Помоги проекту - поделись книгой:
Выяснить личность «Т» и уничтожить его – это безусловно следует внести в список вещей, которые надо сделать и узнать. Но первым пунктом – мотивы «Т». Я ошибался, когда считал, что имею дело с обычным безумцем. Уж слишком точно он рассчитывал каждый шаг, да и способности у него неординарные.
Я начал рыскать по своему прошлому в поисках возможного врага. То, что совершил «Т», могли сотворить многие мои знакомые, но никто из них не питал ко мне столь ярой ненависти. Однако Амбер упомянут в дневнике Мелмана. Теоретически это превращало конфликт в семейное дело, из чего следовало, что стоило бы привлечь к нему внимание моих родственников. Но это все равно что попросить помощи, сдаться, признаться в собственной несостоятельности. Моей жизни угрожают – мое дело. Джулия – мое дело. И отомстить за нее я должен сам. Мне необходимо еще подумать…
Колесо-Призрак?
Я обмозговал эту мысль, отбросил ее, а потом снова к ней вернулся. Колесо-Призрак… Нет. Оно еще не прошло испытаний, продолжает развиваться. Я вспомнил о нем только потому, что оно мое детище, главное достижение в жизни, сюрприз для остальных. А я все надеюсь отыскать какой-нибудь простой выход. Конечно, потребуется очень много самых разнообразных сведений, так что придется за ними отправиться.
Колесо-Призрак…
Прямо сейчас мне нужна информация. Есть карты и дневник. Играть с Козырями сейчас не время, уж очень первый походил на ловушку. С дневником я еще разберусь, но у меня такое ощущение, что пользы от него не будет, если вычеркнуть все субъективное. Нужно вернуться в квартиру Мелмана, еще раз все осмотреть на случай, если я пропустил что-то важное. Потом разыщу Люка, может быть, он расскажет что-нибудь интересное – пусть даже мелочь. Да…
Я вздохнул и потянулся. Продолжая смотреть на реку, допил чай. Затем достал из кармана деньги, провел над ними Фракир – теперь на ладони у меня лежало достаточно монет местной чеканки, и я смог расплатиться за обед.
Я вернулся на дорогу. Пора бежать дальше.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Уже перевалило за полдень, когда я выбежал на улицу и притормозил возле своего автомобиля. Узнать его удалось лишь чудом. Машину покрывали водяные разводы, пыль и пепел. Сколько же меня не было? До сих пор я не думал о разнице во времени между этим местом и тем, откуда я только что прибыл, но машина выглядела так, словно проторчала здесь целый месяц. Однако никаких внешних повреждений я не заметил. Замки не взломаны и…
Я взглянул на стоящие за моим автомобилем строения. Здания, в котором располагались «Склады Брутуса» и квартира покойного Виктора Мелмана, больше не существовало. Остались лишь обгоревший остов да две частично сохранившихся стены.
Я направился к пепелищу.
Несколько раз обошел вокруг – развалины давно остыли. Серые полосы и черные следы сажи говорили о том, что вода, которой тушили пожар, успела испариться. Гарью уже почти не пахло.
Неужели это я устроил пожар, когда решил сжечь бумаги в ванне? Вряд ли. Я развел совсем маленький костерок, вовсе не похожий на источник стихийного бедствия.
Пока я изучал руины, мимо проехал мальчишка на зеленом велосипеде. Несколько минут спустя он вернулся и остановился неподалеку от меня. На вид ему было лет десять.
– Я все видел, – заявил он. – Видел, как оно горело.
– Когда это произошло? – спросил я.
– Три дня назад.
– А почему?
– Там на складе было что-то… горючное…
– Горючее?
– Вот-вот, – обрадовался паренек, и его губы разъехались в беззубой улыбке. – Это они, наверное, специально подожгли. Из-за страховки.
– В самом деле?
– Угу. Папа сказал, что, похоже, у них неважно шли дела.
– Да, такое иногда случается, – согласился я. – Кто-нибудь пострадал в огне?
– Говорят, сгорел художник: он жил на последнем этаже, а теперь куда-то пропал. Только от него совсем ничего не осталось, даже костей. Большущий был пожар! Очень долго не кончался.
– А начался ночью или днем?
– Ночью. Я смотрел вон оттуда. – Мальчишка показал на противоположную сторону улицы, как раз в том направлении, откуда я пришел. – Столько воды вылили, чтобы его потушить!
– А ты не заметил, кто-нибудь выходил из дома?
– Нет, – ответил он. – Я прибежал, когда уже вовсю горело.
Я кивнул и зашагал к своей машине.
– Как вы думаете, в таком огне пули разорвутся?
– Да, – ответил я.
– А они не разорвались.
Я остановился и обернулся:
– Что ты имеешь в виду?
Мальчишка засунул руку в карман.
– Мы с парнями играли вчера, там, – он махнул рукой в сторону пожарища, – и нашли целую кучу патронов.
Он вытащил руку из кармана – на раскрытой ладони лежало несколько металлических предметов.
Я шагнул к нему, а он тем временем присел на корточки и положил один из металлических цилиндриков на тротуар. Потом быстро схватил камень и размахнулся.
– Не надо! – крикнул я.
Камень опустился на гильзу, однако ничего не произошло.
– Тебя же могло ранить… – начал я, но мальчишка перебил меня:
– А вот и нет. Эти гады не взрываются. А розовая дрянь даже гореть не хочет. У вас есть спички?
– Розовая дрянь? – спросил я, отодвигая камень, чтобы посмотреть на раздавленную пулю и розовый порошок.
– Вот, – показал мне паренек. – Смешно, правда? А я-то думал, порох серый.
Я потрогал незнакомое вещество. Растер его между пальцами и понюхал, даже попробовал на язык. У меня не было ни малейшего представления о том, что это такое.
– А черт его знает, – проворчал я. – Значит, он даже не горит?
– Ни капельки. Мы насыпали немного на газету и подожгли. Порошок растаял и растекся, и больше ничего.
– У тебя есть парочка лишних патронов?
– Ну… найдется.
– Я дам тебе за них доллар, – предложил я.
Я снова увидел улыбающийся щербатый рот, и в следующую секунду рука мальчишки исчезла в кармане джинсов. Я провел Фракир над деньгами из Теней и вытащил долларовую бумажку. Мальчишка протянул мне два закопченных патрона 30–30.[20]
– Спасибо, – сказал он.
– Это тебе спасибо. Здесь было еще что-нибудь интересное?
– Нет. Все остальное превратилось в пепел.
Я сел в машину и уехал. Однако у первой же мойки мне пришлось остановиться, потому что дворники лишь размазывали сажу по стеклу. Пока резиновые щупальца тянулись ко мне сквозь гроздья мыльной пены, я искал коробок, который дал мне Люк. И довольно быстро нашел его. Отлично. У самого въезда в мойку я видел телефон.
– Алло. Мотель «Нью-Лайн», – послышался молодой мужской голос.
– Пару дней назад у вас останавливался Лукас Рейнард, – сказал я. – Не оставлял ли он что-нибудь для Мерля Кори?
– Одну минуточку. – Пауза. Шорох. – Да, есть письмо.
– Прочитайте.
– Конверт запечатан. Я бы не хотел…
– Хорошо, я заеду.
И я отправился в мотель.
Человек, внешность которого соответствовала голосу, сообщившему мне о письме, сидел за конторкой в вестибюле. Я представился и попросил конверт. Клерк – хрупкий блондин с торчащими в разные стороны усами – некоторое время пристально смотрел на меня, затем спросил:
– А вы намерены встретиться с мистером Рейнардом?
– Да.
Тогда он открыл шкафчик и извлек оттуда маленький коричневый конверт, края которого топорщились. На нем стояло имя Люка и номер комнаты.
– Он не оставил адреса, – объяснил клерк, вскрывая конверт, – горничная нашла это кольцо на полочке в ванной уже после того, как он уехал. Передадите его мистеру Рейнарду?
– Конечно, – ответил я и взял кольцо.
Я устроился в кресле в холле.
Перстень – червонное золото и голубой камень. Что-то не помню подобного у Люка. Я надел кольцо на безымянный палец левой руки, и оно пришлось мне как раз впору. Буду носить до тех пор, пока не увижу Люка, решил я.
Я вскрыл письмо, которое было написано на бумаге с гербом мотеля, и прочитал:
Интересно.
Позвонив в трансагентство, я выяснил, что если не буду тратить время попусту, то успею на дневной рейс на Альбукерке. Поскольку мне хотелось поговорить с Люком лично, а не по телефону, я решил, что имеет смысл поторопиться.
Заехав в офис, я забрал билет, расплатился наличными и отправился в аэропорт. Там я распрощался со своим автомобилем – вряд ли я с ним когда-нибудь еще встречусь. И, закинув на плечо рюкзак, поспешил на посадку.
Остальное прошло легко и без проблем. Наблюдая за удаляющейся землей, я думал о том, что завершился очередной этап моей жизни. Как и во многих других случаях, совсем не так, как мне бы того хотелось. Я рассчитывал быстро покончить с «Т» или просто забыть о нем, а потом навестить людей, которых не видел несколько лет, и побывать в местах, давно меня манивших. Затем я собирался совершить путешествие через Тени для последней проверки Колеса-Призрака, после чего снова вернуться к радостному полюсу своего существования. Теперь приоритеты изменились – и все из-за того, что «Т» и смерть Джулии оказались каким-то образом связаны между собой, а в дело вовлечены силы из Тени, сущности которых я не понимал.
Последнее беспокоило меня больше всего. Не копаю ли я себе могилу, а заодно – став жертвой глупой гордости – и кому-нибудь из своих друзей и родственников? О небеса, я хотел разобраться во всем сам, но чем больше думал об этом, тем более сильное впечатление производило на меня могущество противника, с которым пришлось столкнуться, и скудость информации о «Т». Было бы нечестно не сообщить о том, что происходит, остальным – ведь опасность могла грозить и им. Я бы с удовольствием решил эту задачку самостоятельно, а потом преподнес им решение в качестве подарка. Может быть, я так и сделаю, но…
Проклятие! Я обязан все рассказать. Если «Т» доберется до меня, а потом примется за моих близких… необходимо предупредить их заранее. И если мои проблемы являются лишь частью крупного заговора, они должны быть готовы. Мне это совсем не нравилось, но иного выхода нет.
Я наклонился, и рука моя зависла над рюкзаком, упрятанным под сидение.
Впрочем, дело было не столь срочным. Ничего страшного не произойдет, если сначала я переговорю с Люком. Я выбрался из города, теперь, вероятно, мне ничто не угрожает. А вдруг у Люка найдется парочка полезных фактов? Чем больше карт у меня будет на руках, тем лучше. Подожду еще немного.
Я вздохнул и попросил стюардессу принести мне что-нибудь выпить. Поездка в Альбукерке на машине отняла бы слишком много времени. Жаль. Моя машина мне там очень пригодилась бы. Идти напрямик через Тени я не мог, поскольку никогда не бывал в Альбукерке и не нашел бы дороги. А Люк скорее всего уже в Санта-Фе.
Я потягивал виски и смотрел на облака. Их очертания слишком уж соответствовали моему настроению, поэтому я достал из рюкзака книжку и читал до тех пор, пока самолет не приземлился. Когда я заглянул в иллюминатор в следующий раз, его заполняли горы. Надтреснутый голос заверил нас, что погода в Альбукерке просто отличная. Я подумал о своем отце.
В здании аэропорта я прошел мимо магазинчика, торгующего индейскими украшениями, мексиканскими горшками и безвкусными сувенирами, разыскал телефон и позвонил в местный «Хилтон» Мне ответили, что Люк уже выехал. Тогда я справился в «Хилтоне» в Санта-Фе; выяснилось, что мистер Люк Рейнард действительно проживает в «Хилтоне», но в данный момент его нет. Я заказал себе номер и повесил трубку. Женщина в справочном бюро заверила меня, что я успею на маршрутку до Санта-Фе через полчаса, и даже махнула рукой в сторону касс, чтобы я купил билет. Не помню, где и когда, но я прочитал, что Санта-Фе – одна из немногих столиц штата, где нет аэропорта.
Когда мы ехали на север по И-25 и длинные тени пика Сандия накрыли нас, Фракир слегка сжала мое запястье, однако тут же затихла. А потом снова. И еще раз. Я окинул внимательным взглядом пассажиров маленького автобуса, пытаясь понять, откуда исходит опасность, о которой меня предупредила Фракир.
Мое место находилось в самом конце. Впереди восседала пара средних лет, обсуждавшая что-то с сильным техасским акцентом; каждого супруга украшало множество бирюзовых и серебряных побрякушек. Ближе к середине расположились три пожилые женщины, они перемывали косточки кому-то из своих знакомых, живущих в Нью-Йорке. Через проход от них устроилась юная парочка, поглощенная друг другом. Двое молодых людей с теннисными ракетками выбрали места немного сзади и по диагонали от влюбленных и разговаривали о колледже. За ними сидела монашка с книгой в руках. Я снова выглянул из окна, но не заметил ничего угрожающего ни на дороге, ни рядом с ней. Мне не хотелось привлекать к себе внимание и искать врага при помощи магии.
Поэтому я произнес одно-единственное слово на тари и потер запястье – пульсация прекратилась.
Хотя поездка прошла без происшествий, беспокойство меня не покидало; впрочем, ложные тревоги хоть редко, но случаются – из-за самой природы нервных систем. Глядя на проносящиеся мимо красно-желтые полосы глинистой земли, мосты, перекинутые через небольшие речушки, далекие горы и склоны холмов, поросшие соснами, я размышлял о «Т». А вдруг он затаился где-то поблизости и лишь поджидает удобного момента, незаметно следя за моими действиями? И если это так, то по какой причине? Может быть, нам с ним следует просто посидеть и поговорить за кружкой пива? И тогда окажется, что это всего лишь самое обычное недоразумение…
У меня было чувство, что дело тут гораздо серьезнее обычного недоразумения. И все же я бы с удовольствием организовал такую встречу, узнать, что происходит – уже стоит того. Даже если ничего не решится, пиво с меня.
Лучи заходящего солнца сверкали на белых полосках снега на Сангре-де-Кристо, когда мы въехали в город, а тени накрыли серо-зеленые склоны. Мне бросилось в глаза, что большинство домов в городе оштукатурено.
Я вышел из автобуса перед «Хилтоном» и сразу замерз – температура была градусов на десять ниже, чем в Альбукерке. Ничего удивительного: мы поднялись на две тысячи футов, да и день уже клонился к вечеру.
Я зарегистрировался и нашел свой номер. Позвонил Люку, но не застал его. Принял душ и переоделся. Снова попытался связаться с ним, но ответа так и не дождался. Мне уже хотелось есть, но я рассчитывал пообедать с Люком.
Поэтому я решил спуститься в бар и пропустить кружечку пива, а потом еще раз позвонить. Оставалось надеяться, что у него нет никаких серьезных планов на вечер.
Поделиться книгой: