— Проклятье. — Выругался он. — Корабли идут с запада, а солнце висит низко над горизонтом. Шкипер Лоон, вы способны разглядеть под каким флагом они идут? Или может узнаете какие-то корабли?

— Не могу утверждать этого с полной уверенностью, ваша милость. — Ответил тот, не переставая рассматривать горизонт в подзорную трубу. Но мне кажется, что вон тот, что идет первым во второй колонне, очень похож на "Кусачую черепаху" капитана Флиина. Помните, как у него высоко задран бушприт? Сейчас так уже давно не ставят, но Флиин говорит, что так его "Черепаха" лучше чует ветер. Да и высокая кормовая надстройка типичного галеона, в сочетании с парусами как у клипера, — явно чувствуется работа верфей Дома Ваксай. Хотя, кто знает, мооскаавцы тоже начали перенимать у нас этакую манеру строить корабли, даже специально, на наши верфи своих корабельщиков присылали. Да и кредонцы, эти тоже зевать не станут. На верфи их конечно никто не пустит, но глаза-то им дегтем не замажешь, а что не разглядят, то сами додумают.

— Шанс что это кредонцы, слишком мал. — Возразил Ренки, кажется стараясь убедить не столько шкипера, сколько самого себя. — Никто их через Ворота, в Срединное море не пропустит. Так что — разворачивайтесь, изобразим бегство от новой напасти. Удихи не должны дать деру раньше времени. Приказ по эскадре — "Купцы в сопровождении "Зубатки" продолжают следовать прежним курсом. Цель — Оээруу. "Добычливый" следует за "Счастливым". Готовиться к бою".

— Хм, ваша милость. — С сомнением в голосе, спросил шкипер Лоон. — А может, дадим нашим подойти поближе? Догонят-то нас не слишком скоро, а связываться вдвоем против целого флота….

— Тогда это будет выглядеть как атака во главе флота. А нам надо изобразить бегство. — Покачал головой Ренки. — Придется рискнуть. Да и сами подумайте, откуда здесь взяться еще одному, неизвестно кому принадлежащему флоту? Если отбросить все фантастические предположения, остается признать, что это могут быть только либо наши корабли, либо корабли Сатрапии.

Шкипер Лоон кажется хотел что-то сказать, но передумал, тяжело вздохнул, и начал отдавать команды. Ренки и сам знал, что изрядно рискует, что для командующего целым флотом просто недопустимо. Но…, иногда подобный риск оправдан.

Сделав безупречный разворот, "Счастливый" полетел над волнами, подгоняемый попутным ветром, при этом он снова начал прижиматься ближе к берегу, изображая попытку обойти вражеский флот по мелководью.

Оу Готор Готор. специалист широкого профиля.

— Ну, и чего это он делает? — С некоторым раздражением сказал я, увидев как на месте носа "Счастливого" вдруг появилась его корма, на мачтах прибавилось парусов, и он быстро начал удаляться в противоположную от прежнего курса, сторону. Эти гонки по Срединному морю, признаться, уже изрядно начали меня раздражать.

— Ну, ваша милость. — Флегматично ответил мне Флиин. — Вы же помните, что говорилось в приказе — "Напасть на флот удихов". Мы, правда, думали запереть его в бухте возле мыса Гаадрааш. Славное бы получилось побоище. Но видно те решили перехватить добычу раньше. Думаю, сейчас они гонятся за эскадрой его милости, и мы увидим паруса их кораблей на горизонте, с минуты на минуту…А вон, видите, три корабля продолжают идти прежним курсом. Один под нашим флагом, два, под флагами Тооредаана. Думаю это корабли каравана и "Зубатка" капитана Рююга. Его баковую надстройку, я узнаю где угодно. Кажется только у него, во всем океане, сохранились эти абордажные башенки.

— Так зачем Ренки…, капитан оу Дарээка повернул?

— Чтобы те не дали деру раньше времени.

— Он обезумел? Его же порвут на части, раньше, чем мы подоспеем.

— Видно, у его милости, есть какой-то план. Прикажете звонить "К бою!"? Идем тем же курсом?

— Это ваш корабль, капитан. А из меня моряк…, я больше по пушкам, крепостям, и прочим сухопутным делам. Но если это возможно, полагаю, стоит прибавить парусов, что-то мне как-то неспокойно на душе.

…На душе, и правда, было неспокойно. В мозг, раскаленной иглой, невольно вонзалась мысль, что без меня, за эти три года, Ренки опять превратился в того безбашенного юнца, готового ввязаться в любую драку, без особых раздумий. А если еще учесть, что он уже вошел в возраст и изрядно заматерел…. Это раньше он смотрел мне в рот, и внимал каждому слову, словно божьему откровению. А сейчас, упрется как баран, и это станет большой проблемой. Потому что, практически все доступные мне активы на Земле-2, как материальные, так и политические и репутационные, фактически находятся в нашей совместной собственности. Я ведь сам, специально выталкивал его вперед, старательно прячась в тени его славы. Так что девяносто девять процентов населения Земли-2, (ну те, кто вообще о нас слышал), знают меня как оу Готора Готора, спутника и товарища бесстрашного героя оу Ренки Дарээка. Конечно, те кто обладает реальной властью, что в Тооредаане что в Сатрапии, правду знают, но от этого могло стать только хуже. Если оставшись один, Ренки начал доказывать самому себе и окружающим, что крут безмерно и без всяких там иномирных друзей. В общем, какие бы не были причины, но если вдруг мой товарищ и соправитель вздумает взбрыкнуть — проблем не оберешься. А учитывая задачу, которую мне предстояло решить в ближайшее время…, то вот только возни с амбициями не наигравшегося в войнушку юнца, мне и не хватало…А еще меньше, мне хочется чтобы его сейчас убили. За время наших скитаний, я уже успел привыкнуть относиться к нему как к младшему братишке. И когда братишка рискует понапрасну, очень хочется наградить его хорошим подзатыльником, дабы мозги вправить…Впрочем, ладно. Не буду делать поспешных выводов.

…До Аэрооэо, мы так и не дошли. Где-то на подходе, нас перехватил один из литругских кораблей, и передал "приказ капитана", "собираться в стаю, возле Икорных отмелей"…Все-таки эти моряки, удивительные существа, как-то умудряются ориентироваться в этом совершенно пустом пространстве, без всяких ГЛОНАССов, и прочих ДжиПиЭсов. Причем Флиин, как я заметил, в Срединном море, даже почти не пользовался и секстантом с астролябией. Ходил по нему, как сторожил по собственной квартире ходит, хоть с закрытыми глазами. Отмели эти икорные, оказались просто местом в море. Как объяснил Флиин — "Тут дно мелкое, сюда по весне желтоперка нереститься приходит, а рыбаки — желтоперку ловить. Ходить над ними можно смело, глубины хватает, но по сравнению с дном в других местах, тут мелко…Так видно же, волна другая идет, и вон водоросли плавают". В общем, там и собиралась наша большая литругская банда, и не просто так, а чтобы "надрать удихам задницу". Все бы ничего, но туда же, со дня на день, должен был заявиться и флот Сатрапии. Я конечно уже и так изрядно засветился в крепости Баазеерт, но все-таки, как-то не хотелось светиться еще раз. Там-то, в крепости, меня не очень хорошо знали, а вот во флоте Сатрапии, популярность у меня намного выше. Так что, когда мооскаавцы все-таки подошли, пришлось по большей части ховаться в каюте. — Мало ли, какой любознательный офицер, углядит меня в подзорную трубу.

Но от одной почетной обязанности, освободиться так и не удалось, пришлось показаться перед "уважаемым собранием капитанов пахарей моря", и принять на себя бразды правления собранным флотом, так сказать — по праву сюзерена. Это при том, что почти все капитаны знали меня достаточно хорошо, и были прекрасно осведомлены, о скромности моего багажа знаний в морском деле. Но как я понял, мое появление решило некий конфликт, поскольку до этого, капитаны, так и не смогли выбрать себе вожака. А тут вдруг я — один из главных боссов и покровителей Литруги, значит мне и командовать. Особенно настаивал на моей кандидатуре капитан Дгай — мой старый знакомец. Судя по хитрой роже, он, понимая что мое командование будет чисто номинальным, рассчитывал что я отдам право рулить флотом ему. Оно бы и стоило это сделать — Дгай был не только опытным капитаном, но и признанным вожаком. Однако, это бы означало что придется перебираться на его корабль, а мне не хотелось выпускать из поля зрения Рожкова, и этого его новоявленного родственничка. Как-то я этим ребяткам из Бюро не слишком доверяю, а Рожков, притом, что он хороший парень — отличный боец, имеет способности к языкам, и умеет нравиться людям, но несколько простоват, и способности к интригам у него нулевые. Так что если бы это от меня зависело, на Землю-2, он бы попал разве что только в составе спасательной команды. Резидент из него, прямо скажем, как из утюга — воздушный шарик. А учитывая еще и полное отсутствие специальной подготовки…, удивительно что он вообще прожил тут столько времени, и даже смог неплохо подняться в местной табели о рангах. — Дворянин, почти что доктор, имеет неплохие связи в Мооскаа. Нет, явно, не обошлось тут дело без этой хитрой лисы оу Лоодиига…Впрочем, ладно, сейчас надо думать не об этом…А раз я остался на "Кусачей черепахе", то и право командовать флотом в бою, получил капитан Флиин. Себе же я оставил чисто политические функции — решать в какую сторону плыть, награждать непричастных и наказывать невиновных.

— Как вы собираетесь действовать дальше, капитан? — Поинтересовался я у Флиина, после того как он, пролаяв кучу команд, вновь вернулся на прежнее место. Тот кто ведет корабль тут, должен все время чувствовать ветер, это у них как рефлекс у подсолнуха поворачиваться за солнцем, так что, поднявшись на мостик, эти судоводители выбирают себе местечко с наветренной стороны, и работают флюгерами. И клянусь, они умудряются чувствовать любой изменение ветра — отклонение на пару градусов, усиление, ослабление… — Многолетний опыт капитанов.

— Пойдем как и прежде, двумя колоннами. — Ответил он мне. — Мооскаавцам я приказывать не могу, но судя по всему, там тоже не дураки на шканцах стоят. Они уже слегка поменяли курс, отваливая понемногу в сторону открытого моря. А нам значит — надо идти ближе к берегу. Подойдем поближе к противнику, и развернемся в линию. А мооскаавцы, будут прижимать их к берегу, не давая удрать в море. Ветер на нашей стороне, пушек у нас поболее будет. Так что разром удихам гарантирован. По-хорошему, стоило бы дать мооскаавцам вырваться вперед, тогда бы было проще захлопнуть ловушку, но вы, ваша милость, сами сказали — надо поспешать на помощь капитану оу Дарээка. Ну, мы и поспешили, но опять же, не так быстро как хотелось бы. Потому как общая скорость эскадры, не может быть больше скорости самого медленного корабля. Но тем не менее, благодаря попутному ветру, нам удалось развить весьма приличную скорость, а если еще и учитывать что и противник двигался нам на встречу, — начало битвы приближалось стремительными скачками…, для морского сражения, конечно. Спустя минут двадцать, наблюдатель сидящий на марсе, сообщил о появлении парусов на горизонте. А еще спустя полчаса, их стало возможным разглядеть и с мостика "Кусачей Черепахи". Все это время, я прожигал дырку взглядом в окуляре подзорной трубы, шепотом проклиная свое высокое положение, при котором даже залезть на мачту, чтобы посмотреть что происходит там, вдали, было ниже моего достоинства. А потом, до нас донесся первый грохот пушечных залпов.

Два корабля Ренки, опасно близко подойдя к берегу, попытались проскользнуть мимо вражеской колонны. Естественно, противник, сделать им что-то подобное, позволять не собирался. Правда, как мне удалось разглядеть, против двух полноценных фрегатов, действовали, как правило, только одно-двухмачтовые суденышки, чьи пушки, существенного урона большим военным кораблям, причинить не могли. Разве что такелаж повредить. А вот большие корабли удихов к берегу подходить боялись, что, впрочем, было вполне понятно. — Мало того, что Ренки сильно рисковал, идя по мелководью, но у него-то, хоть был попутный ветер, что позволяло его кораблям быть намного более управляемыми, да и шкипер Лоон, наверняка хорошо знал тут каждую мель. А вот идти над незнакомым дном против ветра, перекатываясь с галса на галс, да в опасной близости от берега, да еще и палить при этом из пушек…, - на подобное решится не всякий капитан. Удихи, видно все-таки наконец разобрались с ситуацией, и поделились на три эскадры. Первые пять кораблей — преимущественно тяжелых фрегатов, начал палить издалека, пытаясь заставить ядра отскакивать от волн, как брошенные мальчишкой камешки. Но при такой волне, это удавалось не часто, да и если какое, удачно пущенное ядро, и допрыгивало до "Счастливого" или "Добычливого", то навредить их толстой обшивке оно могло, только попав в пушечный порт, что, прямо скажем, было делом маловероятным. Еще шесть, преимущественно небольших корабликов попытались подойти как можно ближе к берегу, пытаясь зажать двух наглецов в клещи, вытеснить на мель, или взять на абордаж. А большая часть удихского флота — дюжина фрегатов, продолжила движение вслед за беглецами, и навстречу нам, на ходу пытаясь развернуться в классическую линию, что, признаться, учитывая встречный ветер, получалось у них не слишком удачно. Ведь, при таком сильных ветре и волне, чтобы держаться бортом к противнику, нужно было спустить все паруса, что сразу делало корабли неуправляемыми, а качка, из-за бивших в борт волн, становилась и вовсе сумасшедшей, делая невозможной не только прицельную стрельбу, но затрудняя также и перезарядку орудий.

Конечно, старый пират Флинн не упустил возможности воспользоваться ошибкой врага. Он не стал разворачивать свою эскадру на встречу противнику, в обычную боевую линию. А продолжая идти по ветру одной колонной, вклинился в правый фланг противника, и расстрелял чужаков с дистанции пистолетного выстрела. С такого расстояния, пушки большого калибра, прошибают даже толстенные, от полумера до метра толщиной, дубовые борта военных кораблей. Удихи начали палить в ответ, и тоже небезрезультатно, но еще ранее, Флиин правильно сказал — преимущество в количестве пушек, было на нашей стороне, а уж преимущество в выучке канониров, было и вовсе подавляющим. Как и выучка капитанов и их команд. Все они привыкли действовать как в составе флота, так и поодиночке, так что в особых приказах не нуждались, быстро распределили цели, чуть-чуть поменяли курсы обрушившись на обескураженного противника этакой козачьей лавой, и…. После первого же залпа, едва ли не треть всех встреченных нами кораблей, лишилась одной, а иногда и двух мачт. На одном из фрегатов начался сильный пожар, а еще парочка, стали опасно быстро погружаться в воду.

Тут раздалась пальба и с левого фланга — в дело включились мооскаавцы. А Флиин, тем временем, попытался, пройдя за кормой вражеских кораблей, добить противника…И тут нам не повезло — удачно пущенное ядро, перебило грот-мачту "Кусачей черепахи" на высоте грот-реи, и здоровенная конструкция, сначала изогнувшись, завалилась на бизань-мачту рвя паруса и уродуя такелаж, а потом рухнула в воду, да еще и так неудачно, что галеон Флиина сразу же потерял ход, и возможность задействовать многочисленную батарею своих пушек. "Кусачая Черепаха" опасно накренилась, развернулась бортом к волне, и начала переваливаться с борта на борт…, как-то ненормально — тресясь и дрожа. А все еще частично лежащая нижним концом на палубе мачта, верхний конец которой болтался на волнах, начала опасно дергаться, раздались какие-то подозрительные скрипы и треск.

— Спустить все паруса. Руби ванты. Скиньте ее за борт, пока она не искорежила мне корабль. — Вопль Флиина, кажется заглушил грохот раздавшегося невдалеке залпа. — Поднимите сообщение…, - продолжил он уже куда более спокойным голосом. — Пусть Дгай берет командование на себя, и идет со всеми, кого сможет вытащить из боя, на помощь его милости оу Дарээка. — Проверьте ванты и растяжки фок-мачты, закрепите, все что можно. Приготовиться поднять фока-стаксель и кливер…Надо отковылять в сторону, пока нас тут не расстреляли. — Пояснил он мне свои действия. — Приведем себя в порядок, потом можно будет продолжить бой. — Мне осталось только согласиться.

…Команда матросов у Флиина была опытная, так что очень скором мы избавились от покореженной мачты, и подняв всего пару небольших косых парусов на передней фок-мачте, смогли развернуть корабль по ветру, и начать скользить в сторону. Очень вовремя — удихский фрегат, тоже лишившийся бизань-мачты, попытался нас расстрелять, подойдя едва ли не борт в борт. Флиин успел вывести свой корабль, из-под основного залпа. Досталось лишь высокой кормовой надстройке галеона. Одно ядро снесло балкончик за капитанской каютой и разбило капитанский ялик. Еще штук пять — разнесли в щепки убранство кают, расположенных ярусом ниже. Но к счастью — руль, и идущие к рулю от штурвала тросы не пострадали, и галеон остался вполне управляемым. Мы даже смогли напоследок, плюнуть в морду противнику ядрами парочки ретирадных пушек, правда, так же не нанеся ему существенного урона.

Потом началась гонка двух калек. Поскольку капитан Дгай сумел, завершив манер Флиина, еще раз обстрелять вражескую эскадру, и увести за собой большую часть кораблей нашего флота, на этом пятачке моря закачалось примерно равное количество наших, и удихских кораблей. И практически все они имели какие-либо повреждения. Парочка относительно целых, с виду, удихов, сцепились в абордажной схватке с одним из наших больших фрегатов, а все остальные…, кто поспешно приводил себя в порядок, кто пытался палить из пушек, а кто и подобраться поближе к противнику, чтобы сцепиться с ним бортами. Ну а мы, пытались удрать от покореженного удиха. Парусов у него было больше, но мы поначалу смогли выиграть небольшую фору, за счет того, что ему пришлось разворачиваться вслед за нами. Потом, палубная и парусная команда, дружно работая, смогли восстановить часть такелажа "Кусачей Черепахи", и растянуть на реях несколько больших парусов. А потом…, вроде как и необходимость удирать пропала, мы уже более-менее восстановили ход и управление кораблем, и вполне могли включиться в драку.

— Рожков, ты куда? — Окликнул я лейтенанта, с деловым видом вышедшего с полуюта, приодетого в какую-то кирасу, обвешавшегося оружием и подсумками, таща на плече аж целых три мушкета и здоровенный протазан. — Тебе разве в лазарете делать нечего?

— По боевому расписанию, — довольно лыбясь, ответил он мне. — Я командую абордажной группой. А в лазарете у меня только двое ушибленных осталось. Остальных, с мелкими царапинами, я уже перевязал и отправил по боевым постам. Четырех матросов, — он печально вздохнул, — так и не нашли, видать за борт скинуло…Вы бы, тащ подполковник, тоже привооружились бы, мало ли чего. А то одной шпажонкой, от удихов не больно то отмашешься. В арсенале есть парочка не самых плохих пистолетов, дальше пары десятков шагов, из них, конечно, стрелять бестолку, но шагов на десять-пятнадцать — штука достаточно надежная. Я скажу Хеедцу — это наш боцман, чтобы вам принесли. Могу еще один из своих одолжить. Нарезные, довольно точные. Лепаж нервно курит в сторонке. Хоть щас на дуэль, в Пушкина стрелять.

— Ты там смотри…. Дантес недоделанный. — Пробурчал я в ответ. — Себя пристрелить не дай, и проткнуть, кстати, тоже. Мало мне тут одного, в войнушку не наигравшегося, еще и ты в пекло лезешь…А пистолеты у меня и свои есть.

Рожков откозырял, и с развеселой ухмылочкой на морде, потопал к группе таких же, обвешанных оружием головорезов, собравшихся возле печально торчащего из палубы пенька грот-мачты…Эти, как их там — квад-ал-ахарцы…Вот, и этот, уже нашел где-то себе персональное племя дикарей, и теперь лезет в вожаки, сам не замечая, как растворяется в их дикости. Прогрессорство, прогрессорство…, знали бы все эти писаки, как невыносимо давит окружающая среда, на нашего брата — попаданца. Ты им говоришь — "паровоз", а они — "Дедушки-прадедушки, без паровоза жили, и мы проживем. На бери весло, греби. А котел, это хорошо, мы в нем мясо варить будем". Тащить их за шкирман в светлое будущее, это как земной шар, ногами раскручивать, куда проще опуститься к ним, в счастливое прошлое, а то и вовсе — позапрошлое…Впрочем, Рожков в чем-то прав — привооружиться мне и впрямь не помешает. В драку я конечно не полезу, мне это и по статусу не положено. Но, абордаж, дело такое, — очень неопределенное. Тут, случается, и адмиралам за шпагу хвататься приходится.

Я развернулся, чтобы пойти в свою каюту, и словно споткнулся о пристальный взгляд рожковского родственничка, как мышь затихарившегося в уголке капитанского мостика.

— А, оу Наугхо. — Кивнул я ему. — А вы чего здесь делаете?

— Я тут считаюсь гостем, и меня не поставили в боевое расписание. — Ответил он мне. — На прошлом месте службы, моей обязанностью было охранять капитана и капитанский мостик. И может быть вы слышали, — несмотря на печальный исход битвы, я все же смог выполнить свой долг. Так что, если вы, благородный оу Готор Готор, не будете возражать, я бы и сейчас хотел делать то, что действительно умею.

— Делайте. — Пожал я плечами.

— …А позвольте, сударь, вопрос. На каком языке, вы говорили с оу Рж*коовым? Никогда не слышал подобного.

— Ну…, - Неопределенно ответил я, только сейчас спохватившись, что сам заговорил с Рожковым на русском, давно у меня уже не было таких проколов. — Земля, знаете ли, она большая. На ней есть еще много языков, которых вы, сударь, не слышали. Сказал, и быстренько улизнул в свою каюту. М*да… А в мое отсутствие, тут явно провели небольшую перепланировку. Света стало значительно больше, — спасибо новому отверстию в стенке, и бардака прибавилось благодаря удихскому ядру. Впрочем ладно, об этом потом будем думать-горевать. Тут вот, под койкой, у меня специальный сундучок стоял…И хоть койка вся завалена щепками, сундучок все еще стоит. Тонкая кольчуга…, к сожалению — местной работы, в Аэрооэо купил. Стащить что-то подобное из нашего мира не удалось. Впрочем и тут, подобные вещи научились уже делать достаточно качественно. Стоит правда такой "наряд" сумасшедших денег. Но лично моя жаба, по потраченным грошам не скулит, — тонкое стальное "полотно", убережет и от удара кинжала и шпаги, а то и рубящий сабли остановит. Пулю на излете тоже выдержит…, может быть. Местные вельможи, вроде меня, надевают такие штуки под камзол — внешне, ты в бархате и шелках, а в действительности…, можно и зубы обломать. Теперь пистолеты. С виду, как местные, только притащенные с Земли-1. Рожков мне еще хотел свою пукалку одолжить. У моих, уровень качества, близкий к космическим технологиям. Делались для Спецкомлекса по спецзаказу, и по сумасшедшим ценам. Какие-то супернавороченные стали для ствола и замка, рассчитанные на компьютере конструкция замка, балансировка оружия, и профиль нарезки стволов, идеально подходящий под круглую свинцовую пулю и местные пороха. По большому счету — вещь дорогая даже для моего мира, и довольно бессмысленная, поскольку от шальной пули на поле боя, или кинжала в спину в темном переулке, все равно не защитит. Так что толку от всех этих технологий….

Бабабах!!!!! — Галеон вздрогнул, и затрясся благородной дрожью боевой ярости. Это мы дали полный залп правым бортом, сейчас, наверное, будет ответка…. Хм. Чего-то нет. Ну да и ладно.

… В общем потратили кучу бабла на разработки и изготовления чудо-оружия, а потом решили его с собой на Землю-2 не брать. — Анахранизьм! Вдруг попадет в руки туземцам, и они, чего-то там смогут в нем понять…. Но и выкидывать готовые образцы не стали, хранили на всякий случай. И этот случай подвернулся — я их спер, потому как мне нужнее.

Приоделся, привооружился. Вышел на мостик. Не было-то всего минут десять, а как обстановка изменилась. Флиин как-то умудрился подловить вражеский фрегат, и попотчевал его продольным залпом всех орудий правого борта. Теперь он лишился еще и фок-мачты и бушприта, а гальюн и носовая надстройка представляли собой жалкое зрелище. А теперь мы заходили на удиха, с явным намерением взять на абордаж…Дурацкая пиратская привычка — можно бы ведь просто подойти и расстрелять в упор, но тогда не будет никакой добычи — одни убытки, ядра и порох ведь тоже денег стоят…Подход борт к борту, еще один залп, на этот раз картечью, кажется выметающей с палубы чужого корабля все живое. Но, как бы не так, пусть и жиденькую, но ответку мы получили, оставалось только радоваться, что удихи не были столь же предусмотрительны как и мы, и зарядили свои стволы обычными ядрами. Ядром в лобешник конечно тоже мало удовольствия, но по сравнению со снопом картечи почти в упор по палубе набитой рвущейся за добычей матросней…, как говорится, из двух зол…. Да уж, вот и возвратились денечки моей развеселой молодости, давно в меня из пушек никто не стрелял.

А события, тем временем, как это и бывает при абордаже, понеслись вскачь. Полетели абордажные крюки, почти одновременно прогрохотал мушкетный залп, и по перекинутым с борта на борт абордажным мосткам, на заваленную трупами палубу вражеского фрегата хлынула река наших головорезов. Да так бойко и дружно, что на пару мгновений, мне даже показалось что сопротивление противника уже сломлено, и все закончится в ближайшие минуты. Тем более, что в действиях абордажников Флиина, чувствовалась тактическая подготовка Рожкова. Не просто пиратский набег — заскочить на чужой корабль, и рубить все что шевелится. Не армейская выучка — построится шеренгой, и размеренно наступать давя противника щетиной штыков…, его ребята действовали небольшими группами, захватывая ключевые точки корабля. Причем, как я понял, и роли в каждой команде были расписаны. Одни расстреливали противника из длинноствольных пистолетов, а другие прикрывали их холодным оружием. Все грамотно и по науке. Вот только удихи имели на этот счет свое мнение, да и командиры у них, явно были не дураки. Подойти борт к борту они нам дали. Почистить палубу картечью, тоже. Вот только своих людей, на это время, они явно загнали под палубу, максимально снизив количество жертв, и когда наши продвинулись достаточно далеко — те полезли из всех щелей. Тактической подготовки уровня двадцать первого века у них не было. Зато хватало ярости дикарей, и понимания средневековых реалий, что пленных тут брать не будут, раненного не оттащат в госпиталь, а надеяться на пощаду, могут лишь те, у кого, судя по внешнему виду, хватит денег выкупить свою жизнь. А таких, на всем корабле, было дай боги — один-два человека. Даже не всякий морской офицер, достаточно богат, чтобы родня могла оплатить его содержание под стражей, работу посредников, и конечно же — удовлетворить жадность победителя. Разве что у капитана корабля, да парочки самых старших офицеров, могли бы быть такие деньги…А капитана, кстати, Рожков подстрелил еще до того как корабли сошлись бортами…Так что, коли попал в средневековую корабельную разборку, — дерись, пока руки в силах удержать оружие, а ноги стоять, а падая — сделай это так, чтобы враг споткнулся о твой труп…В общем, резня началась отчаянная, и продолжалась она, еще наверное не меньше часа. Пока разобрались на верхней палубе, баке и юте, пока зачистили батарейные палубы, и додавили последнее сопротивление в трюмах — времени было потрачено немало, и кровушки пролито и того больше. А я, все это время, обязан был с гордым видом стоять на шканцах "Кусачей черепахи", и изображать из себя какое-то языческое корабельное божество. Этакий болван-истуканчик, хоть крась позолотой, да под бушприт, вместо сисястой русалки гвоздями приколачивай. Ни самому в разборку влезть, ни уйти, плюнув на все, в каюту. Даже команды отдавать, и подбадривать, и то, по статусу не положено. А уж тем более не положено, показывать свое волнение, из-за того, что там творится сейчас у Ренки. — Главнокомандующий, должен изображать этакую безмятежность, и излучать уверенность, заражая этим и всех своих подчиенных.

— Вражеский фрегат, взят на абордаж. — Наконец доложил мне Флиин. — Что прикажете делать дальше?

— Как у нас дела, и как там общая обстановка? — Поинтересовался я у него…В отличии от меня, он истуканчика не изображал, а все это время бегал по своему кораблю, то отдавая какие-то распоряжения воюющим матросикам, то ругаясь с корабельным плотником, а только что вот, спустился с нашей единственной, более-менее целой мачты, куда лазил "лично взглянуть на море".

— Грот, в ближайшее время, восстановить не получится. Фок-мачта в порядке и может нести хоть все паруса разом. На бизань-мачте, рангоут и такелаж, по большей части восстановлен. Можем поставить пару косых парусов, что позволит нам идти довольно круто к ветру…Наши там — ткнул он пальцами на запад. — Все еще дерутся с удихами. А там — ткнул он в сторону востока, куда ушло большинство кораблей флота. — Врага уже добивают…Я так думаю, идти надо на помощь тем, что сзади остались. Те что впереди, и без нас разберутся.

…Это означало, что наша встреча с Ренки, и возможность лично убедиться что он жив-здоров, опять откладывается на неопределенное время. А если еще, не дай бог, этот придурок уплывает куда-нибудь "по срочной надобности"…, опять придется рыскать по всему морю ища его. Но деваться было некуда. — "Поступайте, как считаете наиболее правильным", — распорядился я. — Только побыстрее, Вражеский фрегат, полагаю, можно будет пограбить и позже, в более спокойной обстановке.

— Оставлю там призовую команду. — Кивнул Флиин. — оу Рж*коов….

— Оу Рожков понадобиться мне здесь. — Рявкнул я, неожиданно зло, ибо, честно слово, — достало уже собирать всю свою команду, плавно размазанную по всему Срединному морю. — Назначьте кого-нибудь другого.

— И правда, ваша милость. — Согласно кивнул Флиин. — Подраться сегодня еще придется, а оу Рж*коов, рубака не из последних, и команду свою выучил…, хе-хе…, не хуже ваших фаарконских егерей. Отправлю Жиима Коокиса, нашего мичмана. На него, конечно, нельзя положиться, так же как и на оу Рж*коова — молод еще, и соображает не дюже быстро. Но, думаю, справится. — Надеюсь, сударь, вы разрешили с моим лейтенантом все свои конфликты? — Поинтересовался я, и увидев вспыхнувшие гневом глаза офицерика, поспешил пояснить свою мысль. — Разумеется я вас не подозреваю в каких-то подлых и недостойный намерениях, ибо вижу, что вы человек благородный. Но мне кажется, что его люди весьма оу Рожкову преданы, а зная пиратские нравы…, у кого-то из них, может появиться мысль…. На вашем месте, я бы не стал поворачиваться к ним спиной.

— Я способен позаботиться о своей спине сам.

…Типичный оу — спина как натянутая струна, аж вибрирует, нос задран к облакам, на роже этакая непреклонная решимость сдохнуть, но не отступить ни на полшага…Дедушка был бы доволен, что такие долбодятлики тут еще сохранились.

— Вы мне не подчиняетесь, сударь. — Пожал я плечами. — Вы на этом корабле гость, и как гостю, вам никто не может отказать в подобной любезности…Однако, отряд оу Рожкова, подготовлен по особой методике. Не уверен, что вы сможете найти свое место в их рядах.

— Еще полгода назад, оу Рж*коов, был инструктором БВБ, и готовил мой отряд, кажется по той же самой методике. Так что думаю, я смогу вписаться в их ряды.

— Хм. Nash postrel vezde pospel…. Не обращайте внимания, сударь. Так — мысли вслух…. Идите, присмотрите там за оу Рожковым. И скажите, что это было мое решение, мой приказ. А заодно, передайте ему, что я не слишком доволен тем, как он командует. Офицеру должно управлять своими солдатами в бою, а не лезть в драку самому. Тот, кто забывает об этом — негодный офицер! Так ему и скажите.

Я сделал этакий вальяжный жест, отпуская оу Наугхо вершить подвиги. Он откозырял, и едва ли не бегом спустившись с капитанского мостика, двинул к Рожкову. О чем-то там они поговорили, Рожков едва ли не обниматься полез. То ли искренне радуется, то ли демонстрирует своим подчиненным дружеское расположение к вчерашнему обидчику и скандалисту. Мне-то, впрочем, пофигу. Этот оу Наугхо, кажется довольно скользкий тип. Нет, не сволочь откровенная. Но…, своим человеком, я его точно никогда не сделаю. Его преданность уже раз и навсегда отдана Сатрапии и Бюро. А учитывая своеобразный кодекс чести оу…. Ради интересов Вождя, им позволено лгать и даже пренебрегать собственной честью. Конечно — только в очень исключительных особых случаях. Но в Бюро, да и в любой другой организации подобного рода, умеют распространить "особые случаи" на всю повседневную жизнь. Так что если этого оу Наугхо грохнут, это будет конечно печально, но лично для меня, большой трагедией не станет.

Пока я предавался всем этим размышлениям, наша "Кусачая Черепаха", смогла вернуться к месту первоначальной схватки…Не самый, кстати, легкий маневр — идти против сильного ветра, на паруснике, способном задействовать лишь половину парусов, но Флиин и его команда справились.

Уж я не знаю почему, но сразу в бой наш капитан не ринулся. Опять начались какие-то хитрые маневры, кажется мы к кому-то подкрадывались, воспользовавшись опустившимися сумерками и прячась за корпусами других кораблей, многие из которых, представляли уже весьма печальное зрелище. Особенно тот, что изображал из себя большой костер посреди моря…Ага, кажется наша цель вон тот красавец. У меня не такой уж большой опыт морских сражений, но думаю этот тяжелый фрегат, тут вроде как воображает себя самой большой и страшной акулой в садке для рыбы. Никаких серьезных повреждений на нем не видно. Из открытых портов грозно скалятся ряды пушек, а команды на нем, — наверное раза в полтора больше чем у нас. Неудивительно, что в той битве калек, он стал решающей силой, и сейчас "держит" всю площадку. Надеюсь, Флиин не собирается брать его на абордаж? Хотя черт его, придурка, знает. Нахрена вообще было так близко подходить к тому горящему кораблю? Ведь огонь в любую минуту может добраться до крют-камеры, и тогда и нам мало не покажется. С другой стороны, вокруг сильного источника света, темнота особенна густа и непроницаема. И внезапно вынырнув из этой темноты, мы смогли влепить в "красавца" полный залп пушек левого борта, с абсолютно смехотворной дистанции…Кажется Флиин внял голосу разума, и наши пушки были нацелены не на палубу, а куда-то на уровень ватерлинии. Кажется получилось весьма удачно, — зуб даю, я видел не меньше десятка удачных попаданий по корпусу, точно туда где волны плещутся. После такого "красавчик" вволю водички нахлебается, и ему уже будет не до драки. А мы, тем временем, удачно проскользнули "красавцу" за корму, избегая ответного залпа. Вот сейчас бы развернуться другим бортом, и еще разок, на добивание. Но второй залп, Флиин почему-то направил выше. Неужели его жадность одолела, и этот придурок решил захватить и эту плавающую крепость? Тогда нас ждет много-много крови. Но похоже нет. Флиин поступил куда хитрее. Сбив удиху бизань-мачту и существенно покоцав рангоут и такелаж грота, мы к тому же хорошенько разнесли ему корму и повредили рули. После чего, красавец-фрегат стал неуправляемым, а поскольку, после нашего первого залпа, он стал сильно набирать воду, то теперь, ему ничего не оставалось, кроме как выйти из боя, и выброситься на берег. Так что, если удихи не наберутся решимости сжечь собственный корабль, у Флиина еще будет возможность его пограбить. А вот теперь, мы стали самой злобной рыбкой в этом аквариуме, чем Флиин и не замедлил воспользоваться. Первым делом, мы обстреляли несколько вражеских кораблей, видимо чем-то вызвавших особую неприязнь нашего капитана, а затем подвалили к связке из трех кораблей — одного нашего и двух удихов. С нашей стороны, это был галеон, наподобие флииновской "Черепахи". Такие же высокие носовые и кормовые надстройки — своеобразные форты, штурмовать которые приходилось по всем правилам осадной науки. Вот эти самые крепости, все еще и продолжали держаться, даже после двух с лишним часов боя, несмотря на то, что палубы и кажется даже трюм, уже были захвачены врагом. — А куда деваться? Пленных тут не берут.

Картечный залп вдоль палубы одного из удихов, обход связки по широкой дуге, и еще один залп, уже по палубам другого корабля. Очередной толчок по ногам, когда наш тяжелый галеон, со всей дури лупит скулой в корпус вражеского судна, и с противным скрипом притирается к нему борт о борт. Опять летят абордажные крюки, и перекидываются мостки. И опять, разрядив по врагу мушкеты, на чужой борт ломится толпа наших вояк…Честное слово, это уже начинает меня утомлять. Я даже прикрыл глаза, чтобы не пялиться на очередное кровавое побоище. Но уши-то не заткнешь, так что звон сабель, пистолетные выстрелы, и вопли различной тональности — от воинственных кличей до стонов и предсмертных хрипов, не позволили мне помечтать, будто я нахожусь на морском курорте.

— Ваша милость. Наши!!! — Громкий радостный вопль Флиина, вывел меня из дремоты, в которую я незаметно для самого себя погрузился, прислонившись к стенке юта. — Смотрите, это же "Счастливый"!

— М*да…?! А как там вообще…, обстоят дела? Мы уже победили?

— Нет, ваша милость. — Кажется Флиин слегка обиделся. — Но победа уже близка.

— Ну вот и славно. Наверняка Дгай уже сообщил Ренки о моем присутствии тут. Однако, я был бы вам весьма благодарен, если бы вы изыскали какую-нибудь возможность сообщить капитану оу Дарээка, о том, что оу Готор Готор находится на вашем корабле, и с нетерпением ждет его в гости…И, конечно это несколько нагло с моей стороны требовать подобное, но было бы неплохо, если бы кто-то навел порядок в моей каюте, а то там сейчас ужасный бардак. Мне не хотелось бы принимать своего старого друга, посреди груды щепок.

Игорь Рожков, судовой лекарь.

Благодать, — возвращаюсь домой! Не, пока еще не на Землю-1, она, если честно, пока вообще под большим вопросом, особенно учитывая все то, что рассказал мне подполковник Говоров…Ну а тогда, где нынче мой дом? — Ясное дело, там, где жена. А значит путь мой, лежит на Фесткийские острова.

Я, поначалу, не то чтобы сюда не рвался, просто мне казалось, что покидать в такой момент своих подчиненных, это своего рода предательство. Но Говоров уперся всеми копытами. — "В отпуск, и точка". Я ему — "Да тут вообще такого понятия нет — "отпуск". А он мне — "Есть, да еще какое. Всем офицерам положено. — Вспоминай чему тебя учили. А раз ты офицер, вот и изволь соответствовать…". Мне он потом, с глазу на глаз, пояснил, что, по его мнению, я слишком в эту жизнь втянулся. В смысле — в пиратско-корабельную. А мол, резиденту, такое себе позволять нельзя. Должна быть определенная отстраненность, а то крыша поедет, да так далеко и быстро, что потом не угонишься…Не знаю, может быть он и прав. Я вот, за то время пока мы сюда на "Счастливом" плыли, и впрямь, как-то немного…, встряхнулся что-ли. Пообщался с подполом, с оу Дарээка тем же — а он ведь тоже, уже почти наш человек, и как-то у меня взгляд на мир, немножко поменялся. В конце концов, я и впрямь сюда, на Землю-2, не пиратствовать заявился. Да и всяческие подвиги вершить…, оно мне не надо. А на последних абордажах, я, правду сказать, и впрямь чего-то того…, заигрался в героя. Ведь убить могли раз двадцать, или покалечить, а про местную медицину, я не понаслышке знаю, — сам местный медик. Да и когда в тебя ядрышко, миллиметров этак пятнадцать-двадцать в диаметре засадят, или рубанут тяжелой сабелькой по маковке, или штык в брюхо воткнут…, тут и наша медицина, не сильно поможет. Раны от местного оружия, прямо скажем — жутковатые. Так на кой, и ради чего, спрашивается, мне их получать? Во имя каких таких светлых идеалов? За ради любимого сатрапа Ваасю седьмого? — Так я его не знаю, и не люблю вовсе, хотя вон, знающие люди, говорят, что нормальный такой парнишка. Или во имя благополучной жизни "пахарей моря" и во славу добрых традиций Литруги, мне жизнью рисковать прикажете? Так я на этой Литруге не был никогда, да и традиции у нее, не такие уж и добрые, как я уже понял. Во имя полноты собственного кошелька? — Ну так теперь будет возможность подзаработать и менее членовредительским путем. — Говоров и оу Дарээка мне это обещали. А они тут, люди не из последних, по нашим меркам — губернаторы небольшой такой, но очень перспективной области. Только, в отличии от губернаторов, в свой карман, гребут на вполне законных основаниях — им по должности "кормление с земель" положено. Да и земли эти, как бы в их собственности находятся. Гы-гы…, - феодалы блин! Меня тоже пообещали феодалом назначить. В графья или бароны, пока суваться рано, а вот полноценным помещиком — это запросто. Своя земелька, чуток побольше двенадцати соток, пашня, сад, виноградники, скромный такой домик-дворец, сарайчики-конюшни всяческие, прислуга-дворня, управляющий и все дела…, - что еще надо человеку, чтобы встретить старость? А самое главное — полная легализация, дворянский статус, крыша над головой, и политическая крыша вообще. Буду числиться фааркоонским егерем в запасе, доучусь в местном университете до полноценного диплома доктора — Говоров это более чем одобрил. Обещали дать выкупить какой-то пай в Торговом доме Ваксай, что по местным меркам означает допуск к большой и вкусной кормушке. Ну и конечно полноценная работа по профилю. Я правда пока толком еще не решил, на Землю-1 работать придется, тьфу совсем уже запутался в этих землях, в смысле, на Россию, или против нее. Со слов Говорова, получается что работать будем за. Но насколько можно верить подполу? — Поет то он вроде складно, и каждое лыко в строку ложится. Да только этот прохиндей, за несколько лет, умудрился сумасшедшую карьеру сделать в мире, где социальные лифты, прямо скажем не особо работают. И даже местные пираты, как мне Флиин намекнул, считают его чуть ли не богом мошенников, который любого хитреца вокруг пальца обведет. Местные Службы, я так понимаю, он и обвел. А возможно и наши надуть умудрился — ведь как-то он сюда повторно выбраться сумел? В общем — темная он личность, и верить его словам надо с оглядкой…Но, к черту подпола. — Вон то облако на горизонте, зуб даю, что это славный остров Гриит, на котором, в уютном домике в тени фруктовых деревьев, ждет меня моя Неевия! Особенно приятно, что мне будет чем ее обрадовать, в смысле поместья и относительно спокойной жизни. Разом решаются почти все наши разногласия, — в море, пиратствовать, я больше не выйду! Да и не только Неевия ждет меня на этом гостеприимном берегу, — Игиир говорит, что оставил с ней старину Рааста. А хотя по жене я соскучился куда сильнее, но и этого добродушного великана, признаюсь, мне будет видеть приятно. Не так много у меня в этом мире, настоящих друзей. Думал, мое появление станет сюрпризом. Уходил то я на "Кусачей Черепахе", а прибыл на "Счастливом". Но первым, кого я увидел, высадившись со шлюпки на берег, был верзила Рааст. Оно и неудивительно, этот великан возвышался над местной, не слишком крупной публикой как минимум на полторы головы. А если еще и считать мохнатую шапку даарского стражника — то и на все три. Шапочка-то, надо сказать, приметная, ни с чем не перепутаешь, один волчий хвост чего стоит. Как он вообще по такой жаре ходит в этаком головном уборе для меня загадка, в ней впору по Сибири рассекать, в самые морозы, а тут, считай местная Африка.

…А кто это вместе с ним? — Знакомая мордашка. А, так это же служанка, которую Неевиия наняла к нам в дом…А девочка-то похоже не промах. Эк она с Раастом держится, я бы сказал — по-хозяйски. Прикрывшись его широкой спиной, обеспечила себе лучшее место для обзора, и в рукав его этак собственнически вцепилась, дескать — "Руки и глаза прочь, это моё!". Вот только не очень понятно, то ли она сейчас сама наше прибытие обозревает, то ли дает подружкам и заинтересованной публике обозреть себя и своего ручного даарского стражника. Короче — совсем девка оборзела. А эта орясина здоровенная и доволен, будто алабай, которому хозяин загривок чешет. Короче — совет им да любовь.

— А как вы тут…? — Начал было спрашивать я, и сразу понял, что сморозил глупость. — Островок не такой уж большой, и приход всякого большого корабля, тут большое событие. А уж прибытие военного корабля под флагом "Красного вепря", тем более такого знаменитого корабля как фрегат "Счастливый", это сравни заходу возвращающегося из городу-Парижу полка гусар в уездный городок, у нас сразу после войны Двенадцатого года. А учитывая, что генерал оу Дарээка тут местная супер-стар, по сравнению с которым все голливудские знаменитости сразу становятся теми кто они и есть на самом деле — шутами гороховыми, неудивительно что смотреть на наше прибытие сбежался весь городок. Тут ведь, при отсутствии возможности посмотреть данное событие "потом" по телевизору или в интернете, всем кто не смог заявиться на пристань дабы лично поглазеть на торжественную церемонию прибытия, потом только и останется, что слушать рассказы других, глотая горькие слезы зависти и обиды. И это касается хоть посетителей простонародных кабачков, хоть завсегдатаев дорогих гостиных…Наверняка ведь где-нибудь тут и моя Неевиия должна….

— Госпожа дома осталась. — Правильно расценив мою вытянутую шею и вертящуюся голову, заявила служанка…, кажется ее Лиита зовут. — Благородной даме не пристало появляться на публике без сопровождения кавалера. А экипажа у нас нету. А то бы она смогла выехать на набережную, и посмотреть из-за занавесок.

Последнее было сказано с явной укоризной и как явный упрек мне. Это при том, что насколько я знаю, на всем острове не найдется и двух десятков карет и прогулочных колясок в личном пользовании, поскольку тут и ездить то толком некуда. Нет, точно коза в конец оборзела. Чувствую, придется тут порядок наводить своей хозяйской рукой.

Хотел было ее проигнорировать и поболтать с Раастом, но куда там — даарский стражник тянулся перед своим полусотником, и кажется собирался рапортовать ему по всей форме, одновременно выделывая экзерциции с мушкетом, звеня шпорами и прищелкивая каблуками, чем сразу напомнил мне о сословных различиях, и что оу не пристало подобное панибратство с младшим чином. За время своего пребывания на пиратском корабле, я от подобных тонкостей человеческих взаимоотношений уже немного отвык. Да и до этого, не больно-то успел привыкнуть.

— …А это сам генерал оу Дарээка? Какой красавчик! И мундир богатый, и усы такие…, представительные. А что это за вельможа рядом с ним в красном шелковом камзоле? Такой важный и держится так вальяжно, видно какой-то мооскаавский придворный чин. Сразу видно не меньше сотни поколений благородных предков. А что…. — Вот уж у кого не было проблем с чинопочитанием, так это у нашей служанки. Забросала меня вопросами, будто я ей подружка какая. И ведь что самое обидное — так и хочется ответить, а нельзя — статус не позволяет опускаться ни до болтовни, ни до ругани со служанкой. Да и вообще только тут я понял, что командовать слугами, это целая наука, в которой я плаваяю сильнее чем в ядерной физике. Вот Неевиия как-то умудрялась ставить слуг на место одним взглядом и интонациями голоса. А у меня подобной выучки нет. Одно дело солдат строить, мне это дело привычное, и совсем другое — молодую девчонку, бойкую и веселую. Меня такому не учили…А еще в помещики собрался.

— Друг Игиир…, - вспомнив о своих хозяйских обязанностях, я обратился к шурину, дождавшись, когда эти даарские вояки закончат с официальной частью. — А пойдем-ка ко мне домой. Обрадуем Неевию. В кои-то веки пообедаем человеческой едой, а не этой корабельной слякотью. Да и винца приличного с дороги чуток выпить было бы весьма богоугодным занятием, как говаривал мой знакомый жрец…Это, как тебя? — Лиита, — беги скорее домой, и скажи хозяйке…. Хотя стоп. Лучше появится внезапно, удивим ее, а ты давай-ка дуй в какую-нибудь приличную харчевню, да закажи там праздничный обед повкуснее, на нашей-то кухне пока еще все приготовят. Мяса хочу свежего, жаренного, купи за любые деньги, хоть целого барана — мы все съедим. Зелени, овощей, фрутов. И хлеба, хлеба вообще побольше — пироги, калачи, булки, буханки, что угодно, лишь бы не сухари. И винца — самого лучшего из того что у них будет, есть у меня одна задумка…. Ну и сласти, какие не увидишь — тоже бери. Для слуг каких-нибудь вкусняшек купит, уж коли праздновать, так праздновать всерьез, работать у меня сегодня никто не будет! На вот тебе кошель, не скупись, но и не трать понапрасну. — Отчет о потраченных деньгах, потом хозяйке дашь…Рааст, дружище, я кой-какого барахлишка с собой привез, там подарки и немножко добычи. Со следующей шлюпкой привезут. Ты уж не откажи в любезности, там будет боцман Воонс распоряжаться, дылда такой, со шрамом на левом щеке, подойди к нему, и попроси указать мой сундук. Потом найми кого-нибудь чтобы притащил…Сам не корячься. — Вспомнил я Мооскаа и тамошние заморочки с этикетом. — Тебе по должности не положено, ты ведь воин!…Хм, кажется ничего не забыл. Э-э-э…, ты на что-то намекаешь друг Игиир? — Спросил я, заметив, что мой шурин, косит глазом в сторону дружков-феодалов, сиречь Говорова и оу Дарээка.

— А ты не считаешь нужным, спросить разрешения отлучиться, у своих сюзеренов? — Хмуро поинтересовался он. — Ведь как я понял, ты дал им клятву оу как своим вождям?

…Хм, кажется Игиир выглядит недовольным, с тех пор как неделю назад я рассказал ему эту новость, а я-то думал его порадовать, что у его сестер теперь будет все в шоколаде. Не хочет расставаться с семьей, или Говоров прав, и вся его дружба — сплошная подстава? Не, — Говоров тот еще прохиндей, я ему конечно верю…, отчасти. Но и своему внутреннему голосу верю еще больше. А внутренний голос, мне подсказывает что не может Игиир оказаться такой циничной сволочью, каким Говоров хочет его представить. А это — большой минус подполу, если бы я хотел перевербовать кого-то на свою сторону — один из самых легких путей, первым делом рассорить его со всеми друзьями и близкими. Когда человеку не на кого положиться, он начинает слепо верить тому, кто первым сможет удачно изобразить дружбу и сочувствие…Нас этому специально учили, и кстати — сам Говоров и учил. Объяснял, как действуют тоталитарные секты, и как не попасться в лапы к подобным прохиндеям. Ну и подразумевалось — как самим стать подобными прохиндеями. — Разведчики в белых одеждах и с крылышками за плечами, бывают только в плохой художественной литературе. А в реальности — шпионаж и разведка, дело очень грязное.

Ну да, к черту все эти мысли, сейчас не до них.

— Ну конечно же я у них отпрошусь. — Клятвенно заверил я своего педанта-шурина, которому и впрямь наплел про клятву и прочую феодальную лабуду, дабы не заморачиваться объяснениями почему слушаюсь приказов оу Готора, и в каком полку я у него служил раньше. — Просто самое важное, решил отложить напоследок, после того закончу с разными мелочами. Хотя, полковник оу Готор Готор, еще раньше и так приказал мне отдыхать следующие две недели, так что все это, лишь пустая формальность.

— Так неужели это сам оу Готор Готор? — Охнула служанка, опять влезая в наш в разговор, но тут уж Игиир так зыркнул на нее своим фирменным "наугховским" взглядом, что она сразу заткнулась, и бочком-бочком, поспешила покинуть нашу теплую компанию…Хм, слишком уж с деловым и нетерпеливым видом, подпрыгивала ее попка, уносясь вдаль…Сдается мне, что появление оу Готора Готора — важнейшая новость дня на острове, и я только что передал эксклюзивные права на ее разглашение этой сороке. — Очередной прокол. Правда, подпол мне вроде как не говорил скрывать его личность. Да и я далеко не единственный человек, который об этом знает, — у нас таких полный корабль, причем не один. Так что к вечеру эта новость будет обсуждаться в каждом кабачке острова Гриит, а через неделю разойдется по всем Фесткийским островам, но все равно — как-то неприятно. Намекает на мой непрофессионализм.

…И опять же — к черту! Бегом, получить разрешение от "сюзеренов" и в припрыжку, по знакомой набережной, по ставшей уже едва ли не родной улочке, мощеной разноцветным булыжником. Вверх по каменной, со стершимися от времени ступеньками, лестнице наверх к заветной калитке.

— Жена, я дома!

Охи, ахи, слезы, радостное мурлыканье, и горькие упреки. — Не предупредил, а она в таком виде…. Будто мне сейчас есть дело до фасона ее платья и как уложены рыжие локоны, я на нее саму налюбоваться не могу. Нет, все-таки Говоров в чем-то, но был прав — на кой хрен мне сдалось все это геройство и прочие подвиги, когда меня дома ждет такое сокровище? А ведь я, чуть было не начал всерьез воспринимать Ту жизнь, переживал, как там будут мои квад-ал-ахарские головорезы, без моей отеческой заботы. А сейчас уже и самому вспоминать смешно.

Хе-хе…. А Лиита, хотя по горящим глазам, видно уже и успела растрезвонить свой эксклюзив подружкам, однако обернулась достаточно быстро. Не прошло и полчаса, как она заявилась во главе целого каравана носильщиков, загруженных корзинами с разной снедью, и сообщил что это только — "…что успели собрать на скорую руку. Горячее и сласти, будут позднее".

Тут опять посыпались упреки и самобичевание от моей женушки, — как же так — ейный мужик с промысла вернулся, а она его кормить кабацкой жратвой будет. Вот сейчас, не пройдет и двух часов…. А то что брат о ней подумает, как о хозяйке? Даже перед слугами стыдно.

Ну да тут к счастью заявился Рааст с моим здоровенным сундуком, и начавшаяся раздача слонов заткнула ротик моей разлюбезной, тем более что самые крупные и жирные особи из этого стада длинноносых ушастиков, предназначались именно ей. В сундуке, (как минимум в половине сундука), лежали явные доказательства, что в дальних морях, на крутых берегах, ейный мужик не забывал о своей женушке. Благовония и цветастые платки из Южных земель. Тончайшая льняная ткань и косметика из Аэрооэо, кружева и всякие дамские финтифлюжки из Сатрапии, название коих, нормальному мужику и знать-то не прилично. И конечно же, — золото-брульянты со всего Срединного моря. Брульянтов может и не так много. Зато золота, серебра, жемчуга, и разных других каменьев, мне в лапы попалось немало. Часть честно купил, часть еще более честно отнял. Здоровенная такая шкатулочка получилась разных украшений. Визгу-то было, визгу, собравшимся вокруг шкатулки дамам все надо было примерить, изучить, понять чего с каким платьем носить, и какие платья и драгоценности необходимо докупить для достижения полной вселенской гармонии между браслетиками и сережками. На консилиум были допущены даже оставшаяся сегодня без работы кухарка, и еще какая-то дородная тетка непонятного назначения. Ну и без Лииты конечно, дело не обошлось. Судя по некоторой вольности поведения, она тут умудрилась стать закадычной подружкой моей Неевии. Конечно — делая скидку на сословные различия, о которых, в отличии от меня, моя женушку никогда не забывает — это у нее как рефлекс.

Заодно и мужиков порадовал — Игииру вручил шпагу, доставшуюся мне в качестве трофея на предпоследнем абордаже. Лично того капитана протазаном пришиб, а он мне гад такой, едва этой самой своей тыкалкой классную удихскую кирасу не вскрыл. Ту самую, что я с пленного багатура снял. Каким-то чудом клинок соскользнул в сторону, оставив глубокую, и весьма впечатляющую царапину. Оу Дарээка потом эту шпагу смотрел, и даже языком зацокал, дескать — очень качественная вещь, чуть ли не родная сестра его знаменитой шпаги. Ну да я, до шпаг не большой любитель, мне огнестрел привычней, да и протазан, как-то солидней в руках смотрится, так что пусть родственничек порадуется, и не помнит былых обид. Я и для Рааста подарочек припас — удихскую саблю, или скорее ятаган. У нее сталь конечно чуток похуже чем у шпаги, но генерал вроде тоже хвалил, и даже купить у меня хотел, себе в коллекцию. Я конечно хотел сначала тупо подарить, подмазываясь к высокому начальству. Но потом, смотря как ладно огромный клинок сидит в руке этого великана, я сразу вспомнил про своего великана-ученика. Генералу пришлось отказать ради рядового. Но услышав слово "ученик", оу Дарээка кажется весьма проникся, и больше на покупку не намекал. Все-таки, отношения учитель-ученик, тут дело достаточно серьезное. Вон, и Игиир не стал возражать, что я Раасту подарки дарю, и даже его вместе с нами за один стол усадил, хоть и с самого краешка.

— А у меня для тебя тоже есть подарок. — Вдруг встрепенулась моя женушка, забыв про шкатулку с украшениями, при этом вся дамская компания состроили весьма загадочные рожицы на своих личиках.

Они, шушукаясь между собой, скрылись во внутренних покоях дома, а потом вынесли оттуда….

…вынесли……

…оттуда…..

…вынесли….

….Я сначала вообще не понял что ЭТО. А когда понял — едва себе коленки не отшиб отпавшей челюстью. Спасло меня только то, что от шока у меня полностью атрофировались все разговорные и мимические навыки, и прочитать всю гамму обуревающих меня чувств, не смог бы даже самый опытный физиономист.

…Моя камуфляжка!!! Последняя, и самая навороченная разработка армейских гениев обмундирования, с привлечением психологов и мастистых живописцев. По слухам, расположение и форма каждой точки на ней, было просчитано на одном из самых мощных компьютеров в стране. И все для того, чтобы сделать ее обладателя максимально незаметным для чужих глаз.

…………………………………………………………………………………………… нет слов!

Больше всего меня убили даже не длинные пышные кружевные манжеты и воротник, и не громадная саламандра, вышитая на груди. Вот она-то как раз мне и понравилась больше всего. Зверюга была вышита золотыми нитками и смотрелась как живая, и уж я не знаю, чем были вышиты языки пламени, но реально — мне показалось что нитки светились и подрагивали, как настоящее живое пламя…Но розовые рюшечки-фестончики, которыми были обшиты карманы и некоторые другие детали формы, вроде гульфика на штанах…, вот это меня подкосило окончательно. Вот это было…, это было…, я чувствовал себя как боксер, которому в момент нокаутирующего удара на голову еще и потолок обрушивается. На этом фоне, пуговицы из какого-то драгоценного камня, золотые шнурки, и даже бантики по бокам, уже смотрелись вполне органично и почти не вызывали отрицательных эмоций.

…Что я мог сказать?

…Нет, уж поверьте, я много бы чего мог сказать! И уж можете не сомневаться — соответствующие слова и выражения рвались из моей груди! Но глядя на сияющее личико своей женушки, я только и смог выдавить из себя — "Это…, это великолепно!".

— Иди! Примерь немедленно, а то я обижусь! — Капризно хмуря бровки, прощебетала она. Пытка продолжилась.

Я ушел в нашу спальню, и с омерзением держа свою форму двумя пальчиками, натянул ее на себя…М*да. Сразу меня не обрадовали, но ко всему этому еще прилагались и красные туфли с золотыми пряжками и широкополая шляпа с пышным пером. А еще там было прикреплено что-то спереди….

…Ноги меня больше не держали, и я сел на кровать, как кролик на удава глядя на собственную физиономию, глядящую на меня из глубин огромной розовой розетки.