Хождение к морям студёным

Первое официальное упоминание Камчатки как территории

Остров Камчатка на «Чертеже всех сибирских городов и земель» (1697–1698 гг.)

Так что, скорее всего, одноглазость аримаспов была мнимой. Металлическую круглую пластину, которая служила воинам и амупном, и знаком принадлежности к племени, чужаки издали могли принимать за «горящее на солнце око». Тем более, если глаза аримаспов скрывали их длинные волосы.

Подречная пещера

Еще в пятидесятых годах прошлого века от стариков из Новоселова, Даурского, Сухо-бузимовского, расположенных в Красноярском крае, можно было услышать предание о таинственном подземелье. Называлось оно «подречная пещера». О ней сообщалось не только в устных рассказах. Так, в «Записках об Енисейской губернии Восточной Сибири 1831 года» говорится: «…в Новоселовской волости на правом берегу Енисея есть конусообразная гора вышиною 500 саженей (более 1000 метров) от поверхности воды.

…Вход в оную пещеру в самой вершине горы и так правилен, как будто сделан человеческими руками; во-шедши в оное отверстие, начинаешь спускаться по коридору вниз саженей до 30 и в некоторых местах есть уступы в камнях наподобие лестницы. По окончании коридора вступаешь в первую залу, которая саженей десять в поперечнике, и втрое более того длиною; пол в оной довольно ровен; зала сия с западной стороны имеет отверстие, через которое проходит свет и можно пробраться к самому Енисею, который в сем месте ограничивается каменным утесом.

…коридор идет неправильно, то расширяясь на несколько саженей, то суживаясь так, что должно то ползти, то лезть через камни, то спрыгивать сажени по две с отвесной высоты. Прошедши таким образом от первой залы 70 саженей, вступаете в другую залу вдвое более первой и совершенно неправильной фигуры. Тут находится множество костей, из коих некоторые по величине своей заслуживают быть исследованными…далее идет опять крутой неправильный коридор, который поворачивает к Енисею.

Прошедши и проползши оным еще саженей сто, вдруг путешествие прерывается, ибо отверстие пошло перпендикулярно вниз как колодец».

Сохранилось предание, что местные жители не раз пытались проникнуть в тот колодец. Но он был якобы заговорен древними людьми, поклонниками Полярной звезды и неизвестных металлических идолов. Таинственное подземелье могло «отталкивать» пришлых чужаков, могло «плутить» — то есть запутывать в своих темных переходах. Но могло и «пожирать» людей. Тем, кому удавалось все-таки проникнуть в его глубины, угрожала опасность навсегда метаться там.

В «Записках…» от 1831 года рассказывается, как в конце XVIII века один из местных жителей обследовал «подречную пещеру». Спустился он по веревке в колодец и обнаружил в его стене боковой проход. Дальше лезть исследователь побоялся, «ибо уже слышал, как Енисей шумел над его головою…..оная пещера проходит под Енисеем до противуле-жащих гор на другой стороне онаго…»

Далее в «Записках…» сообщалось о пещере: «Суеверие рассказывает о ней много чудесного; корыстолюбие ищет сокровищ; но справедливо одно то, что ежегодно осенью в одну темную ночь съезжаются к ней перст из-за двести Кайбальские Татары, исповедываю-тие шаманскую веру, и на следующее утро возвращаются оттуда все избитые. Сей тайны никто не знает…»

Так завершается запись о «подречной пещере». Таймы ее до сих пор не раскрыты. Но сохранилось множество слухов и преданий и о самом подземелье, и о загадочных ночных обрядах кайбальских татар.

Примерно в XIV–XV веках «татарами» стали назы-нать многие разноязычные маньчжурские, монгольские, тюркские народности. Так впоследствии именовали и некоторые племена Сибири и Урала.

Обряд самоизбиения

Согласно преданиям, аримаспы являлись изгнанниками из Гипербореи. Неизвестно, за какие преступления постигла их эта участь. Вначале они расселялись на Крайнем Севере, потом отступили к среднему Приуралью, освоили долины рек Печора, Чусовая, Обь и Енисей. Ходили слухи, что кайбальские татары — потомки аримаспов. Прибывали они осенней ночью к «подречной пещере» для совершения древних обрядов.

В подземелье под Енисеем якобы хранились объекты их поклонения: металлические изваяния богов, доставленных от берегов Средиземного моря греческими купцами. Может быть, среди культовых ценностей находились и священные дары Аристея.

В записях от 1831 года упоминается, что участники тайной мистерии «на следующее утро возвращаются оттуда все избитые». Совершалось это ритуальное самоизбиение якобы серебряной стрелой «сияющего» бога. Подобный обряд в античные времена совершали в Дельфийском и Делосском храмах. Боль, причиненная ударами серебряной стрелы Аполлона, по древним верованиям, очищала душу и тело от болезней, пороков и всевозможных грехов.

Впрочем, нанесение себе ран различными предметами практиковалось у многих племен и народов Африки, Азии, Европы и Америки. Так что самоистязание в «подречной пещере» не было явлением, характерным лишь для кайбальских татар.

Путь Аристея

По свидетельству античных авторов, у древних греков уже две с половиной тысячи лет назад существовали торговые пути от берегов Черного моря к Уралу и далее через Сибирь к Байкалу. Проложены были купеческие дороги и на Крайний Север, и на Алтай.

Во время раскопок старинных захоронений в районе Найкала были обнаружены остатки тканей, возраст которых превышал 2 тысячи лет. По мнению специалистов, эти ткани изготовлены в греческих черноморских колониях. Существуют и другие археологические свидетельства связей античного мира с народами Севера, Приуралья, Сибири.

Изучая эту тему, Рихард Хенниг писал, что древний торговый путь проходил от устья Дона, через перешеек it районе современного Волгограда, к Волге. Затем дорога шла вдоль этой реки или по ней, а далее — по Каме до удобного перевала через Уральские горы, расположенного неподалеку от Екатеринбурга.

Преодолев перевал, путешественники попадали в район Исети. Наверное, этот маршрут был известен и легендарному Аристею.

Не только золото и меха интересовали древних греков на Урале и в Сибири. Знаменитый врач античных нремен Галей упоминал, что доставленный оттуда ревень был самым лучшим для использования в медицинских целях.

Странник из Гипота

В семидесятых годах прошлого века была организована экспедиция по вероятному пути Аристея от Дона до Урала. В Камышлове, что находится восточнее Екатеринбурга, ее участникам удалось записать предание. Сами сказители, братья Серегины, Михаил и Александр, не знали, миф это или быль.

«В давние времена, когда еще не было ни русских, ни татар, и реки Чусовая и Пышма назывались по-другому, приходил в эти края от далекой земли Гипота странник. Земля, откуда он явился, омывается огромным теплым морем. А в самой большой реке Гипота водятся чудища, пи на змея, ни на рыбу не похожие. Шкуру их не пробить стрелой. Пасть такая, что перекусит человека.

А зубы — больше медвежьих. Чудище хорошо плавает и живет и под водой и на суше.

Обитают в Гипоте человечки, наказанные небом за то, что путались с подземными духами. Теперь они без одежды, с хвостами, скачут по деревьям и не помнят об иной благочестивой жизни.

А князья тамошние, когда заканчивают свой земной путь, переселяются в огромные каменные дома-горы. Забирают с собой жен и добро всякое. И никому боле в те дома-горы не велено входить.

Приносил странник дары дивные: одежды легкие, цветастые, вина ароматные, мечи и ножи из неизвестного металла, а еще стрелу серебряную и бронзовых идолов. Долго жил в Уральских землях чужестранец, лечил и просвещал людей, рассказывал о дальних краях, ведал о прошлом и будущем. Несколько раз пытался он достигнуть землю, что находится под Полярной звездой, но так и не сумел.

Наконец, отказался от этой затеи. Оставил людям серебряную стрелу и своих божков, а сам отправился на родину. А как звали того странника — то давно позабыто. Народ, у которого он гостевал, потом снялся с насиженной земли и ушел в другие места. Однако стрелу серебряную и бронзовых божков с собой унесли. На том сказ о чудесном страннике и закончен…»

Если это предание имеет реальную основу, то можно предположить, что упомянутое в нем огромное теплое море — Средиземное; чудище — ни змей, ни рыба — крокодил; наказанные небом человечки — обезьяны; а князья, завершающие свой земной путь в доме-горе, — фараоны.

Возможна ли здесь какая-то связь с Аристеем? Ведь в предании говорится, что странник прибыл из Гипоты (очевидно, имеется в виду Египет). У древних авторов не сказано о посещении этой страны Аристеем. Однако отмечалось, что поэт, «одержимый Фебом», нередко покидал родной остров и отправлялся странствовать неизвестно куда. Может, бывал он и на Нильских берегах, где постигал мудрость древних египтян и религию Амона?

Возвращение Аристея и прочие чудеса

Много неразгаданного в его путешествии на Север, не менее таинственно и возвращение на родину. Античные авторы сообщают, что странствие Аристея длилось более шести или семи лет.

Побывав на острове Проконнес и заверши» свой труд «Аримаспея», неугомонный поэт снова отравился поклоняться Аполлону в Дельфийский и Долосский храмы. Жрецы «сияющего» бога беспрекос-'юмно, в нарушение традиций, оставляли Аристея на три дня и три ночи одного в святилищах. Что сообщал Ари-стой Аполлону, какой обряд совершал? Об этом даже дельфийские оракулы не могли дознаться.

После посещения храмов поэт и путешественник, никого не предупредив, снова исчез. С тех пор он уже никогда не возвращался в родной Проконнес. Зато находились свидетели, которые встречались с ним в различных местах по берегам Средиземного и Черного морей, в Скифии, Галлии, Иберии.

Много было слухов и о его загадочном исчезновении, п о неожиданных появлениях в тех или иных уголках Ойкумены. Рассказывали, что Аристей все же побывал под Полярной звездой, совершил обряд поклонения Аполлону и научился по тайным книгам гипербореев отделять свою душу от тела и снова соединять их.

Античный философ Максим Тирский писал об Арис-гсс: «…человек из Проконнеса, чье тело лежало с едва заметными признаками жизни, в состоянии, очень близком к смерти, в то время, как его душа выходила из тола… и паря в небе, пересекала страны, и греческие и чужеземные, все острова, реки, горы;…пределом путешествий была страна гипербореев — таким путем он (Аристей) получил обильные знания о исех обычаях, о различных ландшафтах и климатах, о морских приливах и разливах рек…

…Затем душа, вернувшись, оживляла тело, и оно рассказывало о разных вещах, которые душа видела и слышала».

Изумление метапонтийцев

Сохранилось предание, что спустя примерно два с половиной века, после написания поэмы «Аримаспея», Аристей вдруг объявился в греческой колонии Метапонт, на юге Апеннинского полуострова. Местным жителям он повелел воздвигнуть алтарь в честь бога Аполлона. А рядом с алтарем установить памятник… Аристею!

Конечно, и появление «одержимого Фебом» поэта спустя два с половиной столетия, и его нескромное желание — возвести себе памятник — смутили жителей Метапонта. Они направили делегацию в Дельфы, чтобы обратиться за советом к самому Аполлону.

Дельфийский оракул выслушал посланцев с Апеннин и заключил: и появление Аристея, и его слова — не случайны. Так угодно «сияющему» богу.

Ослушаться оракула метапонтийцы не посмели. Вскоре на юге Апеннин были возведены новый алтарь Аполлона, а рядом — бронзовая статуя неугомонного поэта и путешественника.

Но все, что связано с Аристеем, не обходится без чудес. В день освящения нового алтаря и статуи вдруг прилетел ворон. Местные жители сразу смекнули: это посланец Аполлона. Птица уселась на плечо бронзового изваяния — и памятник сделался золотым.

Недолго изумлялись этому чуду метанонтийцы, поскольку вскоре произошло другое. Взлетел ворон и как-то неестественно заметался над алтарем и статуей. В то же мгновение тучи заволокли небо, и начался невиданной силы ураган. Люди спешно попрятались в домах.

Утром, когда метапонтийцы вернулись к алтарю Аполлона, золотого изваяния Аристея уже не было. Местные мудрецы тут же объявили, что «сияющий» бог перенес золотое изваяние своего верного почитателя на далекий Север. Там оно якобы помещено в подземной каменной пещере, где будет храниться до тех пор, пока неугомонная душа Аристея не завершит странствия и не соберет все земные знания. Тогда она вселится в золотое изваяние, и воскресший почитатель Аполлона снова удивит мир — открытием многих тайн и своими деяниями. А произойдет очередное Аристеево чудо, когда Полярная звезда изменит свой цвет и местоположение на небосводе.

Камень и скала отклика

Как ни странно, отголоски этой легенды можно было услышать еще в начале XX века на Таймыре. Местные жители рассказывали, что где-то на севере от озера Аятурку находится глубокая каменная пещера. В ней хранится золотой истукан, принесенный ветром. Один раз в девятнадцать лет туда приходит «одержимый Солнцем» шаман. Откуда он — никто не знал. Люди видели его только издалека. Приближаться боялись. Старики говорили, что «одержимый Солнцем» может испепелить взглядом и словом неосторожного человека. Загадочный шаман в пещеру не спускался, а почтительно останавливался у входа, где находился волшебный «камень отклика». С его помощью пришелец общался с золотым истуканом. Выкрикивал свой вопрос и тут же прикладывал ухо к камню, ожидая ответа из подземелья.

Люди подметили, что шаман появлялся у входа в пещеру в середине мая, а исчезал в начале июля. После него можно было и другим приходить к «камню отклика», чтобы услышать предсказание золотого идола.

Схожий обряд совершался в Древней Греции. В Мегариде, на берегу Саронического залива, находится скала «Анаклифра», что в переводе означает «скала отклика». Согласно мифам, возле нее скорбящая богиня плодородия Деметра звала свою, похищенную Аидом, дочь Персефону. На протяжении многих веков мегарские женщины совершали у «скалы отклика» мистерии во время праздника Деметры. Мужчинам запрещалось присутствовать и наблюдать за этим обрядом.

Лишь однажды было сделано исключение. Вернувшегося с Севера Аристея мегарские женщины сами пригласили к Анаклифре, чтобы он рассказал о странствиях и подарил звучание своего голоса «скале отклика».

«Одержимый Фебом» поэт исполнил пожелание женщин, но остался верен себе. Он снова таинственно исчез, никого не предупредив и не попрощавшись.

Подобные выходки были не в традициях у древних греков. Может, поэт перенял это у северных шаманов?

А изумленные внезапным его исчезновением женщины еще долго звали: «Ты куда, Аристей?!» Говорят, и сегодня, приложив ухо к «скале отклика» на берегу Саронического залива, можно услышать этот зов многовековой давности.

Любое путешествие в той или иной мере связано с тайнами. Тем более странствие, совершенное более двух с половиной тысяч лет назад.

Существовал ли на самом деле Аристей? Как бы ни спорили об этом знатоки, а в реальность поэта, «одержимого Фебом», и в его путешествия хочется верить. Но бесспорно то, что в античные времена уже осуществлялись деловые и духовные контакты народов Средиземноморья, Сибири и Крайнего Севера.

Быть может, и «камень отклика» в Заполярье, и «скала отклика» в Сароническом заливе еще отзовутся на вопросы любознательных и поведают и об Аристее, и о других, одержимых мечтой, странниках давних времен.

Белые сны уставших богов

Для себя же в чуждых землях

Столько нужного открыл я,

Столько выкопал сокровищ,

Что до старости глубокой

Будет мне о чем размыслить.

Из эпоса «Калевипоэг»

Блуждающие в море

Средневековые картографы не любили оставлять на картах пустые пространства. На материках они заполняли их несуществующими городами, с жадностью ловили любые сообщения моряков о «новых островах». Их было очень легко убедить и существовании «новых земель» и куда труднее докапать им, что таких земель в действительности нет», — писал известный исследователь XX века Зденек Кукал и книге «Великие загадки земли».

«Даже самые опытные моряки при заходе солнца могут принять скопление облаков за скалу, небольшой остров или мель… Такие «острова», виденные однажды и не найденные при повторном прохождении тех же мест, моряки называют «flyway islands», или «блуждающими островами». Каждый моряк хоть раз в жизни наблюдал подобный остров. Суеверные мореплаватели прошлого свято верили в то, что такие острова действительно блуждают в море.

Да, так было. Много совершалось географических ошибок. И все же открывались и реальные острова, и незнакомые европейцам древние города.

Один из таинственных

На средневековых географических картах можно встретить надпись: «Эсто Туле». Так называли остров на Севере. Но о нем упоминали еще в античные времена как о загадочной земле, находящейся на самом краю обитаемого мира. Некоторые исследователи считают, что слово «Туле» означает «Несравненная страна». С санскрита оно переводится как «весы» и связывается с зодиакальным созвездием Весов.

Впрочем, Туле встречается во многих языках мира — от Европы до Центральной Америки.

Слухи об одном из самых таинственных островов Крайнего Севера доходили и до Руси. Мореходы разных стран рассказывали о Туле чарующие и страшные истории. Говорили, что там стоит непроглядный туман и вечная ночь, а его жители, вылепленные из туч, блуждают по льду и отогреваются небесным сиянием. И не дай Бог заблудившимся в северных просторах христианам попасться этим чудовищам.

Другие рассказчики уверяли, что попавший на остров Туле станет счастливейшим человеком, поскольку там благодатная земля, прекрасный теплый климат, несметные сокровища и радушные хозяева — мудрые представители какой-то древней цивилизации.

В некоторых европейских странах эту легендарную землю иногда называли Фуле.

Не только ученые и путешественники писали о ней, но и поэты. У Иоганна Вольфганга Гете есть строки о фульском короле, переведенные на русский язык Борисом Пастернаком:

Король жил в Фуле дальней, И кубок золотой  Хранил он, дар прощальный Возлюбленной одной. Когда он пил из кубка, Оглядывая зал, Он вспоминал голубку И слезы утирал. И в смертный час тяжелый Он роздал княжеств тьму И все, вплоть до престола, А кубок — никому. Со свитой в полном сборе Он у прибрежных скал В своем дворце у моря Прощальный пир давал. И кубок свой червонный, Осушенный до дна, Он бросил вниз с балкона, Где выла глубина. В тот миг, когда пучиной Был кубок поглощен, Пришла ему кончина, И больше не пил он.

Противоречивые и фантастические истории о таинственной северной земле будоражили воображение слушателей много столетий, начиная с античных времен. Конечно, у некоторых из них появлялась мечта побывать на замечательном острове. Поиск Туле начался, очевидно, более двух с половиной тысяч лет назад.

Колыбель первопроходцев

Примерно в 600 году до новой эры вблизи устья Роны высадился большой отряд фокейцев. Греки и раньше появлялись в этих землях, где обитали племена л игу ров. Но теперь они прибыли не просто для торговли и обмена товарами, а чтобы основать свое постоянное поселение.

В ночь после высадки у предводителя колонистов было видение. Явилась к нему покровительница лигурийской деревни в облике то ли нимфы из моря, то ли девы из тумана. Посоветовала сохранить будущему городу в честь нее название старой деревни Массалия. Это якобы даст новому поселению долгую жизнь и сделает его колыбелью многих славных первопроходцев и мореходов.

Предводитель исполнил пожелание покровительницы лигурийской деревни. Может, и впрямь стоит верить видениям? У Массалии, или, как ее впоследствии называли древние римляне, Массилии, оказался долгий век. Она явилась предшественницей знаменитого французского города Марселя.

Выгодное географическое положение быстро превратило новое поселение в один из главных центров эллинской культуры в западном Средиземноморье. В VI–IV веках до новой эры массалийцы основали ряд своих колоний даже на Пиренейском полуострове. Они стали серьезными экономическими соперниками богатого и могучего в те времена Карфагена.

Пророчество лигурийской покровительницы сбылось. Считается, что именно массалийцы первыми из греков проникли за Геркулесовы столбы и начали осваивать Атлантический океан. Имена многих из тех первопроходцев не сохранились до наших времен. Но одно прочно вошло в историю науки и географических открытий.

Мечтатель из Массалии

Мореплаватель и ученый IV века до новой эры, потомок фокейских переселенцев Пи-фей рано постиг флотские премудрости и овладел знаниями астрономии, математики, географии. Наверное, с детства он слышал от бывалых мореходов рассказы о загадочном острове Туле.

Известный немецкий ученый Рихард Хенниг, как и некоторые другие исследователи, считал, что Пифей «не был купцом, которого стремление к наживе влекло в области, производящие олово и янтарь».

В античные времена олово добывалось на британских островах, а янтарь, как и сегодня, — в основном на Балтике. Пифей, став опытным мореходом, не нажил богатства. Поэтому не мог снарядить экспедицию на поиски легендарной Туле. Возможно, он убедил состоятельных мас-салийских купцов поручить ему разведывание мало и вовсе неизвестных северных земель, которые, по слухам, имели залежи необходимых жителям Средиземноморья металлов.

Мечтатель из Массалии добился своего. Экспедиция к Туле и другим северным островам стала реальностью. Точно не известно, когда это произошло. Одни современные исследователи считают — в 325 году до новой эры. Другие высказываются более осторожно и называют период между 350 и 320 годами до новой эры.

Что же касается маршрута экспедиции Пифея, то и здесь не все ясно. По одной версии, путь его проходил вначале от Массалии до Гибралтарского пролива. Затем экспедиция двигалась вдоль западного побережья Пиренейского полуострова. Потом были остров Уэссан, мыс Финистерр, остров Уайт и, наконец, загадочная Туле. Согласно другой версии, Пифей добирался до Ла-Манша по суше через Галлию.

Так, например, древнегреческий историк Полибий отмечал, что массалийский путешественник преодолевал одинаково большие расстояния и по воде, и по суше.

На каких судах совершалась экспедиция и кто кроме Пифея был ее участниками? Ответ затерян в глубинах истории.

Преодолев Ла-Манш, массалийский путешественник оказался на острове, который, возможно, именно он впервые назвал Британией. За относительно короткий срок он собрал обширные сведения об Ирландском море и о некоторых из Гибридских и Оркнейских островов, впервые применил астрономические наблюдения в географических исследованиях. Пифей также доказал влияние Луны на морские отливы и приливы и что Полярная звезда строго не соответствует точке, через которую проходит земная ось в Северном полушарии.

Массалийский путешественник подробно описал так называемое «ледяное море» и, как считают современные исследователи, возможно, был первым из эллинов, кто пересек Северный полярный круг.

Недоверие и признание

Экспедиционные записки Пифея не сохранились. Исчезли и другие его труды. До нашего времени дошли только немногочисленные фрагменты, пересказанные древними авторами.