Тайна тёмной лошадки

Солнце по-прежнему ярко светило, когда Холли подъехала на велосипеде к особняку «Каса-Бланка». Оставив велосипед у парад­ной двери, она пригладила волосы и нажала на кнопку звонка. Послышались шаги, и дверь открылась.

На пороге стояла молодая женщина лет двадцати пяти. Она обладала той же смуглой привлекательностью, что и Грант, но только в ней все казалось каким-то тусклым и моно­тонным: грязно-бежевого цвета вязаный жа­кет, тускло-коричневая юбка. Ее черные во­лосы были гладко зачесаны назад и стянуты резинкой. И, тем не менее, было очевидно, что эта женщина со своими темными глазами и высокими скулами могла бы выглядеть на­стоящей красавицей, если бы уделяла больше внимания своей внешности.

Глаза молодой женщины широко раскры­лись, казалось, она очень удивилась, увидев Холли. Но уже через секунду она обрела над собой контроль.

«Странно, — подумала Холли. — Я же сначала позвонила и попросила разрешения прийти ».

— Что вам угодно? — сухо спросила жен­щина.

Холли сразу узнала ее голос — именно с ней она говорила по телефону. Тогда тем бо­лее странно, что она так удивилась ее приходу.

— Меня зовут Холли Адамс, — представи­лась Холли. — Я звонила и договорилась о встрече с миссис д'Анжело.

— Ах, да. Проходите. — Женщина отсту­пила назад и, подойдя к одной из дверей, крикнула:

— Мама, к тебе пришли!

«Вот, значит, кто такая Фрэн, — подума­ла Холли. — Как странно, миссис д'Анжело ничего не говорила о своей дочери, Грант тоже ни разу не упомянул, что у него есть се­стра. Белинда права, этот Грант д'Анжело и впрямь темная лошадка».

Миссис д'Анжело выехала в холл в своем кресле. Приветливо улыбаясь, она протянула руку.

— Я очень рада вновь тебя видеть, Холли. Пройди в зимний сад, побеседуем там. Кста­ти, познакомься — это моя дочь, Франческа. Мы ее называем просто Фрэн.

— А я и не знала, что у Гранта есть се­стра! — широко улыбнулась Холли молодой женщине.

— В самом деле? — Фрэн не ответила на ее улыбку.

Миссис д'Анжело направилась в зимний сад.

— Будь добра, Фрэн, принеси нам по ча­шечке кофе, — обернулась она к дочери.

Фрэн, взяв Холли за руку, удержала ее.

— Пожалуйста, не заставляй маму слиш­ком много говорить, — негромко предупреди­ла она. — Это ее утомляет.

— Не буду, — заверила ее Холли.

Она прошла вслед за миссис д'Анжело в залитую солнцем комнату и села, положив на колени записную книжку.

— Итак, миссис д'Анжело, — начала она, — не могли бы вы рассказать мне о ва­шей спортивной карьере?

Уже через десять минут Холли знала поч­ти все о прошлом миссис д'Анжело и сделала множество записей, но ей никак не удавалось затронуть тему о Гранте. Ее мучило неприят­ное ощущение, что в любой момент может войти Фрэн и прервать их затянувшуюся бе­седу. Холли попыталась побыстрее перевести разговор на Гранта.

— Вероятно, вы бы хотели, чтобы ваш сын пошел по вашим стопам? — спросила она.

— Да, это мое самое большое желание, — кивнула миссис д'Анжело. Она нетерпеливо оглянулась — Фрэн все еще не принесла обе­щанного кофе. — Голубушка, сходи, разыщи Фрэн, будь добра. Не понимаю, куда она про­пала.

— Хорошо, миссис д'Анжело, — встала Холли, оставив свою записную книжку на стуле.

Когда она открыла дверь кухни, на нее пахнуло ароматом свежесваренного кофе. Но узкая длинная кухня была пуста. Холли ог­лядела кухонную мебель из темного резного дуба, полки, уставленные книгами по кули­нарии* и высокие, из тонкого стекла банки, заполненные различными сортами макарон­ных изделий. На столе булькала кофеварка, однако Фрэн не было видно.

На стене висела доска для объявлений, к которой булавками были приколоты несколь­ко визитных карточек и записок. Рядом фо­тография Гранта в детстве — он верхом на лошади, которую держит под уздцы Фрэн, надутая и обиженная. Тут же висел счет из мяс­ной лавки, расписание приемных часов хирур­га, а также замусоленная визитная карточка с надписью «Джек Пирс, торговля сеном и со­ломой», ниже был указан адрес и телефон. Холли подошла к окну посмотреть, не вышла ли Фрэн в сад.

Снаружи послышался шум автомобильно­го двигателя. Холли вытянула шею, но самой машины не увидела. В этот момент через бо­ковую дверь вошла Фрэн. Заметив Холли, она вспыхнула.

— Ох, прошу прощения… Меня отвлек­ли — неожиданный посетитель… Кофе я сей­час принесу.

— Я могу отнести, если вы не против, — предложила Холли.

К ее удивлению, Фрэн вдруг посмотрела на нее, прищурившись.

— А что вообще ты здесь делаешь? — спросила она.

Холли растерялась.

— Извините, не понимаю… Я думала, вы знаете…

— О том, что ты пришла взять интервью у мамы о ее спортивном прошлом? Это и есть настоящая причина?

Холли нахмурилась. Что имеет в виду сестра Гранта? Она не может знать, что у нее есть и другие причины.

— А какая же еще может быть у меня при­чина? — спросила Холли, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно спокойнее.

Фрэн пожала плечами и тяжело опусти­лась на стул.

— Не знаю. Просто я должна оберегать маму от лишних волнений. У нее такое слабое здоровье.

Холли села рядом. Мысли ее лихорадочно работали. Может быть, у Фрэн она сумеет вы­удить какие-нибудь сведения о Гранте.

— Да, я понимаю, — с сочувствием сказа­ла она. — Как ужасно, что она попала в та­кую страшную аварию. И все это время вы уха­живаете за ней?

— Да, — ответила Фрэн. — Когда умер отец, мне пришлось бросить школу, чтобы за­ботиться о Гранте и о маме, — она вздохну­ла. — Я мечтала стать актрисой, но… — в ее голосе звучало разочарование. Потом она, ка­залось, взяла себя в руки. — Мне пришлось об этом забыть.

— Но ведь еще не поздно! — сказала Хол­ли. — Вы бы и сейчас могли ею стать, если бы захотели.

Фрэн резко встала.

— Что я хочу, не имеет никакого значения! — с горечью сказала она. — Знаменитос­тью должен стать Грант. Разве мама не гово­рила тебе о своих планах? Она надеется, что его возьмут в олимпийскую команду.

— Да, она упоминала об этом. Вы можете гордиться своим братом.

— Наверное, так и есть — я горжусь им, — пожала плечами Фрэн. — Мы с братом очень близки. И мне не раз приходилось помогать ему выбираться из сложных ситуаций.

Сердце Холли забилось быстрее. Удача улыбнулась ей. Как раз это ей и хотелось ус­лышать.

— Неужели? Невозможно даже предста­вить себе, что у Гранта могут быть какие-то проблемы.

— Да, в это трудно поверить, но… — Фрэн замолчала, передернув плечами. — Он очень импульсивный. Иногда совершает поступки, не думая о последствиях. Но хуже всего то, что, если наша мама когда-нибудь узнает, это убьет ее.

— Узнает о чем? — быстро спросила Холли. Но Фрэн не успела ответить. В этот момент

дверь открылась и появилась миссис д'Анжело. Она была явно раздражена.

— Фрэн, я дождусь когда-нибудь кофе? Невозможно допроситься…

Фрэн смутилась. Она вскочила и бросилась собирать на поднос все необходимое.

— Извини, мама. Сначала заходил один человек, потом я заговорилась с Холли. Кофе я сейчас принесу.

Миссис д'Анжело посмотрела на часы.

— Мне очень жаль, Холли, но через не­сколько минут у меня будут другие посетите­ли. Закончим интервью как-нибудь в другой раз.

— Конечно, миссис д'Анжело, — кивнула Холли. — Извините, что я отняла у вас столь­ко времени,

Фрэн вышла проводить Холли.

— Надеюсь, ты не скажешь маме о том, что я выручала Гранта из неприятностей, — сказала она.

В ее голосе звучала тревога.

— Ни в коем случае, — пообещала Холли. — Но вы мне так и не сказали, какие именно у него неприятности.

Фрэн опустила глаза.

— Да… иногда мой язык меня подводит. Я и так уже наговорила лишнего.

— Можете быть уверены, я никому не ска­жу, — заверила ее Холли. — Это я вам обе­щаю.

Казалось, это успокоило Фрэн.

— Да, конечно. Но дело в том, что, если появится хотя бы намек на скандал, имею­щий отношение к моему брату, это сведет на нет его шансы войти в олимпийскую коман­ду. Мама этого не вынесет. Она живет этой мечтой, понимаешь?

— Да, я понимаю, — тихо сказала Холли.

Она ждала, что Фрэн продолжит этот раз­говор. Фрэн, кусая губы, не могла решить, сказать ей еще что-нибудь или нет. Холли чув­ствовала, что ей хотелось бы обсудить с кем-нибудь свои проблемы. Для молодой женщи­ны она вела довольно одинокую жизнь, тратя все свои силы и время на то, чтобы заботиться о брате и больной матери. В какой-то момент Холли показалось, что Фрэн собирается про­должить рассказ, но она вдруг резко измени­ла свое решение и вместо этого, наскоро по­прощавшись, подвела Холли к двери.

Но Холли это не расстроило, хотя Фрэн не сказала ей ничего конкретно, тот факт, что прежде с Грантом случались неприятные ис­тории, уже значил немало. Возможно, теперь члены Детективного клуба смогут выяснить, почему Грант отрицал, что видел этого похи­тителя лошадей!

— У меня получилось! — победно крикну­ла она. — Да-да, получилось! Ну, то есть — почти, — тут же охладила она себя.

Сев на велосипед, Холли помчалась к Бе-линде, чтобы поделиться своими новостями с подругами.

Белинда, до бровей вымазанная тестом, ставила в духовку огромную форму для тор­та. Весь кухонный стол был усыпан мукой, а на полу громоздились горы яичной скор­лупы.

— Готово! — победно объявила она, когда в кухню влетела Холли. — Можешь помыть посуду, а я пойду почищу Мелтдауна, пока не привезли еду.

— Нет… погоди! — задыхаясь, проговори­ла Холли. — Где Трейси?

— Пошла с Куртом искать для него кос­тюм к сегодняшнему вечеру, — объяснила Белинда.

Курт Велфорд, приятель Трейси, был страстным игроком в крикет. Кроме достиже­ний в спорте у него были неплохие успехи в фотографии. Он часто делал снимки по зада­ниям своего отца, редактора местной газеты «Виллоу-Дейл Экспресс».

— Ну, ладно, я ей потом расскажу, — вы­дохнула Холли. — Слушай, Белинда, у меня такие новости!

Когда она пересказала то, что услышала от Фрэн — о каких-то неприятностях Гранта и о том, что миссис д'Анжело не должна знать даже о намеке на скандал, Белинда сдвинула брови.

— Не густо, — протянула она.

Холли почувствовала себя так, словно ее окатили холодной водой.

— Теперь мы хотя бы знаем, что у него темное прошлое.

— Ну, так уж и темное, — возразила Бе­линда. — Во всяком случае, банков он не грабил и контрабандой наркотиков не зани­мался.

— Да уж, наверное, — улыбнулась Холли.

— Но, похоже, Фрэн ничего нам больше не скажет, — продолжала Белинда. — Судя по твоему рассказу, она и так жалеет, что слиш­ком много выболтала.

— Согласна, — кивнула Холли.

— Но в таком случае, кто скажет? — под­боченилась Белинда.

Холли пожала плечами.

— Не знаю, — упавшим голосом сказала она. Холли терпеть не могла тайны, которые ей не удавалось раскрыть. — Хотя… — заду­малась она. — Мне в тот момент показалось, что ей хотелось излить душу. И она бы сдела­ла это при первом удобном случае.

— Гм-м… — промычала Белинда, выпя­тив нижнюю губу и сдвинув брови. — Жалко, что вам тогда помешали.

Холли сунула в рот кончик ручки.

— Интересно… — начала она. Белинда стерла со щеки белое пятно

муки.

— Что тебе интересно?

— Интересно, может еще кто-нибудь знать о делишках Гранта? Кто-то, вроде этого води­теля грузовика, например? Кто-то, способный пригрозить Гранту, что расскажет обо всем его матери?

Белинда закусила губу.

— Ты думаешь, он шантажирует Гранта?

— Вот именно! — воскликнула Холли. — Как раз это я и хотела сказать.

— М-м-м… — Белинда задумчиво грыз­ла ноготь большого пальца. — А ты не дума­ешь, что неприятности Гранта могут быть связаны с игрой на бегах? Помнишь, мы наш­ли в кармане его пиджака карточки со став­ками…

Холли обрадованно улыбнулась. Глаза ее заблестели.