Помоги проекту - поделись книгой:
Олег ПАВЛОВ МЫ ЗАБЫВАЕМ О ЛИТЕРАТУРЕ
– Власть должна слушать писателей?
– Вопрос парадоксальный. Потому что, где власть, там ответственность. Но может ли культура оказаться ответственней власти? Может. Читайте письма Короленко к Ленину. Это когда власть не имеет нравственной силы, когда она безбожна. Но в таком случае у власти ничего не просят – от неё требуют... И я бы даже не говорил о каком-то "униженном положении" культуры, если она сама же унижается перед властью… Как унижает себя этой целью – только продаться…
– Вы так резко судите о современной литературе…
– Ничтожество литературы – это когда право на существование получает бездарность. Талант не идёт на компромиссы, не потакает массовым вкусам, не торгует собой. Мы же видим некую массу, сформировало которую желание продаваться: безразличие ко всему, кроме своей выгоды. Всё кончается тотальной продажностью. И вот мы уже забыли… Искусство – это искренность. Художник – это душа. Творчество – это поиск.
– Зато исчезла цензура…
– Цензура – это диктатура лжи. Рынок – диктатура пошлости. Вот Путин сказал на последней "встрече с писателями"… "У нас 80 процентов массовой литературы… Дальше некуда, – сказал Путин господам литераторам, – потому что как бы себя самих потеряем…" Но говорил с королями массовых продаж… Ну, не смешно… Это как если бы Сталин вдруг собрал своих пишущих соколов и объявил: ну, ребята, вы и заврались, народу уже читать стало нечего.
– Вы считаете, современная русская литература не развивается?
– Развиваться свободно может только то, что имеет альтернативу. Ничего этого нет. Кроме того, у нас уничтожено книгоиздание в провинции, то есть по всей стране.
– А что случилось с писателями? Какая катастрофа их постигла?
– Нигде в Европе издатель не имеет права не платить автору. В России, где в 90-е ни один автор не знал своих тиражей, это право стало основой всего. Литературный труд сделали рабским. Хотя какие там писатели… А учёные, а врачи, а учителя… Трудом их пользуются, но как рабским. Есть, да и нужна, только интел- лектуальная обслуга.
– Вместе с обществом писатели разделились на либералов и патриотов…
– Бросьте, идеологической подоплёки давно уже нет ни в чём. Патриотизмом тоже торгуют. Я бы сказал, что у нас идёт противостояние героизма и продажности. С одной стороны – сила национального героизма. С другой – беспринципная сила продажности. В исходе этого противостояния – будущее нашего государства, ведь в XX веке появились технологии, которые требуют наивысшей ответственности. Но если тонут атомные подводные лодки и взрываются атомные станции – это неуправляемый хаос… На что надеяться? Продажность отвратительна. Люди честные, особенно молодые, уходят в бунт. Но где можно служить честно родине и своему народу – там и будущее. Мне противна идея какой бы то ни было новой социальной революции. Не через бунт и революцию – а через служение мы можем и должны сделать главное: сохранить свою родину. Когда в Индии появился Ганди, они только путём духовного сопротивления изменили свою историю. Но у нас полно вождей, больших и маленьких, – и нет учителей.
– России нужно обновление?
– Я не верю в обновление. Традиция – это возвращение к тому, что было смыслом существования, но оказалось утрачено. Это обретение смысла существования через покаянное чувство тоски по тому, что утратил. Возвращение домой, к очагу, любимым. К своему долгу человеческому. Совсем другое – обновление. Обновить – значит рационально освободить от чувства любви, родства, долга. Почему-то нам внушили, что развитие происходит только через обновление. Это не так – развитие происходит через накопление опыта. В Китае мы наблюдали, как одна цивилизация перешла в другую. Накопление опыта – это и есть культура. Обновление – это разрыв своей исторической традиции, уничтожение предыдущего опыта, варварство, бескультурье. Оно ни к чему не ведёт. Мы бесконечно обновляемся уже 20 лет и бесконечно погружаемся в новое и новое варварство. Откуда, например, появились у нас фашисты? Ведь что-то более противоестественное и придумать нельзя – это же внуки тех, кто воевал! Но забыли, не помнят, обозлились, это уже не свято. Передают любовь к чему-то в каждом народе – а у нас плодится через безродство такая ненависть.
– Как вам видится будущее?
– Я хотел бы видеть страну, которая развивается не путём обновления, а путём сбережения своих богатств – духовных, народных, стратегических. Но именно накоплением и продолжением своей национальной, то есть русской традиции. Мы же не можем жить своей традицией. То есть у русских нет права на свою культурную самостоятельность, историческую память. Национальный статус русских, в отличие от якутов или башкир, никак не гарантирован. Но мы имеем такое же право на своё образование, свою культуру, жизнь в рамках своей традиции. У русских же нет права и на родину. Ведь у нас 20 миллионов русских вне России! Но по официальным программам возвращаются на родину, гражданство получают единицы. Если мы видим подобное отношение государства к своему народу, то как мы должны к нему, государству, относиться? Нас пичкают какими-то идеологическими проектами. Но идеология приходит тогда, когда нет веры… Нам этими идеологическими проектами заменяют то, что держало нас слитно веками, сделав из племён народом, – христианскую веру.
– Во что вы верите?
– Верю – что если мы будем с Богом, то Бог будет с нами. Правители приходят и уходят, пусть меняются эпохи, но остаётся это святое – родина и вера. Весь этот проект обновления России – предательство её национальных интересов. Нас учили предавать. Предательство, продажность – суть одно. Лишить народ своей традиции – всё равно что стыда и совести лишить. Теперь они сами не понимают, как остановить все те чудовищные процессы, которые запущены? Ведь у нас сейчас продажно всё и вся… Исправить невозможно такое. Нет способов таких, средств. Это и называется вырождением. Только принуждение что-то остановит. Только если каждое преступление будет иметь наказание и это, скажем так, устрашит. Это будет борьба, когда больное будут вырезать, как вырезается раковая опухоль, которая не поддаётся лечению. Но к этому всё идёт. Нынешний продажный режим испарится. Мы получим новый, более жесткий политический режим, основанный на духовном авторитете церкви и армейском порядке. И это будет ответственная за будущее своего народа власть – или не будет уже никакой другой, самого нашего государства.
– А что будет с литературой?
– Cудьба русской литературы – это безвестность. Мы забываем о своей литературе. Теряем и теряем память о ней… Я не мог бы даже сказать, что она прочитана. Пусть хотя бы прочитают – и будут помнить.
Беседовал Дмитрий ОРЕХОВ
Владимир БОНДАРЕНКО СВЯТОЙ И ГРЕШНЫЙ
Наконец-то в России появилась ещё одна важная литературная премия – Патриаршая премия имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия.
Патриарх Московский и всея Руси Кирилл так обозначил эту премию: "Выражаясь словами академика Дмитрия Лихачёва, русская классическая литература – это диалог с народом, обращение к совести читателя. В современных условиях, когда мировая цивилизация переживает глубокий духовный кризис, вызванный размыванием границ между добром и злом, особенно важно свидетельствовать миру о непреходящих нравственных ценностях. Верю, что в XXI веке произойдёт, наконец, возвращение нашей литературы к духовно-нравственным истокам русской культуры. Но это возвращение станет возможным только в том случае, если общество осознает, что и Церковь, и литература призваны делать одно общее дело – свидетельствовать миру о вечном, возвышать ум и душу человека, приобщать к мудрости и опыту предшествующих поколений. Очевидно, степень причастности к этому делу и должна стать основным критерием при избрании лауреата литературной премии".
Решено вручать Патриаршую литературную премию не за конкретное произведение, а за общий вклад русского писателя в литературу. Короткий список формируется Советом экспертов. Насколько мне известно, среди членов экспертного Совета Юрий Кублановский, Олеся Николаева, Алексей Варламов и другие известные деятели культуры и литературы. Далее Совет экспертов предлагает этот короткий список Палате попечителей, возглавляемой Святейшим Патриархом. Среди представителей Палаты попечителей есть священнослужители, литера- турные критики, писатели не только России, но и Украины, Белоруссии, русского Зарубежья.
Как сказал о премии секретарь Совета экспертов, игумен Евфимий (Моисеев): "Учреждение Премии – беспрецедентная попытка Церкви поддержать русскую литературу и в чрезвычайно сложный для неё период протянуть ей руку помощи. Если хотите, это символический акт примирения – ведь мы знаем, что история взаимоотношений Русской Церкви и русской литературы знает разные периоды, так что появление такой премии можно рассматривать как предложение стать, наконец, полноценными союзниками…"
Патриаршая премия, кроме конкретных произведений писателя, рассматривает и идею цельности личности автора, связи его христианского мировоззрения, его христианского поведения с художественной литературой. Кто же из писателей-христиан, имеющих православный взгляд на мир, отражающий православный взгляд в своих книгах, стал первым лауреатом Патриаршей литературной премии? Да и так ли их нынче много в современной русской литературе? В коротком списке были и женщины-писательницы, и священник-писатель. Были и такие известные писатели, которые взяли самоотвод, очевидно, считая себя недостойными этой православной премии.
Тем более, подход Совета экспертов и Палаты попечителей был достаточно суров – и по художественным критериям, и по содержанию, и по степени истинной русскости того или иного писателя. К примеру, по мнению секретаря Совета экспертов "в России писатель-христианин – это именно православный христианин, само собой разумеется, потому как – извините уж, никого не хочу обидеть – ни католик, ни протестант, ни тем более сектант не может быть русским писателем. Такой человек может, конечно, писать по-русски, но быть русским писателем, то есть представителем и продолжателем вполне конкретной духовной и литературной традиции, он не может…"
В короткий список Патриаршей премии вошли: Вознесенская Юлия Николаевна (Берлин), Ганичев Валерий Николаевич (Москва), Крупин Владимир Николаевич (Москва), Малягин Владимир Юрьевич (Москва), Разумовская Людмила Николаевна (Санкт-Петербург), Сегень Александр Юрьевич (Москва), протоиерей Владимир Чугунов (Нижний Новгород).
26 мая в храме Христа Спасителя тайным голосованием лауреатом Премии был избран писатель Владимир КРУПИН. В своей эмоциональной речи первый лауреат Патриаршей премии сказал: "Правитель России должен понимать, какая страна доверила ему власть, должен вспоминать императора Александра III, князя Александра Невского, великое старание сберечь русскую кровь. И всегда знать, что мы самодостаточны". Владимир Крупин уверен, что русских "спасёт не Международный валютный фонд, не большевики, не демократы, а незримое духовное состояние России".
От всей души поздравляем нашего давнего автора, рассказы и публицистика которого появлялись в нашей газете, с этой важной и достойной наградой!
***
Буквально через день после вручения первой Патриаршей литературной премии состоялось вручение юбилейной премии "Супер-нацбест", присуждаемой к десятилетию существования питерской премии "Национальный бестселлер". "Супер-нацбест" присуждался лучшей книге из книг-лауреатов минувшего десятилетия. Победителями прошлых лет были: Леонид Юзефович, Александр Проханов, Гаррос-Евдокимов, Виктор Пелевин, Михаил Шишкин, Дмитрий Быков, Илья Бояшов, Захар Прилепин, Андрей Геласимов и театральный художник Эдуард Кочергин.
Необычной была и сама премия – 100 тысяч долларов, которая и вручалась лауреату прямо на сцене в инкассаторском саквояже.
Скажу честно, в воздухе витало мнение, что эта московская суперпремия Нацбеста, в отличие от питерских премий, разыгрываемых на глазах у всех по сценарию Виктора Топорова честно и непредвзято, как-то слегка организована властями. Тем более, председателем жюри на этот раз был советник президента Медведева Аркадий Дворкович.
А в зале, как всегда на Нацбесте, разыгрывались нешуточные страсти. Честно говоря, я не ожидал, что борьба развернётся между Захаром Прилепиным и добротным мемуаристом старой русской школы Эдуардом Кочергиным. Тем более, даже Виктор Топоров писал о чрезмерном давлении защитников Дмитрия Быкова.
И всё же аплодисменты в зале достались нашему давнему автору и союзнику, талантливому русскому писателю Захару ПРИЛЕПИНУ. Да и денежная премия сейчас ему не помешает, ведь семья Прилепиных ждёт четвёртого ребёнка…
За несколько дней до вручения этих двух литературных премий в майском номере нашего "Дня литературы" были помещены и отрывок из новой прозы Захара Прилепина и два рассказа Владимира Крупина. Мистическое совпадение двух лауреатов. Та самая смычка поколений, которая так необходима современной русской литературе. И никто из них не мешает друг другу. Крупину нужен молодой Прилепин так же, как Прилепину необходим совет и мудрое слово Владимира Крупина.
Когда-то пьеса Михаила Ворфоломеева "Святой и грешный" шла по всей стране. Две ипостаси одного и того же человека. Греховного на земле, но тянущегося к Небу.
Таковы и наши лауреаты.
Юрий ЛИННИК ДОМ ЖИВОНАЧАЛЬНОЙ ТРОИЦЫ
Сергиев Посад – с его прославленной Лаврой – о.Павел Флоренский называл двояко: или "Дом Живоначальной Троицы", или "Дом Преподобного Сергия". Смыслы тут совпадают. Осматривая это обширное строе- ние, давно переросшее монастырские стены, мы всенепременно обнаружим в нём детскую комнату. Вот её адрес: ул. Красной Армии, 72 "а". Здесь располагается культурно-деловой Центр, ориентированный на творческую работу с детьми. Руководит им Наталья Петровна Смирнова. Человек удивительный! Как центр, так и единый с ним музей "Народные промыслы", созданы ею самолично – на собственные средства. Накопления всей жизни ушли на это благородное, бескорыстное, абсолютно альтруистическое в своей основе дело.
Беда нагрянула неожиданно.
Справа от Центра – если смотреть в сторону Лавры – находился небольшой старинный домик, имевший несомненную историческую ценность. Когда-то в нём располагалась первая парикмахерская Сергиева Посада. Здесь поправлял свою бородку Василий Васильевич Розанов. Благоухая одеколоном, выходили отсюда свежевыбритые Михаил Михайлович Пришвин и Владимир Андреевич Фаворский.
По привычной для нас косности и дурости домик не был объявлен памятником местного значения. А этого он несомненно заслуживал! Располагалась посадская цирюльня на пути в Лавру. Место выигрышное, в перспективе – прибыльное. Его купили богатые люди. Домик они снесли. И тут же начали весьма масштабное строительство.
Поделиться книгой: