Досье на любовника

Отчаявшись подняться, Саския подогнула под себя ноги и устроилась поудобней. Она прокручивала в голове варианты дальнейшего развития событий. Нужно срочно придумать себе оправдание. Девушка почувствовала пристальный взгляд Алекса. Он ждал объяснений. Какое-то время они, не мигая, смотрели друг на друга. Наконец Саския стянула с головы кепку, позволив тяжелым медово-золотистым волосам рассыпаться по плечам. Она тряхнула головой и глубоко вдохнула морской воздух. Заметив на губах Алекса легкую улыбку, девушка проговорила:

— Просто я очень хотела увидеться с тобой, Алекс.

— Боже мой! — он узнал ее только теперь и отнюдь не был рад. — Я тебя спрашиваю, какого черта ты здесь околачиваешься? — в его голосе прозвучал гнев.

— Я хотела взять у тебя интервью, — Саския решила играть роль наивной, ничего не понимающей девушки. — Я не была уверена, что сейчас ты именно здесь, и решила для начала убедиться. И вот, убедилась…

Алекс вполуха слушал неубедительный лепет Саскии. Когда ему надоело, он сорвал сумку с ее плеча и нащупал в ней фотокамеру.

— Эй! Что это ты делаешь? — девушка попыталась вырвать сумку у него из рук.

Алекс проворно вытащил фотоаппарат и сотовый телефон Саскии, а сумку без сопротивления вернул ей. Он нажал на кнопку включения, дисплей фотокамеры автоматически высветил последний снятый кадр. Кровь прилила к лицу Алекса.

— Так-так, — сквозь зубы прошипел он, затем хищно улыбнулся, одним рывком выдернул из камеры карту памяти и зашвырнул ее далеко в кусты.

— Ты с ума сошел! Да что ты себе, в конце концов, позволяешь? Да как ты смеешь? — закричала Саския.

— Еще как смею!

Алекс повернулся к Саскии спиной и неторопливой, уверенной походкой направился к дому. За те несколько мгновений, которые он наблюдал за девушкой, он успел заметить, как сильно она изменилась и похорошела за прошедшие годы. А еще Алекс понял, Саския давно перестала быть той смешной наивной девочкой, с которой он встречался восемь лет назад, и то, что она пытается обмануть его, сильно его разозлило. Не оборачиваясь, Алекс пренебрежительно кинул:

— Репортерша? Не ожидал, что ты опустишься до такого ремесла.

— Я журналист! — гневно проговорила Саския. Она мгновенно вскочила на ноги и отряхнула налипший на джинсы песок. — Между прочим, пишу для авторитетных экономических изданий. И надеюсь, ты сейчас же вернешь мне мой фотоаппарат и возместишь убытки: карта памяти, которую ты выкинул, — дорогая вещь. Я не могу позволить себе лишние траты.

— Правда? Думаешь, я идиот? Разрешу тебе и дальше шпионить за мной? — Алекс подошел к девушке и заглянул ей в глаза. В его взгляде было презрение.

— И как, по-твоему, я смогу это сделать? Без карты памяти фотокамера не будет работать.

— У всех известных мне папарацци всегда найдется в запасе какая-нибудь подлянка, так что лучше я подстрахуюсь. Скажи, куда я могу переслать твои принадлежности, и они будут доставлены в целости и сохранности.

— Без них я никуда не уйду, — произнесла Саския.

— Как тебе, должно быть, известно, ты находишься на моей территории, и здесь условия ставлю я. Ты не удосужилась спросить у меня разрешения на фотосъемку, проникла сюда без спроса. Ты и тебе подобные паразиты зарабатывают огромные деньги на продаже сплетен из жизни знаменитостей, преследуя их.

— Я же сказала, что пишу для…

— Да? Это так теперь называется? — перебил ее Алекс. — В таком случае скажи спасибо, что я избавил тебя от кучи проблем. В авторитетном экономическом издании за такой материал могут и с работы уволить. Кто тебе сказал, где меня искать? — сменил он тему.

— Никто, — возмущенно проговорила Саския.

— Как же ты меня нашла, если никто?

Лицо девушки исказил гнев.

— Видишь ли, мне показалось, что в память о прежних счастливых временах мне здесь будут рады, — прошипела она.

Алекса передернуло. О прежних временах у него остались совсем не счастливые воспоминания. Точнее, он вообще предпочитал не вспоминать прошлое.

— Я настаиваю, чтобы ты ушла, — холодно сказал он.

— Мне нужно одно-единственное интервью. Я настаиваю!

— Тогда ты просто тратишь свое время. Моя сестра не даст интервью.

— Разве кто-то говорил о твоей сестре? Моего издателя интересуешь ты.

— Вот как? Это многое меняет. Даю тебе несколько минут, чтобы убраться отсюда, иначе я вызываю полицию.

— Я никуда не спешу. И у меня есть намного больше времени, чем несколько минут. У читателей только повысится интерес к моему журналистскому расследованию, когда они узнают, что за добытую информацию меня забирали в полицию.

— Очень умный ход. Только чего ты добьешься своим журналистским расследованием? Несколько снимков из кустов вряд ли тянут на материал для статьи.

— У меня свои методы. Я уже достаточно о тебе знаю. Ведь я же как-то выяснила, где ты в данный момент находишься, значит, выясню и все остальное. Поэтому в твоих интересах самому рассказать мне о себе. Будет лучше, если читатель узнает о тебе из первых рук.

— Ты меня не убедила. Если ты действительно работаешь в экономическом издании, то должна знать, я никогда никому не даю интервью.

— Ну, я думаю для «Альфа-Бизнес» ты пойдешь на уступки, — проговорила Саския.

Алекс расхохотался. Девушка поняла, вряд ли его смех вызван ее самонадеянностью, скорее он просто хорошо осведомлен о положении дел в издательском доме, владеющем «Альфа-Бизнес». Вскоре она убедилась в своей правоте.

— Так бы и сказала, что ты из «Снап».

— Я не имею к этому журналу никакого отношения. Я пишу только для «Альфа-Бизнес».

— Это одно и то же.

— Нет.

— Покажи мне договор с журналом на интервью со мной.

— С чего ты взял, будто я ношу его с собой?

— Всего хорошего, мисс Прентис. Не обессудьте, провожать вас я не буду.

Саския пристально смотрела на него. В этот момент, будь ее воля, она с удовольствием поколотила бы Алекса за неучтивость.

— На самом деле ты ничего не имеешь против моего пребывания здесь, ведь так? И гонишь меня скорее по привычке.

— Ошибаетесь, мисс Прентис. Моя интуиция подсказывает мне, что с вами лучше поступить так, а интуиции я привык доверять.

— Хорошо. Но ты зря полагаешь, будто мое расследование на этом остановится. Я добьюсь результата любым способом, и ты на этот результат уже никак не сможешь повлиять. И еще, я намерена во всех подробностях описать, как ты со мной обошелся.

— Я пришлю тебе в подарок побольше бумаги. На описание твоих шпионских уловок следует отвести отдельную главу.

— Я представлю тебя как умалишенного затворника с кучей комплексов и навязчивых идей. Этому никто не удивится. Как, ты думаешь, подобный лестный отзыв отразится на твоей деловой репутации?

Алекс угрожающе сжал кулаки. Саския понимала, в приступе гнева он может потерять самообладание, но продолжала стоять, вызывающе глядя на него.

— Что тебе от меня надо?

— Мне противен твой лицемерный имидж. Я хочу сорвать с тебя эту маску и посмотреть, что же скрывается под ней. Пусть все узнают, какой ты на самом деле, — проговорила девушка.

— Ты блефуешь. И сама это прекрасно знаешь.

— Мне только на руку твое подобное мнение. Можешь меня не провожать. В первую очередь я намерена написать, как ты сводишь счеты с неугодными тебе деловыми партнерами, соблазняя их несовершеннолетних дочерей, а затем цинично выставляя девушек за дверь.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Лицо Алекса побелело от гнева, в глазах появился стальной блеск.

— Тебе гарантирована головокружительная карьера в бульварной прессе, — прошипел он. — Похоже, копаясь в чужом грязном белье и сочиняя лживые статейки, ты чувствуешь себя как рыба в воде.

— Не понимаю, чем ты так удивлен. Я всего лишь констатировала факт. А как бы ты сам охарактеризовал те отношения, которые так недолго нас связывали? — спросила Саския. Она видела, ее слова задели Алекса за живое, сама она внезапно успокоилась и теперь говорила неторопливо и вдумчиво: — Я ни за что не поверю, что это никак не было связано с твоим желанием отомстить моему отцу. Ты так старался лишить его состояния!

Даже больше, чем слова Саскии, Алекса коробил тон, которым она их произносила. Девушка казалась ему самоуверенной и надменной. И какое право она имеет после стольких лет демонстрировать ему свое недовольство?

— А что, по-твоему, я собираюсь предпринять сейчас? — спросил он, несильно тряхнув ее за ворот куртки.

— Как всегда, планируешь самоутвердиться за чужой счет, — спокойно ответила Саския.

— Я так понимаю, ты собираешься представить все происшедшее, тогда как банальное изнасилование?

— Изнасилование? Ну, зачем же? Хотя… Ты-то, небось, считаешь, что между нами вовсе ничего не было.

— Была постель, и только.

— И чья же это недоработка? — усмехнулась девушка.

Казалось, Алекс о чем-то глубоко задумался. Его лицо просветлело, он театрально вздохнул:

— Ах, так вот в чем дело! Вот она — истинная причина твоей ненависти! Никак не можешь мне простить, что не довел начатое дело до конца, — он громко рассмеялся. — Подумать только, я посмел пренебречь дарами невинности! Конечно же, меня следует за это жестоко покарать!

— Нет, не за это. Скорее за то, что обманом заманил меня в постель, а затем посмеялся над моими чувствами.

— А, по-моему, все было совсем иначе, — парировал Алекс. — Я сдержался, решил оставить твою невинность при тебе. Подумай, не многие мужчины, будь они на моем месте, смогли бы отказаться, а я посчитал правильным не ломать твое будущее. И это ради того, чтобы ты сейчас предъявляла мне претензии?

— Не в этом дело, — произнесла Саския.

— Тогда в чем? — его брови удивленно изогнулись.

— Овладение мной должно было стать завершающим аккордом в реализации твоего коварного плана. Таким способом ты решил окончательно добить моего отца. Я была всего лишь твоей жертвой, не больше, — девушка опустила голову. Много лет она боялась признаться себе в обоснованности своих подозрений и вот теперь, наконец, смогла это сделать.

— Ты никогда не обнародуешь свое прошлое, ведь ты не эксгибициониста.

— Не бери меня на слабо, — холодно отчеканила Саския. — Да, я не опубликую историю своей жизни под своим настоящим именем, но мне никто не помешает сделать это под вымышленным. Поверь мне, имя автора статьи читатели вообще не заметят, зато их очень заинтересует упоминание об одном всем известном бизнесмене, который никогда не дает интервью. Прощай, Алекс, я ухожу.

Девушка развернулась на сто восемьдесят градусов и гордо зашагала прочь.

— Стой! — Алекс нагнал ее и грубо схватил за плечо.

Саския раздраженно взглянула на него и вывернулась из его цепких пальцев:

— Не прикасайся ко мне!

— Допустим, я дам свое согласие на интервью. Какие у меня есть гарантии, что ты не опубликуешь ту чушь, о которой шла речь пару минут назад?

— Даю слово.

— Что мне твое слово?

— Сам подумай, только по-настоящему безвыходная ситуация может заставить меня рассказать всему миру о наших с тобой отношениях. Нам обоим не нужна огласка, поэтому у тебя не осталось иного выхода, кроме как дать мне интервью.

— Хорошо. Договорились.

— Я даже не сомневалась. Когда? Где? Учти, среди прочих вопросов я задам тебе несколько личных.

— Притормози. Сейчас ты можешь заручиться только моим согласием. Детали обсудим позже.

— У меня не так много времени. Материал нужен как можно быстрее.

— Отлично! Тогда начнем прямо сейчас. У меня есть десять минут.

— Ошибаешься. Я работаю иначе. Моя цель — объективное досье бизнесмена, а не крохотная статейка для желтой прессы. Мне нужно понаблюдать за тобой в рабочей обстановке, в офисе, среди подчиненных и партнеров. Я хочу узнать, что думают о тебе твои сотрудники. Таковы требования моего заказчика.

— Сколько времени это может занять? — Алекс понял, он обречен, терпеть Саскию дольше, чем мог предполагать.

— По меньшей мере, неделю. Но не исключено, что больше. Это зависит от многих обстоятельств, — ответила девушка.

— Неделю?! — присвистнул он. — Это невозможно. Меня не будет в стране.

— Кажется, я уже все тебе подробно объяснила. Потом, это досье станет определяющим среди материалов, посвященных твоему бизнесу. Из него люди будут черпать информацию о тебе. Если ты соблаговолишь разузнать по своим каналам о моей репутации, ты будешь приятно удивлен. Моему, мнению доверяют. Так что, куда ни глянь, сотрудничество со мной тебе только на руку.

Речь Саскии прервал стрекот мобильного телефона в кармане Алекса. Он обрадовался долгожданному звонку. Некто Джейк известил его, что к отправке Марлы в Штаты все готово, правда, есть одно маленькое «но»…

— Какое еще «но»? — насторожился Алекс.

— Журналисты откуда-то прознали о скором отбытии Марлы, и теперь дежурят в аэропорту, — пояснил звонивший… — Но мы могли бы доставить ее вертолетом в Брисбен и посадить на самолет там. Полагаю, это должно сработать.

— Что-то случилось? — когда Алекс сбросил вызов, тихо спросила Саския, слышавшая только обрывки разговора. — Ты расскажешь мне об этом?

— Ты пойдешь со мной, — он сделал вид, будто не слышал ее вопроса. — У нас мало времени.

— Что ты имеешь в виду? Вообще, что все это значит? — сопротивлялась девушка.

Алекс буквально волок ее к дому:

— Это значит, что ты уже работаешь над своим проектом.