Cотворившие чудо

Джереми пожал плечами.

— Это действительно так.

— В те дни ты был очень занят.

— Я был погружен в себя.

— И это тоже.

— Видимо, мне не следовало просить тебя говорить правду, — хихикнул Джереми.

— Я все равно буду говорить правду.

Джереми кивнул и отпустил ее руку. В памяти опять всплыл тот эпизод, когда Иден поцеловала его. Это случилось один раз и больше не повторилось. Она явно сожалеет и о том единственном разе.

И все же… Джереми никогда не принадлежал к тем мужчинам, которые отказываются от удовольствия. Его определенно влекло к Иден Бэйрс. С ее ароматом фиалки, с ее мягкой кожей и приятным смехом. Его мучил голод по ее губам. Он хотел хоть на мгновение ощутить их вкус на своих губах. Однако он не собирался завоевывать эту женщину.

Доналд, дворецкий Джереми, принес ее сумки.

— Что-нибудь еще надо, мэм?

Ей надо, чтобы он перестал называть ее «мэм» и смотреть на нее, как на особу из высшего общества. Да он наверняка богаче ее.

— Спасибо, нет. — Иден покачала головой. — Я ценю вашу заботу о моих вещах и о машине.

— Мистер Фултон просил передать, что вы можете здесь что-нибудь поменять или выбросить, если вам не понравится. Дом уже много лет капитально не ремонтировали. Пока вы здесь, он ваш.

— Уверена, в доме все в порядке.

Доналд кивнул.

— Лула иногда приходит сюда и что-либо оставляет. — В его тоне слышалась некоторая неловкость.

Иден моргнула. Лула?!

— Лула — кухарка. Она работала здесь, когда мистер Фултон был еще юношей и пользовался этим домиком. Но потом тетя рассердилась на мистера Фултона и выбросила отсюда все его вещи. Лула подобрала некоторые из них и до сих пор перетаскивает обратно, — улыбнулся Доналд.

Иден чуть не застонала. Она не только работает у Джереми, но еще и поселилась в потайном убежище, среди мальчишеских сокровищ.

— Уверена, все будет хорошо. Я не планирую задерживаться здесь надолго, — сообщила она Доналду и заодно себе. — Я только… У мистера Фултона есть для меня работа, — неуверенно закончила Иден.

Она не знала, посвящены ли Доналд и остальная прислуга в планы Джереми. Эшли, например, явно была не в курсе.

— Все в порядке. Мы знаем, что это имеет отношение к мистеру Фултону. Он сейчас не так хорошо видит, как раньше. Но мы помалкиваем. — Доналд многозначительно смотрел на нее, будто предупреждал.

Иден не обиделась. Ее тронуло, что прислуга столь трогательно заботится о хозяине.

— Я это поняла, — сказала она. Ее заявление вроде бы удовлетворило Доналда.

Иден действительно не собиралась обсуждать Джереми. Ни с кем. Более того — она даже думать о нем не хотела. Даже оценить свои эмоции, накопившиеся за целый день, не желала.

Иден вошла в дом. Ее ждал приятный сюрприз: никаких видимых следов Джереми не было. Только красивая старинная мебель, удобная, подобранная с большим вкусом.

Очень мило, подумала Иден и открыла комод. В одном из ящиков она нашла пачку старых фотографий. Много молодых женщин. Большинство из них она узнала. Богатые, роскошные. Сливки общества. Иден вздрогнула и положила фотографии на место.

В следующую секунду она услышала на улице голоса и подошла к окну. Мимо пробегал Джереми с еще двумя мужчинами, все трое в шортах. Она разглядела сильные, мускулистые ноги. Грудь его была обнажена, широкие плечи блестели от пота. Он стрельнул в нее взглядом и продолжал бег. Иден смотрела ему вслед, чувствуя, как рвется за ним сердце. Неужели она всерьез решила, что сумеет выработать иммунитет против сексуальности этого мужчины?!

Следующая мысль тоже о нем. Как ему удается бегать в таком состоянии? Наверняка он специально занимается с портом, чтобы сохранить уверенность в себе. И быстро ходит. И вообще старается делать то же, что и раньше. Хотя зрение ухудшается с каждым днем.

Он по-прежнему дерзкий. Энергичный. Все еще опасный.

Да, работать надо быстро. Слишком долго оставаться в его владениях опасно. Иден постоянно представляла себя в постели Джереми. От одной только мысли об этом ее начинало трясти.

— Бэйрс, сними шоры с глаз, — приказала она себе. — Некоторые люди не могут выносить запах сигарет или алкоголь. Ты, кажется, не можешь выбрать и приручить мужчину.

Трудно ей придется, но очень уж нужны деньги. Иден надеялась, что справится со своими эмоциями…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Исполнительная женщина. Пожалуй, я сделал удачный выбор. Так размышлял на следующий день Джереми, сидя за завтраком.

— Мисс Бэйрс в библиотеке, — сообщила экономка. — Она сказала, что хочет поговорить, когда у вас появится время.

Он моментально отложил салфетку.

— Пригласите ее.

Меньше чем через минуту Иден показалась на пороге.

— Ты поела? — спросил Джереми.

— Только кофе. Я никогда не завтракаю.

— Не возражаешь, если я продолжу? — (Она уставилась на него инквизиторским взглядом.) — Я всегда завтракаю, — бросил он.

— Еда может иногда и подождать.

Джереми покачал головой:

— Садись. Переговорим сейчас. Позже у меня деловая встреча.

Иден немедленно вошла в комнату. Она встала с той стороны, где ему лучше видно. Ему было очень важно тщательно изучить эту новую Иден. У нее холодное, непреклонное лицо. Но Джереми почти физически ощущал массу эмоций под внешним равнодушием.

— Садись, — повторил он, но уже с нажимом.

Она села там, где он показал ей, — рядом с ним. Джереми сосредоточил все внимание на Иден.

Ее реакция была моментальной. Она выпрямилась и будто застыла. У него возникло чувство, что хотя Иден и нуждается в деньгах, однако не в восторге от перспективы работать с ним. Совсем недавно она призналась, что в школе потеряла от него голову. Несомненно, теперь уже жалеет, что сказала это.

— Я почитала литературу, — начала она. — И многое поняла. Эта болезнь обычно проявляется уже в детстве. Гораздо раньше, чем в твоем случае. Установлено, что это явление генетическое. У тебя повышенная чувствительность к свету. Осталось незатронутым только периферическое, боковое, зрение.

Ах, так ему не придется объяснять, почему он хотел, чтобы она села рядом. И его не заподозрят в похотливом желании погладить ей коленки. И еще… Иден заговорила о его болезни не случайно. Неужели он продемонстрировал беспокойство или слабость? Если это так, придется последить за собой.

— Правильно. Если ты будешь стоять передо мной, то я буду видеть тебя словно в тумане. А так могу разглядеть, что ты зачесала волосы назад, что у тебя серьги в ушах, что ты носишь блузку с красивыми пуговицами. И верхняя расстегнута.

Она вытаращила большие серые глаза. Джереми подавил улыбку.

— Прости, — проговорил он. — Видимо, мне не стоило упоминать об этом.

Иден покраснела.

Джереми ждал. Напряжение, исходившее от нее, стало ощутимым. Ему больше всего хотелось сжать ее пальцы. Но усилием воли он сдержался.

— Именно поэтому тебе удается бегать?

Не подумав, он резко повернулся к ней. Иден несколько испугалась и подалась назад.

— Отчасти да. Я вижу часть дорожки и бордюр. И еще помогает знакомая, тщательно ухоженная территория поместья. Можно не волноваться по поводу камней и рытвин.

— У меня есть ученики, которые тоже увлекаются бегом. Так что я могу авторитетно заявить — ты в хорошей форме. Я имею в виду…

Джереми поднял руку, останавливая ее.

— Я понял, что ты имела в виду. Тебе не нужно следить за каждым поступком или словом, опасаясь неправильного истолкования. Между нами исключительно деловые отношения. Я нахожу тебя привлекательной, однако не собираюсь приставать.

Иден была ошеломлена.

— Я никогда не думала, что ты… Я тоже не буду к тебе приставать. Это…

— Все в порядке, Иден. — Джереми улыбнулся.

— Кроме того, я всего лишь хотела сказать, что ты можешь участвовать в соревнованиях. У тебя здорово получается.

— Нет, — возразил он.

Иден заерзала на сиденье. Подол прямой юбки потерся о его ногу. Невинная случайность на полсекунды связала их и вызвала у него тревогу. Она быстро отодвинулась.

— Дни, когда я по-настоящему занимался спортом, остались в прошлом.

— Из-за твоей…

— Слепоты? Нет. Потому, что я так решил.

— Что еще ты решил? — поинтересовалась она.

Джереми взял ее за руку и почувствовал, какие у нее длинные, тонкие пальцы.

— Я буду помогать тебе в работе. Когда смогу. Эшли сделала правильный выбор, — тепло добавил он.

— Я ее кузина, — пожала плечами Иден. — Она знала, что я нуждаюсь в деньгах.

— Нет, Эшли — профессионал. Она бы не стала рекомендовать тебя, если бы ты не подходила. Ты способна прекрасно заботиться о детях. Разве не так?

— Этого я не знаю, но дети мне очень нравятся. Я даже планирую иметь несколько собственных… без мужа. И еще хочу открыть частную школу для ребятишек, растущих в неблагоприятных условиях. Поверь, я смогу найти общий язык с твоими детьми.

— Это не мои дети!

— Я… — Иден закусила губу. — Я сказала, не подумав.

Джереми моментально пожалел о своей реакции. Покачал головой.

— Извини, я погорячился… Если тебе что-нибудь нужно, только попроси, — начал он новую тему. — Изволь заботиться о себе, иначе ничем не сможешь помочь мне.

В ответ она засмеялась.

— Что? — удивился Джереми.

— Прости меня. Но к чему столько патетики? Неужели для того, чтобы я съела завтрак? Если я чего-то не желаю, ты не сможешь меня заставить.

Он усмехнулся.

— Как по-детски это прозвучало. Правда? — смутилась Иден.

— А раньше ты поступала так, как от тебя требовали другие?

— Всегда. — Женщина нахмурилась. Потом с победным видом продолжала: — Поэтому теперь я должна чаще прислушиваться к себе и быть более настойчивой. — Она взяла чистый лист бумаги.

— Это твое право, Иден.

— Хорошо. Теперь скажи, какие у тебя еще есть хобби, кроме бега? — Она достала ручку из кармана юбки.

— Я играю в баскетбол с Доналдом.

— Баскетбол? Это замечательно.

— А ты играешь?

— Нет. Боюсь, что у меня никогда не хватало для этого силы и ловкости. Я и в школе не занималась спортом.

— У тебя наверняка есть способности. Просто ты их еще не раскрыла.

Иден посмотрела на него и покраснела.

— Может быть, но я всегда была слишком занята. Надо было работать.

Она вышла. Джереми остался доволен собой. Каким-то образом он умудрился не прикоснуться к ней. Что, конечно, замечательно.