В прошлое мое посещение я осматривал товары только на первом этаже, хотя сразу обратил внимание на наличие второго этажа у здания магазина. Не так уж и много двухэтажных строений было в деревне огнепоклонников — таверна, этот магазин, дом Гильдии перевозчиков и все. Но тогда я не стал любопытствовать, что у них тут расположено, а у них, хитрецов, тут оказывается отдел Уникальных вещей расположен. Когда я вошел в него, глаза у меня разбежались в стороны гораздо сильнее, чем это было при посещении отдела с Редкими вещами.

О боги, какое же это искушение! Стоишь в центре комнаты, битком набитой такими замечательными вещами, и не знаешь, за что ухватиться первым. Это ощущение нельзя передать словами. Ты, и вокруг тебя море вкуснейших плюшек. Наверное, такое же ощущение испытывает мышь, попавшая на сырный завод. Смотрел я когда–то такой мультик. Там мышь так обожралась, что в конце концов лопнула. Я был готов повторить ее подвиг.

Я подошел к одной из полок с обувью и взял в руки кожаные сапоги, привлекшие мое внимание тем, что выбивались из общего, блистающего новизной, ряда несколько поношенным видом.

"Сапоги–скороходы. Класс: Уникальный. Вес: 30. Прочность: 500/500.

Свойства: скорость +1000%.

Требования: уровень 1.

Цена: золотой тал… ".

Как только мой взгляд дошел до цены, я сразу же резко поставил сапоги обратно на полку.

— И зачем ты меня сюда позвал, Алонсо? У меня нет денег, чтобы купить хотя бы одну из этих вещей.

— Эти вещи не продаются. Мы, огнепоклонники, можем дать их в качестве дара за оказанные нам услуги, за выполненные задания.

— Ни слова больше, Алонсо! — я выставил вперед руки в отрицательном жесте. Если он сейчас озвучит задание, у меня, наверняка, не будет сил от него отказаться. Лучше потом как–нибудь прыгну сюда, в деревню, и пройдусь по квестам. — Я ничем сейчас не могу помочь. У меня проблема с моим питомцем и пока я ее не решу, я не смогу взяться за выполнение каких–либо заданий.

— Я понимаю, — слегка поклонился мне торговец. Не все мне неписям кланяться. — Может, вы тогда согласитесь обменять своего тяглового ящера на какую–нибудь из понравившихся вам вещей? Например, вот на эти замечательные сапоги.

Ох, хитрец! Ох и хитрец. Заманил меня в магазин, подверг нешуточному соблазну, а теперь хочет за бесценок Ршана у меня выманить.

Уникальные вещи, как, впрочем и Редкие, и Легендарные, сильно разнились по цене, но все игроки знали примерные цифры, на которые необходимо было ориентироваться при торге. По общему мнению, подкрепленному тысячами сделок, цена Редких вещей крутилась вокруг десяти тысяч золотых талеров и отталкиваться следовало от этой цифры. Вверх или вниз. Разумеется, вещи для игроков более высоких уровней стоили дороже, чем те же вещи для младших уровней, но общий для всех ориентир при оценке Редких вещей был десять тысяч золотых. Уникальные вещи стоили около ста тысяч золотых монет, и цена колебалось вокруг этой цифры. Ну а Легендарные вещи уже плясали вокруг цифры в миллион золотых талеров.

Для Эпических вещей ориентира не было в принципе. Такие вещи и не выставлялись практически никогда на аукцион. А если и выставлялись, то там уже все зависело от аппетита и возможностей желающего их приобрести. Всегда находились те, кто имел и достаточный аппетит, и достаточные возможности, чтобы купить предметы Эпического класса.

— Алонсо! Вы заставляете меня краснеть! Вы же прекрасно знаете, что цена ящера никак не может составлять меньше четырехсот пятидесяти тысяч золотых талеров!

Алонсо поперхнулся.

Ничего. Он ко мне "Восхищение" испытывает, грех этим не воспользоваться. Правда репутация этого уровня поднимает цену всего на десять процентов, но и Ршан стоит куда больше тех трехсот золотых талеров, о которых говорил мне его хозяин. Если Ршан смог за год отбить триста золотых, то и стоить он должен… эмм… много стоить должен, короче. Миллион! Наверное. Или полмиллиона. Игроки, выбравшие профессию животновода знают, сколько стоит тягловый ящер. Надо будет как–нибудь поинтересоваться у них стоимостью Ршана.

— Ну как вы такое можете говорить? — возмутился Алонсо. — Таких цен не бывает! Тягловые ящеры этой породы ну никак не могут стоить дороже трехсот пятидесяти тысяч золотых.

— Четыреста двадцать пять и только потому, что ты мне нравишься, Алонсо!

А не буду я брать уникальные вещи. Возьму деньгами. Мне еще Дорину кредит отдавать и Алхимика поднимать до Грандмастера — рецепт то изучить надо! Не таскать же его с собой в рюкзаке постоянно! Любой вор его украсть может. Или при смерти он выпадет и плакала тогда моя награда за квест первосвященника.

Опущусь до четырехсот тысяч и все. Этих денег как раз хватит и кредит закрыть и Грандмастера прокачать. Ни копейки не уступлю ниже этой суммы.

— Вы мне тоже очень нравитесь, господин Эвери! Я просто в восхищении от вас! И поэтому, готов уступить вам триста семьдесят пять тысяч золотых талеров в обмен на старого ящера. А заодно, так уж и быть, избавить вас и от хлопот с фургоном.

— Алонсо! Какой же он старый? Ты бы видел, как он на самочек смотрит! Как у него при этом бурлит кровь! Четыреста тысяч золотых и я отдаю тебе Ршана вместе с фургоном! И ни медяком меньше, Алонсо! Решай, а то мне пора на Кенол возвращаться. Сейчас к пилигримам пойду и продам им Ршана. Они его сразу купят!

— Ох, господин Эвери! Вы и мертвого уговорите! Такое красноречие! Такое умение торговаться, — сказал Алонсо, тщетно пытаясь спрятать довольную улыбку. — Так и быть, разорюсь на четыреста тысяч талеров, уж очень мне хочется приятное вам сделать. Беру этого старого ящера и фургон, лишь бы избавить вас от хлопот с ними.

Вот, шельмец! Надурил где–то меня! Надо будет все–таки поинтересоваться у оленеводов… Тьху! У животноводов стоимостью тягловых ящеров.

А сапоги замечательные! 1000% скорости! В пять раз больше, чем у золотистого грифона. С такой скоростью можно за месяц оббегать весь Кенол, все его уголки исследовать, все локации на карту нанести, все инстансы обнаружить. Ну пусть не за месяц, пусть за полгода. Пусть и не весь Кенол, а половину или меньше. А потом за бешеные деньги продавать карту всем желающим. Топ–кланы с руками и ногами оторвут. И головой. Первый же клан голову оторвет и не даст больше продавать карту кому бы то ни было еще. Приставит парочку хаев и будут они вслед за тобой ходить всюду, сделки срывать. Или загонят на точку возрождения и будут там держать месяцами. Бывали подобные случаи.

Получив деньги от Алонсо и бросив последний взгляд на сапоги–скороходы, я прямо в магазине активировал камень возврата и через минуту стоял уже в комнате гостиницы в Верхнем Вавилоне. Вокруг меня валялись кучами и стояли стройными рядами десятки разной величины банок и пузырьков с эликсирами.

— Прив, план такой! Сначала освобождаем комнату от эликов, относим их на алтарь Анабет. По дороге назад забегаем в банк и гасим кредит, — я говорил, забрасывая эликсиры в рюкзак. С моей нынешней грузоподъемностью мне будет достаточно пяти ходок, чтобы полностью очистить комнату от пузырей и банок. — Затем заходим в Гильдию алхимиков и на аукцион и закупаемся новыми рецептами и ингредиентами. Добиваем профу до Гранда и идем в библиотеку узнавать места, где проходили битвы той войны, где ты погиб. Как тебе мой план?

— Грандиозно!

Оживает Прив. На глазах оживает!

Забив полностью рюкзак, я потащился к Храму Анабет. В Нижнем Вавилоне как всегда было шумно, весело и людно, а на его огромном кладбище — печально, тоскливо и пустынно. Храмы нескольким богам сиротливо стояли в разных концах кладбища, всеми позабытые и немного заброшенно выглядевшие. Единственный, кто нам с Привом повстречался на кладбище, был молчаливый НПС 120–го уровня, крепкого еще вида зомби, несший нерадостную вахту кладбищенского сторожа.

Вывалив на алтарь банки с эликсирами я постоял пару минут, дожидаясь системки о повышении уровня репутации с богиней, и, не дождавшись, развернулся и вышел из храма.

Проходя на обратном пути мимо кладбищенского сторожа, я на ходу бросил ему золотую монету достоинством в десять талеров и попросил хотя бы немного привести в порядок храм Анабет, а заодно и другие храмы богов из пантеона Смерти. Уж очень позабытыми они выглядели.

На удивление, неповоротливый на вид зомби очень ловко на лету поймал монетку, молнией метнувшись на ее блеск. Вот что золото с человеком делает! Пусть даже и бывшим — этот зомби–то человеком когда–то был, не каким–нибудь эльфом.

"Ваша репутация среди представителей фракции Смерти улучшилась".

Хм… Вот так нежданно–негаданно и получил маленькую, но приятную плюшку. Напевая про себя песенку "зомби гибнут за металл", я не спеша направился в гостиницу. Найм комнаты заканчивался только завтра, времени до этого срока у меня было полно, можно было не торопясь прогуляться по городу, наслаждаясь его сутолокой и обилием жителей.

Перед банком "Гимлин, Филин и Орли" я остановился, залез в свои настройки и открыл информацию о репутации с огнепоклонниками и надетых на мне вещах, а потом пнув ногой дверь, вошел в банк.

— Привет, Дорин! Соскучился? — Я плюхнул на стол перед ним мешок с сотней тысяч золотых талеров, сверху бросил небольшой полупустой кожаный мешочек. — Здесь кредит и проценты.

Я подбросил вверх золотой талер и, поймав его, припечатал к столу прямо перед Дорином.

— А это за досрочный возврат кредита!

И, довольный произведенным эффектом, победно посмотрел на гнома.

Тот, щурясь, внимательно оглядел всего меня. Я даже специально повернулся кругом, чтобы он лучше смог оценить мой новый прикид. Посох я стыдливо старался убрать с его глаз.

Гном только поцокал языком. Взял со стола деньги и отнес их в шкаф, стоявший в углу комнаты, вернулся за стол, неторопливо открыл свой гросбух и быстро сделал там какую–то запись. Потом посмотрел на меня и сказал:

— Два дня. Тебя не было целых два дня и я уже начал волноваться, — он укоризненно покачал головой. — Но в целом, традицию ты не нарушаешь. Твой лимит теперь составляет один миллион золотых талеров.

Гном полез куда–то в ящик стола, достал оттуда очки, зачем–то одел их на нос и посмотрел на меня поверх них.

Я слегка удивился. Раньше мне доводилось встречать неписей в очках, в основном это были какие–нибудь ученые или архивариусы в пыльных библиотеках. Гномов в очках я раньше не видел.

— Но имей в виду, — важно сказал гном. — Завтра меня не будет. В горы еду. К семье.

Гном мечтательно закатил глаза. Улыбнулся.

— По пещерам соскучился. Давно не держал кирку в руках, давно не стучал по породе. Да и по горну соскучился, по наковальне.

Он убрал улыбку с лица, снял с носа очки и бросил их обратно в ящик стола. Посмотрел на меня и с серьезным тоном сказал:

— Так что ты за кредитом завтра не приходи, Эвери. Послезавтра приходи.

Я пожал плечами, залез в настройки и закрыл в инфе все, что открыл чуть ранее. Покрасовался немного и хватит.

— А я не собираюсь брать больше кредит. С такими грабительскими ставками я как–нибудь и без кредита проживу.

Гном ухватился руками за живот и захохотал.

— Расскажи это кому–нибудь другому, Эвери! — сквозь смех прокричал он и опять зашелся в приступе дичайшего хохота.

Я опять пожал плечами, развернулся и направился к выходу. У меня была еще куча дел. Надо элики Анабет отнести, надо Гранда прокачать, надо к архивариусам зайти.

А глупый гном пусть смеется. Смех, он полезен. Смех, он продлевает жизнь.

Здание аукциона располагалось напротив банка, через площадь. Чтобы не делать лишние круги, я решил зайти на аукцион и сразу купить часть ингредиентов для эликсиров уровня Эксперта. Своих рецептов у меня пока не было, их еще только предстояло купить в Гильдии алхимиков — без изученных рецептов я создавать эликсиры не смогу. Но я и без этого знал про некоторые компоненты, которые мне понадобятся для прокачки профессии до уровня Мастера. На форуме вычитал. Сейчас прикуплю ингредиентов, а рецепты потом изучу.

По привычке я начал с беглого просмотра выставленных на аукцион лотов по ряду самых интересных для меня позиций.

Через секунду я пулей вылетел из здания.

Дорин, наверное, умрет от смеха. Лопнет.

Надеюсь, Морана не будет с ним строга в его посмертии.

— Дорин! — завопил я, как только ворвался в его кабинет. — Мой кредит! Срочно! Всю сумму!

Надо отдать должное гному — он не стал мешкать, мухой метнулся к шкафу, стоявшему в углу комнаты, вытащил из него кожаный мешок размером в два раза больше, чем тот, который пару минут назад отдал ему я, и плюхнул его на стол.

— Миллион, — сказал Дорин и приглашающе указал на котомку с деньгами обеими руками, держа их ладонями кверху.

Не успел он открыть рот, чтобы добавить еще что–то, как я схватил мешок и выскочил из комнаты. Мне в след неслись крики гнома:

— На год! Под сто процентов!

— Согласен! — проорал я и выбежал на улицу. Несколько секунд, и я в здании аукциона.

Быстро нахожу лоты и радостно вздыхаю. Успел!

Гномы опять выставили на аукцион кристаллический порошок. Целых пятьдесят унций! По выкупной цене в двадцать тысяч золотых талеров за унцию. Как раз на один миллион золотых талеров. Такую возможность упускать было никак нельзя.

Правильно говорят — если началась белая полоса, то она будет продолжаться. Долго или не долго — второй вопрос. Меня, по крайней мере, эта полоса не покидала весь день.

После пятой ходки в Храм Анабет, когда я вывалил на ее алтарь последнюю партию из сделанных ранее эликсиров, богиня наконец–то обратила на меня внимание:

"Вы принесли дары Богине сновидений Анабет из Пантеона Смерти.

Отношения Богини к Вам улучшилось.

Текущая репутация: "Благосклонность".

Богиня с благосклонностью смотрит на Вас. Сила магии: +20%".

Теперь из запланированных в Вавилоне дел осталось только поднять профессию Алхимика до уровня Грандмастера, посетить городскую библиотеку и переговорить с архивариусами.

Разговор с архивариусами вряд ли займет много времени, а вот на дальнейшее прокачивание профессии мне понадобится несколько часов — эликсиры уровней Эксперта и Мастера состояли из большего числа компонентов и требовали больше времени на их приготовление.

По пути из Храма к выходу на поверхность я проходил мимо Квартала красных фонарей и немного попридержал шаг, раздумывая, а не заскочить ли мне туда и не проверить ли в очередной раз работу кокона, но, поразмышляв пару минут, решил, что пока у меня длится белая полоса, надо "ковать железо, пока горячо" и не отвлекаться на посторонние вещи.

В Гильдии алхимиков я сразу же скупил все имеющиеся там рецепты уровня Эксперта и тут же, на месте, их изучил. Заняло это у меня не больше получаса, зато теперь не было необходимости часть места в рюкзаке отдавать под свитки с рецептами.

Загрузив половину рюкзака в Гильдии алхимиков склянками для будущих эликсиров, я заскочил на аукцион и заполнил вторую половину рюкзака различными необходимыми мне ингредиентами. Заодно глянул, не появились ли еще выставленные гномами лоты с кристаллической пылью. Лоты не появились. Наверное, моего миллиона вполне хватило гномам, чтобы залатать незапланированную и неожиданную дыру в бюджете. Может дочка подгорного короля захотела пару булавок прикупить, а лишних денег в казне не оказалось — все на год вперед расписано. Вот и пришлось им срочно выбрасывать горсточку порошка на рынок. Очень жаль, что одна из важных составляющих экономики зависит от прихоти гномов.

Заперевшись у себя в комнате я, как и раньше, разместился на полу. Комнату я взял самую дешевую и поэтому стола в ней не было, одна только кровать и вешалка возле входной двери. Но мне это не мешало — разложив с одной стороны от себя склянки, а с другой ингредиенты, я приступил к созданию эликсиров.

Через два часа от аккуратно разложенных на полу склянок и ингредиентов ничего не осталось.

"Ваше мастерство Алхимика повысилось.

Текущий статус: Мастер.

Теперь вы можете создавать более сложные эликсиры и зелья.

Вы получаете награду (бонус):

Ваша основная характеристика "Интеллект" увеличена. Интеллект: +20".

Я закрыл системку, а заодно и выпавшее вслед за нею другое сообщение — об очередном бонусе за очередные пятьдесят единиц "Интеллекта". Подумал немного, и совсем отключил появление уведомлений о бонусах. Понадобится — открою архив и посмотрю. А так, ни к чему системкам отвлекать меня.

Передо мной высилась большая куча готовых эликсиров. Покопавшись в ней, я нашел пару нужных мне флаконов. В таком параметре, как "Ловкость", у меня не было никакой необходимости и прокачивать эту основную характеристику я не планировал, но если можно ее увеличить без особых затрат, то почему бы и не сделать этого? У меня в руках были два эликсира, оранжевый и красный, навсегда увеличивающие показатель "Ловкости" — один на единичку, а другой на три единички. На уровне Мастера я уже могу создавать белые эликсиры, увеличивающие основные характеристики на пять единиц. Осталось только купить и изучить рецепты для этого уровня. Эликсиры, увеличивающие "Силу", "Выносливость", "Интеллект" и "Мудрость", я уже использовал, осталось только "Ловкость".

Выпив, один за другим, оранжевый и красный эликсиры, я загрузил рюкзак остальными эликами, уменьшив кучу на треть, и оттащил его на алтарь Анабет. Времени на путь до храма и обратно у меня уходило больше, чем непосредственно на само изготовление эликсиров, но я смирился с этим. Небольшие аукционы есть и в городах–столицах фракций, и я мог вполне спокойно создавать эликсиры и прокачивать профессию в том же Некрополисе, где Храм Анабет размещался буквально в двух шагах от аукциона. Но рецепты сложных эликсиров уровня Эксперта и Мастера требовали редко встречающихся ингредиентов, которые Травники, Рыбаки и Земледелы, добывающие или выращивающие их, предпочитали выкладывать на аукцион в Верхнем Вавилоне, ибо цена там на эти предметы была выше. Поэтому я решил не рисковать и не кусать себе потом локти в случае, если мне не хватит каких–либо компонентов для создания зелий в Некрополисе или другом городе фракции Смерти, а спокойно добить профессию до уровня Грандмастера в Вавилоне.

После того, как я оттащил второй рюкзак с эликами на алтарь Богини, она удостоила меня своей симпатии.

"Вы принесли дары Богине сновидений Анабет из Пантеона Смерти.

Отношения Богини к Вам улучшилось.

Текущая репутация: "Симпатия".

Богиня с симпатией смотрит на Вас. Сила магии: +40%".

Третий рюкзак новой партии эликсиров уровень репутации не изменил, но я на это и не рассчитывал. Мне предстоял последний рывок до достижения высшего уровня в профессии и несмотря на то, что мне уже порядком надоело мотаться туда–сюда между кладбищем в Нижнем Вавилоне, Гильдией алхимиков, аукционом и комнатой в гостинице, я решил стойко перенести эти лишения, тяготы и невзгоды, как самый настоящий стойкий оловянный солдатик.

Тяжело в учении — легко в бою. Помучаюсь немного сейчас, зато потом мой "Интеллект" поднимется, дополнительная мана появится, сила заклинаний повысится. Это стоит моих теперешних мучений.

Для достижения последнего, высшего, уровня мастерства в профессии мне потребовалось более двух часов. Одним из первых эликсиров, сделанных мною, как Мастером Алхимии, был Белый эликсир ловкости. С учетом предыдущих эликсиров моя ловкость поднялась на девять единиц и сейчас составляла уже 15 единиц. Мелочь, конечно, но все–таки, это уже не те слезы, что были раньше и на которые больно было смотреть.