Помоги проекту - поделись книгой:
Он стремительно обернулся. Потрясающе! Все выглядело так, словно он и вправду стоял
Целая армия мышей с пением маршировала вниз, в бездну. Большинство из них шли словно в трансе, будто их кто-то загипнотизировал. Причем некоторые были совершенно и очевидно мертвы — шерсть их выпадала, плоть отваливалась от костей, обнажая белые зубы и ребра. Запах тлена наполнял каверну.
Другие мыши карабкались вверх, держа в лапах камни и комья земли. Со дна ямы вздымались фонтаны дыма и пара.
На самом дне в полумиле от края своим новым магическим слухом Бен расслышал царапанье миллионов крошечных лапок и монотонное пение холодных голосков:
Бен понял, что стоит, глядя в жерло вулкана.
Леди Чернопруд тоже глядела вниз; морщины муки и ярости избороздили ее лоб. Янтарка же беззвучно плакала при виде стольких мышей, пойманных в тенета зла. Бушмейстер отважно подался вперед, сжимая свое копье, словно готов был ринуться в бой.
Бен почувствовал, как что-то ткнулось ему в спину, и Терн прошептал:
— Мне не видно. Дай посмотреть!
— Тссс! — еще тише, едва слышно, прошипела леди Чернопруд, но было уже поздно.
Бен не слышал, как пробудился великий червь, но это, несомненно, случилось. Что-то склизкое молнией взметнулось из земли и обвилось вокруг его лодыжек.
Глава шестая
В ТЕНЕТАХ ЗЛА
Я не то чтобы принципиально возражаю против тенет зла, но вот следы слизи после них — такая гадость!
Опустив глаза, Янтарка увидала, как из земли выпростались червиные кольца, охватили ее лодыжки и потянули вниз, пригибая, привязывая, притискивая к полу пещеры.
Терн истошно вопил от ужаса. Янтарка попыталась высвободиться, но черви прочно спеленали ее.
Бушмейстер и Бен плясали на месте, прыгая, нападая, поражая врага своими копьями. Это была роскошная битва.
«Он такой красивый, — несмотря ни на что, подумала Янтарка. — Он такой храбрый и сильный. От него у меня подгибаются коленки».
— Незваные гости! Кто осмелился беспокоить всемогущего волшебника Подземного города? — взревел низкий голос, эхом грохоча по всей пещере.
Огромный червь вывился из своего земляного кома и теперь плыл к ним, клацая хвостом по каменному полу.
Скользкие гоблины опомнились, замахали копьями и заспешили к мышам.
Янтарка была едва жива от страха; голова у нее отказывалась переваривать такой кошмар.
Червь-колдун издал громкое шипение, и струя зеленой слизи ударила у него из пасти прямо в стену над Янтаркиной головой. Слизь кипела и пузырилась, словно кислота.
— Возвращаемся! — раздался крик леди Чернопруд.
Над ними словно ударил гром, воздух кругом зашипел, дрожа и плавясь, и видение растаяло.
Звезды снова гляделись в зеркало черного пруда; ночь пахла свежестью.
Однако на этом приключение не кончилось.
— Помогите! — визжал Терн. — Черви душат меня! Я не могу дышать!
Черви все еще обвивали Янтаркины лапы, пригибая к земле, а один самый активный даже пытался ее задушить. Впрочем, особой силы в их объятиях не было, и Янтарка поняла, что бояться нечего. Она просто схватила склизкие плети лапами и без особого труда высвободилась.
Терн тем временем уже стряхнул с себя почти всех червей и сейчас носился кругами, дико вопя, а на шее у него, подобно шарфу, развевался последний уцелевший экземпляр, пребывавший, кажется, тоже вне себя от ужаса.
— Умираю! — кричал злосчастный мыш. — Не могу дышать! Совсем не могу!
Леди Чернопруд, решив, что нечего добру пропадать, откусила пару сочных кусочков от двух червей, пытавшихся скрутить ее. Те мгновенно съежились от боли.
Бушмейстер ухватил шарф Терна за какой-то из концов и просто сдернул с шеи жертвы.
И вот когда Янтарка уже была готова вздохнуть с облегчением, из земли с ревом взметнулся невероятных размеров червь и стал расти, расти ввысь, словно атомный гриб, словно исполинская кобра.
— Орегонский гигант! — прошептал Бен, завороженно глядя, как возносится призрачно-белый червь; лунный свет мерцал на его слизистой кольчатой шкуре, бледной, словно он был уже мертв.
Глубокий и низкий голос чудовища звучал, казалось, со всех сторон сразу:
— Кто осмелился встать на пути волшебника, обитающего в сердце мира?
Раздался свистящий звук, и из пасти монстра ударил мощный поток белого света.
— Лазер! У него лазер! — закричал Бен, в ужасе откатываясь назад.
Белый луч просвистел прямо у Янтарки над головой, срезав молодую камышиную поросль позади.
Леди Чернопруд подняла лапу, и в червя ударила темно-пурпурная молния.
Янтарка стояла, дрожа и хватая ртом воздух, и глядела, как невероятная туша свивается кольцами и обрушивается в недра земли, оставив после себя внушительных размеров кратер.
Леди Чернопруд запустила еще несколько пурпурных молний, и остальные черви отступили в землю, спеша покинуть поле битвы.
Через мгновение о разыгравшейся битве не напоминало ничего… кроме потеками покрывавшей шубку Янтарки мерзкой слизи.
А тем временем дома у Бена его мама лежала в кровати. Ей не спалось. Стоило закрыть глаза, как ей тут же начинали сниться какие-то жуткие сны о червях. Мама совершенно определенно чувствовала, что ее сын в опасности и что его необходимо предупредить.
«Он жив, — говорила она себе. — Я просто не знаю, где его искать». Она уже обшарила весь городок и не нашла ровным счетом ничего.
Единственной ниточкой была та летучая мышь, что ворвалась к ним в дом в тот вечер, когда исчез Бен. Мышь совершенно очевидно была вампиром. Она вломилась в комнату прямо через крышу, оставив в ней приличных размеров зияющую дыру.
«Интересно, может быть, Бена превратили в вампира? — думала бедная Бенова мама. — А если да, увижу ли я его когда-нибудь снова?»
Возможно, он прямо сейчас рыщет вокруг дома, страшась открыть правду родной матери.
«Но ему не надо бояться, — думала она. — Я люблю его. Даже если он стал вампиром, я всегда буду любить его. Я могу добывать для него кровь на станции переливания крови. Разумеется, покупать придется самую дешевую — нулевой группы, резус отрицательный… или что-нибудь вроде того. А может быть, даже смешивать с каким-нибудь красным соком, чтобы хоть что-то сэкономить…»
«Но я же люблю моего сына», — говорила она себе и представляла, как обнимает своего сыночка, своего маленького сыночка-вампира, и укладывает его спать в хорошенький новенький гробик.
«Я хорошая мать, — не без гордости сказала она себе. — И я останусь ею, даже если мой сын превратился в кровососа!»
Мыши выкупались в пруду и теперь расчесывали лапками мех, прихорашиваясь. На земле никто не чувствовал себя в полной безопасности, так что, когда взошло солнце, они взобрались на куст шиповника и улеглись на ночлег в покинутом гнезде какой-то мелкой пичужки, уютно устроившись среди колючек.
Бушмейстер встал на стражу первым.
Здесь, наверху, далеко от предательской земли и злокозненных червей, Бену было куда уютнее.
Они проспали целый день. Когда под порывами ветра куст качался и дрожал, Бену снились странные беспокойные сны, в которых он карабкался в облака по бобовому стеблю… а потом задумался, давно ли это, интересно, бобовые стебли целиком покрыты слизью, а это возьми да и окажись никакой вовсе не стебель, а гигантский червь.
Бен рывком проснулся, сердце его страшно колотилось в груди. Что же такое они видели ночью? Зачем червь-волшебник пытался запустить спящий вулкан? Чего он надеялся достичь таким образом?
Если вулкан начнет извергаться, хлынувшая из недр земли магма в пару секунд поджарит червя во фритюре, каких бы там размеров он ни был. На хороший план по завоеванию мира это было как-то не похоже.
Если только у червя, конечно, не было суицидальных наклонностей.
Гора-скороварка прикончит заодно и всех работавших над проектом мышей… хотя некоторым из них в этом плане терять уже было нечего.
Так что же все-таки нужно этому чудовищному червю?
Через некоторое время проснулась леди Чернопруд. Судя по выражению мордочки, озадачена она была не меньше, чем Бен.
— Не думаю, что вулкан может убить этого червя, — сказала она задумчиво. — Видел его размеры и цвет? Если память меня не обманывает, это был легендарный вайомингский громовой червь — самый могучий и злобный из всех, каких видела земля. Они живут очень глубоко, поблизости от термальных источников, и привыкли к жаре. Говорят даже, что они могут плавать в магме, хотя и недолго.
— Да ну? — поразился Бен.
— А эти его охранники — это скользкие гоблины, так он их зовет. Этот проклятый колдун взял злых духов и облек их плотью из вулканического пепла и собственной слизи. Убить этих монстров нельзя — по крайней мере, пока бьется сердце их творца. А у громового червя сердец много — и они могут биться еще много веков.
— Вулканический пепел? — спросил Бен. — Может быть, он пытается запустить вулкан, чтобы получить еще пепла?
— Это само по себе уже было бы погано, — согласилась леди Чернопруд, — но чует мое сердце, что не все здесь так просто. Если б ему было надо, он без труда добыл бы себе сколько угодно пепла не таким сложным способом. Нет, у него куда более темные планы.
Бен видел, что вся эта история не на шутку обеспокоила леди Чернопруд.
— А мы сможем его победить? — осторожно спросил он.
Она подняла мордочку к небу, словно теплый солнечный свет мог прогнать тревогу и дать какой-нибудь обнадеживающий ответ.
— У меня дурные предчувствия, — не таясь, ответила она. — Но… все возможно. Ты видел, какой он был усталый, когда мы прибыли? Он пел весь день, заманивал мышей к себе в пещеру. И он страшно утомлен. Быть может, если застать его врасплох…
— Теперь они будут настороже, — со вздохом сказал Бушмейстер. — Больше нам не застичь его спящим.
— А ты обратил внимание на кольцо, что он носит на хвосте? — спросила леди Чернопруд.
— Нет, — сказал Бен, — но я слышал, как что-то клацало, когда он полз.
— Это было средоточие его магии, инструмент, который усиливает его заклятия. Я слышала про это кольцо, оно очень могущественное. Много веков назад его сделал один человек… он тоже зачаровывал мышей и вел их на погибель.
— Неужто гаммельнский Крысолов?[4] — поразился Бен. Воистину день был богат сюрпризами.
— Он самый, — прошипела леди Чернопруд. — Оно было сделано жестокой рукой самого Крысолова, злого человека и проклятия всего мышиного рода.
— Но я читал, что он убивал
— Со временем сюжеты меняются, — отмахнулась леди Чернопруд, — и правду часто забывают или перевирают. Это за мышами охотился Дудочник из Гаммельна. Помнишь конец сказки?
— Гаммельнский Крысолов просто исчез, — неуверенно пробормотал Бен.
— Никуда он не исчез, — жестко сказала старая ведьма. — Он объявил войну мышам и многих успел порешить. Но однажды ночью после попойки пришла отважная мышь и украла его волшебное кольцо, стащила прямо с его дьявольского пальца. Далеко унесла кольцо та отважная мышь — на корабль и за большую воду, где о силе его никто бы не узнал. И под конец, уже постаревшая и изможденная, бросила она его в глубокую расселину, надеясь, что никто его там не найдет. Но она просчиталась.
— Его нашли?! — в отчаянии вскричал Бен.
— Да, должно быть, этот клятый червь нашел его, — согласилась леди Чернопруд. — В руках простого человека это была бы просто бутафория, бесполезная безделушка. Но, увы, мы имеем дело с волшебником поистине громадной силы.
— И что же нам теперь делать? — растерянно спросила Янтарка.
— Кольцо надо у него отобрать, — решительно заявила леди Чернопруд. — И уничтожить.
— Ого! — оживился Бен. — Это похоже на одно кино, которое я смотрел. Там было одно такое волшебное кольцо.[5]
— И как они там от него избавились? — поинтересовалась Янтарка.
— Не знаю, — вздохнул Бен. — Я смотрел только первую серию.
— Это вам не какая-нибудь глупая сказка, — возразила леди Чернопруд. — Тут опасность совершенно реальна.
Мыши погрузились в молчание: каждая обдумывала невероятную сложность стоящей перед ними задачи.
Вскоре леди Чернопруд свернулась и забылась тревожным сном. Остальные последовали ее примеру. Бен заступил на стражу на краю гнезда, зорко глядя по сторонам и сжимая в лапах копье.
Коготки у него сильно отросли, так что некоторое время он посвятил их обгрызанию.
В какой-то момент ему показалось, что он слышит пение вдалеке, странную привязчивую мелодию, которая словно звала его куда-то. Он закрыл уши лапами. Пение смолкло.
Была ли то и вправду червиная песнь или просто фантазия?
Кто его теперь знает…
Поделиться книгой: