, мой сын пропал. А? Эйваз, Эйваз Асриян... А? Сволочь? (К Набат). Говорит - он сволочь... А? Губернатора? (Вешает трубку на место). Хоть лопни, не позову.

Н а б а т. А что такое - сволочь?

А л л а в е р д и. Сволочь, наверное, вроде как сукин сын. Только знаю, что сволочь это - ругань... Подумай о Соне, каково будет ее положение, если и мы уйдем отсюда.

Н а б а т. Не знаю, как быть? С Эйвазом что-то неладное случилось. Что ты молчишь? Наверное, голоден. Пойдем на кухню, покушай чего-нибудь. Тут нам не место. Ни друга, ни знакомого.

А л л а в е р д и. Дурак я был, что не выдал ее за сына Имамверди. По крайней мере, отец с отцом равны, и брат с братом. Своими же руками бросили родного ребенка в огонь.

Н а б а т. Сколько я говорила тебе. Тебя разве переспоришь?

А л л а в е р д и. Э, чего зря болтаешь? Не видела ты, как каждый по своему наигрывал. Один о нации, другой черт его знает о чем; поди-ка, ответь им всем...

Н а б а т. Эх, видно, судьба. Так, значит, богу было угодно. Пойдем, пойдем уж!

А л л а в е р д и . Пойдем! Ей богу, сегодня с горя я вдрызг напьюсь!..

Направляются к выходу. Звонит телефон.

А л л а в е р д и. Хоть лопни, все равно не подойду.

Уходит. Из другой двери входит А и к а з, подходит к телефону.

А й к а з. Я слушаю. Кто? Полицеймейстер? Пожалуйста. Его превосходительство? Да, здесь. Сейчас. (Уходит).

Губернатор (входит и берет трубку). Кто? Я. Нет, еще занят. А, что вы говорите? Готовятся к решительному выступлению? Кто? Завтра? Какое же это неотложное дело? Не можете сказать? Нельзя ждать? Ну, хорошо, приезжайте. Жду. (Уходит).

Входит С о н а, за ней А й к а з.

А й к а з. Ты куда?

С о на. Вы... почему сердитесь на меня? Что я вам сделала?

А й к а з. Слушай, Сона, чей это тар?

С о н а. Это мне на память.

А й к а з. Чей он?..

С о н а. Он его...

А й к а з. Почему же ты его в мой дом принесла?

С о н а. Я его... завтра отправлю...

А й к а з. Почему ты вообще держишь его при себе?

С о н а. Он мне напоминает родную деревню. Наш дом. Потому я его очень люблю.

А й к а з. А его хозяина? Слышишь?.. Ты его все еще любишь? Слышишь?.. Нет?..

С о н а. Я... его не люблю.

А й к а з. Ты ведь говоришь неправду.

С о н а . Да, я говорю неправду...

А й к а з. А-а... неправду? Значит, ты его любишь?

С о н а. Я постараюсь забыть его.

А й к а з (насмешливо улыбаясь). Гм, гм... постараешься. Какое снисхождение ко мне.

С о н а. Гайк, ты ведь все знаешь. Я же тебе все рассказала.

А й к а з. В мой дом, в дом Айказа Агамяна притащить любовь к какому-то ничтожному человеку, к врагу-тюрку!..

С о н а. Гайк... Ведь я от тебя не скрыла. Что делать?.. От меня же не зависит. Мое сердце ведь не стена, чтобы в один день перекрасить в другую краску или побелить...

А й к а з. Его никогда не побелишь... Ты теперь каждый день будешь думать о нем... И стараться увидеться с ним.

С о н а. Его же здесь нет, Гайк. Он далеко... В Карабахе... Я с ним больше не увижусь.

А й к а з. Ты с ним больше не увидишься?

С о н а. Гайк...

А й к а з. Слушай, Сона, хорошенько слушай. Со мной играть нельзя. Я спас твоего брата от смерти, а он опять тебя бросил в огонь. В последний раз я предупреждаю тебя. Завтра же я этот тар сломаю. И если хоть раз вспомнишь о нем, знай, что и тебя и его не будет в живых. В сердце моей жены должен быть один я, на ее устах - только мое имя.

С о н а . Я больше никогда не произнесу его имя.

А й к а з. Не произнесешь, но думать будешь? Это для меня мучительнее всего. Когда две нации стоят друг против друга и ведут кровавую борьбу, любить врага - бесчестье для армянки, национальное бесчестье...

С о н а. Почему ты такой беспощадный?! В чем я провинилась?

Входит полицеймейстер.

Полицеймейстер. Мне надо видеть его превосходительство генерал-губернатора.

А й к а з. Пожалуйста, Борис Матвеевич! (Соне). Ты пройди в другую комнату. (Полицеймейстеру). Он там, пожалуйте.

Полицеймейстер. Нет, мне надо видеть его наедине.

А й к а з. Сейчас. (Уходит).

Входит губернатор.

Губернатор. Что случилось, поручик?

Полицеймейстер. Ваше превосходительство, по последним нашим сведениям организация мятежников готовит решительное наступление завтра утром.

Губернатор (задумчиво). Завтра утром... Поручик, мы должны предупредить их сегодня же... Во. что бы то ни стало...

Полицеймейстер. Так точно, ваше превосходительство.

Губернатор. Поручик, мне кажется, что уже все готово. Можно начинать сейчас же?

Полицеймейстер. Так точно, ваше превосходительство, все готово. Из армянской части в тюркскую и из тюркской в армянскую никто пройти не может. Каждый день происходят столкновения. Все настороже, ждут чего-то. На промыслах с обеих сторон расставлены отряды.

Губернатор. Поручик, сейчас же надо начинать. План ведь вам известен?

Полицеймейстер. Так точно, ваше превосходительство, известен.

Губернатор. Но, поручик, гарнизон не надежен. Надо выделить из моих казаков отряд и отправить сейчас же в мусульманскую часть города. Они распустят слух, что армяне готовят нападение. Надо отправить и мусульманам оружие.

Полицеймейстер. И раздавать кому попало, ваше превосходительство?

Губернатор. Кому попало. В страхе они кривить не могут. Отправить отряд казаков и в армянскую часть. Пусть и там говорят, что мусульмане готовят этой ночью нападение. И все.

Полицеймейстер. А потом, ваше превосходительство?

Губернатор. Потом? Через час казаки откроют перестрелку, а дальше начнут они сами.

Полицеймейстер. Но, ваше превосходительство, казачьи бригады находятся лично в вашем распоряжении.

Губернатор. Да, я отправлюсь сам, но в обе стороны должны пойти вы лично и расставить людей.

Полицеймейстер. Все будет исполнено, ваше превосходительство.

Губернатор. Сейчас выеду и я. Да, поручик, для начала пусть наши подожгут с обеих сторон несколько домов. Остальное будет поджигать само население.

Выходит и возвращается одетый в сопровождении Агамяна.

А г а м я н. Ваше превосходительство, зачем так рано? Остались бы...

Губернатор. Не могу, Рубен. Сейчас я получил неприятные известия. Надо спешить. Требуются решительные меры.

А г а м я н. Неприятные известия? А нельзя узнать, ваше превосходительство?

Губернатор. Пожалуй, вам можно. Сейчас поручик доложил мне, что сегодня ночью мусульмане готовят нападение на армянскую часть.

А г а м я н (тревожно). Сегодня ночью?

Губернатор. Да, да. Сегодня ночью. Я еду прк-нять необходимые меры. А вы будьте осторожны. Если понадобится, я предоставлю вам для защиты некоторое количество оружия. Только никому ни слова. Во всяком случае я сделаю все возможное. Если даже хотите, я могу послать вам на помощь несколько моих казаков, пока вы соберетесь сами с силами.

А г а м я н. От имени армянской нации я приношу глубокую благодарность, ваше превосходительство.

Губернатор. Ну, нельзя терять время. Надо быть готовым ко всему. Едем, поручик.

Выходят.

Агамян (проводив гостей, возвращается быстро и берет телефонную трубку). Город. 64-18. Аршак? Это-я. Да, да. Сегодня ночью мусульмане готовят нападение на нашу часть. Собери ребят и выйди на улицу. Ружья? Пусть возьмут, что имеется. Остальным тоже найдется. Живее. Предупреди и Седрака. (Кладет трубку и берет снова). Город. 73-56. Симон? Сегодня ночью... Вам сказали? Кто? Полицеймейстер? По телефону? Хорошо. Хорошо. Аршаку? Да, я передал. (Кладет трубку и берет снова). 63-42.

Входит А и к а з.

Ашот? Сегодня мусульмане готовят нападение. Выведи своих людей на улицу. Оружие? Найдется. (Кладет трубку)

А й к а з. Сегодня ночью?

А г а м я н. Да. Сегодня ночью. Ты только не говори там, чтобы свадьба не расстроилась. (Берет трубку). 55-80. Тихон Елисеевич? Ваше превосходительство, если возможно, несколько казаков на наши промысла. На несколько часов, только на несколько часов, пока людей приготовлю. Благодарю, ваше превосходительство. (Бросает трубку). Ты тихонько предупреди Саркиса. А я сейчас вернусь. Надо послать людей на промысла. Да прикройте окна, чтобы с улицы не было видно света...

А й к а з выходит. Агамян одевается.Входит А р з у м а н.

Ну, идем, Арзуман. (Уходит.).

Входят А ц к а з и несколько других. За ними группа гостей с бокалами ь руках.

К а р а п е т (весело). Да что вы так рано расходитесь?

А й к а з. Вы не беспокойтесь, господа. Они сейчас вернутся.

К а р а п е т. Ничего подобного. Постойте, вместе за молодых пить будем, Тут же, на ногах. Дайте вина и позовите невесту.

А й к а з. Карапет, мы можем пигь и без них. У них важные дела, нельзя задерживать.