Том 3. Пьесы 1862-1864

Один пойдешь?

Юродивый

Нет, много, много.

Лыткин

Что он говорит? Сулит дорогу, а куда? Известно, Одна дорога; значит, все помрем; И надо полагать, что это вскоре.

Губанин

Нет, надо быть, что о другой дороге Он говорит.

Темкин

Его не разберешь; Убогий он у нас и малоумный.

Юродивый

(со слезами)

Нет, вот что: храмы там без богомольцев, Без пения. Подайте на дорогу!

Бежит по сцене. Все расходятся по лайкам. Входят Биркин и Семенов.

Явление пятое

Семенов и Биркин.

Семенов

Ну вот, Иван Иваныч, твоего Отца и благодетеля не стало. Всем горе, а тебе, чай, вдвое.

Биркин

Что ж? Все под Богом. Слезами не поможешь! Всех мертвых не оплачешь!

Семенов

Это так; А все-таки тебе он благодетель, Понеже в люди вывел, дал дорогу.

Биркин

Сам виноват, гордыня обуяла, Да и к тому ж с казаками не ладил.

Семенов

И по писанию, блажен тот муж, Кто к нечестивым на совет не ходит; С ворами как же ладить! Не бери Греха на совесть! Лихом поминать Не след тебе такого воеводу. Его ж убили, он же виноват! Не говори! Грешишь, Иван Иваныч!

Биркин

Кого ж винить? Бояр?

Семенов

(со вздохом)

И не бояр. Нам осуждать бояр не подобает, Мы молоды с тобой и худородны. А виноват во всем злохитрый враг, Злокозненный диавол, ненавистник Спасенья нашего. Он искони Враждует, искони злоумышляет Расхитить божье стадо и украсть И погубить вконец. Его-то действом Междоусобие и рознь меж нами, Вражда и ложь и дьявольская прелесть. И в прелести смятеся вся земля.

Биркин

(оглядываясь)

А в Нижнем шатости не замечаешь?

Семенов

Нет, Бог хранит пока.

Биркин

А знаешь что? Ведь Нижний — ключ всей Волги; за него бы Король Жигмонт иль Владислав-царевич Нам дорогую цену заплатили, Кабы привесть к присяге. Воеводой Быть можно. А тебя в Москву, в дьяки, В любой приказ.

Семенов

Ты шутишь аль смеешься?

Биркин

Как хочешь понимай!

Семенов

Как понимать! Изменником я не был и не буду, И с дьяволом быть в доле не хочу; Зане отступникам страшна кончина! Идут во ад, и во святых церквах Поминовенья о таких не будет, И приношенья неприятны Богу, И будет им мученье без конца.

Биркин

Я пошутил с тобой.

Семенов

Иван Иваныч, Шути с кем помоложе. Этих шуток Я не люблю, они подвохом пахнут.

Биркин

Ну, не сердись! не любишь, так не стану Шутить с тобой; нам ссориться не след: Неладно в Нижнем.

Семенов

Полно, что пугаешь, Иван Иваныч; как тебе не грех!

Биркин

И знаешь, кто у нас заводит смуту?

Семенов

Кому же заводить?

Биркин

Кузьма Захарьев.

Семенов

Не верю, быть не может.

Биркин

Погоди, Дай срок, увидишь сам. Всегда толпою За ним народ валит, все шепчут что-то И по ночам сбираются к нему.

Семенов

Нет.

Биркин

Ты не спорь со мной; разведай лучше!

Семенов

Да нет же, говорю.

Биркин

Не ошибись!

Семенов

Не ошибусь я в этом человеке. Кузьму я знаю вдоль и поперек: Он боек на язык, упрям и дерзок; В дела мешается, за всех заступник; А все-таки души он не продаст; Сгрубить — сгрубит, а смуты не затеет.

Биркин

От грубости до мятежа далеко ль! Я не люблю, кто бойко говорит.

Семенов

Да у меня ведь горлом не возьмешь! Я не ему чета, молчать заставлю.

Биркин

На то мы власти, чтобы нас боялись; Мы черный люд, как стадо, бережем, Как стадо, должен он повиноваться.

Семенов

Я при царе Иване начал службу, В дьяках состарился и поседел. Уж мы с Кузьмой не первый год воюем; Ты слово, а он десять, да зуб за зуб.

Биркин

Наскочит на меня, так будет помнить.

Семенов

Ну, и тебя таки честит изрядно, И за глаза все Тушиным корит, А тушинцам у нас почету мало; На Волге их не любят.

Биркин

Не беда! Насильно мил не будешь! Уж народец У вас на Волге! Нечего сказать! Новогородским духом так и пахнет. Некстати говорливы! Вот ты здешний, Не тушинский; а тоже говорят, Что ты берешь посулы, что с живого И с мертвого дерешь, не разбираешь.

Семенов

Да кто же говорит?

Биркин

А все Кузьма.

Семенов

Не верь, Иван Иваныч! Все напрасно; Посулов не беру. Он злым поклепом Меня обносит. Да ты сам ли слышал?

Биркин

Сам слышал.

Семенов

Не снесу такой обиды, Пойду челом ударю воеводе.

Биркин

Я говорю тебе, что он мятежник; С народом шепчет, а властей ругает; Небось без умыслу? Да кто ж поверит!

Семенов

Его теперь и знать я не хочу, Ругателя. Не вымолвлю ни слова, Хоть вешайте.

Биркин