— Лично мне необходимо сначала достаточно набраться, — добродушно объяснил детектив, открывая бутылку, — прежде чем по-настоящему взяться за дело.

— Следовательно, лично вы полагаете, что девушка не причастна к убийству? — спросил Пейнтер, нервно потирая подбородок.

— Когда вы вырастете настолько, что сообразите сбрить ваши дурацкие усы, — проворчал Шейн, — то, может быть, поймете, что в нашем деле на голом теоретизировании далеко не уедешь.

— Я явился сюда не для того, чтобы выслушивать оскорбления, — взвизгнул Питер Пейнтер, вскакивая на ноги.

— В самом деле? Тогда какого черта вы вообще явились сюда? — пробасил Шейн, воздымаясь во весь рост над невзрачной фигуркой полицейского.

— Чтобы дать вам шанс снять с себя подозрение, — рявкнул Пейнтер.

Шейн наполнил два бокала и сделал приглашающий жест своему оппоненту.

— Ох, черт возьми, опять забыл, что вы при исполнении, — вздохнул он, когда тот с негодованием отказался.

— Вам удалось найти орудие убийства? — спросил Шейн равнодушно.

Пейнтер бросил через плечо недовольный взгляд в сторону детектива.

— У меня есть подозрение, что вы больше, чем кто-либо, знаете, где находится это оружие.

— Вы льстите мне, — осклабился Шейн. — Черт возьми! Неужели вам до сих пор не известно, что я ни на минуту не оставался в одиночестве в доме Брайтонов?

— Я знаю вашу репутацию, Шейн, — объявил Пейнтер, поворачиваясь к детективу. — Держитесь подальше от моего района, иначе твердо обещаю вам, что брошу вас за решетку и сделаю все от меня зависящее, чтобы вы застряли там подольше.

— Но пока вы еще на моей территории, — грозно объявил Шейн, вскакивая на ноги. Сжав кулаки, он гневно взглянул на Пейнтера и медленно направился вокруг стола в его сторону.

— Только не это, Майкл, — воскликнул Уилл Джентри, грузно подымаясь со своего кресла и становясь между противниками. Выбросив вперед руку, он толкнул рыжеголового детектива в сторону его кресла.

— С вами же мы поговорим позднее, у меня в кабинете, — объявил он, обращаясь к Пейнтеру. — А теперь выметайтесь отсюда, Бога ради!

— Чертов недомерок, — прорычал Шейн, — я сверну тебе шею.

Оттолкнув Джентри, он, тяжело дыша, двинулся в сторону полицейского.

Пейнтер успел увернуться и захлопнул дверь перед носом разгневанного детектива.

— Ты перебарщиваешь, Майкл, — кисло заметил Джентри, когда Шейн вернулся на свое место.

— С чего ты взял? — детектив плеснул себе в бокал немного коньяку, поднял сосуд, затем неуверенно потряс головой и вылил содержимое бокала обратно в бутылку, пролив несколько капель на стол.

— Маленький рост еще ни о чем не говорит, Майкл. Он ловкий малый.

— Из этого еще не следует, что ему позволено обращаться со мной таким образом, не рискуя при этом нарваться на оплеуху.

Шейн плюхнулся в кресло, которое незадолго перед этим занимал Пейнтер, и закурил сигарету.

— Я предупреждал его, чтобы он держал себя в руках, — проворчал Уилл Джентри. — Прости меня Господи, но тебе бы следовало знать, что это за птица. Большой город накладывает на людей свой отпечаток.

— В данный момент он уже не просто парень из большого города, — возразил Шейн. — Он шеф детективного бюро Майами-Бич.

Джентри скривил физиономию, но не возразил ни слова.

— Какого черта он притащился сюда? — продолжал Шейн. — Откуда мне знать, куда подалась эта ловкая девица?

— Она же не могла провалиться сквозь землю, Майкл, — примирительно напомнил Джентри, потягивая коньяк.

— Черт побери, кто спорит? Это ее дело, не мое.

— В самом деле, Майкл? — лениво поинтересовался Джентри, испытующе глядя на своего приятеля.

— Прежде всего это дело Пейнтера, Уилл, — возразил Шейн, широко улыбаясь. — Вот пусть он и ищет свою красотку.

— Знаю. Лично я просто хотел немного облегчить твою ношу, Майкл. Повторяю, Пейнтер ловкий малый и не успокоится, пока не добьется своего.

— Спасибо, Уилл, — коротко сказал Шейн. — Я постараюсь сам позаботиться о себе.

— О'кей, — Джентри осушил свой бокал и развел руками. — Во всяком случае, я не собираюсь осложнять тебе жизнь.

— Конечно нет, — бесстрастно согласился Шейн.

— Я знаю, ты крутой малый, Майкл, — задумчиво произнес Джентри. — Но на твоем месте я бы поостерегся загонять Пейнтера в угол.

— Да брось ты, — Шейн пододвинул бутылку в направлении приятеля. Быстрая грустная улыбка на мгновение осветила лицо детектива. — Выпей и забудь обо всем.

— Спасибо, мне, пожалуй, хватит, — Джентри отрицательно покачал головой. — Да и Пейнтер ждет меня.

— Что тебя связывает с этим типом? — резко спросил Майкл.

— Ну… он не так давно в наших краях, Майкл. Пару месяцев, не больше. Конечно, я знаю его не очень хорошо, но, на мой взгляд, с ним можно иметь дело. Горячая голова, немного задира, излишне доверяет своей интуиции… Это еще не смертные грехи, Майкл.

— Посоветуй ему поменьше доверять своей интуиции, когда дело касается меня. — Шейн раздраженно швырнул окурок сигареты в пепельницу.

Джентри встал.

— Ты сам знаешь, что тебе делать, Майкл, — сказал он. — Но не забудь, что я предупредил тебя. Для Пейнтера это дело принципа. Или он с ходу решает дело Брайтонов или же…

— Господи Боже мой, — простонал Шейн, в свою очередь подымаясь со стула. — Послушать вас — так это я перерезал горло миссис Брайтон. Ну при чем здесь я?

— Меня-то там не было, — напомнил ему Джентри. — Мое участие в этом деле ограничивается тем, что я пришел к тебе с Пейнтером, когда тот выразил желание отправиться сюда.

— Педике должен был рассказать ему обо всем, — огрызнулся Шейн. — Моя миссия закончилась, когда мы вошли в спальню и нашли старую леди мертвой. С чего ему пришло в голову, что я могу быть причастен к изчезновению девушки?

— Пока Пейнтер бродит по кругу, но и ему надо с чего-то начинать, — примирительно заметил Джентри, двигаясь в сторону двери.

— Понятно, — усмехнулся Шейн. — Ох уж эти мне детективы-любители! Сталкиваются с серьезным делом и полагают, что могут разрешить его, полагаясь лишь на свою интуицию. Можешь передать своему придурку, — продолжал он, распахивая перед Джентри дверь, — что если я захочу спрятать от него девчонку, я проделаю это хотя бы для того, чтобы утереть ему его длинный нос.

— Я думаю, что он и сам уже догадался об этом, — спокойно отозвался Джентри.

Он ненадолго задержался в коридоре, задумчиво теребя в руках шляпу.

— Ну что ж… доброй ночи, Майкл.

Шейн в свою очередь пожелал приятелю доброй ночи и, стоя на пороге, наблюдал, как шеф полиции Майами медленно перешел холл в направлении лифта. Вернувшись в комнату, он несколько мгновений оставался у двери, настороженно прислушиваясь.

Он подошел к двери спальни и осторожно приоткрыл ее. Только теперь слабый звук размеренного дыхания спящей девушки долетел до него. Шейн вошел внутрь и остановился у постели. При тусклом свете ночника он мог разглядеть Филлис, лежащую на левом боку, повернув голову к стене. Ее левая рука обхватывала подушку, на которой покоилась ее щека. Ему показалось, что она спала. На всякий случай он негромко позвал ее. Она не шелохнулась. Приспущенное одеяло позволяло видеть обнаженное плечо.

— Все в порядке. Они ушли, — прошептал детектив, наклоняясь ниже.

Она по-прежнему никак не реагировала на его слова.

Шейн выпрямился и недоуменно покачал головой.

— Что за черт, — негромко проворчал он, направляясь к двери. На пороге он остановился и еще пару минут наблюдал за спящей девушкой. Если она не спала, а только притворялась спящей, ей это явно удалось.

— Что за черт, — повторил он, плотно прикрывая за собой дверь. Вернувшись к столу, он выдвинул ящик и бросил угрюмый взгляд на кухонный нож, завернутый в легкий пеньюар.

Шейн опустил руку в карман пижамы и извлек из него автоматический пистолет 25-го калибра. Опустив оружие в ящик на уже находившиеся там предметы, он осторожно закрыл его. Затем он отнес на кухню пустую бутылку и грязные бокалы из-под коньяка. Раскрыл окно. Ночь обещала быть душной, и следовало позаботиться хотя бы о минимуме комфорта. После этого он направился к ванне и открыл второе окно, оставляя дверь открытой для лучшей вентиляции. Вернувшись в гостиную, он прилег на софу. Несмотря на свою профессию, Майкл Шейн любил домашний уют. Годы, проведенные в скитаниях по отелям, научили его ценить собственное представление о комфорте. Пододвинув к софе стул, он положил на него пепельницу, спичку и пачку сигарет и выключил свет. Лежа под простыней и с удовольствием затягиваясь свежей сигаретой, он продолжал думать о девушке, спавшей сейчас в его комнате.

5

Было довольно рано, когда Шейн открыл глаза. Потянувшись, детектив присел на софе и привычно вытянул длинную руку в поисках сигарет. Закурив, он глубоко затянулся и меланхолично проводил взглядом облачко серо-голубого дыма, медленно поднимавшегося к потолку. Когда с сигаретой было покончено, он отбросил простыню и опустил ноги на пол. Небрежно пригладив пятерней рыжую шевелюру, он устремил задумчивый взгляд на запертую дверь спальни. Нащупав шлепанцы, он просунул в них ступни, натянул пижаму и, подойдя к закрытой двери, осторожно повернул ручку. Филлис Брайтон все еще лежала в его постели и мирно спала. Стараясь не производить лишнего шума, детектив собрал необходимую одежду и вышел из комнаты, ухитрившись не разбудить девушку. Прикрыв за собой дверь, он прошел в ванную, побрился и, вернувшись в гостиную, завершил свой туалет.

Его последующие действия были любопытной комбинацией старомодной приверженности к домашнему уюту и профессиональной предприимчивости. Шейн уже давно научился вести домашнее хозяйство, уделяя ему минимум необходимого времени. Войдя на кухню, он включил электрическую плиту, налил в кофейник шесть чашек воды, положил четыре куска хлеба в тостер и извлек из холодильника несколько свиных колбасок. Вся эта операция заняла у него менее трех минут.

Вернувшись в гостиную, он швырнул пижаму и шлепанцы на матрац и скатал его в аккуратный рулон. Сложив софу, он убрал со стула спички и сигареты, перенес пепельницу на стол. Ничто больше в комнате не указывало на то, что ее хозяин провел ночь не в своей постели. Шейн внимательно осмотрел помещение, желая быть твердо уверенным, что даже проницательные глаза Пейнтера не найдут здесь ничего противоречащего задуманному им сценарию. Затем, с еще большей осторожностью, он выдвинул ящик стола, перенес окровавленный кухонный нож и пеньюар на кухню и положил их в мойку. После чего перевернул колбаски и тосты. С тем же бесстрастным выражением лица Шейн взял в руки покрытый пятнами крови нож и тщательно вымыл его в раковине. Тщательно вытерев нож полотенцем, он сунул его в ящик кухонного стола рядом с собственными кухонными принадлежностями. После этого он наполнил мойку холодной водой и замочил окровавленный пеньюар.

Колбаски были почти готовы, да и тосты успели поджариться, по крайней мере с одной стороны. Позаботившись о них, он отмерил семь чайных ложек гранулированного кофе и засыпал их в кофеварку. Его манеры оставались неизменными, вне зависимости от того, имел ли он дело с продуктами из своего холодильника или ножом, которым совсем недавно было совершено злодейское убийство. Вода все еще не закипала, и Шейн воспользовался свободной минутой, чтобы прополоскать пеньюар, продолжая наблюдать за струей пара, подымавшегося из чайника. Шейну нравился процесс приготовления завтрака. Когда чайник наконец закипел, он залил кофеварку, выключил плиту, в последний раз перевернул колбаски и намазал тосты маслом. В заключение он еще раз обработал пеньюар стиральным порошком и прополоскал его под струей воды. Выжав и встряхнув легкую ткань, он с удовольствием отметил, что пятна крови полностью исчезли. Открыв духовку, детектив прилежно разложил пеньюар на противне и закрыл дверцу, предоставляя горячему воздуху завершить остальное. Цинично ухмыльнувшись, Шейн позволил себе несколько мгновений поразмышлять о том, насколько удобно совмещать приготовление завтрака с процессом уничтожения опасных улик.

Негромко насвистывая, детектив снял с полки деревянный поднос, разложил подрумянившиеся колбаски на две тарелки, достал чашки, блюдца, ложки, проделал две дырочки в коробке с молоком, поставил ее рядом с сахарницей и под конец, поместив блюдце с тостами на одну сторону подноса и кипящую кофеварку на другую, направился в гостиную.

Здесь он водрузил нагруженный снедью поднос на стол, сдвинув в сторону бутылку коньяка. Учитывая то обстоятельство, что час был все-таки ранний, он извлек из бара начатую бутылку шерри и украсил ею вкупе с двумя чистыми бокалами только что сервированный стол. Затем он подошел к двери в спальню и решительно постучал.

Филлис Брайтон вскрикнула от неожиданности и уселась на кровати, недоуменно разглядывая детектива.

— Доброе утро, — произнес Шейн и, подойдя к стенному шкафу, вынул из него фланелевый халат и перебросил его девушке.

— Одевайтесь теплее и идемте завтракать. Утром у меня довольно прохладно.

Спустя несколько минут дверь спальни приоткрылась и девушка робко вошла в гостиную. Халат Шейна оказался слишком велик для нее, и, чтобы хоть как-то выйти из положения, ей пришлось туже перепоясаться и закатать рукава, обнажив белые, красивой формы руки.

Шейн поднял брови и одобряюще улыбнулся гостье.

— В этом обмундировании вам при всем желании не дашь больше четырнадцати. Что скажете относительно глотка шерри?

— Спасибо, нет, — она героически улыбнулась и покачала головой. — Во всяком случае не до завтрака.

— Шерри следовало бы давно присвоить ранг национального напитка, который рекомендуется употреблять непосредственно перед завтраком, — пошутил Шейн, наполняя и опрокидывая стаканчик. — Да вы садитесь, — предложил он, пододвигая стул поближе к столу и стараясь не смотреть в сторону девушки.

Шейн ловко переложил приготовленные яства на стол, небрежно бросил поднос на пол и наполнил чашки крепким, ароматным кофе. Усевшись напротив гостьи, он принялся за еду. Опустив глаза, Филлис молча последовала его примеру.

— Когда же вы заснули вчера вечером? — Майкл Шейн сноровисто подцепил вилкой аппетитно поджаренную колбаску и отправил ее в рот.

— Я… я не знаю, — произнесла девушка неуверенно. Она бросила на своего визави тревожный взгляд, но, похоже, весь интерес последнего был прикован к чашечке кофе, которую он задумчиво держал в своей руке. — Весь вчерашний вечер был настолько похож на сон, — произнесла она, запинаясь, — что мне до сих пор трудно судить, что было явью, а что существовало лишь в моем воображении.

Все с тем же рассеянным видом детектив сочувственно кивнул головой.

— Ешьте побыстрее свой завтрак, — посоветовал он.

Филлис поправила спустившиеся рукава и протянула руку к сахарнице.

— Вы слышали, что наши бравые служители закона говорили в ваш адрес? — спросил детектив все в том же тоне, любезно пододвигая сахарницу поближе.

— Частично, — пояснила она, вздрогнув и просыпав часть песка на стол. — Кто они такие?

— Детективы из Майами и Майами-Бич.

— О… — только и произнесла она, нервно помешивая кофе.

— Нам еще повезло, что вы не храпели во сне.

Все ее тело невольно напряглось.

— Они не догадались, что я была здесь?

— Черт побери, конечно нет. — Несколько мгновений Шейн с очевидным удивлением изучал лицо своей собеседницы. — Если бы это произошло, вы провели бы ночь в другом месте.

— Вы хотите сказать, что они арестовали бы меня? — спросила она с ужасом.

— Еще бы, — подтвердил Шейн, смачно прихлебывая душистый напиток.

— И о чем они говорили?… Видите ли, я натянула одеяло на голову и старалась не слушать.

— Пока они еще ничего не знают, — холодно информировал ее Шейн. — Если бы вы не сваляли дурака и не убежали из дома, единственной вашей заботой сейчас было бы выслушивать бесконечные сочувственные фразы. Пейнтеру необходимо поддерживать свою репутацию и любой ценой побыстрее отыскать преступника. При данных обстоятельствах наилучший кандидат на эту роль — вы.

— Вы хотите сказать, что он собирается арестовать меня?

— Если только найдет вас, — добродушно подтвердил Шейн. — Так что не теряйте времени и ешьте ваши колбаски. Если они остынут, вкус у них не улучшится. Да и чашечка кофе вам тоже не повредит.

Робко улыбнувшись, она послушно склонилась над своей тарелкой. Шейн покончил с колбаской и налил себе вторую чашку кофе. Проделав эту операцию, он откинулся на спинку стула и закурил сигарету.

— Пока вам лучше оставаться здесь, — продолжал детектив, — по крайней мере до тех пор, пока я не разведаю обстановку.

— Оставаться у вас? — Филлис испуганно подняла глаза на Шейна.

— Моя квартира — последнее место, где вас не будут искать, особенно после событий вчерашней ночи, — пояснил детектив, довольно усмехаясь. — Пейнтер публично объявил, что не считает меня таким идиотом, чтобы прятать вас в моей спальне.