- Так это мы так и без подзарядки можем допрыгать.

  - По правилам совершать переходы с объемом энергоемкости ниже 25% не рекомендуется во избежание...

  - Знаю -знаю, оставь свои нотации новичкам-первогодкам, - перебил ее Ник.

  - К нам идет нуль-сообщение, - сообщила Умка.

  - С базы? С каким грифом? - "Уже всполошились, что ли?" - мелькнуло в голове.

  - Пока не ясно, только начинает формироваться. Полностью спакетируется через 2-3 минуты.

  -Быстро как-то нас вычислили. Как будто знали новые расчетные координаты.

  - Бортовой компьютер передал. Он обязан дублировать на базу все свои действия, в том числе и расчет новых координат.

  - Я об этом как-то не подумал, - признался Ник. - Проведи расчет новой точки выхода, в нескольких парсеках от второй заданной, у нас будет время на подзарядку. Что-то не хочется мне сейчас объясняться с Овсянниковым.

  - В 4, 756 парсек от ранее намеченной есть удобная точка выхода. Флуктуация в пределах нормы.

  - Начинай подготовку к прыжку, немедленно! - Ник привычно откинулся в кресло.

  - Начинаю обратный отсчет, - голос Умки был сейчас лишен каких-либо эмоций. - Десять, девять, восемь, семь....

  Второй переход ничем не отличался от первого. Такая же глубокая вибрация, рябь в глазах и короткое ощущение свободного падения.

  - Переход завершен, - вытащил его в реальность бесстрастный голос Умки. - Вышли в намеченный квадрат. Все системы стабильны. Сканирую ближайший сектор пространства.

  - Энергоемкость? -с небольшой хрипотцой в голосе спросил Ник.

  - 47%. Прошли 410 парсек.

  - Ну что, неплохая работа. Какой это сектор?

  - F 20031 - пограничная зона, дальше Глубокий Космос.

  - Да, так далеко я еще не забирался, - Ника разобрало любопытство. - Открыть внешний экран!

  Рубка управления мгновенно сделалась прозрачной, и Ник, вскрикнув, вцепился руками в поручни кресла. Он словно оказался парящим в открытом пространстве. Иллюзия была настолько полной, что ему понадобилось какое-то время, чтобы убедить свои обманутые органы чувств в том, что челнок никуда не пропал, что сам он все еще находится в рубке управления. Он все-таки потянулся к пульту управления, также парящему в пустоте, и без всякой надобности пощелкал каким-то тумблером. Потом отстегнул ремни и осторожно слез с кресла. Пол рубки был абсолютно прозрачен, но под ногами привычно чувствовалась его упругость. Ник хотел для верности на нем попрыгать, но, поколебавшись, передумал.

  - Верни пол, - чуть дрогнувшим голосом приказал Ник.

  Пол так же мгновенно принял свой обычный вид - хорошо, что Умка правильно поняла его приказ.

  В отличие от "Берсеркера", где обзор ограничивался передним экраном и верхним куполом, в "Валькирии" конструкторы решили этот вопрос, прямо сказать, кардинальнее.

  Ник сел в кресло, переборол желание защелкнуть ремни и снова скомандовал:

  - Полный обзор.

  Вид открывался поистине фантастический. И абсолютно незнакомый. Если еще на базе он находил привычные созвездия, то из этого сектора космос выглядел совершенно иначе.

  - Умка, доложи расчетное время до полного набора энергии.

  - Если флуктуация в этом секторе существенно не изменится, то от 17 до 19 часов.

  - Теперь, судя по возможностям "Валькирии", спешить нам некуда, остался один прыжок и мы у цели.

  - Есть некоторая проблема, - тон Умки оставался таким же нейтральным.

  - Что опять за проблема? - Ник насторожился.

  - Я хотела сообщить это сразу по моей активации, но события начали развиваться очень быстро.

  - Продолжай.

  - Я не полностью управляю "Валькирией", точнее сказать, мне доступно не более четвертой части всех систем челнока.

  - Я не совсем понял, как это на четверть? - Ник был ошарашен. - Как это возможно?

  - Здесь много закодированных систем, и я не могу в них войти и, более того, я даже не могу понять их предназначение. Мои возможности ограничиваются управлением системами навигации и жизнеобеспечения, и то, по всей видимости, не в полном объеме.

  - Этого ведь достаточно для выполнения задачи?

  - Да.

  - Но есть что-то еще?

  - Координаты конечного пункта назначения, - Умка сделала паузу, как будто пыталась подобрать слова, что для нее было несвойственно, - приблизительны.

  Это было что-то совсем невероятное.

  - Как это приблизительны? Ты что, перегрелась? Ты же рассчитывала переходы согласно заданным координатам, да и бортовой компьютер также провел до тебя все расчеты.

  - Все верно. Так было, пока работал маяк в конечной точке выхода. Я обратила внимание, что после первого и второго перехода координаты каждый раз незначительно, но менялись. Сейчас маяк молчит.

  - Возможно, какой-то кратковременный сбой?

  - Возможно.

  Ник задумался. С самого начало шло все как-то неправильно. Он постарался вспомнить подробнее предшествующие события. Началось все с неожиданного вызова к капитану и получения внеочередного задания. Странно, конечно, что Шеф решил лично отдать ему приказ. Но так иногда бывало. Мало ли что? И ничего особенного, не считая, конечно, переноса на неопределенный срок долгожданного отпуска, в этом не было. Дальше мимолетная встреча в дверях с человеком из Центра. Скорее всего, из Центра. Тот явно был важной персоной, судя по тому как он держался с Шефом. Затем короткие инструкции и предписание на "Валькирию". Почему именно ему доверили новейший челнок? Ник прекрасно понимал, что на базе достаточно куда более опытных пилотов, чем он. Ну, возможно, все были заняты на других заданиях. Так, что еще? Значит, дают самый быстроходный челнок, чем подразумевается, что надо как можно быстрее доставить груз на исследовательскую базу. И, в то же время, в бортовой компьютер закачивают хаотичные координаты точек выхода, что значительно увеличивает время выполнения задания. Странно? Пожалуй. Кстати, а что насчет груза?

  - Умка, ты можешь уточнить, что за груз мы везем? Хотя бы посмотри его маркировку.

  - Грузовой отсек пуст.

  С минуту Ник невидящим взглядом смотрел перед собой, потом с силой хлопнул себя по лбу.

  - Ну, конечно же, как мне это сразу не пришло в голову! - воскликнул он. - "Валькирия" и есть тот самый груз! Какой же я глупец. Это и объясняет то, что Умке не удалось войти в заблокированные системы корабля. Должно быть, нужен специальный код доступа для активации неведомых программ.

  Для чего они нужны, Ник даже не пытался ломать голову. И код доступа наверняка есть только у получателя. Чем больше он об этом думал, тем больше находил каких-то, на первый взгляд, несуразностей, которые в совокупности таковыми уже не казались. Теперь он хотел лишь одного - как можно быстрее доставить "Валькирию" в пункт назначения, передать ее получателю в целости и сохранности. Тут ему почему-то вспомнился Петр Овсянников, с любовью поглаживающий амортизаторы "Валькирии". И отбыть на базу. Там его, наверняка, ждет самый что ни на есть серьезный разговор с Шефом. Правда, времени обдумать свои контраргументы у него будет достаточно в обратном полете, так что сейчас Ник решил об этом не беспокоиться.

  - Так, Умка, вернемся к нашим координатам. Предлагаю ориентироваться на последние данные от маяка исследовательской базы. Что, кстати, находится в том секторе?

  - Этот сектор практически не изучен, данных мало. Я специально сделала запрос в БВИ. Зачитываю ответ:

   "Сектор F-1456/0002 представляет собой сильно разряженную туманность вытянутой формы размерами около 60×45×115 парсек, местами имеются пылевые скопления веретенообразной формы. Данные получены от беспилотных исследовательских зондов БИЗ-12567/346 и БИЗ-23799/1007 в 2456 и 2489 годах соответственно. Дальнейших исследований не проводилось в связи с их нецелесообразностью".

  - Интересно получается, - присвистнул Ник, - значит, никаких исследований в связи с нецелесообразностью.

  В глубине души он уже начал жалеть, что самовольно изменил заданный маршрут. Сейчас задание уже не казалось таким простым и понятным, становясь все более запутанным, если не сказать странным. Ник отчетливо понял, что ответы на вопросы находятся далеко за пределами его компетенции.

  "Ну а раз так, то и не буду забивать себе голову. Моя задача - доставить груз получателю, этим и следует заняться" - резюмировал он.

  - Как идет набор энергии?

  - С опережением графика. Сенсоры отмечают возрастающую активность флуктуационного поля, что нехарактерно для этого района. Среднее натяжение по шкале Бернанда-Рихтера от 12 до 14 террагерц, сейчас оно приближается к 16.

  - Вот это как раз как нельзя кстати, - Нику не терпелось поскорее добраться до цели. - Какое расстояние зафиксировано между первыми и вторыми координатами маяка?

  - 0, 3 астрономической единицы[5].

  - Прилично, но думаю, на месте разберемся - или прыгнем в низком режиме, или дойдем на гипердвигателях.

  - Натяжение поля достигло 19 террагерц, - доложила Умка. - Мне не нравится скачкообразный характер натяжения. Также не удается выяснить причину столь мощного возмущения.

  Ник бросил взгляд на индикаторы, стрелка показывала 19, 2. Пока ничего критического. При натяжении поля более 25 террагерц увеличивалась погрешность точности в точках входа и выхода, а свыше 30 нуль-переходы становились и вовсе не безопасны.

  - Энергоемкость 50%.

  - Готовность один! - Ник поудобнее устроился в кресле и привычно защелкнул ремни. Он специально отдал эту команду. Теперь даже если натяжение поля приблизится к 25 террагерц, компьютер не отменит прыжок. Ждать несколько дней, пока не утихнут флуктуационные возмущения, у него уже не было сил.

  - Натяжение 23, энергоемкость 65, - монотонно прозвучал голос Умки. - Даю обратный отчет. Девять, восемь...

  "Все-таки какие-то странные скачки поля..." - успел подумать Ник, проваливаясь в темноту.

  Глава 2

  Сознание не хотело возвращаться, ужасно тошнило, во рту явственно ощущался железный привкус крови. Ник с трудом открыл глаза. Было ощущение, что ему бросили в лицо пригоршню песка. Он попытался проморгаться и скривился от боли. Рубка двоилась и расплывалась. Ник попробовал сфокусировать зрение на пульте управления. Там тревожно мерцали красные огоньки. Пахло горелой проводкой и чем-то кислым. "Меня все-таки вырвало", - подумал он, и эта мысль, как ни странно, вернула его к действительности.

  - Умка, доложи обстановку, - прохрипел он, губы едва слушались, все лицо свело словно судорогой.

  - Системы жизнеобеспечения в норме, энергоемкость 2%, наши координаты не установлены. Есть сбои в работе 4-го, 7-го, 9-го и 12-го контуров. Произвожу дальнейшую диагностику.

  "4-й - это эмиттер силового поля, - лихорадочно соображал Ник, - 7-й -батареи энергонакопителей, 9-й - сканы дальней разведки, 12-й - это аппаратура нуль-связи".

  - Так, а что у нас с навигационной системой?

  - Все показатели в норме.

  - Ты же сказала, что координаты не установлены?

  - Навигационная система работает в штатном режиме. Координаты не установлены, так как невозможно определить контрольные точки отсчета.

  - Что за ерунда? - Ник похолодел. - В таком случае, где мы находимся?

  - Мы находимся в звездной системе, не зарегистрированной ни в одном каталоге. Продолжаю сканирование. Пытаюсь установить контакт с контрольными навигационными маяками.

  Ник отстегнул ремни и тяжело вылез из кресла. "Надо привести себя в порядок и собраться с мыслями". Ужасно хотелось пить. Ник отправился в кухонный отсек. Только выпив не меньше литра освежающего напитка, отдаленно напоминающего апельсиновый сок, он почувствовал себя лучше. "Сейчас бы принять настоящий душ, смыть с себя липкий пот, кровь вперемежку с собственной рвотой", - Ник мечтательно представил, как стоит под холодными водяными струями, запрокинув голову. Но такой роскоши на челноке, естественно, не было, и ему пришлось ограничиться ионным душем. Поставив интенсивность на максимум, Ник через какое то время почувствовал себя несколько бодрее.

  "Будем действовать поступательно, - решил он, - первым делом установим, что же собственно произошло".

  - Умка, дай запись рубки управления за минуту до последнего прыжка. В восьмикратном замедлении желательно, - добавил он.

  На экране тотчас же появилось изображение. Ник увидел себя сидящим в кресле пилота. Ракурс был взят со стороны и чуть сверху, так что отчетливо можно было видеть показания всех приборов. Вот он беззвучно дает команду о готовности, одновременно пристегивается. Умка начинает отсчет, это видно по меняющимся цифрам в правом верхнем углу экрана: 9, 8, 7, 6, 5... Вот экран покрывается рябью, и одновременно изображение начинает вытягиваться, очень напоминая комнату смеха с кривыми зеркалами. 3, 2... Уже нельзя различить ни одного предмета, настолько они вытянулись в виде разноцветных линий. Последнее, что видно на экране, - это радуга и сразу чернота...

  Нику не один раз доводилось просматривать запись нуль-перехода. Ничего необычного и в этот раз. Он знал, что через секунду все до мелочей повторится, но только в обратной последовательности. Экран начал проясняться, вот уже можно различить пульт управления, очертания приборов, вот он сам, откинувшийся в кресле. Ник уже собрался ускорить воспроизведение, как вдруг центральный экран озарила нестерпимо яркая вспышка. Ник непроизвольно откинулся, что есть силы зажмурив глаза.

  - Стоп запись, уменьшить яркость, верни до вспышки, еще раз, стоп! - скороговоркой прокричал он.

  Когда в глазах перестали плясать радужные круги, уже спокойнее скомандовал:

  - Включай, Умка, и дай 16-кратное замедление.

  На этот раз свет от вспышки медленно заливал рубку управления. Умка немного затемнила изображение, и сейчас глаза не резало ослепительной болью. Все внимание Ника было приковано к центральному экрану. Сейчас стало заметно, как системы жизнеобеспечения пытаются снизить яркость излучения, включая один за другим световые фильтры. Но автоматы явно не успевали. Один за другим на панели управления вспыхивали красным цветом тревожные индикаторы. Нику не надо было всматриваться в их показатели. Было и так понятно, что корабль подвергается мощнейшему внешнему воздействию. Хорошо, что запись производилась в замедленном режиме. Звука не было. Ник представил себе одновременный вой датчиков тревоги, который еще недавно наполнял рубку, и поежился.

  Весь экран как будто залило море огня, и ничего нельзя было различить в этом адском пламени. Но вот автомат стал отщелкивать изображения на удаление. Картинка постепенно уменьшалась, яростное сияние словно стекало с периферии к центру экрана.

  - Вот это да! - только и мог выдавить Ник.

  В центре экрана, взметая, словно щупальцы, огненные протуберанцы, величественно полыхала звезда. Зрелище было настолько завораживающее своей красотой и нереальностью, что чувство опасности куда-то отступило. Ник в ступоре смотрел в огненную пучину, в которую со скоростью 500 километров в секунду неотвратимо погружалась "Валькирия". Он почти физически ощутил, как гигантские гравитационные тиски звезды пытаются смять защитное поле челнока, чтобы потом в один миг превратить его в короткую вспышку фотонов.