Летописи Страны Арии. Книга 2

10.

Много веков никто не хаживал в Терем Золочёный, и Емелю приходилось протаптывать себе тропинку среди густо поросшей травы и мелких кустарников.

Вот уж и крыльцо. Как-то сердце ёкнуло внутри, и в один миг почуял юноша, словно кто ему прямо в душу смотрит, да не заробел, продолжая ступать дальше сквозь травы.

Поднялся он на крыльцо – дверь сама распахнулась, словно приглашая его вовнутрь. Пройдя в хоромы, заметил Емель чистоту и порядок, всё так и блестело, словно ждали его – ни пылиночки. Подивившись тому, кликнул он Веледу.

Никто не ответил. Через миг стремительно пронёсся ветер, распахивая окна, но не было и следа той девы, о которой упомянул парню Род Лунный. Оглядевшись ещё немного, заметил юноша лестницу, что вела наверх – ведал он из книги Семаргла одну из комнат, где стоял круглый стол, и где когда-то сиживали правители белозёрские, помогая решениями своими поддерживать добро и зло в равновесии на Мирград-Земле.

Ступенька за ступенькой поднялся гость на второй этаж. Двери в залу с круглым столом тотчас распахнулись, словно приветствуя его. Сам стол сиял натёртый до блеска, словно его всю ночь чистили усердные слуги. Окно было распахнуто и где-то снаружи слышалось щебетание малых пташек.

Емель присел на одну из лож и заметил на столе две чарки, которые очутились там сами по себе – в чарках, дымясь душистым ароматом, был налит отвар из трав. Тут одно из лож, что стояли вокруг стола, без малейшего звука отодвинулось, и в нём, словно появившись из воздуха, появилась Веледа.

Было всё столь неожиданно, что юноша на мгновение потерял дар речи, но тут же взяв себя в руки, стал из-за стола и поклон отвесил хозяйке в знак приветствия.

11.

Старик короткоостриженый велел князю урскому испить зелье, кое он приготовил. Заор верил своему новому наставнику и посему осушил содержимое сосуда протянутого ему одним махом. Затем старец отправил князя в опочивальню да велел уснуть крепким сном. Наутро проснувшись, владыка урский стал походить на купца – уменьшился в размерах, и обличие его приняло человеческий вид.

Старик был предан своему господину и посему решил отправиться на Мирград-Землю вместе с ним. Выйдя на крышу хором княжеских, оба забрались во птенца малого и через миг были уже далеко от тех мест, направляясь на остров Буян.

12.

Предложила Веледа гостю испить ароматных трав отвар. Емель, не думая ни о чём дурном, осушил чарку, уже немного успевшего остыть зелья, и тут словно кругом пошла голова, и стал он выкладывать наперебой все мысли свои, что без труда дева могла и так прочесть, словно книгу открытую. Знал юноша, что добро несёт в себе Веледа и не стал противиться её чарам.

Хозяйка дома рассказала, что предстоит Емелю уберечь её от напасти да сразиться с гостем из далёких земель.

Подивился тот всему сказанному. Дева выглядела так, словно никогда не старилась. Был то Дух Земли Малой, что наполнял её форму до краёв.

Просила Веледа помочь укрыться от другой её части тёмной, что несла разрушения и погибель в себе. Обернулась пёрышком лёгким да велела спрятать за пазуху, а коли совсем туго придётся – вынуть то пёрышко да подбросить в воздухе и трижды произнести её имя «Веледа», и тот час появится она. В обмен на эту услугу обещала помочь отыскать князя жёлтого Эдана да ступать на пир сказала.

13.

Столы уж были накрыты снедью и яствами всякими, что услаждали взор да щекотали ароматом носы присутствующих.

Собралось народу видимо-невидимо – изо всех дальних мест и уголков Мирград-Земли. Каждый принёс с собой что-то. Было тут и племя красное и жёлтое, и люди с цветом кожи тёмной, да прочие народы из ирийского княжества. Немного людей из Белоречья[25], да племя асов светлое. Все ждали Емеля. Вот и он подоспел, и начался пир.

Иные ели от пуза да были те, что к еде и не прикоснулись, лишь пригубив мёды сладкие из заздравных кубков.

Музыканты играли на причудливых инструментах, тех, что не увидишь нынче. В многоголосии звона струн и прочих звуков был слышен шум веселья, и народ чувствовал себя радостно. Все перемешались в огромной толпе пляшущих и ликующих. Лишь одна старая женщина сидела не притронувшись ни к еде, ни к питью – была то мать одного из сподвижников Эдана, Адира.

Было лет ей уже не мало. Грустные раскосые глаза её выражали печаль, словно тёмное пятно на фоне общего веселья. Знал Емель, что это та самая женщина, которая поможет ему отыскать виновника бед на Мирград-Земле.

Пёрышко за пазухой зашевелилось, щекоча грудь, словно призывая его к действию. Юноша приблизился к старухе да налил чарку до краёв отваром из лепестков душистых цветов и протянул Адире.

14.

Птенец малый[26] присел неподалёку от причала на Буяне, да вышли из него двое – на вид купцы. Один, постарше, взглянул на две фигуры золотые да на языке заморском начал что-то рассказывать второму. Так постояли они немного, а затем направились вниз по тропинке, где недавно прошёл Емель в сторону Терема Золочёного. Были то князь урский – Заор, да его новый наставник, что обернулись купцами да проникли гостями незваными на Мирград-Землю.

15.

Адира бросила взгляд на Ерема, протянувшего ей кубок, и хотела было протянуть руку, чтобы оттолкнуть его, но, словно повинуясь чужой воле, послушно пригубила и осушила отвар до дна. Затем, словно, поменялась в лице, улыбнувшись впервые за долгое время.

Веледа делала своё дело медленно и кропотливо, словно луч света проникла она в тёмную душу женщины и, освещая себе дорогу, искала нужное ей.

Емель стоял не шелохнувшись, а старуха, будто захмелев, пустилась в пляс, радуясь празднеству, словно её подменили. Ему даже показалось, что черты её лица изменились, и она стала моложе.

Вот Веледа добралась до желаемого. Пёрышко снова защекотало юношу, подавая ему знак удалиться. Было всё ясно без слов – Емель развернулся, направляясь прочь сквозь толпу ликующих и веселящихся.

16.

Заор, ведомый стариком, наконец остановился подле Терема Золочёного. Стриженый старец бесцеремонно отпер двери и быстрым движением поманил за собой князя. Так поднялись оба на второй этаж, усевшись подле круглого стола. Поведал старик владыке урскому, что кто-то опередил их да теперь будет тяжело сыскать ту деву, за которой они прибыли на Мирград-Землю.

Князь смерил своего наставника взглядом да отвесил ему оплеуху так, что тот отлетел в другой конец залы. Был Заор своенравным и не терпел поражения.

Старец ничего не ответил, лишь усмехнулся и, немного погодя, растолковал князю, как следует поступить. Решили двое нанести визит к Алеану, местному правителю. Вечерело, и было несподручно искать ночлег. Оба решили остаться в тереме до утра.

* * *

Князь буянский, Алеан, тем часом забавлялся на пиру, как и многие другие уцелевшие жители Буяна. Тайно в сердце надеялся правитель найти ту единственную, сердцу милую деву да не испытывал никаких чувств ни к одной красавице, коих было множество великое на том пиру.

17.

Воевода Велий, что был одним из правителей ирийских, восседал на пригорке подле деревца с необычайно ароматными плодами. Были то словно яблочки наливные да размером в три раза больше и имели внутри кость лишь одну да переливались разными цветами – желтым и красным и кое-где зелёным. В тот момент богатырь наблюдал за веселящейся толпой, сидя на возвышении, да уплетал плоды с деревца.

Подойдя к нему, заметил Емель, уж восемь косточек было рассыпано. Ел немерянно арконец, но завидя Емеля, в один миг очутился на ногах да поклонился в знак приветствия. Юноша ответил ему поклоном.

Велий был уж в летах, годков семьдесят ему исполнилось, а на вид был, словно и сорока не было. Знал кое о чём воевода да то, что поведал ему Емель, удивило его до глубины души.

Удалось Веледе стать частью духа той старой женщины да заглянуть в прошедшее, а там связаться с душой её сына, а через неё с Эданом. Дух Земли Малой был не в силах изменить что либо – было всё делом прошлым, но всё без утайки рассмотреть мог, а увидел он неладное в Арконе.

Один из правителей ирийских был не кто иной, как засланный лазутчик от князя жёлтого, что обманом и подкупом проник в залу семерых, где собирались правители Ирии.

Звали того правителя Ардон. Был он сыном аса, а мать его происходила из пришлых народов купцов урских, что некогда во множестве перебрались во земли ирийские, чтобы торговать вещицами диковинными. Как-то ещё в молодости повстречал он юного князя Эдана да завёл с ним дружбу.

Шли года. Стал Эдан князем жёлтым, главенствовать начал над своим народом да и предложил другу своему богатства невиданные в обмен на помощь в малом деле. Так, постепенно, правдами и неправдами продвинул он его в правители ирийские, да людей, что помогли ему, предал смерти лютой. Ведал обо всём лишь кроме них двоих сын старой женщины, Адиры, душа которого словно цветок раскрылась перед могуществом Духа Земли Малой.

Велий был спокойным и рассудительным воином. Выслушав всё до конца, не стал он созывать правителей на совет – иди знай, скольких успел на свою сторону перетянуть предатель. Доверял он лишь одной из совета семерых. Была она дочерью друга его лучшего, что сгинул, защищая Аркону во времена давние от гостей непрошенных. Но было то в прошлом, а теперь Ирия, названная так в честь государства ирийского, находилась в Белозёрье, не успев вернуться к пиру. Решили двое отправиться за ней.

Велий развернул свой плащ[27], наподобие того, что был когда-то у Аркона, да укрыл Емеля. Через миг оба очутились в Белозёрье подле хором княжеских на острове ущербном[28]. Велий уступил дорогу юноше, и Емель уверенной походкой направился вверх по ступеням хором, что когда-то были воздвигнуты Одином. Там-то и находилась Ирия, беседуя с тремя мудрецами.

18.

Пролетела ночь птицей быстрой на Буяне. Лишь забрезжил рассвет в оконце, двое купцов ряженных, Заор да его наставник, побрели прочь от Терема Золочёного к месту, где прежде стояли хоромы княжеские, а нынче была груда развалин. Да всё ж нашлись жители Буяна, что не отправились на пир, а продолжали усердно трудиться, воздвигая новые палаты и восстанавливая град стольный. Алеан ещё не вернулся из Арконы. Двое уселись на кусок оплавившейся колонны в ожидании его.

Тем часом, сам князь буянский почувствовал волнение в груди, словно кто разворошил душу. Был то Дух Земли Малой, что теплился во глубине сути его да предчувствовал встречу со своей частью, столь изменившейся за долгие годы разлуки.

19.

Ярило уж встало высоко. Алеан вернулся на свой растерзанный остров и принялся тут же за работу, даже не передохнув после бессонной ночи на пиру. Тут завидел он двоих купцов, что сидели поодаль да меж собой толковали.

Те, заметив князя, немного засуетились. И тот, что был помоложе, выступил вперёд, слегка поклонившись, словно и не желал добра, обратился к Алеану.

Предлагал он за время короткое отстроить всё на Буяне и брал все расходы на себя, а взамен просил лишь самую малость, что и показалось князю подозрительным, – нужен был ему Терем Золочёный, что стоял много веков заброшенный, и никому не было до него дела.

Князь переглянулся с мастеровыми да сказал, что даст ответ вскоре, а пока, мол, вынужден откланяться. Гости вольны делать, что захотят, и могут остановиться на то время где им угодно. На том и порешили.

Двое купцов с недовольным видом направились в сторону пристани, а Алеан решил немедля отправиться в Белозёрье, спросить совета у мудрецов.