Помоги проекту - поделись книгой:
Должны были пройти еще два года, чтобы пришел конец империи Ленина и Сталина. Два телефонных звонка донесли до меня эту благую весть. Первый телефонный звонок раздался 8 декабря 1991 года, когда Борис Ельцин позвонил мне из заповедно-охотничьего хозяйства возле Бреста, в Белоруссии. Будучи совсем недавно избран президентом Российской республики, Ельцин встречался с президентом Украины Леонидом Кравчуком и президентом Белоруссии Станиславом Шушкевичем. «Сегодня в нашей стране произошло очень важное событие, — сказал Ельцин. — Я захотел сообщить вам об этом лично, прежде чем вы узнаете это из прессы». И он сообщил мне новость: президенты России, Белоруссии и Украины приняли решении о роспуске Советского Союза.
Две недели спустя второй звонок подтвердил мне, что Советский Союз исчез. Михаил Горбачев связался со мной в Кемп-Дэвиде рождественским утром 1991 года. Он пожелал Барбаре и мне счастливого рождества и потом коротко рассказал о том, что произошло в его стране: Советский Союз перестал существовать. Он только что выступил по национальному телевидению, чтобы подтвердить этот факт, и передал контроль над советским ядерным оружием президенту России. «Можете спокойно проводить рождественский вечер», — сказал он нам. И так все кончилось…»
Из статьи, опубликованной в газете «Нью-Йорк тайме», известно, что в этой операции ЦРУ использовало все доступные ему средства — психологическую войну, саботаж, экономическую войну, стратегический обман, контрразведку, кибернетическую войну, — все это в сотрудничестве с Советом национальной безопасности, Пентагоном и ФРБ. Эта операция разрушила напористую систему советского шпионажа, нанесла ущерб экономике страны и дестабилизировала государство. То был полный успех. Если бы произошло наоборот (советские одолели бы американцев), это выглядело бы как террористический акт.
Об этом говорится также в другой только что опубликованной книге под названием «Наследие из пепла» Тима Уейнера, корреспондента «Нью-Йорк тайме», уже двадцать лет пишущего об американской разведке и получившего Пулитцеровскую премию за работу о секретных программах Национальной безопасности. Он ездил в Афганистан и в другие страны, чтобы расследовать на месте тайные операции ЦРУ. Это его третья книга.
Книга «Наследие из пепла» основана на более чем 50 тысячах документов, взятых в основном из самих архивов ЦРУ, и сотнях интервью с ветеранами этого агентства, включая десять директоров. Она раскрывает перед нами картину деятельности ЦРУ с момента его создания после Второй мировой войны, включает сражения во время «холодной войны» и войны против терроризма, начатой 11 сентября 2001 года.
Статья Джереми Аллисона, опубликованная в «Ребельон» в июне 2006 года, и статьи Розы Мириам Элисальде, опубликованные 3 и 10 сентября 2007 года, разоблачают эти факты, подчеркивая идею одного из создателей свободного программного обеспечения, который указал, что «по мере того как усложняются технологии, все труднее будет обнаружить такого рода действия».
Роза Мириам опубликовала две простые статьи едва ли по пяти страниц каждая. Если она захочет, то может написать книгу во много страниц. Я хорошо ее помню с того дня, когда она, будучи очень молодой журналисткой, озабоченно спросила меня, не более и не менее как на пресс-конференции более 15 лет назад, думаю ли я, что мы сумеем выдержать особый период, который надвигался на нас с исчезновением социалистического лагеря.
СССР рухнул с грохотом. С тех пор мы подготовили сотни тысяч молодых людей с высшим образованием. Какое другое идеологическое оружие можем мы иметь, как не высший уровень сознания! Оно было у нас, когда мы были народом в большинстве своем неграмотным или полуграмотным. Если хотят знать, какими бывают настоящие хищники, пусть допустят, чтобы в человеке взяли верх его инстинкты. Об этом можно говорить много.
Сегодня мир находится под угрозой опустошительного экономического кризиса. Правительство США использует немыслимые экономические ресурсы, чтобы защитить право, нарушающее суверенитет всех остальных стран: продолжать покупать на бумажные купюры сырье, энергию, предприятия с передовыми технологиями, самые плодородные земли и самую современную недвижимость нашей планеты.
Курс на войну
Работая с уже знаменитой книгой Гринспена, прочитал статью, опубликованную в газете «Эль Пайс», испанском печатном органе, издающемся, как утверждают, тиражом более чем в 500 тысяч экземпляров. Она подписана Эрнесто Экайсером, и в ней буквально говорится следующее: «За четыре недели до вторжения в Ирак, происшедшего в ночь с 19 на 20 марта 2003 года, Джордж Буш продолжал публично требовать от Саддама Хусейна следующее: разоружение или война. При закрытых дверях Буш признавал, что война была неизбежна. В ходе долгого частного разговора с тогдашним президентом Испании Хосе Мария Аснаром, состоявшегося в субботу 22 февраля 2003 года на ранчо Кроуфорд в Техасе, Буш ясно заявил, что настал момент отделаться от Саддама. «Осталось две недели. За две недели мы будем готовы в военном отношении. Мы будем в Багдаде в конце марта», — сказал он Аснару.
В рамках этого плана Буш, в конце концов, согласился 31 января 2003 года, после беседы с британским премьер-министром Тони Блэром, провести последний дипломатический маневр: предложить Совету Безопасности ООН принять вторую резолюцию. Ее цель — на законных основаниях открыть дверь к односторонней войне, которую собирались развязать Соединенные Штаты, имея в регионе более 200 000 солдат, готовых к нападению.
Буш понимал внутренние трудности Блэра и был осведомлен о трудностях Аснара. Всего за семь дней до этой встречи на ранчо Кроуфорд три миллиона человек провели демонстрации в нескольких городах Испании, протестуя против грозящей войны. «Нам нужно, чтобы вы помогли нам в отношении нашей общественности», — просит Аснар. Буш объясняет ему цели новой резолюции, которую думает предложить: «Резолюция будет составлена так, чтобы тебе помочь. Ее содержание мне практически безразлично». На это Аснар отвечает: «Этот текст помог бы нам, если бы мы могли вместе предложить его, стать его соавторами и добиться, чтобы многие выдвинули бы его».
Таким образом, Аснар предлагает себя для того, чтобы обеспечить политическую поддержку Бушу в Европе вместе с Блэром. Мечта Аснара — закрепить отношения с США, следуя примеру Великобритании — была готова вот-вот осуществиться.
Двадцатого февраля Аснар вместе со своей супругой Аной Ботелья отправился в Соединенные Штаты, сделав остановку в Мехико, чтобы убедить — безуспешно — президента Висенте Фокса в необходимости поддержать Буша. 21 февраля супруги в сопровождении сотрудников президента прибыли в Техас. Аснар и его жена поселяются на ранчо в доме для гостей.
Во встрече, проходившей на следующий день, в субботу, участвовали президент Буш, его тогдашний помощник по вопросам национальной безопасности Кондолиза Райс и ответственный за европейские дела в Совете национальной безопасности Дэниел Фрид. Со своей стороны, Аснара сопровождают его помощник по вопросам международной политики Альберто Карнеро и посол Испании в Вашингтоне Хавьер Руперес. В качестве части встречи Буш и Аснар провели четырехсторонний телефонный разговор с британским премьер-министром Тони Блэром и президентом правительства Италии Сильвио Берлускони.
Посол Руперес переводил с английского для Аснара и также с итальянского для Кондолизы Райс; две другие переводчицы переводили Бушу и его сотрудникам. Именно Руперес составил акт-резюме разговора в памятной записке, до сих пор остающейся секретной.
Разговор производит впечатление своим прямым, дружественным и даже угрожающим тоном, когда, например, говорится о необходимости того, чтобы такие страны, как Мексика, Чили, Ангола, Камерун и Россия — члены Совета Безопасности ООН — проголосовали за новую резолюцию в качестве проявления дружбы к Соединенным Штатам, или же пусть они отвечают за последствия.
Обращается внимание на отсутствие ожиданий в отношении работы инспекторов, глава которых Ханс Блике всего неделей ранее, 14 февраля, опроверг аргументы, выдвинутые американским государственным секретарем Колином Пауэллом на заседании Совета Безопасности 5 февраля 2003 года и включающие «надежные данные», горячо поддержанные испанским министром иностранных дел Аной Паласио. Данные, которые сам Пауэлл позже расценил как набор измышлений.
По словам Бликса, Ирак делал шаги к активному сотрудничеству, чтобы разрешить нерешенные вопросы разоружения. Тон доклада был менее критичным, чем тон его доклада от 27 января 2003 года. «С тех пор как мы прибыли в Ирак три месяца назад, мы провели более 400 инспекций без предупреждения примерно в 300 местах. До сих пор инспекторы не нашли ни одного вида запрещенного оружия… Если Ирак решает сотрудничать еще теснее, период разоружения посредством инспекций может быть еще короче», — указывал глава инспекторов.
Генеральный директор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Мохаммед эль-Барадеи сообщил 14 февраля, что осталось прояснить еще несколько технических вопросов, однако, добавил он «уже не остается нерешенных проблем разоружения». По его словам, не было найдено никаких доказательств того, что в Ираке велись ядерные процессы или процессы, связанные с ядерной энергией — еще одно ясное опровержение утверждений Пауэлла в отношении иракской ядерной программы.
Как первые плоды работ по инспекции, так и завершение подготовки США заставили Буша наметить начало военной операции на 10 марта 2003 года, к чему было добавлено еще девять дней, чтобы получить вторую резолюцию. Процесс морального убеждения, на который делали упор Аснар и Паласио в телефонных разговорах и на двусторонних встречах, не смог собрать более четырех голосов: это были три соавтора и Болгария. А было необходимо 9 голосов.
Провал этой законной поддержки неминуемой войны заставил Буша договориться с Блэром и Аснаром о проведении 16 марта 2003 года встречи на высшем уровне на Азорских островах — месте, предложенном Аснаром как альтернативу Бермудским островам по причине, которую он сам объяснил Бушу: «Одно только название этих островов ассоциируется с предметом одежды, который нельзя назвать самым подходящим при серьезности переживаемого нами момента». Там, 16 марта Буш, Блэр и Аснар решили подменить Совет Безопасности Организации Объединенных Наций и узурпировали его функции, чтобы на свой страх и риск объявить войну против Ирака.
Утром 17 марта посол Великобритании в ООН объявил в Нью-Йорке о снятии второй резолюции. Поражение при голосовании еще более затруднило бы курс на войну.
Разные выборы
Наши выборы — антитеза тех, которые проходят в США. Там они проводятся не в воскресенье, а в первый вторник ноября. Там, прежде всего, надо быть очень богатым или опираться на крупные денежные средства, чтобы вкладывать огромные суммы в рекламу, искушенную в промывке мозгов и создании условных рефлексов. Хотя есть достойные исключения, никто не может надеяться занять какой бы то ни было важный пост, если у него нет миллионов долларов.
Чтобы быть выбранным президентом, необходимы сотни миллионов, которые извлекаются из сундуков крупных монополий. Там кандидат может победить, получив меньшинство голосов граждан.
С каждым разом там к урнам приходит все меньше граждан, так как многие предпочитают работать или посвящать время другим делам. Имеют место обманы, хитрости, дискриминация по этническому признаку и даже насилие.
Потому тот факт, что у нас голосует более 90 % граждан и что урны охраняются школьниками — это нечто неслыханное, этому нельзя поверить, если речь идет о «глухом уголке земли», подвергающемся агрессии и существующем в условиях блокады, который зовется Куба. Так мы тренируем крепкие мускулы нашей сознательности.
Антитеза этики
Когда сотни представителей интеллигенции, приехавшие со всех континентов, собрались в Гаване, чтобы участвовать в Международной конференции «За равновесие мира», приуроченной к дате рождения Хосе Марти, в тот же день, по странной случайности, выступил и президент США — перед конгрессом, о состоянии дел в стране. Буш, используя телепромптер, говорит больше своими несловесными выражениями, чем словами, подготовленными его помощниками. Послание, переведенное на испанский язык Си-эн-эн, сопровождаемое поднятыми бровями и присущими ему жестами — записанное и сразу же транскрибированное квалифицированным персоналом. Окажется, что это выступление хуже всех остальных из-за своей демагогии, лжи и полного отсутствия этики. Я говорю о словах, которые он, быть может, добавил, о тоне, который он использовал и который я лично наблюдал.
«Соединенные Штаты возглавляют борьбу против всемирной бедности, применяя прочные образовательные программы и программы гуманитарной помощи… Эта программа усиливает демократию, прозрачность и господство закона в развивающихся странах, и я прошу членов этого конгресса полностью финансировать эту важную программу…»
«Соединенные Штаты находятся в авангарде борьбы против голода в мире. Сегодня более половины продовольственной помощи в мире идет из США. Сегодня вечером я прошу конгресс поддержать новаторское предложение оказывать продовольственную помощь, закупая культуры непосредственно у земледельцев развивающегося мира, чтобы мы могли развивать их местное сельское хозяйство и сломить голод…»
«Соединенные Штаты возглавляют борьбу против болезней. С их помощью мы работаем над тем, чтобы сократить наполовину число смертей, связанных с малярией, в 15 африканских странах, и наш план лечения СПИДа охватывает 1 400 000 человек. Мы можем принести помощь намного большему числу. Прошу вас утвердить в ближайшие 5 лет еще 30 миллиардов долларов…»
«Соединенные Штаты — это сила надежды в мире, потому что мы сострадательный народ…»
«За последние 7 лет мы увеличили фонды для ветеранов более чем на 95 процентов… также чтобы удовлетворить потребности новой войны… чтобы улучшить систему обслуживания наших раненых бойцов…»
«Прошу вас поддержать меня, чтобы создать новые рабочие места для жен и мужей наших военных…»
«Веря в народ, одно поколение за другим преобразили нашу хрупкую и молодую демократию в самую могущественную нацию на земле… Наша свобода будет гарантированна, и состояние нашей страны будет оставаться прочным…»
С самого начала своего выступления, в котором избегает всех щекотливых проблем, он камень за камнем строит фундамент для предположительной свободы и процветания, не упоминая ни единым словом американских военных, погибших или изувеченных на войне.
Он начал выступление, указывая, что «большинство американцев думает, что налоги уже очень высоки». Он угрожает конгрессу: «Конгресс должен знать, что если какой-либо вид законопроекта, увеличивающего налоги, ляжет ко мне на стол, я наложу на него вето». «На будущей неделе я направлю вам бюджет, который отменяет или значительно сокращает 151 расточительную или раздутую программу, чья стоимость превышает миллиардов 18. Бюджет, который я вам представлю, будет вести Соединенные Штаты по пути к положительному сальдо в 2012 году».
Или он ошибся цифрой, или собрать 18 миллиардов ничего не значит в бюджете размером в 2,8 триллиона.
Самое важное для него — провести различие между дефицитом государственного бюджета, который достиг 163 миллиардов, и дефицитом текущего счета платежного баланса, составившего 811 миллиардов в 2006 году (государственный долг исчисляется в 9,1 триллиона). Его военные расходы выросли и достигают более чем 60 процентов от всего, что инвестируется в мире по этой статье. Тройская унция золота достигла рекордной цифры в 933 доллара. Беспорядок является следствием эмиссии долларов без какого бы то ни было ограничения в стране, население которой тратит больше того, что экономит, и в мире, где покупательная способность валюты США чрезвычайно сократилась.
Рецепт, обычно применяемый его правительством — выражать доверие и уверенность в экономике, снижать банковские процентные ставки, вспрыскивать в обращение новые банкноты, углублять проблему и отсрочивать последствия.
Президент США продолжает так свою олимпийскую прогулку по проблемам планеты, лежащей у его ног.
«Я хочу, чтобы вы утвердили реформы программ Фанни Мей и Фредди Мак, надо модернизировать Федеральное жилищное управление и позволить собственникам снова финансировать свои ипотеки посредством бонов, свободных от налогов…
У нас есть общая цель: сделать медицинское обслуживание более доступным для всех американцев…
Мы должны верить в то, что учащиеся будут учиться, если им дадут возможность, и дать родителям больше власти, чтобы требовать больше результатов в наших школах…
Теперь мы должны работать вместе, чтобы штаты и округа имели больше гибкости, и сократить число учащихся, которые оставляют школу, не закончив среднего образования…
Благодаря стипендиям, которые вы утвердили, более 2600 самых бедных детей столицы нашли новую надежду в религиозных школах или в частных школах другого типа. К сожалению, во многих бедных городских районах США эти школы исчезают в вызывающем тревогу темпе… Поэтому я попросил вас поддержать новую программу в 300 миллионов долларов…
Мы зависим с каждым разом все больше от способности продавать продукты, урожаи и услуги всем. Поэтому мы хотим покончить с барьерами в торговле и инвестициях…
Хочу поблагодарить конгресс за то, что он утвердил договор с Перу. И теперь я прошу вас утвердить договоры с Колумбией, Панамой и Южной Кореей. Многие продукты этих стран поступают сюда без таможенных пошлин; однако многие из наших продуктов сталкиваются на их рынках с высокими пошлинами. Мы должны уравнять это положение. Это дало бы нам доступ к более чем 100 миллионам клиентов и обеспечило бы хорошие рабочие места для лучших работников мира: тех, чьи продукты сделаны в США… Эти договоры также способствуют продвижению стратегических интересов США…
Наша безопасность, наше процветание, наша окружающая среда требуют сократить нашу зависимость от нефти. Будем же искать энергию на основе угля…
Создадим международный фонд чистой технологии, чтобы сократить и, быть может, обратить вспять выброс парниковых газов…
Чтобы продолжать быть конкурентоспособными в будущем, мы должны верить в наших ученых и специалистов и дать им больше власти, чтобы они смогли прийти к открытиям будущего. Прошу федеральной поддержки… чтобы Соединенные Штаты продолжали быть самой динамичной страной планеты…»
Постоянно взывая к шовинизму, он продолжает свой воображаемый полет к другим темам:
«Сегодня на берегу Залива мы хотим отдать должное стойкости жителей этого района; мы хотим, чтобы они смогли восстановить его так, чтобы он стал лучше, сильнее, чем прежде. И мне приятно объявить, что мы проведем североамериканский саммит США, Мексики и Канады в великом городе Нью-Орлеане…
Другой важный вызов — это иммиграция. Соединенным Штатам нужно защитить свои границы, и с вашей помощью мое правительство принимает меры, чтобы сделать это, увеличивая контроль в местах работы, устанавливая барьеры и новые технологии, чтобы помешать незаконным пересечениям… В этом году мы думаем удвоить число агентов Пограничного патруля (речь идет об одном из источников хорошо вознаграждаемой занятости, который ищет Буш. —
Он не желает вспоминать, что у Мексики было отнято более 50 процентов ее территории в ходе захватнической войны, и хочет, чтобы никто не помнил, что на Берлинской стене за все почти 30 лет ее существования погибло меньше людей, старавшихся попасть в «свободный мир», чем латиноамериканцев, которые уже погибают — не менее 500 каждый год — пытаясь перейти границу в поисках работы, без Закона об урегулировании, который ставил бы их в привилегированное положение и стимулировал бы их, как это делают с гражданами Кубы. Число же нелегальных эмигрантов, арестованных и травматически возвращаемых ежегодно, достигает сотен тысяч…
Затем Буш перескакивает на Ближний Восток. Упомянув Ливан, Ирак, Афганистан и Пакистан, он утверждает: «Безопасность США и мир в мире зависят от того, как мы будем распространять в нем надежду на свободу. В Афганистане Соединенные Штаты, наши союзники по НАТО и 15 ассоциированных стран помогают афганскому народу защищать свою свободу и реконструировать свою страну».
Он совершенно не упоминает, что именно это хотел сделать Советский Союз, оккупировав страну своими мощными Вооруженными силами, которые, в конце концов, были разбиты, столкнувшись с их обычаями, религией и иной культурой. Причем советские войска отправились туда не для захвата сырья для крупного капитала.
Дальше Буш сразу же перескакивает на Ирак, который не имел никакого отношения к атакам 11 сентября 2001 года и был оккупирован, потому что так решил Буш как президент США вместе со своими ближайшими сотрудниками. Причем никто в мире не сомневается, что целью было захватить его нефтяные месторождения, что стоило этому народу сотен тысяч убитых и миллионов изгнанных из своих жилищ и тех, кто был вынужден эмигрировать.
«Народ Ирака быстро понял, что происходило нечто драматичное. Те, кто боялся, что Соединенные Штаты готовились их покинуть, увидели, как в страну прибывают десятки тысяч солдат, увидели, как наши силы перемещаются в соседние районы, изгоняют террористов и остаются, чтобы гарантировать, что враг не вернется… Наши солдаты и гражданские лица в Ираке действуют с отвагой и изысканностью, и им благодарна вся страна…
В последний год мы захватили или убили в Ираке тысячи экстремистов; нашим врагам был нанесен тяжелый удар, но они не разбиты. И мы можем ожидать, что предстоят еще более трудные сражения.
Задача следующего года — держаться и строить на основе достижений 2007 года, переходя к следующей фазе нашей стратегии. Американские войска переходят от того, чтобы возглавлять операции, к тому, чтобы стать компаньонами иракских сил, и возможно, нести миссию по надзору… Это означает, что более 20 тысяч наших солдат возвращаются. Любое будущее сокращение числа войск будет зависеть от условий в Ираке и от рекомендаций наших командующих. Прогресс в провинциях должен быть сопоставим с прогрессом в Багдаде.
Еще предстоит многое, но после десятилетий диктатуры и боли сектантского насилия примирение пускает корни, и иракцы принимают на себя контроль над своим будущим. Миссия в Ираке была трудной, но в жизненно важных интересах США, чтобы мы имели успех.
Мы также сталкиваемся с силами экстремистов на Святой земле… Палестинцы выбрали президента, который признает, что противостоять терроризму — главное, чтобы добиться создания государства, где его народ мог бы жить с достоинством и в мире с Израилем…»
Буш не говорит ни единого слова о миллионах палестинцев, лишенных своих земель или изгнанных с них и существующих в системе апартеида.
Но здесь выступление не заканчивается: «Иран выделяет фонды и тренирует группы ополченцев в Ираке, помогая террористам «Хезболла» в Ливане и поддерживая усилия «Хамаз» подорвать мир на Святой земле. Тегеран также разрабатывает баллистические ракеты все большей дальности и продолжает развивать свои мощности по обогащению урана, что может служит для создания ядерного оружия.
Наше послание лидерам Ирана ясно: прекратите в проверяемой форме ядерное обогащение, чтобы можно было начать переговоры. Соединенные Штаты будут противостоять тем, кто угрожает нашим войскам. Мы будем на стороне наших союзников и будем защищать свои жизненно важные интересы в Заливе».
Это относится не к Мексиканскому, а к Персидскому заливу, к водам, удаленным на не более чем 12 миль от Ирана.
Есть исторический факт: в эпоху шаха Иран был лучше всего вооруженной державой региона. После победы Революции в этой стране, возглавленной аятоллой Хомейни, Соединенные Штаты подбодрили Ирак и оказали ему помощь, чтобы напасть на Иран. Отсюда возник конфликт, стоивший сотен миллиардов и бесчисленных убитых и искалеченных, что сегодня оправдывается как нечто, свойственное холодной войне.
В действительности не требуется, чтобы другие органы массовой информации сообщали о выступлении президента США: надо предоставить говорить самому Бушу. Для народа, который умеет читать и писать и который думает, никто не может красноречивее раскритиковать империю, чем сам Буш. Отвечаю ему по праву страны, которую он назвал.
Кандидат-республиканец
В уже знаменитый супервторник — день недели, когда многие штаты США выбирали из группы претендентов кандидата в президенты США, которому они отдавали предпочтение — одним из возможных кандидатов, чтобы сменить Джорджа Буша, мог стать Джон Маккейн.
Благодаря его заранее созданному имиджу героя и его союзу с сильными соперниками — такими, как бывший мэр Нью-Йорка Руди Джулиани — другие претенденты уже с удовольствием уступили ему место и поддержали его. Интенсивная пропаганда социальных, экономических и политических факторов, имеющих большое значение в его стране, и его манера действовать превратили его в кандидата с наибольшими возможностями. Пятого февраля только крайне правые республиканцы, представленные Миттом Ромни и Майком Хаккаби, не согласные с некоторыми незначительными уступками Маккейна, все еще оказывали ему сопротивление. Позже Ромни также снял свою кандидатуру в пользу Маккейна. Хаккаби все еще фигурирует в качестве кандидата.
И напротив, в демократической партии борьба за выдвижение кандидата идет очень ожесточенно. Хотя, как это бывает обычно, активная часть населения США с правом голоса представляет собой меньшинство, уже слышны всевозможные мнения и предположения относительно последствий, какие будет иметь для страны и для мира конечный результат выборной борьбы, если человечество уцелеет после военных авантюр Буша.
