Помоги проекту - поделись книгой:
– Как нам найти ТОШ Пятьдесят седьмой вспомогательной группы?
В первую очередь ей нужно было доложить о случившемся в тактический оперативный штаб своей группы. Она знала, что известие о засаде уже было отправлено по радио в Таллил, однако мало ли как могли исказиться в донесении реальные факты. Уж лучше она сама первым делом заглянет в штаб и расскажет, как все было на самом деле.
– Прямо по этой дороге, мэм, около ста метров.
Часовой отступил в сторону, убрал колючую проволоку и махнул рукой, пропуская конвой.
Когда машины были поставлены на стоянку и все разошлись, Родригес дождался, пока Джейме спрыгнет на землю, и тихо спросил:
– Капеллан, с вами все в порядке?
Джейме была тронута заботой, прозвучавшей в его голосе. Ее бывший помощник уволился из армии в начале года, когда истек срок его контракта. В это время на Ближний Восток перебрасывались все новые и новые воинские части, и внезапно возникла острая нехватка армейских капелланов, а также их помощников. Джейме уже прибыла в Кувейт, когда ей наконец сообщили о том, что у нее будет помощник. Второе чудо заключалось в том, что они смогли найти друг друга в суматохе, которая предшествовала непосредственно вторжению в Ирак. Полевая связь в условиях пустыни действовала из рук вон плохо.
Родригес с ходу окунулся в работу с головой. Несмотря на свою шутку о пароле и отзыве, он не был женат и не имел детей. Когда Джейме спросила его о родителях, Родригес ответил: «Моя семья – армия». Она не стала настаивать. Они сразу же сошлись друг с другом. И вот сейчас, глядя на Родригеса, ожидающего ее ответа, Джейме подумала, какую злую шутку сыграла с ними судьба. Этот вопрос должна была задать она. Но кто мог предвидеть, что у нее на глазах зверски убьют подругу?
Сделав над собой усилие, Джейме дала искренний ответ:
– Понятия не имею, в каком я сейчас состоянии. Однако оттягивать встречу с Дженкинсом не имеет смысла.
– Да, мэм, – согласился Родригес.
Вдвоем они прошли к ТОШ «Коновал» и раздвинули двойной полог палатки, не выпускающий свет наружу. У входа за столиком сидел молодой рядовой. Его воспаленные, слезящиеся глаза красноречиво говорили о том, что ночное дежурство подходит к концу. Он уже предвкушает, как плюхнется на койку. Подняв взгляд, рядовой кивнул и вернулся к чтению романа.
Увидев вошедших, дежурный по штабу капитан Адам Уиттейкер шагнул им навстречу. Статный, широкоплечий, с точеными чертами лица, Уиттейкер был одним из самых красивых офицеров во всей вспомогательной группе. Он прекрасно знал свое дело. Джейме его очень ценила и уважала.
Однако слова, которыми Уиттейкер встретил ее сейчас, еще больше испортили настроение молодой женщины, хотя и не были неожиданными:
– Капеллан, заместитель командира хочет видеть вас немедленно.
Заместитель командира группы подполковник Рей Дженкинс находился в противоположном конце палатки. Стоя спиной к ним, он изучал большую карту, висящую на стене. При виде его Джейме стиснула зубы. Дженкинс был одного с ней роста, пять футов семь дюймов, и отличался щуплым телосложением. Коротко остриженные темные волосы нисколько его не красили. Он был вторым по старшинству после командира группы полковника Эбрахама Дерри. Задача Дженкинса заключалась в том, чтобы обеспечить гладкую и эффективную работу штаба, тем самым давая полковнику возможность сосредоточиться на более важных вещах. К несчастью для штабных, Дженкинс отличался крайней вспыльчивостью. Он заводился по любому поводу, к тому же никому не доверял, стремился совать свой нос в каждую мелочь и требовал, чтобы подчиненные согласовывали с ним все свои действия.
Вот почему Джейме действовала на него, как красная тряпка на быка. Дженкинс, первый заместитель командира, был ее непосредственным начальником. Однако она, как капеллан, имела прямой выход на командира во всех вопросах, касавшихся личного состава группы. Дженкинс терпеть не мог то, что Джейме не нужно было получать у него разрешение.
Услышав слова капитана, Дженкинс обернулся и пересек палатку.
«Так, посмотрим, каким будет начало, – подумала Джейме. – Как насчет: “С вами все в порядке?” Или: “Присаживайтесь; расскажите, что там у вас случилось?”»
– Капеллан, какого черта вы направили конвой в засаду? – гневно бросил подполковник, и у него на шее задергалась жилка.
– Я не знала…
– Зачем, мать вашу, вы свернули с магистрали?
– Сэр!.. – Джейме сделала глубокий вдох, стараясь сдержать себя в руках, не расплакаться и не закричать. – Мы получили радиосообщение от «Скалы» с предписанием следовать на пункт ГСМ, расположенный в указанном месте.
– Никаких ГСМ на той магистрали нет! Кто отправил сообщение?
– Какой-то сержант из роты управления. Его позывной был «Скала три-ноябрь».
– У нас нет никого с таким позывным! Джейме сглотнула комок в горле.
– Теперь я и сама это поняла.
Ей еще никогда не приходилось видеть Дженкинса таким разъяренным, однако голос его оставался негромким.
– Значит, вы хотите сказать, что противник имеет доступ к радиостанции СИНГАРС, а также знает секретные позывные. Вас пригласили в несуществующий ГСМ, а на самом деле заманили в ловушку? – В словах подполковника сквозило откровенное недоверие.
– Что-то в таком духе, сэр.
Дженкинс подошел к ней вплотную и заявил:
– Капеллан, ваш рассказ – полный бред, от начала до конца. Когда вы соизволите объяснить, что же произошло на самом деле, я с удовольствием вас выслушаю. – Резко развернувшись, он быстро вернулся к карте.
Оглянувшись, Джейме увидела, что Родригес поглощен разговором с капитаном Уиттейкером. Заметив, что подполковник удалился, оба разом повернулись к ней.
– Господин капитан, есть какие-нибудь хорошие новости? – спросила Джейме.
– Вчера, пока вы были в пути, Вторая бригада и Третья пехотная дивизия вошли с юга в Багдад и взяли под контроль президентские дворцы. Третья бригада разгромила иракские войска на северо-западной окраине города, полностью отрезав Багдад от помощи извне.
Джейме постаралась найти в себе силы изобразить радость по поводу этого известия.
– Вас правда пытался похитить федайин? – спросил Уиттейкер.
Джейме непроизвольно поежилась. У нее в памяти навечно запечатлелся облик похитителя, его глаза, горящие злобой. Однако лицо этого человека было слишком худым для уроженца Ближнего Востока и скорее загорелым, а не смуглым от природы.
– Знаете, мне кажется, это был не федайин, – сказала Джейме. – Он говорил по-английски. Но он действительно пытался меня похитить, а потом убил…
– Джейме, вам нужно немного отдохнуть. – Адам Уиттейкер положил руку ей на плечо. – А потом мы попробуем разобраться, что же произошло. По крайней мере, все солдаты вернулись на базу целые и невредимые.
Он запоздало заметил минное поле в своей последней фразе, но Джейме покачала головой, останавливая его возражения.
– Спасибо, – просто сказала она, развернулась и направилась к выходу.
Они с Родригесом вместе вышли из палатки. Над Южным Ираком начинался рассвет. Прищурившись, Джейме обвела взглядом унылый ландшафт.
– Я ни за что не подумала бы, что скажу такое, но Дженкинс прав. Это действительно какая-то бессмыслица.
– Предлагаю вам немного отдохнуть, – сказал Родригес. – А я схожу в похоронную команду и узнаю, не смогут ли вам помочь с похоронами вашей подруги. Вы говорили, что не знаете, есть ли у нее здесь родственники?
– Адара упоминала, что она из Лондона, – ответила Джейме, понимая полную бессмысленность этого.
– Я дам вам знать, чего мне удалось добиться. – Родригес спохватился, достал из кармана какой-то предмет и протянул его Джейме. – Вот, возьмите. Ваша подруга выбросила это в последнее мгновение. Наверное, она хотела передать его вам. А теперь пошли.
Джейме забрала у него вещицу. Это был золотой браслет шириной около двух дюймов.
«Мне надо отдохнуть».
Она по-прежнему чувствовала себя так, словно медленно плыла глубоко под водой. Ее сознание упорно отказывалось осмыслить происшедшее. Джейме много лет утешала тех, кто обращался к ней в тяжелую минуту. Она знала, что от недосыпа преграды начинают казаться непреодолимыми. Сейчас на ней самой сказывалась острая нехватка сна. Вчера ночью конвой на три часа остановился у обочины. Многие солдаты развернули рядом с машинами походные койки, другие ухитрились вздремнуть сидя.
Но Джейме не смогла заснуть. Это были ее люди… Все до одного. Даже Дженкинс. Если что-то случится, она должна быть здесь, бодрая и свежая, готовая помочь. Ночью, зная, что ей непременно нужно отдохнуть, Джейме попыталась поспать на крыше «хаммера», как в предыдущую ночь это сделал Родригес. Штаб-сержант даже подложил между стальными дугами и брезентовым верхом лист фанеры, сделав что-то вроде топчана. Но даже это дополнительное удобство не помогло.
Здесь, на базе «Скала», штабная рота поставила пару палаток среднего размера специально для отдыха. Джейме взяла свою койку, нашла свободное место в офицерской палатке, поставила ее и села. Достав одноразовые детские салфетки, она стерла с лица и рук слой грязи. У нее даже не возникло желания освобождать волосы от заколок. Несомненно, выражение «песочная блондинка» в нынешних условиях приобрело совершенно новый смысл. Выбросив грязные салфетки, Джейме вытянулась на койке.
Один из ее наставников как-то сказал, что для того, чтобы эффективно помогать другим, необходимо самому испытывать боль.
«Но сколько еще мне нужно боли? – мысленно кричала Джейме. – Мама и папа… Затем Пол… Разве этого не достаточно? Нужно было добавить еще Адару, умную, добрую?»
Она не смогла удержаться от самого бесполезного вопроса: «Господи, почему?»
Джейме прекрасно понимала, что ей грозит опасность вскрытия старых ран. Она старательно воздействовала на свое сознание, пытаясь найти любой, хоть какой-нибудь способ не провалиться снова в бездонную пучину горя, где побывала, потеряв Пола. Джейме поймала себя на том, что непроизвольно стискивает обручальное кольцо, висящее на шее вместе с солдатским жетоном. Это стало последней каплей.
Потеряв под ногами эмоциональную опору, она не удержалась и полетела обратно в тот солнечный сентябрьский день, еще наполненный теплыми ароматами лета. Джейме тогда находилась в Мериленде, на Абердинском учебном полигоне. Начальство посчитало, что капеллан-женщина поможет скорее восстановить моральный микроклимат в части, в которой незадолго перед этим случился громкий скандал, связанный с сексуальными домогательствами. Она посетила солдат в учебной мастерской, устроенной в просторном гараже на четыре машины. В свой работе Джейме всегда стремилась поближе познакомиться с повседневными обязанностями солдат. В мастерской были четверо учеников: трое рядовых и один вольнонаемный специалист – и сержант-инструктор, все в обязательных зеленых комбинезонах. Они с помощью лебедки снимали двигатель с «хаммера». Джейме заглядывала через плечо, задавала вопросы, шутила, и тут в распахнутых воротах гаража появились командир батальона и бригадный капеллан.
– Класс, смир-но! – зычно скомандовал сержант.
Присутствующие вытянулись в струнку. У всех мелькнула одна и та же мысль: «О черт!»
Одновременное появление командира батальона и капеллана не предвещало ничего хорошего. Кому-то предстояло услышать плохие известия. «Гонцом» был командир. Капеллан обеспечивал поддержку.
– Вольно, – скомандовал командир батальона подполковник Грег Спенсер.
Вместе с ним был капеллан Винсент Диас, майор, католический священник, которого все любовно называли отцом Винсом.
Всем потребовалась какая-то доля секунды, чтобы обратить внимание на несоответствие и осмыслить его: командир батальона и бригадный капеллан. Для того чтобы сообщить кому-то плохие известия, командир батальона должен был захватить с собой батальонного капеллана. Если только, конечно…
– Сержант, пожалуйста, продолжайте занятия, – рассеянно произнес Спенсер. – Мы заберем у вас капеллана Ричардс.
Если только, конечно, плохие известия предстояло услышать не самому капеллану.
Эти шестьдесят секунд сентябрьского дня 1997 года, которые потребовались на путь от мастерских до стоянки, отбросили Джейме на восемнадцать лет назад, в тот страшный день, когда она узнала о смерти своих родителей. То же самое предчувствие непередаваемого ужаса охватило ее, пока отец Винс и подполковник Спенсер шли вместе с ней подальше от гаража, чтобы их никто не слышал.
– Так говорите же!.. – наконец не выдержала Джейме, пребывая в ошибочном убеждении, будто муки неопределенности хуже самой новости.
– Давайте где-нибудь присядем, – предложил Спенсер, тридцативосьмилетний белый мужчина. Шесть футов роста. Выпускник академии Вест-Пойнт. Импозантная внешность. Он указал на стоявший поблизости микроавтобус с открытой дверью.
Но Джейме застыла на месте, скрестив руки на груди. Ее ноги отказывались двигаться.
– Джейме, пожалуйста, – мягко произнес отец Винс.
Она как никто другой знала, насколько сильно командиры ненавидят эту часть своих обязанностей. Армейские капелланы относились к этому так же. Однако Джейме не собиралась облегчать Спенсеру и отцу Винсу их задачу. Ей просто нужно было знать правду.
Подполковник Спенсер вздохнул, признавая свое поражение, и сказал:
– Хорошо. Капеллан Ричардс, я должен сообщить вам прискорбное известие. Вчера в пятнадцать пятьдесят по местному времени ваш муж Пол погиб при взрыве бомбы в Израиле.
«В пятнадцать пятьдесят по местному времени тот мир, который ты знала, перестал существовать».
И вот теперь, в 2003 году, Джейме опять вынуждена была гадать, сколько еще раз ей придется восстанавливать заново свой мир, чтобы он опять оказывался разбит вдребезги.
Неужели это происходит снова? В чем дело? Джейме чувствовала, что, несмотря на усталость и полное истощение, ей нужно сосредоточиться. Что делала в Ираке Адара? Кто ее ранил? Откуда ей было известно о засаде? Кто был тот человек в черной одежде? Откуда, во имя всего святого, ему было известно имя Джейме? Почему он пытался ее похитить и убил Адару так, словно бросил вызов?
Все это не поддается разумному объяснению.
И послание. Адара пыталась ей что-то сказать. Какие-то числа. Что-то о каком-то мече. Адара думала только о том, как передать ей это послание. В ее голосе звучала завораживающая настойчивость. Быть может, она даже умерла для того, чтобы доставить по назначению свое послание.
Внезапно Джейме вспомнила кое-что еще из сказанного подругой. Усевшись на койке, она скинула ноги на землю и схватила руками голову, не давая ей кружиться. Женщина посмотрела на часы. Они показывали половину седьмого утра.
Адара сказала – восемь ноль-ноль. Если послание действительно было настолько важным, что ради него стоило умереть, если эти цифры действительно обозначали время встречи, у Джейме оставалось меньше полутора часов на то, чтобы решить эту загадку.
Джейме ненавидела вкус кофе. Если бы можно было сегодня утром ввести кофеин внутривенно, то она с радостью пошла бы на это. Но кофе стоял перед ней, черный, противный и лишь отчасти действенный. Лапша на курином бульоне, которую также предлагали в столовой, разместившейся в палатке рядом с полевой кухней, казалась более привлекательной.
Джейме расправилась с половиной порции. Она сидела в столовой одна, уставившись на раскрытую записную книжку.
«0800. 3057. 4606.
Вернуть домой пропавший меч.
Куда укажет четвертая сестра».
В чем смысл всего этого? Адара, почему ты оказалась здесь? Ты ничего мне не рассказывала о своей семье. У тебя вообще были сестры? Или эти «четыре сестры» означают какой-нибудь ориентир на местности? Скалу? Россыпь скал? Что?
Джейме достала из кармана браслет, который ей передал Родригес. Нападавший выронил эту вещицу, а Адара собрала последние силы, чтобы поднять ее с земли и швырнуть Джейме. На вид это был обычный женский браслет – больше того, глядя на искусную работу по золоту, на красивые драгоценные камни, все разные, Джейме вспомнила, что Адара, кажется, носила такой же, когда они учились вместе в Принстонской семинарии. Она решила после окончания войны разыскать родственников Адары и отдать браслет им. Судя по всему, это дорогая вещь. Камни, похоже, настоящие. Рубин, сердолик, бирюза, лазурит, нефрит, перламутр.
– Капеллан…
Джейме подняла взгляд. Перед ней стоял сержант Мор из конвоя.
– Извините. – Она шумно вздохнула. – Все в порядке?
– Вы ни в чем не виноваты. Радиосообщение произвело впечатление подлинного. Я просто хотел вас поблагодарить за то, что вы примчались прямо в огонь и вытащили нас из западни, не побоявшись за собственные яйца. – Запоздало осознав, с кем говорит, сержант виновато усмехнулся. – Ну, образно говоря.
– Всегда пожалуйста, – слабо улыбнулась Джейме.
Поделиться книгой: