Ангелы над Москвой

— Она — человек заказчика? — спросил Дима бодро и вслух.

Шеф приложил палец к губам и встал, таким образом обозначив окончание аудиенции. Дима вышел в приемную. Маша протянула ему запечатанный пластиковый пакет. Чтение бумаг отняло несколько часов. Некоторые документы требовали подписания, в том числе и связанные с его увольнением. Официально он уходил по собственному желанию, а обоснованием увольнения являлся переход на более денежную и перспективную работу. Особенно в части оклада: он втрое превышал нынешний. На «Порше» хватит. Хотя действительно, на кой черт нужна эта скоростная табуретка на колесах! Можно подумать об английской классике или об итальянском футуризме…

«Хватит!» — мысленно оборвал себя Дима. — «Что делить шкуру неубитого медведя? Надо хоть к людям присмотреться…»

В пакете обнаружились досье на подчиненных. Их ники… О-о-о! Это не просто известность, это слава!

Взять хотя бы Чейза. Он основательно попил крови у нескольких концернов, но свое главное дело совершил скорее из романтических побуждений. Он — знай наших! — за один день переформатировал жесткие диски тысяч компьютеров и серверов, принадлежавших одной очень крупной софтверной компании. Он не только пробрался в корпоративную сеть и заразил все компьютеры вирусом, сожравшим всю информацию в них, но и успел от имени этой компании заказать сто двадцать тонн (с предоплатой!) туалетной бумаги, с требованием доставить в головной офис… Тогда по телевидению или смеющиеся, или нарочито строгие корреспонденты CNN показали шикарный репортаж с грузовиками, которые пытались припарковаться на корпоративной стоянке у здания компании. А потом, когда погасли экраны всех компьютеров, началась настоящая паника, и софтверный гигант в мгновение ока оказался на грани банкротства.

Американцы, конечно, тут же объявили хакера в розыск. Но отыскали только номер, снятый в португальском мотеле, да брошенный корпус продвинутого ноутбука, лишенный не только умного содержимого, но и отпечатков пальцев.

Прилетевшие из Америки копы замучили сонную португальскую полицию, но что толку в опросах таксистов, возивших черноволосого обросшего юношу с вокзала и на вокзал? Пока его искали в Европе, акцентируя внимание на выходцах из России и Балканских стран, Чейз «зажигал» в Марокко. Ничто в его багаже не могло выдать пристрастие к информатике, даже мобильник был примитивным — сугубо для звонков и sms.

Не менее ловко Чейз заметал следы в киберпространстве — вычислить его не удавалось вот уже лет десять. Как он оказался в команде Димы — загадка. Почти целый день ушел на то, чтобы в голове уложилась вся новая информация. Когда он бросил последнюю страницу в ворох бумаг, волной накатила усталость. Дима подошел к приемной. Маша сидела на своем прежнем месте, а на экране компьютера красовался логотип популярной социальной сети. Она обернулась на звук и без улыбки указала на дверь шефа.

Часы, встроенные в стильный письменный стол, показывали без четверти семь. Рабочий день в офисе закончился.

— У вас есть ко мне вопросы? — директор торопился домой.

— Да. Когда мне и моей группе нужно будет показать свои способности?

— На все про все у вас месяц максимум. «Кобра» практически готова, остались только технические мелочи. Адрес нового офиса вам даст Мария. Если у вас все, то к работе нужно приступить завтра. Времени у вас мало.

Документация по самой системе отсутствовала. Данные по ней, наверное, уже в офисе меня дожидаются, догадался Дима.

Москва, Управление Министерства Внутренних дел

Заведующий отделом киберпреступлений капитан Вячеслав Васильевич Камышин благоденствовал. Милицейские начальники, мало понимающие в информатике, изредка сетовали на низковатую эффективность его работы, однако в целом результаты находили удовлетворительными, и Камышина особенно не донимали. Полковник Ивашов, правда, зуб точил… Ну, на то и щука в реке, чтоб карась не дремал. Камышин даже рад был, что есть и у него хоть один враг: а то как-то неловко перед товарищами. Все жалуются, что зажимают, задания несусветные всучивают, завидуют, черт возьми — а тут тишь да гладь, да божья благодать! Однако на любом междусобойчике можно сделать грустно-мужественное лицо, и, рассчитывая на понимание коллег, процедить: «Да все в порядке… Ивашов подзадрал, но это пустяки…» И все кивают, и взгляд каждого ненадолго погружается в собственные воспоминания. Потому что у каждого имеется свой Ивашов: начальник, инспектор, конкурент. И каждый старается так пристроиться на службе, чтоб и рыбку кушать, и сидеть удобно. Ничего не попишешь, специфика жанра. Ну, у Камышина, однако, дела идут получше, чем у остальных: громких подвигов нет, зато ежемесячные показатели — в норме. И время на личную жизнь остается. И даже в течение рабочего дня пофилонить не возбраняется — если с умом да с оглядкой, конечно. А все благодаря чему? А все благодаря грамотно поставленной агентурной работе! Вот у него, у Камышина, есть Игорь Николаевич Коваленко: человек, весьма близкий к самым мутным слоям Интернета. Золотой человек: дистанцию держит, масло к хлебу поставляет, а надо на ушицу поймать пескарика-другого, а то и окунька позубастей — так и пособит. Ну, пока рыбных дней не объявлено, можно и общим развитием заняться: о чем нынче пишут? Что народ всего более волнует? Аналитики говорили про какую-то психоинформатику… Камышин ввел запрос в строку поиска. Нашлось ровно четыреста четыре ссылки. Не густо… Но в отделе анализа дурачков не держат: грамотные ребята тенденции не просто отслеживают, они их прогнозируют, и ждут исполнения прогнозов. Похоже, с этой самой психоинформатикой именно так все и обстоит: они ее выдумали, а серая масса подхватит, если идея созвучна времени. Менее пятисот ссылок в знак того, что идея еще не пошла в народ, но ведь появилась же! А ну как станет психоинформатика главной модой следующего года, а он, Камышин, не в теме? Капитан кликнул первую по списку ссылку и углубился в чтение. Тема статьи обозначалась серьезно и глобалистично: «Информационная революция и новая картина мира».

Начало информационной эры, — говорилось в статье, — ознаменовалось существенными изменениями в человеческом сознании, порожденными открытиями современной науки. Разум сегодня испытывает колоссальное давление со стороны глобальных информационных сетей.

Ага, — отметил про себя Камышин. — А Волга впадает в Каспийское море.

Поток информации ежегодно нарастает в геометрической прогрессии. Каждый день открываются старые и создаются новые тайны. На основе обновляющихся сведений комбинируются отрасли знания, воплощающиеся в ранее не известных науках. Одна из новейших дисциплин открылась людям сравнительно недавно, хотя и создана — нет никаких сомнений — давно… Это психоинформатика. Предыстория открытия психоинформатики такова. В виртуальном пространстве, где любое значимое явление не остается незамеченным, больше пяти лет назад начало складываться сообщество единомышленников, занимающихся вопросами буквального, происходящего на электронно-органическом уровне соединения души человека и информационного ресурса.

Брехня! — уверенно подумал милиционер. — Не было такого сообщества, нет его и сейчас!

Поначалу сложилась группа людей, которые хотели сблизить две такие разные науки, как психология и информатика. Но по мере накопления данных у всех членов рабочей группы сложилось впечатление, что они «изобретают велосипед», так как эти науки давно объединены. И сделали это не кто-нибудь, а работники так называемой Земной канцелярии. Во всяком случае, потоки отслеженных сведений частенько подписывались словосочетанием, которое в вольном переводе с арамейского можно интерпретировать именно так… Кто они такие? Что это за учреждение?

Ну, дичь! — восхитился Камышин. — Распоряжения некоей Земной канцелярии, да еще и на арамейском языке! Молодец автор. Тот еще выдумщик!

Это понятие, как и сама психоинформатика — новорожденные термины, вполне возможно — неверные. Да и кадровый состав вышеназванной Земной канцелярии — загадка.

Все правильно, — заметил капитан, — сделать реверанс в сторону читательского сомнения — отличный ход. Сразу доверие возрастает.

Как возникло умозаключение, что Земная канцелярия вообще существует? Это не просто сухой термин и выдуманное словосочетание, у нас (я представляю группу единомышленников, приверженцев психоинформатики) есть все основания считать, что это словосочетание — официальное наименование действующей организации.

Группа единомышленников, — ухмыльнулся капитан. — Да мы б эту группу давным-давно отследили.

Эта структура, вероятно, защищает доступ к данным о мироздании и миропостроении. Она крепко держит под контролем людей (все население Земли), их эмоции, поступки через обособленные и давно существующие психосети (еще одно новейшее понятие).

О-о! — капитан мысленно поставил галочку. — Ключевой момент! Вон они какую удочку закидывают… Ну, дураков в комментариях наловят полный садок.

Сами по себе психосети работают по принципу сетей электронных, компьютерных, распространенных и развиваемых ныне. Наблюдается некоторая аналогия работе психосетей в организации мыслительного процесса. Помимо этого (и это, по нашему разумению, главное) психосети являются связующей цепью между человеческими разумами и Земной канцелярией. То есть наблюдается прямая связь по направлению: Земная канцелярия — человеческие души, имеет место и обратный отклик. Доминирующее звено — Земная канцелярия.

Чуть более многословное разъяснение уже сказанного. Точно ищут, кто разумом попроще!

Конечно, наши знания ограничены. Мы лишь фрагментарно получаем крупицы доказательств существования и самого учреждения, и его психосетей. Однажды соединив воедино мозаичные данные, накопленные за годы наблюдений и исследований, мы получили явление, которое не могли назвать никак иначе, кроме как психоинформатика.

Опять вранье, густо приправленное мечтами, — капитан поморщился. — Как там в песенке… «Параноики рисуют нолики». Хорошо бы к зарплате. Моей.

Эта наука еще не стала официальной, хотя ее вопросами (по большей части разрозненно) занимаются ученые по всему миру, численность которых не превышает и полторы тысячи человек. Поэтому говорить о мощном развитии психоинформатики пока рано…

Во наглецы! — у капитана аж перехватило дух. — Во всем мире если и наберется сотни три специалистов, еще только пытающихся проводить какие-то опыты по передаче информации непосредственно в мозг, то хорошо. А эти — полторы тыщи…

Наиболее значимая часть сведений до сих пор остается засекреченной спецслужбами, но, несмотря на это, в целом информация доступна и обычным пользователям Интернета — правда, в разной степени. Вместе с этим потоки информации становятся все более неконтролируемыми. То есть достоверность получаемых людьми сведений непредсказуема. Даже после того, как психоинформатика стала почти официальной наукой (пусть и закрытой от обывателя), правдивость, точность и корректность сведений, касающихся этой дисциплины, очень сложно отследить.

Ого! — мысленно зааплодировал капитан. — Какой мощный заряд откровенного бреда! И главное, возбуждает в обывателе желание противоборствовать спецслужбам — а не каждый ли у нас мнит себя д' Артаньяном?

Но одно мы можем сказать точно и с полной уверенностью: с появлением на виртуальной сцене психоинформатики картина мира должна измениться. В какую сторону — станет известно, и возможно, совсем скоро. Темпы накопления сведений настолько велики, что качественный скачок в сфере познания психоинформативных возможностей неизбежен.

Финальный аккорд. Иными словами, если ты, читатель, честный человек и если тебе не безразлично будущее — присоединяйся к нам! Сначала прокомментируй, желательно умненько, после мы тебя осчастливим ответом, а там завяжется переписка по «мылу»… Тут уж недалеко до встречи в реале с целью вхождения в преступный сговор!

В общем, понятно. Кто-то кого-то ищет, или пытается заинтересовать. Но кто? И зачем? Скорее всего, весь текст — бред очередного параноика, которому шизофреники, соседи по палате, нашептали про зловредные голоса и лучи смерти.

«Домой иди, жена заждалась!» — прикрикнул на капитана будущий майор Камышин. Майора капитан слушался охотнее и засобирался домой…

Дима, «Ведис Геймз Индастри»

Проснулся Дима как обычно, в семь. Оторвался от подушки, встал с постели и шаркающей походкой побрел в ванную. Прохладная вода в душе разогнала кровь по жилам и заставила сердце биться быстрее. Нетвердым шагом Дима прошлепал на кухню и сварил крепкий душистый кофе. Захотелось есть, курить, спать — причем не в одиночестве. Где, интересно, та девушка на «Бентли», Ольга, которой он букет через охранника передавал? Больше не объявлялась… Спросить у шефа телефончик? Несолидно. Не спрашивать? Тоже нехорошо. Ведь девушка необычная и красоты необыкновенной… Что-то в ней есть такое, отчего хочется приплясывать на месте — перед тем, как своротить гору.

«Ужас какой!» — подумалось Диме. Впрочем, многие герои Шекспира считали влюбленность безумием. «Стоп, стоп!» — остановился Дима, сделав открытие. «Выходит, я — влюбился?» Ему стало смешно — и одновременно грустно. «А, ладно. Работать надо…»

На работу он почти бежал. Хлопнув дверью такси, Дима вошел в здание и, показав пропуск хмурому охраннику, подошел к консоли идентификации. Здесь пришлось задержаться: свой личный код доступа он ввел быстро, а вот сканер сетчатки глаза заставил пройти процедуру идентификации дважды. Наконец Дмитрий Сергеевич, руководитель группы разработки новейших компьютерных игр, попал в свой кабинет, включил кофе-машину и расположился в кресле. Пропущенных звонков на экране телефона не высветилось.

Дима быстро собрал «летучку» с программистами. Когда, наконец, знакомство с подчиненными закончилось, пришло время расслабиться. Пойти пообедать? Или сначала пообщаться с Чейзом, который отозвался еще вчера, скинул номер своей «аськи», но рано просил не тревожить. То ли ночной образ жизни ведет, то ли… живет в ином часовом поясе. Писал, что помнит Школьника.

Друзьями они никогда не были, но идейки друг другу в хакерской молодости подбрасывали остроумные. Дело естественное: незамыленным глазом, со стороны то есть, и алгоритм виден во всех несовершенствах, и программные коды порой точнее свой смысл раскрывают.

Чейз, похоже, уже оповещен о поставленной задаче. Знает, что проект зовется «Коброй». Откуда, интересно? Впрочем, было бы смешно, если бы Чейз, получив задание, не просканировал компьютеры учреждения, из которого поступил запрос. Пообещал сегодня же подредактировать и прислать кое-что из старых, но актуальных наработок. Старых, в его понимании, это двухнедельной давности, вероятно? Ну, у гениев свои привычки. Сначала обедать, потом все остальное…

Когда стемнело, Дима вызвал такси, но вдруг звякнул почтовый оповеститель. Чейз таки переслал ему версию программы, которая, по заверению хакера, «способна завалить змеюку».

Та-ак-с, что там прислал неуловимый Чейз?

* * *

Дмитрий наблюдал за чередой цифр, менявшихся на экране монитора. Программа тестировала новый алгоритм системы безопасности, главное достижение компании в этом году. Над ним основательно поработала команда молодых умных программистов, и, как заявил начальник отдела разработок, это самый стойкий к взлому алгоритм, «который когда-либо создавался человеком». Сегодня на нескольких мощных серверах работала программа, за обладание которой многие хакеры продали бы душу дьяволу. Новую систему безопасности атаковали из глобальной сети сразу несколько сотен компьютеров-зомби, каждый из которых искал строго определенные дыры в защите. Заложенные в основу программы взлома элементы искусственного интеллекта анализировали получаемую от атакующих компьютеров информацию и корректировали их наступательную деятельность, а то и мгновенно перенастраивали ее. Серверы, закрытые новыми сетевыми экранами, в течение нескольких часов оставались недоступными. Для успешного взлома это был почти критический срок, но задача стояла масштабная. Требовалось не просто получить доступ к закрытой информации и завладеть контролем над удаленными компьютерами. Необходимо обнаружить слабые места и откровенные дыры в комплексной защите. Пока их не отыскивалось. Это и радовало, и огорчало. Любая из существовавших ранее систем безопасности давно бы рухнула, а эта держалась. Может, что-то с программой взлома? Может, опробовать сначала ее мощь на серверах Пентагона?

Мысль Диме понравилась, он даже улыбнулся, но экспериментировать не стал: американцы — такие законники. Обязательно засудят кого-нибудь невиновного… Зазвонил телефон. Мама. Улыбка с Диминого лица исчезла моментально: она сетовала, что сын о ней забыл и заходит крайне редко. Совсем в гостях не появляется… Она приняла решение сегодня же к нему приехать.

— Надеюсь, — язвительно говорила мама, — мне не придется вышвыривать из нашего дома очередную девку, как это случилось в прошлый раз?

— Нет!

— И вообще, сынок, — сменив гнев на милость, заворковала мама заботливой квочкой, — отчего тебе не жениться на хорошей девушке? Вот у Виктора Яковлевича, соседа по даче, замечательная дочь на выданье, Настенька. Умная, красивая, образованная, и ребеночек уже есть… Чего ты смеешься, сынок? Девушке, если ей уже под тридцать, естественно иметь детей!

— Мама! — улыбался Дима, — найди мне невесту, у которой с этим противоестественно!

— Я воспитала глупого сына! — почти всерьез сердилась мама. — Ты знаешь, дурачок, какая прелесть ее Леночка? Три годика всего, а рассудительности — на все тридцать три. Такая лапуля… Настя, конечно, ленивая. Только и делает, что виснет ночи напролет в Интернете. Потом спит до обеда, ходит вечно сонная. Вылезет на веранду, в одной руке кофе, в другой — сигарета, и чередует глотки с затяжками…

— Ну, и что? Я тоже так по утрам в себя прихожу. Ты ей посоветуй «Бэйлис» еще прихлебывать, очень помогает!

— Я ей посоветую стрихнин прихлебывать! Она дрыхнет, а ребенок не знает куда приткнуться…

— Но ты же рядом?

— Вот именно! И я не понимаю, как можно такую славную девочку бросать практически одну!

— Мама… Ты не понимаешь своей выгоды. Сделай так, чтобы эта Настя вообще спала целыми днями. Тогда Леночка будет твоя весь день!

— Сын! Я внуков хочу, своих, понимаешь? Мне, конечно, приятно нянчиться с этой девочкой, но мог бы и ты постараться для матери — раз уж сам ничего в жизни не понимаешь!

— Да понимаю я, мама… Ты не поверишь, но я, кажется, встретил ту, которую ты не стала бы вышвыривать из дому….

— Наконец-то, Дима. Когда ты меня с нею познакомишь?

— Эх… Мне б самому знать, где ее найти. Это наша клиентка, мама. Мы работу сделали — она исчезла…

— Так что же ты сидишь в своем офисе, увалень? Беги, ищи девушку! Возможно, она сама дежурит у окна, ожидая, когда ты появишься!

— Мама! Да где ж я ее искать буду?

— Сынок, не будь таким наивным. Если девушка хоть чуть-чуть заинтересована, она для тебя столько подсказок оставит, что ты никогда не заблудишься. Мы, женщины, знаем: мужчины — существа примитивные. В общем, я выезжаю. Через часок буду. Что тебе приготовить?

— Ой, мам, ну, что-нибудь. Я всему буду рад. Я тоже скоро буду. Пока…

Дима потянулся в кресле и крепко зажмурился. Хруст в суставах означал, что пора встать и размяться, а можно и вовсе закончить работу — компьютерная программа способна трудиться самостоятельно. Если что-то произойдет, то в записях-логах это отразится.

Однако через секунду в мерный шум вентиляторов охлаждения неожиданно вмешался новый звук. Дмитрий не шевельнулся и остался в своей расслабленной позе, даже глаз не открыл, только по лицу расплылась блаженная улыбка. Этот тихий переливающийся звон обозначал, что все его усилия оказались не напрасными. Программа взлома нащупала слабинку в новой системе безопасности по имени «Кобра»!

Немедленно раздавшийся телефонный звонок только подтвердил его предположение. Шеф. Проникновение через сетевые экраны не могло остаться незамеченным, администраторы системы его моментально засекли и немедля доложили начальству.

Дима улыбнулся: его программа взлома анализировала полученную от удачливого компьютера-фантома информацию и пересылала новый алгоритм проникновения остальным сотням машин. А попробуйте справиться со всеми сразу!

Шквал сообщений об удачном взломе заполонил экраны мониторов. Всех, кроме одного. Этот экран зеленел цветом весенней травки, потому что на нем отображался ход взлома второго уровня защиты, примитивного по сравнению с первым. Так и есть. Вторая преграда рухнула через несколько минут, программа взлома отыскала базу данных пользователей и изменила политику безопасности.

Дмитрий сидел, откинувшись в кресле и заложив руки за голову. Сейчас администраторы получат отказ в доступе. Так. Началась загрузка контрольного файла с серверов — это будет доказательством кражи информации. Но загрузка файла оборвалась, и все экраны запестрели надписями, сообщающими об ошибках и потере доступа. «Конвульсии умирающего», — заключил Дмитрий. Он улыбнулся, потому что, отключив питание серверов, противная сторона расписалась в своем бессилии.

Оля и Дима

Вопреки ожиданиям, шеф вовсе не сопротивлялся, когда Дима спросил у него номер заказчицы. Откуда Диме было знать, что не далее как вчера Ольга сама звонила шефу и обсуждала новый заказ, исполнение которого страстно желала поручить исключительно Дмитрию Сергеевичу Школьнику.

Удивила Диму и Оля. Она явно обрадовалась звонку. Поэтому Дима решил события форсировать: пригласил даму к себе домой, на ужин. А что? В худшем случае — откажется. В лучшем же…

Оля, окинув взглядом великолепие накрытого стола, с восхищением вздохнула:

— Дмитрий Сергеевич… Я рассчитывала ограничиться чаем!

— Чай — сказал ей Дима — это уже после всего! У нас стол скромный, ностальгический.

— Да уж… — прошептала Оля.

Гостеприимство хозяина было приятно, хотя с другой стороны, это ведь лишь показуха перед красивой девушкой. Первобытный охотничий инстинкт — подарить женщине убитого мамонта. Только теперь мамонт оформлен поизящнее — на фарфоровых тарелках да под бокал вина. Но суть-то от этого не меняется. Вечные охотники. Пока жертва бежит, он догоняет. Потом бросает и бежит за следующей. Оля одарила Диму обворожительной улыбкой.

— Кстати, Дима, я так и не поблагодарила тебя за чудесный букет от таинственного поклонника.

Он растерялся и не нашелся сразу что ответить. Такое с ним бывало редко.

— Как ты узнал, что хризантемы — мои любимые цветы? Ты случайно не тайный агент?

— Я… да по совместительству, — смущенно отшутился он. — Рад, что понравились.

И быстро сменил тему.

— Рекомендую: строганина по-байкальски, расстегаи — правда, местного производства, но вполне аутентичные, копченый олений язык, кыкватоль, черемша, маринованный папоротник. В духовке подходит плов. К чаю — эклеры.

— Ох-хо-хо! — рассмеялась Оля. — Со строганиной я как будто знакома, но объясни мне, пожалуйста, что такое кыкватоль?

— Это оленина, соленая, вяленая и копченая одновременно. Главный секрет — чтобы внутри куска мясо оставалось сырым. Кус кыкватоля режется на ломтики, и каждый из них обжаривается на сковороде. Отличная горячая закуска! — с гордостью произнес Дима. Он догадывался, что Оля искушена по части изысканных блюд, но верил, что удивить ее удастся.

— Дима, — проговорила Оля серьезно. — Я ведь, собственно, о деле пришла поговорить…

Она точно рассчитала время. Не сразу — чтобы хозяин уверился в том, что произвел на нее впечатление. Надо дать понять, что она не собирается становиться одной из его подружек на одну ночь. Господи, все мужчины одинаковы. Ужин, романтика, музыка, танцы и постель. Утром — обещание позвонить и поминай как звали. Оля иногда ощущала себя чужой в современном мире. Все ее подруги тусовались в ночных клубах, развлекались, пытались попробовать как можно больше разных блюд на этом празднике жизни. Оля была другой. Вместо тусовок и шумного угара она предпочитала сидеть за компьютером, искать новую информацию в Интернете, узнавать что-то новое, учиться чему-то. Вот и полюбила она не своего сверстника, а начальника, который ей в отцы годился. Но с ним было так интересно, так спокойно и уютно. С ним она чувствовала себя то маленькой девочкой, которая с горящими глазами внимает опытному учителю, то желанной красавицей, к ногам которой готовы сложить все бриллианты мира. Словом, она была счастлива. И статус любовницы не тяготил ее, несмотря на то, что в вопросах морали она была достаточно принципиальной. Но жизнь есть жизнь, а человеческая душа подвижна, как и все живое. И нет ничего плохого в том, чтобы следовать велению сердца. И вот Оля сидела за шикарным столом напротив молодого человека, который соловьем разливался, чтобы произвести на нее впечатление и думала только об одном.

— О каком таком деле? — выдавил из себя удивленный хозяин.

— О поиске психосети.

— Психо… чего?

Переключиться с праздничных блюд на что-то серьезное оказалось не так просто.

— Психосети, — повторила Оля. — Уверена, ты о них слышал.

— Ну-у… — замычал Дима, титаническим усилием соскребая со стенок мозга информацию, которую считал совершенно бесполезной. — В общем и целом…

— Дима, послушай, — Оля подалась чуть вперед. От близости ее тела и тонкого аромата духов у Димы чуть не закружилась голова. Что она делает, играет с ним, пытается завлечь?