Мне не подобает говорить о прошлом кандидата в президенты США. Я никогда этого не делал. Быть может, не сделал бы этого никогда. Почему же говорю в этот раз?
Маккейн утверждал, что некоторых его товарищей пытали кубинские агенты во Вьетнаме. Его апологеты и эксперты по рекламе обычно подчеркивают, что сам Маккейн подвергался подобным пыткам со стороны кубинцев… В личном деле Маккейна говорится, что он был взят в плен во вьетнамской войне 26 октября 1967 года. Как рассказывает он сам, ему было тогда 31 год, и он выполнял 23-й боевой вылет. Его самолет A4 Скайхоук был сбит над Ханоем зенитной ракетой. После удара ракеты он потерял контроль и катапультировался, упав посреди города в озеро Трук-Бах с переломами обеих рук и колена. Увидев падение агрессора, патриотически настроенная толпа встретила его враждебно. Сам Маккейн говорит о том, с каким облегчением увидел, что прибыл армейский взвод.
Бомбардировки Вьетнама, начатые в 1965 году, всколыхнули международную общественность, очень остро воспринимавшую воздушные нападения сверхдержавы на маленькую страну третьего мира, которая была превращена во французскую колонию в тысячах милей от далекой Европы. Во время Второй мировой войны народ Вьетнама сражался против японских оккупантов, и после ее окончания Франция вновь взяла страну под свой контроль. Хо Ши Мин — скромный и любимый всеми лидер — и его военачальник Нгуен Гиап были людьми, которыми восхищался весь мир. Знаменитый Французский легион был разбит. Чтобы попытаться избежать этого, державы-агрессоры чуть было не применили ядерное оружие в Дьен-Бьен-Фу.
В глазах американской общественности надо было представить благородных аннамитов, как ласково назвал их Хосе Марти, обладателей тысячелетней культуры и ценностей, народом варварским и недостойным того, чтобы существовать. Никто не перещеголяет специалистов США в области саспенса и коммерческой рекламы. Этот профессионализм был использован безо всяких ограничений, чтобы расславить историю с военнопленными, в особенности с Маккейном.
Сам Маккейн позже утверждал: в силу того, что его отец был адмиралом и командующим американским флотом в Тихом океане, вьетнамское сопротивление предложило освободить его досрочно, если он признает, что совершил военные преступления, от чего он отказался, сославшись на Военный кодекс, где устанавливается, что военнопленных освобождают в том порядке, в каком они были взяты в плен, и что это значило для него пять лет плена, побои и пытки в тюрьме, называемой американцами Ханой-Хилтон.
Конечный уход из Вьетнама был катастрофическим. Армия в полмиллиона человек, обученных и вооруженных до зубов, не смогла сопротивляться натиску вьетнамских патриотов. Сайгон — колониальная столица, ныне Хо-Ши-Мин, — был позорно оставлен оккупантами и их соучастниками, некоторые из которых улетали, уцепившись за вертолеты.
Соединенные Штаты потеряли более 50 тысяч своих солдат, не считая изувеченных. Они затратили 500 миллиардов долларов в той войне без налогов, самих по себе всегда неприятных. Никсон в одностороннем порядке отказался от обязательств, взятых в Бреттон-Вудсе, и заложил основы нынешнего финансового кризиса.
Всего, чего они добились, это кандидата республиканской партии 41 лет спустя.
Маккейн — один из многочисленных американских пилотов, сбитых и раненых в объявленных и необъявленных войнах своей страны — получил ряд наград: «Серебряная звезда», «Легион почета», Крест военно-воздушных сил «За выдающиеся заслуги», «Бронзовая звезда», медаль «Пурпурное сердце». Телевизионный фильм, снятый по его воспоминаниям (как военнопленного), был передан в 2005 году, и Маккейн стал знаменитым благодаря ему.
Худшим утверждением, сделанным им в связи с нашей страной, было, будто кубинские следователи систематически пытали американских пленных… Столкнувшись с утверждением Маккейна, я заинтересовался этим делом. Я захотел узнать, откуда возникла столь странная легенда. Попросил найти прецеденты обвинения. Мне сообщили, что существовала очень широко разрекламированная книга, на основе которой был снят фильм, она написана Маккейном и его административным помощником в сенате Марком Салтером, который продолжает работать и писать вместе с ним. Я попросил дословно перевести мне книгу. Его обвинения в адрес кубинских революционеров-интернационалистов, с использованием прозвища Фидель для обозначения одного из них, способного «замучить пленного до смерти», лишены самой минимальной этики.
Позвольте напомнить вам, господин Маккейн: заповеди религии, которую вы исповедуете, запрещают ложь. Годы тюрьмы и раны, полученные в результате ваших нападений на Ханой, не избавляют вас от морального долга говорить правду. Есть факты, с которыми мы должны вас познакомить.
На Кубе произошло восстание против деспота, навязанного народу Кубы правительством США 10 марта 1952 года, когда вам вот-вот должно было исполниться 16 лет, и республиканское правительство видного военного Дуайта Эйзенхауэра — кстати, он был первым, кто заговорил о военно-промышленном комплексе — признало и немедленно поддержало это правительство. Я был немного старше вас, в августе — месяце, когда родились и вы, — мне исполнилось 26 лет. Эйзенхауэр еще не закончил своего президентского срока, начатого в 50-е годы, через несколько лет после того, как он прославился, организовав высадку союзников на севере Франции, при поддержке 10 тысяч самолетов и самых мощных военно-морских сил из всех, известных до того времени.
Речь шла о войне, официально объявленной державами, противостоявшими Гитлеру, о войне, начатой внезапно нацистами, которые совершили нападение без предупреждения и без предварительного объявления войны. Человечеству был навязан новый стиль устраивать большие бойни… А в 1945 году на гражданское население Хиросимы и Нагасаки были сброшены две бомбы мощностью около 20 килотонн каждая.
В 50-е годы правительство США создало такое наступательное ядерное оружие, что один его вид, MR 17, весил 19,05 тонны и был длиной 7,49 метра, его можно было перевозить на их бомбардировщиках и вызвать взрыв в 20 мегатонн, что равнозначно тысяче таких бомб, как те, что были сброшены на первый из этих двух городов 6 августа 1945 года. Этот факт мог бы свести с ума Эйнштейна, который, обуреваемый противоречиями, не раз выражал угрызения совести по поводу оружия, которое непреднамеренно помог изготовить своими научными теориями и открытиями.
Когда Первого января 1959 года, почти через 15 лет после взрыва первого ядерного оружия, на Кубе победила Революция и был принят Закон об аграрной реформе, основанный на принципе национального суверенитета, освященном кровью миллионов бойцов, погибших в той войне, ответом США стала программа незаконных акций и террористических покушений против кубинского народа, подписанная самим президентом США Дуайтом Эйзенхауэром.
Нападение в бухте Кочинос произошло по точным инструкциям президента США, когда агрессоры вторглись под эскортом военно-морских частей, включая наступательный авианосец. Первое воздушное нападение силами самолетов В-26 американского правительства, которые вылетели с подпольных баз, было внезапным, с использованием кубинских опознавательных знаков, чтобы представить его мировой общественности как мятеж национальных военно-воздушных сил.
Вы обвиняете кубинских революционеров в том, что они истязатели. Я серьезно призываю вас предъявить хотя бы одного из более чем тысячи пленных, захваченных в сражениях на Плая-Хирон, кто был бы подвергнут пыткам. Я находился там, а не укрывался в далеко расположенном командном пункте. Я лично, вместе с несколькими помощниками, захватил множество пленных. Я прошел перед вооруженными расчетами, еще скрывавшимися в лесных зарослях, которых парализовало присутствие вождя Революции в этом месте. Жалю, что приходится это упоминать, это может показаться самовосхвалением, к чему я искренне питаю отвращение.
Пленные были гражданами, родившимися на Кубе, организованными могущественной иностранной державой, чтобы бороться против собственного народа.
Вы признаетесь, что являетесь сторонником смертной казни за очень серьезные преступления. Как вы повели бы себя, столкнувшись с такими действиями? Скольких осудили бы за эту измену? На Кубе судили некоторых из этих агрессоров, которые ранее, будучи на службе Батисты, совершили страшные преступления против кубинских революционеров.
Поделиться книгой: