«Если», 2004 № 02

Бокалы землян оставались полными. Тем временем Левануус расходился все больше!

— Я видел ритуалы и обман, я видел переселение народов, я видел циклоны, пещеры, телят с тремя головами и торговые палатки! Я видел грехи, я видел тех, кто их совершает, и научился грешить сам! Я видел, как люди пожирают друг друга и как скачут лошади! Я каторжник, прикованный цепями к борту галеры!..

В завершение монолога последовали всхлипывание и икота. Леванууса подняли на руки и отнесли на трон, и он, задыхаясь, рухнул едва ли не замертво.

— Идемте отсюда, — сказал сеньор Вантедур.

Лео Сесслер выплеснул вино из своего бокала прямо на пол.

Левануус вопил, умоляя, чтобы с него содрали лавровый венец, потому что он жжет его голову и лоб.

Гладиаторы уже закончили трапезу и ушли, оставив грязные тарелки и опрокинутые стулья.

Женщины продолжали играть в карты.

В замок Вантедура они вернулись поздно вечером.

— Мне хотелось бы как-нибудь при случае взглянуть на водопад, — сказал Лео, Сесслер.

Сеньор Вантедур стоял рядом с ним.

— Когда пожелаете, доктор Сесслер. Это довольно далеко, но мы можем отправиться туда в любой момент. И вам нужно осмотреть наши кофейные плантации. А еще — оранжереи Теофилуса.

— Откуда все-таки взялся этот водопад?

— В действительности, это большой порог, больше любого из тех, что вы когда-либо видели в своей жизни. Дело в том, что раньше я долго жил поблизости от водопада.

— Дом рядом с водопадом?..

— Да, но не мой дом. Представьте, у меня никогда не было своего дома, доктор.

Теофилус присоединился к ним за ужином, и Тук-о-Тут снова занял позицию напротив двери в Оружейную комнату. Капитан произнес речь, и Лео Сесслер втихомолку подсмеивался над ним. Сеньор Вантедур поднялся на ноги и от имени тех, кто когда-то был членом экипажа «Спящего Света-3», отклонил предложение землян вернуться на родину. Бонифаций Соломейский был явно согласен с хозяином, а Тук-о-Тут, стоявший возле двери, и женщины в белых шляпках, заглядывавшие в зал с балконов, улыбались.

— Но я не вижу другого решения проблемы, — сказал Капитан.

— Самый разумный и здравый способ ее решения — это оставить все как есть, — сказал Теофилус. — Возвращайтесь на Землю, а мы будем жить здесь.

— Но экспедиция обязана представить отчет и приложить к нему вещественные доказательства. Разумеется, мы не сможем взять вас всех, но Кестеррен, конечно же, нуждается в срочной медицинской помощи, да и Левалю наверняка требуется лечение.

— Вы еще не видели Морица, — заметил Теофилус.

— По нашим расчетам, мы могли бы взять двоих, а кого именно — нужно разобраться.

— Об этом и речи быть не может. Возвращайтесь, представляйте начальству свой отчет, но без нас.

— Отчет без доказательств?

— Не в первый раз. Никто ведь не привозил на Землю колонны с Таммердена или глифы с Арфе.

— Ну, там-то речь шла не о таких невероятных вещах, как…

«Как мы», — подумал сеньор Вантедур.

— В любом случае, нужно вылечить Кестеррена и Леваля. Этого требует элементарная человечность. К тому же, когда прибудут колонисты, вы окажетесь в положении незаконных захватчиков земель, и вам все равно придется вернуться.

— Осмелюсь заявить, Капитан, — возразил сеньор Вантедур. — что не будет никаких колонистов и что мы не вернемся.

— Это угроза?

— Ни в коем случае. Подумайте трезво: какие могут быть колонисты в мире, где неизвестным образом добываются любые вещи? Из ничего? Не забывайте, что мы — боги, а боги не угрожают. Они действуют.

— Звучит как законченный афоризм, — сказал Лео Сесслер.

— Возможно. Но попробуйте, пожалуйста, этот розовый виноград. Вам надо побывать и на виноградниках.

Лео Сесслер рассмеялся:

— Вантедур, мне кажется, вы неплохой актер.

— Спасибо.

Капитан не захотел пробовать виноград.

— Я настаиваю на том, что вы должны вернуться. Если не с нами, то с одной из следующих экспедиций. По моей просьбе вам разрешат взять с собой самые дорогие вещи, а также спутников, которые скрасят ваш полет на Землю. — Он бросил взгляд на балконы. — Одна из них — хозяйка замка Вантедур, капитан Тардон? Вы же знаете, что к рекомендациям, которые содержатся в отчете капитана экспедиции, обычно прислушиваются.

Теофилус засмеялся:

— Позвольте мне, Капитан, сделать два замечания. Во-первых, ничто из сотворенного с помощью фиолетовых пятен не может покинуть Салари-II. Вам не приходила в голову мысль, что самым логичным для нас было бы десять лет назад — десять земных лет — попросить исправный корабль, чтобы вернуться на Землю? Мы и попросили его. Но мы не слишком глубоко верили в него и были достаточно осторожны, чтобы попробовать взлететь на корабле, который контролируется планетой. Если бы Бонифаций Соломейский захотел сопровождать Вантедура на Землю, он улетучился бы в тот момент, когда корабль вышел бы за пределы атмосферы.

— Но тогда все ваше окружение нереально!

— Нет? Попробуйте розовый виноград, Капитан.

— Да оставьте вы в покое виноград, Тардон! Вы собирались сделать два замечания, Сильдор. Каково же второе?

— Нет никого, кого мы хотели бы забрать с собой, даже если бы могли. Не существует никакой супруги Вантедура. Повторяю, на всей планете нет ни одной женщины.

— Но послушайте! — воскликнул Саван. — Я видел их и здесь, и в том сумасшедшем доме, и в…

— Это не женщины.

Все вдруг заговорили одновременно, кроме Рейдта-младшего, который был бледен и молчал, сжав руки в кулаки.

Сеньор Вантедур сказал:

— Вы так любите очевидные истины, Капитан. Можете подозвать этих красоток и попросить раздеться, никто из них не откажется. Правильное определение, которое к ним подходит, это эфебы[19].

— Но женщины в доме Леваля — они играли в карты на полу! И у них были груди!

— Конечно, были. Им нравится так выглядеть. Мы способны обеспечить их нужными гормонами и хирургами. А хирург может многое, особенно если это профессионал. Единственное, на что мы не способны, — сотворить женщину.

— Но почему? — спросил Лео Сесслер.

Рейдт-младший, покраснев, встал. Над его верхней губой собрались бисеринки пота.

— Ввиду особых условий, которые необходимы для сотворения тех или иных вещей, — изрек сеньор Вантедур. — Если бы кто-то из вас вчера вечером имел при себе магнитофон или обладал великолепной памятью, он нашел бы разгадку в моем повествовании.

— Это определенно меняет ситуацию, — очнулся Капитан.

— Да? Тот факт, что, по крайней мере, трое из нас спят с «мальчиками», что-то меняет?

— Конечно. Вы же были и, смею утверждать, остаетесь офицерами Космических Сил! И я не могу взять на себя ответственность за подрыв престижа Звездного Корпуса, который неизбежно произойдет, если я доставлю на Землю офицеров, ставших гомосексуалистами!

И тут Рейдт-младший взорвался.

— Они не имеют права!.. — кричал он. — Я не хочу больше находиться рядом с этими отбросами! Мусор! Вонючие педерасты! Грязные извращенцы! Уничтожьте их! Я не хочу их видеть!..

Лео Сесслер подскочил к бунтовщику и ударил его по лицу.

— Выкиньте этого психа из моего дома, — приказал сеньор Вантедур.

Двое членов экипажа подняли потерявшего сознание юношу под мышки и за ноги.

— По-вашему, это мы нуждаемся в медицинской помощи? — спросил Теофилус. — А что вы мне скажете о своем экипаже, Капитан? Мы вполне довольны жизнью, мы можем существовать каждый сам по себе. Мы ведем честную игру. Однако, похоже, у вашего молодого человека ночи проходят в диких сексуальных фантазиях и раскаянии… А вы в чем раскаиваетесь, Вантедур?

— Я мог бы распорядиться, чтобы его прикончили, — сказал сеньор Вантедур. — Пусть его уберут отсюда и запрут на корабле, Капитан, иначе я прикажу отрубить ему голову.

— Унесите его, — велел Капитан. — Он будет содержаться под арестом на корабле.

— Возьмите мою машину, — предложил Теофилус.

— Думаю, мы должны принести вам свои извинения, — сказал Лео сеньору Вантедуру.

— Послушайте, Сесслер!.. — запротестовал Капитан.

— Мы просим у вас прощения за этот инцидент, сеньор, — продолжал Сесслер, не слушая Капитана.

— Давайте сядем, — пригласил хозяин замка. — Заверяю вас, я уже забыл об этом несчастном. И пожалуйста, отведайте десерт. Может быть, винограду вы предпочтете айву, Капитан?

— Послушайте, Тардон, оставьте в покое еду.

— Вантедур, Капитан, сеньор Вантедур, и это я говорю вам в последний раз. Такова цена моего прощения.

— Вы думаете, что вправе обращаться со мной так, как обращаетесь со своими слугами?

— Конечно, Капитан, — сказал Лео Сесслер. — Лучше нам сесть на свои места.

— Доктор Сесслер, вы тоже арестованы!

— Сожалею, Капитан, но это произвол, которому я подчиняться не буду.

Капитан «Нини Пауме-1» с силой оттолкнул свое кресло, и оно с грохотом рухнуло на пол.

— Доктор Сесслер, я добьюсь вашего исключения из состава вспомогательного персонала! А что касается вас… да-да, вас, Тардон, то я…

Лео Сесслер на мгновение испытал панический ужас. Он не знал, как вспышка гнева отразится на сердце больного пятидесятивосьмилетнего человека, подвергавшегося воздействию космических перелетов, гравитации и вакуума. Если Капитан умрет…

— …я буду рекомендовать Земле стерилизовать Салари-II Пусть все живое на ее поверхности исчезнет, погибнет, перестанет существовать!

— Сядьте на свое место, Капитан, и я объясню, почему вам не стоит совершать опрометчивых поступков.

Карита Дульче спал, а Левануус рыдал в объятиях картежниц.

Человек под деревьями восстановил свой костюм зеленого бархата, но теперь платье стало более светлого оттенка, чем раньше, на сапогах появились серебряные пряжки, а жилет украшала золотая цепочка. Скверная вещь — эти сны…

— Любой из нас — Теофилус или я, и даже Леваль или Кестеррен — может уничтожить вас всех прежде, чем вы успеете отдать какой-нибудь приказ.

Капитан сел на место.

— Вы не так глупы, как пытаетесь сейчас казаться.

— Подумайте сами, Капитан, — вмешался Лео Сесслер. — Наше прибытие на Салари-II нарушило устои жизни этих людей, и мы должны отдавать себе отчет…

— У нас есть надежные средства, — сказал Теофилус. — По меньшей мере, два… И как один, так и другой способны обеспечить быстрое и жесткое решение проблемы.

— Ну хорошо, — сдался Капитан, — вы победили. Чего вы от нас хотите?

— Ничего экстраординарного, Капитан. Просто вы должны держать вашего клеветника на корабле — это все. Давайте закончим нашу трапезу. А потом, если хотите, прогуляемся. Вы видели наши пять лун? Одна из них успевает за ночь сделать три оборота вокруг планеты. А после прогулки отправимся спать…

Машина Теофилуса довезла их до реки, дальше пришлось идти пешком.

— По ту сторону реки нет дорог, — пояснил Теофилус.

Они перешли через реку по висячему мостику. На другом берегу простирался луг, покрытый зеленой сочной травой. Тут им встретились цветы, птицы и три фиолетовых пятна. Люди вставали на пятна и безуспешно просили золота, пива, спортивные автомобили. Лишь Капитан и Лео Сесслер не предпринимали попыток испытать судьбу. Однако Савану удалось выпросить у фиолетового пятна платиновый браслет с бриллиантами для своей жены. Среди землян поднялся крик, когда инженер воздел руку со сверкающим браслетом.

— Видите, это совсем нетрудно, — сказал сеньор Вантедур. — Вы, инженер, соблюли условия.

— Но я же ничего не говорил вслух!..