Помоги проекту - поделись книгой:
Ей было непонятно, как люди могут жить даже без кошек и собак. При мысли об этом Лилиан взглянула на Купера с искренним сочувствием.
- Должно быть, в городе с этим много проблем… Наши собаки… - Лил оглянулась, отыскивая взглядом псов, - побегали по полю, а теперь вернулись к столу в надежде на угощение. У нас славные собачки! Если хочешь, можешь иногда приезжать и играть с ними. Или в бейсбол.
- Спасибо, - ответ последовал после некоторого раздумья.
- Из моих подруг никто не любит бейсбол так, как я… А еще мне нравится ходить в походы и рыбачить. Папа учит меня читать следы. Его самого научил дед, отец моей мамы, и теперь он в этом здорово разбирается.
- Читать следы?
- Ну да! Следы людей и животных. Просто так, для интереса. Здесь следов много… Есть чем заняться.
- Ты так считаешь?
Пренебрежительный тон собеседника заставил девочку сменить позицию на наступательную:
- Ты сам-то когда-нибудь ходил в поход? С ночевкой?
- Это еще зачем?
Лил снисходительно улыбнулась.
- Потом как-нибудь обсудим. Смотри, уже темнеет! Давай найдем последний мяч и вернемся к дому. Может быть, в следующий раз мне удастся уговорить папу поиграть с нами в бейсбол. Или покатаемся. Ты любишь ездить верхом?
- На лошади? Никогда не пробовал. По-моему, глупее вообще ничего не придумаешь.
Темные глаза Лилиан вспыхнули негодованием:
- Здесь нет ничего глупого! Вот говорить так только потому, что ты сам этого не умеешь, действительно глупо. На самом деле ездить верхом очень здорово. Когда мы…
Внезапно замолчав, она остановилась как вкопанная.
- Замри, - шепнула Лил и схватила Купера за руку.
- Что там? - он чувствовал, что рука девочки дрожит, и от этого его сердце прыгнуло к самому горлу. - Змея?
Купер в ужасе обшаривал глазами траву.
- Пума, - одними губами сказала Лил. Она будто замерла на месте, неотрывно вглядываясь в заросли кустарника.
- Пума? Где? - в голосе Купера звучало недоверие.
Должно быть, девчонка просто пытается его напугать. Он взглянул в том же направлении, куда смотрела она. Никого. Ничего. Только холмы, деревья, густой кустарник.
Затем он увидел тень.
- Черт… Черт возьми!
- Стой, - она, словно загипнотизированная, не могла отвести глаза от зверя. - Если побежишь, пума бросится за тобой. А она ведь быстрее. Нет! - Лил еще сильнее сжала его ладонь, заметив, что Купер поудобнее ухватился за мяч. - Ничего не бросай. Во всяком случае, пока. Мама говорит… - она уже и не помнила все, о чем ей говорила мать. Лил никогда прежде не доводилось видеть пуму, причем так близко от фермы. - В таких случаях надо шуметь. И попытаться выглядеть как можно больше.
Лил встала на цыпочки, подняла руки над головой и пронзительно закричала:
- Прочь! Уходи отсюда! Ты тоже кричи! -она толкнула Купера в бок. - Старайся казаться как можно более грозным!
Темные глаза Лил мерили пуму от носа до кончика хвоста. Конечно, ей было страшно, но в сердце пробуждалось и другое чувство. Это было восхищение.
Глаза большой кошки поблескивали в наступающих сумерках. Глядя в них как завороженная, Лил думала только об одном: какая же она красавица!
Вот зверь шагнул, словно раздумывая: броситься на этих незнакомцев или уйти?
Рядом с Лил прерывающимся от страха голосом вопил Купер. Пума мягко отступила в глубокую тень, а затем, повернувшись, прыгнула прочь - тускло блеснул золотой бок, и это еще больше заворожило девочку.
- Она убежала! Все-таки убежала!
- Нет, - пробормотала Лил. - Она ускользнула.
Кровь бешено стучала у нее в висках. Откуда-то издалека до нее донеслись крики отца. Повернувшись, Лил увидела, как он несется по полю, распугивая мирно пасущихся коров. Чуть сзади бежал дед Купера, в руках у которого Лил увидела винтовку. Должно быть, отцовская, из дома, догадалась девочка. Рядом мчались собаки, а замыкали корпус спасателей мать Лил с пистолетом и бабушка Купера - без оружия.
- Пума, -выдохнула Лил, когда отец подхватил ее на руки. - Вон там. Только она убежала.
- Быстро домой! - Джо притянул к себе и мальчика. - Бегите, да поживее!
- Ее там нет, папа. Мы ее спугнули.
- Здесь пума, - он уже обращался к Дженне, которая успела обогнать Сэма.
- Бог ты мой! Вы целы, - миссис Чанс отдала мужу пистолет и крепко обняла дочь. - Вы целы, - расцеловав Лил, она улыбнулась Куперу.
- Возвращайтесь домой, Дженна. Забирай детей и Люси и немедленно уходите.
- Идемте. Идемте же! - обняв дочь и внука друзей за плечи, она быстро пошла к дому. - Поосторожнее там, - добавила Дженна, взглянув на нахмурившегося Сэма.
- Не убивай ее, папа, - остановилась Лил. - Она такая красивая! - В тщетной надежде еще раз увидеть пуму девочка всматривалась в заросли кустарника. - Не убивай ее, пожалуйста…
2
За встречу с пумой Купер расплатился парой ночных кошмаров. В одном из них большой зверь с желтыми мерцающими глазами через окно прыгнул прямо в спальню и в пять минут сожрал его, так что Купер не успел даже вскрикнуть. В другом сне он потерялся среди холмов. Вокруг были только деревья и скалы - бескрайняя дикая природа. Никто не пришел за ним, чтобы отвести домой. Никто даже не заметил его отсутствия.
Отец Лил так и не убил ту пуму. Во всяком случае, выстрелов Купер не слышал. Вернувшись, мистер Чанс и дед Купера с энтузиазмом налегли на вишневый пирог и мороженое. Они ели десерт и рассуждали о чем-то малоинтересном.
Это было сделано нарочно. Купер прекрасно разбирался в таких хитростях. О пуме взрослые будут говорить лишь после того, как детей не окажется не то что рядом - ближе мили.
…Вынужденный томиться в своей ссылке, он безропотно делал порученную ему работу, ел домашнюю пищу и даже хвалил ее. Купер надеялся, что за такие подвиги ему будет предоставлен еще один выходной и он снова съездит на ферму Чансов - поиграть там в бейсбол.
Может быть, на этот раз к ним присоединится сам мистер Чанс. Тогда Купер сможет расспросить его о том, каково это: быть профессиональным бейсболистом. Отец Купера хотел, чтобы сын после школы поступил на юридический факультет университета, потом начал работать в семейной фирме и со временем стал известным адвокатом. Сам Купер втайне мечтал о бейсболе.
За всеми этими мыслями об игре и томительном летнем заключении встреча с большой желтоглазой кошкой стала казаться мальчику действительно сном, не более.
Завтрак проходил в молчании. Купер жевал оладьи, как называла их бабушка, а сама она в это время стояла около плиты. Дед уже давно работал во дворе. Мальчик ел медленно, хотя тетрис тут был ни при чем - играть за столом запрещалось. Просто после того, как он закончит завтракать, придется идти к деду и выполнять эту скучную деревенскую работу.
Налив себе кофе в массивную белую кружку, Люси села напротив внука.
- Что ж, Купер, ты прожил у нас уже две недели.
- Угу.
- Ты хороший, воспитанный мальчик. Делаешь все, что тебе скажут, и не дерзишь. По крайней мере, вслух.
В глазах бабушки ясно читалось, что напускное послушание ее не обмануло. Купер действительно много дерзил про себя.
- Весьма неплохие качества. С другой стороны, ты все время ходишь мрачный и надутый, как будто тебя посадили в тюрьму. И это уже не так хорошо.
В этот момент Куперу захотелось как можно скорее доесть оладьи и уйти. Кажется, ему предстоит обстоятельная
- Я знаю, что ты злишься. Безусловно, у тебя есть для этого основания.
Купер растерянно заморгал, продолжая смотреть в свою тарелку.
- По правде сказать, я тоже здорово сердита -из-за тебя. Твои родители повели себя как настоящие эгоисты. Сделали так, как им захотелось, а твои интересы даже не приняли в расчет.
Купер удивленно воззрился на бабушку. Может быть, это очередная хитрость взрослого человека? Бабушка рассчитывает, что он скажет какую-нибудь гадость о родителях, а потом его за это накажут.
- Мама с отцом могут делать то, что считают нужным.
- Все так, - кивнула Люси и сделала глоток кофе. - Но это ведь не оправдание! Мы с дедушкой очень хотели, чтобы ты приехал сюда. Твой дед не любитель много говорить, но это правда. Нам хотелось поближе познакомиться со своим единственным внуком, которого мы видим так редко. Но тебе здесь не нравится… Мне очень жаль, что все так вышло.
Бабушка смотрела прямо в глаза Куперу, и в этом взгляде не было никакого лукавства.
- Я знаю, что ты хочешь быть дома, -продолжала между тем Люси, - со своими друзьями.
Знаю, что ты собирался ехать в бейсбольный лагерь. Да-да, мне известно и об этом.
Она снова отпила кофе и стала смотреть в окно. Судя по всему, бабушка действительно была сердита - но
- Так вот. Мне известно об этом, - повторила бабушка. - Мальчику твоего возраста не разрешается много говорить или принимать самостоятельные решения. Все это будет в твоей жизни позже. Пока же ты должен довольствоваться тем, что есть, или все время будешь чувствовать себя несчастным.
- Я всего лишь хочу домой, - Купер и сам не понял, как это у него вырвалось. Словно боль в груди вытолкнула слова наружу.
Люси перевела взгляд на внука.
- Я знаю, детка, знаю. Как бы мне хотелось помочь тебе! Можешь мне не верить, но это правда: я действительно хочу помочь.
Дело было не в доверии, а в том, как бабушка с ним разговаривала. Впервые в жизни Купер почувствовал, что его мнение и интересы что-то значат. Слова буквально хлынули из него, подгоняемые чувством жалости к себе.
- Они просто отослали меня прочь, а ведь я не сделал ничего плохого, - голос его задрожал от подступивших слез. - Даже не захотели взять меня с собой. Я им там не нужен.
- Зато ты нужен нам здесь. Я понимаю, что сейчас для тебя это слабое утешение, но ты должен мне верить. Если когда-нибудь потом тебе понадобится прибежище, ты всегда найдешь его у нас с дедушкой.
И тут Купер сказал самое главное. То, что уже давно чувствовал:
- Папа с мамой собираются разводиться…
- Думаю, ты прав.
Купер растерянно взглянул на бабушку. Он-то ожидал, что его станут убеждать в обратном - мол, не нужно бояться, все в конце концов как-нибудь образуется.
- А как же тогда я?…
- Тебе придется пройти через это.
- Они меня не любят…
- Любят. И мы тебя любим, - улыбнулась Люси. - Во-первых, потому, что ты наш внук, наша кровь. А во-вторых… просто любим, и все.
Увидев две слезинки, капнувшие на тарелку внука, она поспешила продолжить:
- Я не могу говорить о том, что думают или чувствуют твои родители. Но что касается их поступков… Я здорово сердита на них, Купер. Сердита из-за того, какое решение они приняли относительно твоих каникул. Кое-кто, возможно, скажет, что это еще не конец жизни - всего-навсего одно лето. Но этот кое-кто просто забыл, что чувствовал, когда ему или ей было одиннадцать лет. Я не могу сделать тебя счастливым, Купер, но хочу кое о чем попросить. Может быть, это будет трудновато, но ты все-таки попытайся.
- Здесь все не так, как дома.
- Ты прав. Но и в этом можно найти что-то хорошее. Если тебе это удастся, то и время будет тянуться не так медленно. Попытайся. А я уговорю твоего дедушку, чтобы он купил новый телевизор -такой, что вполне может обойтись без этих рожек, как у улитки, - бабушка кивнула на антенну.
Купер шмыгнул носом.
- А если я попытаюсь, но так и не найду ничего хорошего?
- Главное - попытайся.
- Как долго я должен стараться, чтобы появился новый телевизор?
Люси рассмеялась так легко и свободно, что губы мальчика тоже невольно изогнулись в улыбке.
- Вот это по-деловому. Скажем, две недели. До этого ты две недели дулся и кис, а теперь будешь пробовать чему-нибудь научиться. Если и в самом деле приложишь усилия, через две недели в гостиной будет стоять новый телевизор. Договорились?
- Да, мэм.
- Вот и отлично. А теперь иди во двор к дедушке. Он там затеял одно дело. Не исключено, что ему понадобится помощь.
- Хорошо, - Купер встал из-за стола. Позже он и сам не мог понять, почему его вдруг прорвало. - Они все время орут друг на друга, даже не обращая внимания на то, что я рядом… У отца есть любовницы… У него все время есть кто-то на стороне.
Люси вздохнула:
- Ты что, подслушиваешь?
- Бывает. Но иногда они кричат так, что мне даже не нужно прислушиваться. Им без разницы, рядом я или нет. Они никогда не слушают то, что я говорю. Порой делают вид, а порой просто отмахиваются. Им неважно, что я чувствую, лишь бы вел себя тихо и не путался под ногами.
- Здесь все по-другому.
- Не знаю. Возможно.
Поделиться книгой: