Помоги проекту - поделись книгой:
– Мистер Мухсен!.. – остановила его Джейме. – Конечно, это просто фантастика. Мне бы очень хотелось совершить экскурсию по городу, но, может быть, завтра? А сейчас я… В общем, я очень устала, но мне хочется взглянуть на развалины. Вы не возражаете, если я просто поброжу здесь несколько минут? Совсем немного.
– Если вы этого хотеть, – сказал Ахмет, но не двинулся с места.
У Джейме оставалось всего восемь минут. Надо было что-то делать. И тут до нее дошло.
– Вы и ваш отец – экскурсоводы? Вы зарабатываете этим на жизнь?
– И мои братья. Мы заботимся о развалины.
– Это очень важная работа. – Достав бумажник, Джейме вытащила десятидолларовую купюру. – Большое вам спасибо.
– Благодарю вас. – Ахмет взял деньги и поклонился. – Можете гулять по Ур сколько угодно. – С этими словами он исчез так же внезапно, как и появился.
Джейме облегченно опустила плечи, потом достала навигатор. Цель была где-то совсем рядом – меньше чем в ста метрах от того места, где она находилась.
Выждав немного, Джейме прошла под аркой в соседний дом. Полы были чистые, подметенные – чудо, если вспомнить, что вокруг простиралась песчаная пустыня. Молодая женщина шагнула в дверь обратно на улицу, проходившую через жилой квартал. Ахмета нигде не было видно. Сверившись с навигатором, Ричардс обошла большую земляную насыпь рядом с глубоким колодцем, похожим на шахту. Вернувшись на ту дорогу, по которой она приблизилась к развалинам, Джейме прошла мимо разрушенных остатков стен высотой по пояс и направилась к кирпичному зданию, казавшемуся более или менее целым.
Госпожа капеллан попыталась восстановить в памяти карты, которые изучала в Принстонской семинарии. Кажется, первой грудой камней были руины дворца. Значит, сейчас она приближалась к развалинам храма. Многие стены уцелели, а внутрь вела очень древняя арка, несомненно, та самая, о которой говорил Ахмет.
И вот, если верить GPS, Джейме оказалась на месте. По крайней мере в двух-трех шагах от него. Цель находилась наверху, где была еще одна арка, куда вели четыре лестничных марша.
Что дальше? Ожерелье нужно просто бросить на землю, чтобы его подобрал любой проходящий мимо? Это маловероятно. Или же ей нужно дождаться восьми часов и передать вещицу из рук в руки? Это тоже вряд ли.
Джейме поднялась наверх, провела рукой по гладкой стене арки и наконец увидела. Прямо перед собой.
Указание, где оставить ожерелье.
Оно было прямо у нее перед носом. Точнее, под кончиками пальцев.
– Кас маску дили, – шепотом произнесла Джейме, испытывая трепетное волнение при мысли о том, что послание, написанное четыре тысячи лет назад, по-прежнему оставалось в силе. – Спрятано под первым кирпичом.
Джейме присела на корточки на нижней ступеньке, положила руку на переднюю грань кирпича и попыталась его приподнять. Тщетно. Затем Ричардс обратила внимание на то, что ступень была чуть длиннее соседней стены и выступала примерно на полдюйма. Она ухватила кирпич с этой стороны. Тот все равно не поднимался. Тогда Джейме заметила нечто похожее на паз и толкнула кирпич по нему.
На этот раз он легко сдвинулся. Под ним лежала маленькая трубка, которыми пользовались шумерские писцы, с вырезанными изображениями птиц. Трубка была каким-то образом закреплена в земле. Ее закрывала позолоченная сфера с простой цепочкой. Сняв крышку, Джейме бросила ожерелье в трубку, затем вернула все в прежнее состояние.
Потом Ричардс огляделась вокруг, ища, где бы спрятаться. Она не знала, кто придет за ожерельем и насколько это важно. Однако Адару убили, когда та пыталась сюда добраться, и Джейме считала своим долгом хотя бы выяснить, в чем дело. Теперь у нее уже не вызывало сомнений, что именно по этой причине подруга настояла на том, чтобы вместе заниматься изучением клинописи.
Неужели Адара с самого начала собиралась как-то ее использовать? Однако ни она, ни сама Джейме никак не могли тогда предвидеть, что Ричардс попадет в Таллил. Все это было слишком запутано.
В этот момент послышался звук быстро приближающихся шагов. Джейме взбежала вверх по ступеням к маленькому внутреннему дворику без крыши, повернула налево и прижалась к стене. Шаги замерли. Молодая женщина беззвучно опустилась на корточки и выглянула из-за угла. Она увидела мужчину, стоявшего в арке, через которую сама Джейме прошла в храм. Казалось, он что-то искал. Но не успела Джейме его хорошенько рассмотреть, как мужчина развернулся и поспешно удалился.
Джейме подождала, когда неизвестный скроется, затем вышла следом за ним в арку, прочь от того места, где оставила ожерелье. Мужчина уходил в сторону, противоположную той, откуда пришла Джейме, и теперь она наконец смогла его разглядеть. Он был в бронежилете и кевларовой каске.
Внезапно фигура остановилась и обернулась. Тут Джейме, к своему изумлению, увидела, что это не мужчина, а женщина. На какое-то мгновение они встретились взглядами. Женщина безмолвно склонила голову набок, словно приглашая: «Пошли!» Затем она развернулась и направилась дальше. Джейме сразу же поняла, куда пошла незнакомка.
К большому зиккурату.
Джейме застыла в нерешительности. Что ей делать? Следовать за незнакомкой или же снова спрятаться и ждать того, кто придет за ожерельем? Казалось, женщина предложила ей следовать за собой. Быть может, ей известно, что происходит. Любопытство взяло верх. Не в силах удержаться, Джейме двинулась следом за незнакомкой – ведь та направлялась к величественному зиккурату.
Какими бы поразительными ни были жилые кварталы Ура, у Джейме не нашлось слов, чтобы описать огромную ступенчатую башню, возвышающуюся впереди. Приближаясь к ней, молодая женщина вспомнила рисунок из учебника, на котором зиккурат был изображен с деревьями и другими растениями на всех террасах, придававшими ему сходство с благодатной горой, возведенной в честь богов.
Джейме медленно подошла к массивному основанию. Зиккурат чем-то напоминал огромный за́мок из песка. С каждой стороны было по четыре плоских уступа, проходивших вдоль всего зиккурата. Молодая женщина настолько погрузилась в прошлое, что испытала потрясение, когда, поднявшись на пригорок, увидела перед собой просторную ровную стоянку, даже с флагштоком. Сейчас на нем, по крайней мере, не было флага.
Затем Джейме обернулась и оказалась прямо перед самой длинной лестницей из всех, какие она только видела. Эта золотая лестница уходила в небо. Джейме успела заметить, как незнакомка, поднимаясь по ступенькам, становилась все меньше и меньше и наконец скрылась наверху.
Что делать? Следовать за ней? Все происходящее было каким-то сюрреалистическим. Действительно ли неизвестная женщина видела ее и кивнула, предлагая следовать за собой? Если так, то зачем? У нее есть какие-то ответы? Или кто-то пытается устроить Джейме новую ловушку?
Кирпичи зиккурата были гладко отполированы. По десять штук на каждую ступеньку. По обеим сторонам лестница была огорожена широкими кирпичными стенами. Подъем не производил пугающего впечатления. Наоборот, лестница словно приглашала поставить ногу на первую ступеньку и двигаться дальше.
«Господи, помоги мне», – выдохнула Джейме и начала подниматься.
Сначала она обратила внимание на то, что в известке между кирпичами были различимы остатки соломы, возраст которой составлял четыре тысячи лет. Поднявшись на двадцать ступенек, Джейме остро прочувствовала, что на ней рубашка с длинным рукавом, брюки, бронежилет с высоким воротником и каска. Она мысленно порадовалась тому, что на дворе только начало апреля. Можно было лишь гадать о том, как жарко здесь станет в летние месяцы. Сейчас по утрам погода была терпимой, около восьмидесяти градусов по Фаренгейту. Еще тридцать ступенек – и Джейме с облегчением отметила, что конец уже виден.
Наконец она поднялась туда, добралась до самого верха и оказалась здесь не одна, как и ожидала.
На приборной панели «крайслера» модели 1973 года, в котором ехал Герик, ожило радио.
– «Персиваль десять», говорит «Вотан четыре», прием.
– «Вотан четыре», ваша ария. Прием.
– Мы только что получили сообщение от мистера Сен-Жермена, – продолжал голос Коулмена Сатиса. – У нас готов предмет. Можете его забирать. Прием.
Герик откинулся на раскаленную спинку сиденья своей колымаги, полной копии любой другой, разъезжающей по сельской глубинке Ирака. Некоторые из них были полностью белые. Та, что у Герика, отличалась некоторой цветовой оригинальностью: у нее были ярко-оранжевые передний и задний бамперы.
Он по-прежнему остро переживал то, что упустил капеллана Ричардс. Однако сейчас она находилась на охраняемой территории авиабазы, где за ней мог без труда присматривать командор. Если ей вздумается покинуть Таллил, то Герик узнает об этом в ту же минуту. А последних новостей оказалось достаточно, чтобы тронуть его лицо легкой улыбкой.
Донесение Вотана могло означать только одно. Все уже началось.
– Сен-Жермен знает, где его оставить? Прием.
– Никто не будет ничего оставлять. Мне хотелось бы, чтобы вы лично встретились с мистером Сен-Жерменом и поблагодарили его за помощь. Прием. – Сатис, как всегда, был беспечен.
День становился все лучше. Герик погнал машину по грунтовой дороге, петлявшей по забытым богом местам. Никто не обращал внимания на потрепанную машину, за рулем которой сидел безликий местный житель в непременном черном халате.
Скоро наступит новый мировой порядок.
До того как истекут эти сутки, Герик снова встретится с капелланом, и она им поможет, хочет того или нет.
Ричардс. Эта фамилия была ему знакома.
Капеллану просто придется подождать своей очереди.
Поправив солнцезащитные очки, Герик направился в глубь северных песков.
– Я знаю, что это святилище было возведено в честь бога луны, однако солнце также обладает здесь очень большими правами, – сказала женщина в хаки, следом за которой Джейме поднялась на вершину грандиозного сооружения.
Женщина обернулась, и Джейме увидела у нее на шее профессиональный фотоаппарат, а ниже висело журналистское удостоверение.
– Можете не объяснять, – заметила Джейме. – Так, дайте-ка я сама попробую догадаться. Вы аккредитованная журналистка?
– Документы французские. Но не беспокойтесь, я не француженка.
– Капеллан Джейме Ричардс, – представилась Джейме.
– Фотограф Лив Нельсон, – сказала женщина. – Капеллан Ричардс… Подождите. Это не вы сегодня утром попали в засаду?
Джейме подозрительно посмотрела на нее, пытаясь определить, что ей известно. Эта женщина имеет какое-то отношение к тому, что произошло, или же просто случайно оказалась здесь?
– Откуда вы это узнали?
– На базе сегодня это самая захватывающая тема.
– Вы не собираетесь… об этом написать?
– Я фотограф, пишу только о том, что сняла. Итак, что там у вас произошло? Ходят слухи, что вы не просто капеллан.
Джейме гневно сверкнула глазами и сказала:
– Понятия «просто капеллан» не существует. Быть священником – одного этого уже более чем достаточно.
– Значит, о том, что случилось на самом деле, вам известно не больше, чем остальным?
– Да. А вам?
– Мне? – удивилась Лив. – Я знаю только то, что вижу сама.
Джейме развернулась, чтобы насладиться панорамой, открывающейся сверху. Она отчетливо видела развалины, через которые только что прошла, направляясь к зиккурату, в том числе участок, обнесенный стеной, который обошла стороной, чтобы попасть к развалинам храма. Вероятно, там находилось царское кладбище. Вдалеке виднелся аэродром Таллил. Наверное, ночью зрелище будет еще более восхитительным.
– Должно быть, звезды отсюда кажутся бриллиантами, – заметила Лив.
– Я сама как раз думала о том же, – согласилась Джейме. – Вы уже ходили к колодцам смерти?
– Куда?..
– Наверное, сейчас их называют царскими гробницами. Так меньше режет слух туристам, – объяснила Джейме. – Именно там были сделаны ценнейшие археологические находки. Первоначально их назвали колодцами смерти, потому что, когда царь умирал, он, судя по всему, брал с собой всех своих слуг. Они не забывали прихватить орудия своего ремесла – кубки, мечи и так далее – и располагались в полном соответствии со своим положением. После чего все делали что-то вроде того, что с помощью «кул-эйд» устроил Джим Джонс[9], и отправлялись следом за своим повелителем в загробный мир. Археологи нашли целые подземные помещения, заполненные костями хорошо одетых слуг.
– Думаю, бедняги смирялись со своей участью только потому, что верили в загробную жизнь, – заметила Лив. – Впрочем, не знаю. От этого места исходит аура скорее жизни, чем смерти.
– В любом случае вид отсюда открывается потрясающий, – сказала капеллан.
– Вы верите в судьбу? – спросила фотограф.
– Я пресвитерианка. Мы просто называем это другим словом. – Джейме достала фляжку, собираясь выпить, но та оказалась пустой.
– Как это ни называй, нам с вами было назначено судьбой встретиться, – сказала Лив.
– На вершине зиккурата, в древнем городе?
– Это говорит о том, что мы никогда не забудем нашу встречу. – Нельсон рассмеялась. – Вы хотите пить? Могу предложить вам воду.
Джейме с благодарностью приняла от нее фляжку и спросила:
– Итак, Лив Нельсон, раз нам было предопределено встретиться, вы ничего не хотите мне сказать?
Она преуспела в искусстве предоставлять людям возможность разговориться.
– Только то, что здесь происходит еще что-то важное. Вы являетесь частью этого, – просто ответила фотограф. – Ничего такого, что не было бы известно вам самой.
Джейме пришлось прибегнуть к остаткам эмоциональных сил, чтобы изобразить равнодушие. Неужели Лив что-то известно или же она просто не от мира сего?
– Можно поинтересоваться, откуда у вас эта информация? – спросила Джейме.
Вода оказалась теплой, но, сделав несколько глотков, Джейме все равно почувствовала, как в ее ноги возвращаются силы.
– Отовсюду и ниоткуда, – пожала плечами Лив. – Я же вам говорила, что работаю журналисткой. До меня доходят слухи.
Джейме валилась с ног от усталости и понимала, что у нее не хватит терпения вести игру.
Поделиться книгой: