Черный порох, казалось бы, самое простое решение, но я его не хочу. Что бы его производить, нужны сера, селитра и древесный уголь. Всё это можно найти, или в случае с древесным углем произвести. Но если у нас будет сера и селитра, то это значит что и серная с азотной кислотой у нас тоже будут.
А раз так, то логичнее сразу посмотреть на уровень выше и задуматься о нитроцеллюлозе, то есть о бездымном порохе.
Ведь что это такое, бездымный порох? Это одна из разновидностей нитроцеллюлозы. А для её производства нужна целлюлоза, серная и азотная кислота
Целлюлозу мы можем уже производить, благо ничего сложного там нет. Всего лишь сварить деревянную щепу в щелоке. Который производится из древесной же золы. Технология не то, что простая. Примитивная.
Парадоксально, но получение азотной кислоты уже налажено. В миссии Долорес я обнаружил несколько достаточно больших селитряниц. Испанцы тут делают селитру и используют её в качестве удобрений. Надо будет выяснить, какой светлой голове принадлежала эта идея и чем нибудь наградить этого человека.
Остается только решить вопрос с серной кислотой. Но я точно знаю, где её найти.
Во время моего последнего отпуска, закончившегося переносом сюда, я побывал в Калифорнии. Это был не первый визит в золотой штат, но именно этот я посвятил тому, что покатался по районам, ранее охваченным золотой лихорадкой. И на одной из экскурсий мне рассказали историю как в городке Сонома, нашли «золото», которое оказалось таким бесполезным для старателей, но бесценным для меня пиритом. Который ни что иное как серный колчедан. Это место не далеко, буквально день пути.
Конечно, никакого города там пока нет, но я точно знаю, что сейчас там должна быть стоянка одного из местных индейский племен.
Так что, если разобраться, у меня есть всё необходимое для получения не только бездымного пороха, но и взрывчатки на его основе, например баллистита.
Хорошие у меня всё-таки были преподаватели и в школе и военном училище, вложили в меня не только знания, но любовь к военной истории, в том числе к истории изобретения пороха. Без этого я бы ничего не мог сделать.
А так, надо дать определенные распоряжения моим замам, собрать команду и вперед, на поиски нужных мне минералов.
Но сначала, разговор с комендантом.
— Сеньор комендант, вы же фактически сейчас руководите местными, я имею в виду индейцев олони?
— Фактически да, почти все из живущих индейцев здесь, приняли святое крещение и подчиняются руководству миссии, которое во всем прислушивается ко мне. Правда, из-за болезней и голода их численность сокращается, но что я могу с этим поделать, — хотя бы кормить, испанский козел, у самого амбары от зерна лопаются, а индейцы пухнут с голоду.
— Ясно, у меня к вам деловое предложение.
— Какое же?
— Видите ли, я планирую здесь организовать производство очень большого количества разнообразных товаров. Для этого мне нужны люди которые будут на меня работать. Вот я и хочу, чтобы этими людьми стали индейцы.
— А своих вам не хватит?
— Боюсь что нет. Да и есть много того, что мои люди просто не смогут.
— Например?
— Мне нужна железная руда. Я не знаю есть ли тут она, но предполагаю что должна быть. Тут же есть болота, правильно?
— Да, как не быть. По берегам реки Сан Хоакин есть болота, — Почему Сан Хоакин? А что насчет реки Сакраменто? Ах, ну да, ее, наверное, еще не открыли. Видимо буду первооткрывателем.
— Вот и отлично. Там и надо искать железо. А как, мой человек объяснит.
— Какой именно?
— Барри, мой камердинер. Он работал с болотной рудой в Новой Англии и знает что к чему. Не думаю что здесь будет как-то по-другому.
— Объяснять бесполезно, лучше будет, если он сам отправится туда и посмотрит всё на месте.
— Можно и так. Почему нет. А насчёт голода и болезней, я готов платить вам за то, чтобы вы кормили как следует моих будущих работников. С болезнями я тоже справлюсь. Вы сами видели, как мы победили эпидемию кори.
— Да, это было очень эффективно.
— Вот видите, а оспу мы вообще задавим.
— Хорошо, вы меня уговорили. Сколько вы планируете платить?
Действительно козёл. Я буду покупать у него провизию для людей, которые подчиняются ему и эту самую провизию производят. Может ну его, устроить что ли тут военный переворот и объявить о независимости Калифорнии, тем более что я в любом случае планирую подмять тут всё под себя.
Хотя нет, рано пока. Чуть попозже, когда всё завертится и самое главное, когда меня местные полюбят. Пока же я для них никто.
Мы не стали откладывать дело в долгий ящик, комендант получил увесистый кошелёк с золотом, надеюсь, что теперь проблема голода среди местного населения будет стоять несколько менее остро. Вакцинация от оспы тоже ускорилась.
И действительно, индейское население Миссии Долорес стало питаться намного лучше, и кроме того резко повысился мой авторитет среди них. Настолько повысился, что когда среди них вспыхнула эпидемия кори олони беспрекословно выполняли все мои распоряжения касательно карантина и всего остального.
К концу сентября мы, наконец, достроили церковь имени святого Христофора, в которой начал служить духовник моей жены. Это очень повлияло на святых отцов из Миссии Долорес и они всё чаще стали обращаться напрямую ко мне, минуя коменданта. Ему это очевидно не нравилось, но поделать он ничего не мог.
Вообще ему не позавидуешь, сначала Резанов тут все под себя подмял и крутил им как хотел. Теперь вообще я с двумя сотнями солдат, обидно должно быть. Но мне его обиды до лампочки. Пусть спасибо скажет за деньги и молчит в тряпочку.
В начале октября из Новоархангельска вернулся Плетнев с еще одним грузом угля и первыми русскими переселенцами с Аляски. Это послужило знаком того, что пора мне уже отправлять экспедицию на восточный берег залива. Искать железо и место для будущего форта Росс.
Интерлюдия 2
— Приветствую тебя, Аахйя, вождь народа семинолов.
— Приветствую, Текумсе, вождь народа шауни. Зачем ты здесь?
— Красные мундиры воюют с синими. И нам нужно решать что делать дальше.
— Но ты и так союзник англичан, ты уже выбрал сторону.
— Этого мало, США слишком сильны. Англичане не победят, если на их стороне будут только племена великих озер.
После провокации устроенной Гамильтоном на Ямайке в британской колониальной администрации произошел раскол. С одной стороны там было достаточно здравомыслящих людей, которые понимали, что США не причастны к тем событиям и сейчас не время для попытки реванша за поражение двадцатилетней давности.
С другой стороны имелись и ястребы, призывавшие к немедленному объявлению войны, морским бомбардировкам американских городов и наступлению на Вашингтон.
В итоге сначала был принят компромиссный вариант и первого марта, одновременно с началом путешествия Гамильтона английские эскадры, базировавшиеся на Карибских островах и в Канаде вышли в море. Их целью было прекращение американского судоходства и установлению блокады над американскими портами.
При этом к блокаде побережья США смогла приступить только канадская эскадра из четырех фрегатов. Карибская же была начисто разгромлена возле Барбадоса неизвестными кораблями американцев.
В ответ на это четырнадцатого марта президент Джефферсон на заседании конгресса объявил что «топор английского дровосека снова занесен над древом американской свободы и надо приложить все усилия, чтобы не дать сторонникам диктатуры победить».
Уже через неделю, в сторону Йорка (Торонто), столицы британской провинции Верхняя Канада, выступил большой отряд из почти двух тысяч пехоты и тысячи драгунов под командованием вернувшегося на военную службу генерала Хамптона. Это были практически все наличные силы американцев на тот период. Предполагалось, что этот отряд сможет, выйдя из Нью-Йорка обойти озеро Онтарио с севера и выйти к Йорку.
Одновременно с этим американское правительство объявило экстраординарный сбор добровольцев в бывших тринадцати колониях и в недавно присоединенной территории Луизиана. В последней, формирование большого отряда было поручено губернатору, а теперь еще и генералу Уилкинсону, заочному врагу Александра Гамильтона.
Отряд генерала Хамптона был наголову разгромлен двадцатого апреля возле городка Кингстон. При этом американцы имели численное преимущество. Им противостояли всего около двух тысяч англичан под руководством полковника Айзека Брока. Но сказалось и лучшая подготовка английских солдат и то, что полковник Брок был лучшим военачальником, чем Хамптон.
Его полк, набранный еще в Англии, ударил точно в центр американских позиций и опрокинул стоящую там бригаду территориальной милиции. Ополченцы не выдержали и побежали. Спустя каких-то пятнадцать минут их примеру последовали и остальные американские части.
Во время боя и последовавшего за ним преследования, было убито почти полторы тысячи американцев, а тысяча взята в плен. В Нью-Йорк вернулось не более пяти сотен человек.
Больше боеспособных наличных сил у правительства США не было, оставалось ждать пока будут сформированы новые добровольные полки и бригады.
У британцев, впрочем, дела тоже были не сильно лучше. Отряд полковника Брока, названного «Спасителем Канады» хоть и разгромил американцев, но был потрепан и ему требовалось пополнение.
Таким образом, к первому мая противники не могли везти никаких наступательных действий и начали активные переговоры с индейцами, британцы с конфедерацией Текумсе, а американцы с «пятью цивилизованными племенами».
Британцы могли сказать, что у них всё получилось. Текумсе сходу принял их предложениие и его воины, коих поначалу было не очень много, всего около трех тысяч, принялись нападать на американских колонистов на территории Иллинойса и Мичигана. Не то чтобы этот индейский вождь был большим поклонником британской колониальной империи, вовсе нет, просто Текумсе справедливо считал британцев меньшим злом по сравнению с США.
А вот у американцев дело с коренными жителями континента не заладилось. У них был преданный сторонник среди индейцев, вождь племени чокто Пуштамаха, он выступал за всемерную поддержку Вашингтона. Но неожиданно для себя Пуштамаха обнаружил, что семинолы, а вслед за ними и крики с чероки заявили о своем нейтралитете.
Всё лето обе стороны судорожно наращивали свои силы, американцы довели численность армии до десяти тысяч, а англичане до пяти. Конгресс утвердил командующего армией, им стал вновь возобновивший службу генерал Халл и американцы уже собрались снова выступить на Йорк, но пришла шокирующая новость.
Текумсе взял Детройт. А вслед за ним и еще несколько фортов, что лишило противника контроля над западными озерами.
Наступление на Йорк пришлось отложить, и американцы выступили к Детройту. Это позволило полковнику Броку захватить форт Ниагара и Огденсбург, что существенно укрепило позиции англичан.
Детройт был передан англичанам, воины Текумсе отошли и рассеялись по окрестным лесам, а сам он отправился в во Флориду, к семинолам, верховный вождь которых в очень резкой манере отказал Пуштамахе.
— Значит, ты считаешь что англичане не победят американцев? — спросил Ахайя.
— Я в этом уверен, они более умелые воины, а их предводитель, полковник Брок, намного лучше руководит, чем все командиры американцев, но силы слишком не равны.
У англичан могут быть небольшие успехи, особенно с нашей помощью, но рано или поздно эта война закончится в пользу американцев.
— Ты думаешь, они захватят земли англичан?
— Нет, но и англичане не добьются успеха.
— Так в чем же дело?
— Это плохо для нас, американцы продолжат давить на племена возле озер, и нам придётся уйти со своей земли. А потом заставят и вас. Особенно после того как вы отказали Пуштамахе.
— Я понял, а теперь мне нужна тишина, чтобы подумать.
Ахайя молча смотрел на огонь через клубы дыма и думал, вернее вспоминал.
Именно это говорил ему Белый Дух: «настанет время и вас заставят уйти со своей земли, часть из вас уйдет на болота, а часть на северо-запад, где многие погибнут». Вот какие слова говорил отец его внука, прежде чем отправиться на запад.
Именно из-за этих слов Ахайя отказал Пуштамахе и не послал своих воинов на помощь синим мундирам. А теперь перед ним сидит этот воин с севера и говорит то же самое.
— Ты так уверен в своих воинах, что оставил их без вождя? — Ахайя решил сменить тему чтобы немного потянуть время и посмотреть на Текумсе.
— Да, и полковник Брок знает об этом. Мои воины без меня займутся и уже занимаются мелкими поселениями американцев, нигде, особо не задерживаясь и не подставляя себя под удары. Когда я вернусь, неважно с каким ответом, мы снова соберемся для битв с американцами.
— Понятно. Вот тебе мой ответ. Ты не первый, кто говорил мне об опасности которую несут американцы, если бы эти слова я услышал бы только от тебя, ни один мой воин не сдвинулся бы с места. Но тому человеку я верю, тем более, что я ему очень обязан. Поэтому я, Ахайя, говорю сейчас от лица всех семинолов. И мой ответ такой: я встану рядом с тобой Текумсе.
— Рад это слышать Ахайя, вождь семинолов. Сколько у тебя воинов?
— Под моей рукой десять сотен хорошо вооружённых воинов, — начал Ахайя. — Мы все вооружены ружьями и пистолетами. Еще двадцать сотен придут по моему зову в течении месяца.
Как только мои воины соберутся вместе, мы выступим на Новый Орлеан. Можешь возвратиться к своим озерам и передать этому Броку, что его враги не получат помощи с юга.
Вожди говорили еще несколько часов и уже прощаясь, Текумсе спросил кое-что.
— Ахайя, у тебя странное оружие. Я такого никогда не видел. Что не так с твоим ружьем?
— Ты и не мог видеть ничего подобного, Текумсе. Пойдем, я покажу.
Два вождя встали и направились за пределы деревни, Ахайя снял с плеча винтовку, зарядил ей и резко вскинув, выстрелил, затем он перезарядил и выстрелил еще раз, а потом еще.
— Поразительно! Как быстро и точно она стреляет! Откуда она у тебя? Ни у американцев, ни у англичан я не видел ничего подобного.
— А такого оружия и нет ни у кого. Его придумал отец моего внука. Этими ружьями и пистолетами вооружены только его и мои воины.
— И где же он сам?
— Отправился на больших кораблях на запад. Если наши боги и его белый Бог были к нему благосклонны, то он уже достиг цели своего путешествия. И именно он, Белый Дух, и говорил мне точно такие же слова. Поэтому я и присоединюсь к твоей войне.
— Белый Дух? Его имя звучит как имя шамана.
— Он и есть шаман. И воин, и лекарь. Когда начался великий мор, мой народ не пострадал, потому что Белый Дух научил нас как бороться с заразой. С двумя заразами, он называет их оспа и корь. Теперь они не страшны моему народу.
— И как же защититься от этих болезней?
— Я научу тебя, также как он научил меня.
На следующий день Текумсе покинул деревню Ахайи. Он получил поистине драгоценные дары. За плечом у вождя индейцев шауни висела винтовка Крнка, за пояс заткнуты сразу два пистолета, а один из воинов вел на веревке другой подарок, оспенного теленка. И еще неизвестно, что ценнее: союз между семинолами и шуани или этот теленок.
— Отец, ты уходишь? — Селия закончила кормить грудью младенца Александра и с тревогой смотрела на отца.
Поделиться книгой: