Максим Дегтярев

Агент Эдвардс занимал двойную каюту, зарезервированную на терминале для особых случаев. Мы расположились вокруг небольшого стола. На столе закипал чайник, Эдвардс готовил для заварки два пакетика с таинственным содержимым. Робот приволок тарелку горячих бутербродов.

— Вам с чем? — спросил он.

Я не был уверен, что правильно идентифицировал даже хлеб.

— С желтым.

Желтое лучше, чем зеленое, рассудил я.

— Значит мне с сыром, — и он взял зеленый бутерброд.

Я не стал спрашивать, что в моем.

Горячая жидкость пахла как кофе, но, кажется, таковым не являлась.

— Аналог цикория, — пояснил он, — полезно для здоровья. К слову, я выполнил свою часть договора.

— И?

— Сначала Рош Морель. Восемнадцатого марта он покинул Энно и полетел на местный терминал. После нескольких телепортаций он достиг терминала каппы Южного Треугольника, где сейчас и находится. Теперь Пауль Клемм и его семейство…

Он сделал многозначительную паузу.

— Что с ним?

— Ничего.

— В каком смысле?

— Мне надо увидеть тот финансовый документ, о котором вы сообщали.

Он уже продемонстрировал добрую волю, и я не видел оснований не доверять ему. Я скопировал файл на кристалл памяти и передал Эдвардсу. Он, в свою очередь, скопировал файл в комлог.

— Клиника? — удивился он.

— Сеть клиник. Лечат бесплодие. Что насчет Клемма?

— Я уже сказал, ничего.

— Вы не нашли его?

— Можно сказать и так. Последний раз он, его жена и дочь пользовались кредитками в банкомате рядом с их домом. Это было рано утром девятого марта. Сняли небольшую сумму. Что с ними стало потом, мы не знаем.

— Сравните его снимок с изображением с камер слежения в космопорте.

— Я не могу это сделать без помощи полиции Энно. Запрос к ним неизбежно повлечет за собой бюрократическую волокиту. У меня нет на нее времени.

— Пусть перешлют записи. Хотя бы за девятое и десятое.

— А что вы предложите взамен?

— Разве мы делаем не общее дело?

Он посмотрел на часы. Я автоматически сделал то же самое. Было двадцать минут одиннадцатого.

— Прошу прощения, — он потянулся к пульту и включил телевизор. Я видел, что он нервничает, будучи не в силах быстро найти нужный канал.

— Какой вы ищите?

— «Круглосуточные Новости».

— Жмите сто девять, — я помнил, какие были цифры на экране, когда Гор Говард смотрел этот же канал во время нашей первой встречи.

— Спасибо, — сказал он, увидев нужный логотип. Шла реклама, отделяющая политический блок от блока с новостями науки и культуры.

После рекламы на экране появилась Сильвия Дельгадо. Два месяца назад ей доверяли только прогноз погоды.

— Девушка делает карьеру, — сказал я.

— В этом месте я бы предпочел иметь профессионала.

— В каком, этом?

— Рукав Персея, зона 19.

Дельгадо мало уделила внимания научной стороне экспедиции, сделав главными героями своего выпуска эолийцев. Я заметил:

— Хочет поскорее перескочить в политический блок.

— Она дождется, что ей и погоду никто не доверит.

Мы молча досмотрели новости.

— Я так до сих пор и не понял, — сказал я, — с чего эолийцы так задрали нос. Они чем-то от нас отличаются?

— Поверьте, лучшие наши умы бьются над этой загадкой.

— А в чем проблема?

— Для начала надо понять себя.

— Ну, если мы даже этого не можем, то рано нам браться за эолийцев.

Он использовал мои слова, чтобы переменить тему:

— Поэтому вернемся к нашим делам. Я забыл спросить, кто вам передал выписку по счету? У вас свой человек в банке?

— Вы прекрасно знаете, что на этот вопрос я вам не отвечу. Но чтобы сохранить вашу дружбу, скажу, что источник мой недостаточно опытен, и вполне возможно, что о передачи информации стало известно людям, которые вашей дружбы не ищут.

— То есть, — сказал он хмуро, — пока мы здесь болтаем, употребляя длинные, полные сарказма фразы, они заметают следы.

— Если бы вы пошли официальным путем, то времени на заметание следов у них было бы еще больше.

— Согласен. Какие у вас планы?

Планов не было. Можно было бы отправиться в клинику на Парацельс, но клиникой, видимо, займется Эдвардс. Было любопытно, зачем Рош Морель подался на каппу Южного Треугольника. Но это любопытство мне никто не оплачивал. С другой стороны, я все равно собирался попутешествовать, так почему бы не отправиться на ка-ЮТ?

Я ответил:

— Пока не знаю.

— Когда будете знать?

— К вечеру, наверное, — предположение было сделано наобум.

— У меня есть для вас задание.

— Интерпол нанимает меня как детектива?

— У вас нет лицензии, поэтому мы не можем вас нанять. Но нам разрешается привлекать к сотрудничеству гражданских. Вам будут платить, правда, немного.

— И по вашим финансовым ведомостям я буду проходить наравне с остальными осведомителями.

— Если хотите, мы заведем для вас отдельную ведомость.

— Не пойдет. Моя репутация мне дороже. Верните лицензию и нанимайте.

Он помассировал переносицу, плеснул себе кофе, сделал пару глотков.

Меня беспокоила еще одна вещь:

— Полиция протекает. Незадолго до посадки на пять-двадцать пять Бланец знал, что полиция предупреждена о перестрелке в космосе. Поэтому он велел мне выбросить контейнеры за борт. На вашем месте, я бы выяснил, кто его предупредил.

— Это не обязательно могла быть полиция. Взрыв был зафиксирован противометеоритным контролем, и они же известили полицию. Утечка могла произойти оттуда. Мы знаем, что Сэмюэл Джеймс — он один из сотрудников контроля — связан с адвокатом, который работает на контрабандистов. Он мог передавать им сведения. Контрабандисты летают нестандартными маршрутами, поэтому им требуется дополнительная информация о метеоритных потоках и прочих препятствиях.

Уходя, я спросил:

— Давно мучаюсь вопросом, что было в тех контейнерах, которые я перевозил контрабандой?

— Вам лучше этого не знать.

Может, так оно и есть, подумал я, вспомнив о детекторе лжи.

Говард, который прилетел на терминал вместе со мной, с нетерпением ожидал меня в удобной одноместной каюте на нижних уровнях терминала. Главный инженер Уоллес с радостью предоставил нам две отдельные каюты. Взамен, я обещал никому не говорить, что это он познакомил меня с контрабандистами.

Я рассказал Говарду о том, что узнал о Мореле и Клемме от Эдвардса. Спросил:

— Предположим, Морель каким-то образом догадался, что Клеммы подались на ка-ЮТ. Зачем Пауль Клемм мог бы туда отправиться?

Говард начал что-то набирать в комлоге. Печатая, он пояснил:

— Я настраиваю поиск на сочетание «Пауль Клемм» и «каппа Южного Треугольника».

Десятиминутный поиск ничего не дал. Но появилось много информационных ссылок, рассказывающих об участивших случаях пиратства в этом районе.

— Опасное место, — констатировал Говард, — тем не менее, я направлюсь туда.

— Это так необходимо?

— Вообще-то там есть станция, которая могла бы быть включена в мой проект.

— А в чем заключается ваш проект?

— Объединение радиои гравитационных телескопов в единую сеть, которая могла бы перенацеливаться автоматически.

— То есть, если кто-то заметил что-то интересное, все разом начнут смотреть в ту же точку?

— Примерно так. К сожалению, это означает, что местные программы исследований могут быть нарушены. Не все согласны пойти на это.

Я заметил на полке над диваном небольшой сверток.

— Получили посылку?

Смущенный, он привстал и взял сверток в руки.

— Вроде бы полезная штука. Мне посоветовали, я и купил через сеть.

В свертке оказался противожучковый сканер — модель, которую предлагали мне, и которую купил Морель.

— Вы правильно поступили, — сказал я, — и не стоит смущаться. Я знаю о том, как на терминале Антареса на Мореле нашли жучок.

— Знаете? Откуда?

— Случайно. От торговца, который продал вам сканер.

— Но не вы поставили жучок?

— Нет, конечно.

— Признаюсь честно, я вас подозревал. У меня была даже мысль, что вы с тем торговцем заодно. Потом я узнал, что такой жучок стоит в десять раз дороже сканера, а торговец посоветовал его сразу уничтожить. Но вас я перестал подозревать, когда нашел ваше имя на локусе Фаона. О вас очень хорошо отзывались. Мне показалось, вы порядочный человек.

— Не всему, что пишут можно верить. Но жучок на вашего друга я не ставил, это точно. Как я понял, вы уничтожили устройство.

— Да.

И тут меня посетила одна догадка. Если Говард подумал, что прибор установил я, то точно так же тот, кто его устанавливал, мог подумать, что я прибор обезвредил. И что прибор до сих пор находится у меня, и я по нему пытаюсь установить владельца. Поэтому меня как можно скорее надо разобрать на молекулы вместе с вещами. Это очень удобно сделать, если я нахожусь в небольшом корабле, а у нападающей стороны есть мощный импульсный лазер. Хотя Бланец доказал, что ракета подходит больше.