— Если он вдруг умрет, я тебе сообщу, — ответил Малфой.

 Выбравшись из спальни на втором этаже, Гарри принял душ — он вымазался в золе с головы до пят, надел пижаму Драко (с маленькими пожарными машинками) и вернулся в спальню, где его уже поджидали Люций и Нарцисса.

— Мальчик, — сказал Люций, как только Гарри вошел. — Где ты был?

— Душ принимал, отец, — Гарри был ужасно рад, что оставил в ванной вымазанное в золе полотенце.

— Подойди, — позвал Люций и Гарри неохотно пошел к нему. Как только он оказался на расстоянии вытянутой руки, Люций схватил его за предплечье и уставился в лицо. — Я не дурак, — угрожающе произнес он. — Ты ведешь себя очень странно, и я хотел бы знать причину. Пойти в сад с фигурами! — Гарри посмотрел на Нарциссу, та отвернулась. — Не знать о парадной мантии Малфоев! Просишь разрешения уйти с МОЕГО вечера! — кричал Люций. — И если бы я только думал, что ты имеешь отношение к происшествию после ужина…

— Твой отец пытается сказать, Драко, — Нарцисса перебирала пальцами складки на юбке, — что… Ты принимаешь наркотики?

У Гарри отвалилась челюсть.

— Ты можешь сказать нам, — добавила она. — Мы пришли, чтобы выслушать тебя.

Гарри перевел взгляд с Нарциссы, взгляд которой метался по комнате, на Люция, лицо, которого было так искажено яростью, что стало похоже на карнавальную маску.

— Нет, я не наркоман. Извините.

— Тогда… — Нарцисса неуверенно посмотрела на Люция.

— Твоя мать, — Люций улыбался не очень-то приятно, — беспокоится, что ты сходишь с ума, Драко. У нас в семье были сумасшедшие, так как у нас почти прямая линия от Урика Странного, но, признаться, я не думал, что это проявится у тебя. Хотя когда она упомянула…

— Я не чокнутый, — отрезал Гарри. — Я заработал большую шишку на голове не далее как вчера и все. Черт возьми! Я же не говорю сам с собой.

— Пока нет, — коротко сказал Люций. Он наклонился к уху Гарри и прошипел: — Иногда я спрашиваю себя, что я сделал не так, что меня прокляли таким сыном-идиотом вместо наследника, которого я должен был иметь.

Раздражение Гарри достигло предела.

— Да хватит! — рявкнул он. — Убийства, пытки, Темная магия!… А что ты сделал так? Тебе еще повезло, что у сына не три головы. Да у тебя худшая карма, какую я в жизни видел!

Люций внимательно смотрел на него. Нарцисса пискнула.

— Должно быть, ты правда чокнутый, если так со мной говоришь, — сказал Малфой. — Или же ты просто пытаешь показать свой темперамент… — он улыбнулся, показав острые зубы. — Я в восхищении. И не накажу тебя.

Нарцисса облегченно опустила плечи и отвернулась. Люций тотчас наклонился к Гарри и прошептал:

— Только попробуй переступить черту после этого, мальчик, и загремишь в Госпиталь Св. Мунго.

Тебя посадят с Лонгботтомами, и ты проведешь остаток своей жизни, привязанным в кровати, с пеной у рта.

Упоминание родителей Невилла привело Гарри в такое бешенство, что он мог забыться и дать Малфою-старшему в глаз, но в этот момент в дверь вошли два человека в плащах. Один из них был Ангус МакНейр. Второй — коротышка в темно-зеленом плаще с надвинутым на глаза капюшоном.

Одна его рука была в перчатке, из другого рукава торчала рука из серебристого металла.

Червехвост.

— Извини, что прерываем, — МакНейр снял капюшон. — Антон сообщил, где вас найти.

— Так быстро вернулись? — удивился Люций.

— Да, — ответил Ангус, слегка нервничая. — Дорога из Корнуэлла заняла меньше времени, чем мы думали.

— А Сириус Блэк?

Пожалуйста, скажите, что он убежал, молился Гарри про себя.

— Здесь, — коротко сказал Червехвост. В последний раз Гарри слышал этот голос умоляющим Волдеморта излечить его отрезанную руку. Что Волдеморт и сделал: дал Червехвосту руку из сверкающего металла. И именно ей, словно волшебной палочкой, Червехвост указал на дверь.

— Сетиум! — прокричал он, и луч белого света вырвался из его руки, растя и расширяясь, превращаясь в сеть из серебряных шнуров, напоминающую паутину. Фрагменты сети разделились, и что-то пролетело сквозь них, тяжело шлепнувшись на пол. Это был Сириус.

Он был в своем зверином облике, в виде огромной черной собаки, лапы неподвижно торчали как палки; он лишь вращал глазами, переводя взгляд с Люция на Червехвоста.

— Очень впечатляет, Червехвост, — глядя на Сириуса произнес Малфой-старший.

— Мой господин дал мне руку великой силы, — с любовью посмотрел на свою железку Червехвост, небрежно махнул рукой, и Сириус беспомощно проехал по полу к Люцию. Нарцисса вскрикнула.

— Хватит, — отрезал Малфой.

— Преврати его обратно, — добавил МакНейр резко.

Червехвост щелкнул пальцами.

— Сапиенс, — прошипел он, собака дернулась, и на ее месте появился Сириус, одетый в лохмотья, с исцарапанными и изрезанными руками.

Он все еще не мог двигаться, но его глаза смотрели на Люция с ненавистью.

Гарри услышал вздох Нарциссы. Люций прошел и пнул Сириус в бок ногой. Гарри рванулся было в перед, но запутался в штанине пижамы Драко и упал.

Он начал было подниматься, но замер: Нарцисса, к всеобщему удивлению, как подкошенная, рухнула на пол в глухом обмороке.

 — Мы на месте, — Драко тронул Гермиону за плечо. Она подскочила и выглянула в окно — маленькая, освещенная фонарями станции. Деревянная вывеска гласила «Чиппинг Содбери».

Это было не совсем то, что она себе представляла. Ей виделось что-нибудь вроде огромного замка на горе посреди пустыни, в которой хищные звери бросаются на каждого, кто бегает недостаточно быстро. Но уж никак не маленький уютный городок с таким названием. Хотя по виду не судят.

— Пойдем, — позвал Драко. Они сошли с поезда на платформу и пошли налево в конец платформы.

— Эй, Малфой, — сказала Гермиона, — станция в другую сторону…

В это мгновение он повернул еще раз налево и прошел прямо через кирпичную стену.

— Черт, — Гермиона подбежала к стене. — Как он это сделал?

Из стены высунулась рука. Это был Драко. Он дернул девочку вперед, и она, пролетев сквозь стену, растянулась на земле по ту сторону.

— Ой, — ее сумка стукнула Драко по голове.

— Прости, — Гермиона поднялась и с интересом оглядывалась вокруг. Они стояли у подножия огромных кованых ворот, наверху которых было написано «Малфой парк».

— Я полагаю, мы больше не в Чиппинг Содбери?

— Конечно, нет, — Драко двинулся дальше. — Это Малфой парк — деревня у подножия холма, на котором стоит наш замок. Сюда можно попасть из Чиппинг Содбери, если знать как.

— Целая деревня названа в вашу честь? — ошеломленно спросила Гермиона.

— Да, удивительно, что я не выпендриваюсь, правда?

Гермиона уже собиралась сказать что-нибудь нехорошее в ответ на это, но поняла, что он шутит.

Я уже совсем ничего не соображаю, одернула она себя.

Они вышли на широкую улицу с магазинами и пабами. Это был почти такой же маленький волшебный городок, как и Хогсмид, вся разница заключалась в том, что все либо имело в названии слово «МАЛФОЙ», либо относилось к Темной магии.

Это была Мрак Аллея в исполнении Люция Малфоя: Малфой-маркет, втиснутый между Заведением Зловещих Заклятий Злодейки Зары и пабом «Рождество на холоде», предлагавшим специальный Малфоевский Ланч (бутерброд с жареной летучей мышью).

— Наверно, они здесь вас очень любят, — Гермиона пыталась не засмеяться.

— Ха! — сказал Драко. — Они ненавидят мою семью. Мы всегда угнетали их, и мой отец иногда приходит сюда, делает какое-нибудь Темное заклинание, чтоб держать их в узде.

— И ты считаешь это нормально? — спросила она резко, но Драко потряс головой и прошептал:

— Ш-ш-ш… последнее, что нам нужно — это, чтоб нас заметили и настучали моему отцу, что Гарри Поттер шастает по деревне.

— Да уж, — сказала Гермиона, хотя пропустила его слова мимо ушей. Почему-то, когда он стоял так близко к ней и так шептал ей на ухо, у нее по спине бегали мурашки.

Драко отвернулся и пошел дальше по дороге из городка, Гермиона следовала за ним. Оба молчали; Драко, казалось, думал. Наконец на вершине холма он повернул направо, и они вышли с аллеи на открытое место. Гермиона не смогла удержаться от возгласа — имение Малфоев было именно таким, каким она себе его представляла.

Высокий заостренный наверху забор тянулся в обе стороны от них; прямо посередине были открытые ворота в форме больших букв «М». Верх каждой из колонн украшен статуями свернувшихся змей. Сквозь ворота нависала тень огромного, невероятно огромного замка.

Гермиона двинулась было вперед; не успела она сделать и пары шагов, как Драко схватил ее за руку.

— Нет, — резко сказал он, — Что я тебе говорил?

— Ах да! — она чувствовала себя глупой. — Семнадцать заклятий.

— Мой отец сам придумал одно, которое наложил на эти ворота, — гордо сказал Драко. — Оно называется «Ножовка»: если кто-то, кто не приглашен, попытается пройти — его распилит на кусочки.

— Похоже, твой отец затейник на всех вечеринках.

В ответ Драко вынул ручку из кармана и бросил ее сквозь ворота. Когда та долетела до ворот, Гермиона увидела вспышку зеленого света и услышала громкий хлопок. Через пару секунд ручка выкатилась обратно, разрезанная на две половинки.

— Значит, получилась такая головоломка «Ножовка» из двух кусочков, — с иронией произнесла Гермиона.

— Это не смешно, — серьезно сказал он и вынул палочку. Направил ее на ворота и произнес «Раптус Регалитер». Свет полыхнул голубым, Драко прошел через ворота. Взяв себя в руки, Гермиона последовала за ним.

Теперь они были уже на территории Имения Малфоев, вокруг было темно, вдалеке маячили огни замка.

— Мы можем избежать многих проклятий, просто обходя их, — сообщил ей Драко. — Давай-ка, возьми меня за руку.

Она послушалась.

Какое-то время они шли вдоль ограды, затем Драко свернул на узкую тропку, петлявшую между деревьями. Иногда они слышали жуткий треск и странные звуки из кустарника. Гермиона даже думать не хотела о том, какие твари там могут быть, она полностью сосредоточилась на том, чтоб производить как можно меньше шума.

Рядом с замком кустарник закончился и перед ним зазмеилась узкая белая дорожка, ведущая к стене замка, а затем вдоль нее. Высокая черная башня со светлыми пятнами окон вздымалась над их головами, Драко показал на ряд окон:

— Это моя спальня.

— Гарри там? — взволнованно спросила она.

Драко кивнул.

Это была ошибка, так как Гермиона тотчас же бросилась по дорожке. Он рванулся за ней, вытянул руку, но схватил лишь пустоту. Открылась маленькая металлическая дверка внизу башни — он знал, что будет дальше, он сам ставил туда эту ловушку. Выругавшись, он подбежал к Гермионе и оттолкнул ее в сторону.

Что-то засвистело, глухо ударило, и Драко упал на траву рядом с ней. Встав на колени, она огляделась; рядом никого не было кроме Драко, сидевшего на земле и с удивлением смотрящего на ногу. Серебряная стрела дюйма четыре длиной торчала из его бедра. Джинсы потемнели от крови.

— Черт, — сказал Драко и добавил еще пару слов, куда более грубых.

Гермиона не винила его за это, крови было много и рана, видимо, была очень болезненная.

Она положила руку на стрелу — та была странно холодной. Гермиона почувствовала, как непрошеные слезы капают из глаз.

— Это все моя вина, — бормотала она, — и перебинтовать нечем… хотя я могу оторвать кусок от сумки Гарри… Драко, может тебе снять штаны?

Драко очумело уставился на нее.

— Не то, чтобы я очень возражал, Гермиона, — заметил он. — Я имею в виду, когда-нибудь потом — обязательно, но сейчас почему бы тебе не подумать минутку! — последние слова он прошипел. — Кто самая умная ведьма в нашем классе? У кого Продвинутые уроки Первой помощи?

Кто может вылечить мою ногу за пять секунд?

— Да, конечно. Извини! — она вытащила палочку, направила ее на рану и тихо произнесла «Заростио».

Он расслабился, когда от раны не осталось и следа, стрела, вся крови и еще в какой-то липкой жидкости, упала на землю. Гермиона швырнула ее в кусты.

— Спасибо, — сказал Драко, ощупывая ногу. — Вроде все нормально.

— Как ты? — она обеспокоенно смотрела на него.

— Определенно жить можно, — ответил он, беря ее за руку, чтобы встать. — Теперь у меня будет классный шрам, чтоб показывать внукам.

— Шесть дюймов левее, и о внуках не было бы и речи, — сказала Гермиона. — Действительно есть чему радоваться.

Гарри и правда был в спальне Драко; но, честно говоря, у него не было выбора: он был привязан к кровати.

Удача, что Нарцисса упала в обморок, так что Люций расценил попытки Гарри добраться до Сириуса как желание помочь матери. Иначе он был бы в куда большем бешенстве, чем, помешав потерявшему голову Гарри проскочить мимо и получив от него в глаз. В ярости Люций наложил на Гарри Связывающее заклятие, привязав его к кровати. Затем Люций наколдовал носилки для Нарциссы и, выходя с ней из комнаты, рявкнул МакНейру и Червехвосту, чтоб они заперли Сириуса в подземелье.