– Молодцы, девчонки. Так держать. – Помолчав несколько секунд, она быстро сняла с шеи золотую цепочку и показала всем своё украшение, после чего сказала – Сестрёнки, вы, наверное, уже слышали от своих мужей или читали в Хрониках о том, что у варкенцев есть страшный яд, – крейг, которым карают отступников и от которого человек помирает не сразу, а в течение двух, а то и всех трёх галанских месяцев. Это, – Она указала пальцем на свой рубин – Райн, яд ещё похуже крейга, но он предназначен не для мужчин, а для баб. Безобразно тупых, злобных, подлых и блядовитых, для тех тварей женского рода, которые тиранят мужей и превращают их жизнь в сущий ад. А ещё этот яд предназначен для того, чтобы травить им тех баб, у которых вода в заднице не держится. Поэтому запомните, сестрички, если кто из вас проболтается о том, что вы здесь услышите, тому придётся отведать райна в бокале с вином или в какой-нибудь булочке. От райна вы не сдохнете в страшных муках, но станете полностью покорны воле той нашей сестре, которая будет постоянно находиться рядом, на протяжении тридцати стандартных лет. Обычно этого времени вполне хватает на то, чтобы вразумить самую тупую дурищу и наставить на путь истинной дочери Варкена, даже какое-нибудь адское отродье в юбке. Ну, что же, теперь, когда вы предупреждены о последствиях, достаньте из этих шкатулок свои Серебряные Туники. Нечего тут свои пиписки проветривать, а то они у вас ещё завянут, чего доброго, хлопот потом не оберёшься.
Первой на эти слова принцессы бурно отреагировала Нертис, которая прекрасно помнила о том, какой сказочный подарок получила Рунита от своего муже. Она вскочила на ноги и, бросившись к столику, истошным голосом завизжала:
– Ой, мамочки, неужели и у меня теперь будет своя собственная Серебряная Туника? Анита, прелесть моя ненаглядная, как же мне тебя благодарить? – Достав из изотермического контейнера серебристый, пушистый комочек, она прижалась к нему лицом и страстно зашептала в него – Снежиночка, любимая моя, иди же к своей мамочке.
Снежиночка, Серебряная Туника Нертис, радостно запищала и тотчас окутала собой эту рослую, статную и довольно-таки атлетически развитую даму с удивительно красивым и утонченным лицом родовитой дворянки из Роанта. Большая кругла гостиная быстро наполнилась радостными криками и смехом. Подстегиваемые этим шумом, Анита и Вайла тоже облачились в Серебряные Туники и, от избытка чувств, принялись целовать и ласкать друг друга. На этот раз галанки, глядя на них, уже не стали сердито ворчать. Резко отстранившись от Вайлы, принцесса Анита оттолкнула её от себя и вскрикнула:
– О, Вайли, сладкая моя, потом! Мне ещё нужно рассказать вам о нашей матери Матидейнахш, а то без знания этой сакральной тайны, ты не приведи господи, ещё почувствуешь себя грязной, развратной шлюхой, а ведь ты совсем не такая, моя девочка. – Анита снова села на диван в позе лотоса, требовательно похлопала ладонью по коврику живого варкенского мха рядом с собой и гаркнула по привычке, словно перед ней были не галанки, многие из которых были высокородными дворянками, а её боевые подруги, отважные девчонки из отряда "Одинокие птицы Кайтана" – Молчать! Ну, вы, дикое стадо малолетних ссыкух, хвати орать, словно шлюхи в космопорту перед погрузкой в солдатский космобордель! Быстро разобрались и сели на диванах по стойке смирно!
При этом из глаз космос-майора Аниты Кассерд только что искры не сыпались. Её строгий окрик возымел своё действие и галанки, вернувшись на свои диваны, в считанные секунды застыли в позе лотоса, хотя для очень многих она и была странной и неудобной. Принцесса Анита пристально обвела всех взглядом своих огромных глаз, которые могли быть не только голубыми, но и какого-то пугающе стального цвета. Лицо её тронула довольная улыбка вдовствующей королевы, которая только что подавила мятеж в гвардии своего безвременно скончавшегося супруга, а в руках оказался рилорн из черного лакового дерева, этот пятиструнный эквивалент галанской сирафы. Резко ударив по струнам, от чего воздух наполнился громкими, стонущими звуками она крикнула:
– А теперь, сёстры мои, я расскажу вам о том, как наша великая мать Матидейнахш сотворила Вселенную. Многие варкенцы слышали легенды об этом, но ни один из них не знает доподлинно, как именно всё происходило и поэтому архо до сих пор сражаются между собой доказывая, что это именно их род был первым на Варкене. Слушайте же историю, которая не вошла ни в одни Хроники. Слушайте и запоминайте каждое слово, ибо вам придётся рассказывать её своим дочерям и женам ваших сыновей, которых они приведут в ваш дом извне.
Длинные, ловкие пальчики принцессы Аниты побежали по струнам, рождая совершенно невероятную мелодию, от которой у каждой галанки защемило на сердце, а голос принцессы Аниты, который был подобен щебетанью птицы, сделался каким-то гортанным, вибрирующим и певучим, когда начала она свой рассказ:
– Великая Мать Льдов прожила в своих сверкающих ледяных чертогах сто миллионов лет прежде, чем она почувствовала странное томление у себя в груди и непонятную тяжесть внизу живота. Ничего подобного она никогда раньше не испытывала и потому встревожилась. И тогда коснулась она рукой между ног своих, белых, словно снежный трон на котором она сидела, и окрасились пальцы её, которые были белее снега, алой горячей кровью. И поняла тогда Великая Мать Льдов, что она женщина, и что есть у неё лоно, и что лоно её созрело для любви, и что ждёт оно мужского семени. Встала тогда Великая Мать Льдов со своего трона и отрыла двери своих ледяных чертогов, но окружала их кромешная пустота, залитая непроглядным мраком. Стряхнула она тогда кровь свою с пальцев своих, и родилась от этих алых капель огромная Вселенная, и зажглась пустота мириадами ярких звёзд. Покинула тогда Великая Мать Льдов свои ледяные, сверкающие чертоги и отправилась на поиски мужа своего. Сто миллионов лет летала она от одной огромной звезды к другой, и находила она возле звёзд этих планеты, и были одни из них пустынны, а другие наоборот обитаемы. Спускалась Великая Мать Льдов на эти планеты подобно птице и видела на них великое множество чудес. Нашла она среди этих планет мир, в котором воды были сладкими, как мёд, а на зелёных лугах паслись тучные животные, в реках плескались рыбы, сияющие серебром, а в небесах летали и пели ей сладостные песни птицы дивной красоты, но не было для неё в этом мире мужчины. Побывала Великая Мать Льдов во множестве других миров, ещё более удивительных и прекрасных, но и там не нашла она для себя мужчины. И вот в конце пути своего, когда она совсем отчаялась и была готова рыдать от горя и обиды, нашла она мир огромный и непохожий на другие миры. Согревало этот мир сразу три солнца, и не могли они согреть его. Сколько чудес не видела Великая Мать Льдов, а такого ещё не встречала, чтобы была планета огромным ледяным шаром, внутри которого так яростно клокотал огонь, что лёд на поверхности превратился в зыбкое крошево, в котором легко можно было утонуть. И стояли среди этого океана из ледяной пыли сто тысяч островов, и было на каждом из островов по сто вулканов, извергающих лаву и пепел, камни и зловонный дым, от которого можно было задохнуться. Но была жизнь на каждом из ста тысяч этих островов, и населяло их множество животных, больших, сильных и злобных. И если в других мирах животные всякого рода, птицы и рыбы сами подходили к Великой Матери Льдов, чтобы лизать её пальцы, гладить её ноги плавниками и волосы своими крылами, то в этом мире злые животные так и норовили зарычать на неё, показывали ей клыки свои, чтобы напугать её, или бросались на неё с разбегу, чтобы больно боднуть и прогнать прочь. Рассмеялась тогда Великая Мать Льдов своим громовым смехом и метнула в животных свои ледяные молнии, но не для того, чтобы убить их, а для того, чтобы заставить уважать её и бояться гнева её. И присмирели тогда злые животные, и приползли к ней на брюхе, и жалобно скулили они, чтобы не лишала она их жизни, ибо тяжела была их жизнь в этом мире, скованном холодом. И поняла тогда Великая Мать Льдов, что не рождён в этой Вселенной мужчина для неё, и не найдёт она себе мужа, даже если будет летать от планеты к планете ещё сто миллионов лет подряд. И тогда лишилась на мгновенье Великая Мать Льдов сил своих, и села она со стоном на большой валун, покрытый бурым мхом, и расцвёл тот в одно мгновенье горестными сине-фиолетовыми, тёмными цветочками, и зарыдала Великая Мать Льдов в своей огромной печали. Но чудесным даром обладал тот мох, который не был ни птицей, ни зверем, ни рыбой, но был мудрым и всеведущим. И стал этот мох высасывать из души Великой Матери Льдов все её горести и печали, все её страхи и душевные волнения, и стало у неё на душе радостно и весело, как в те времена, когда сидела она в своих ледяных чертогах на снежном троне и слушала чудесную музыку, лившуюся на неё сверху. И сказал тогда её этот чудесный, волшебный мох, но не словами, а тёплым, словно дыхание, светом мыслей своих, чистых в помыслах и правдивых: – "Не печалься Та, Которая Ищет Мужа Своего и которую я назову Матидейнахш. Пусть нет для тебя в этом суровом мире мужа для тебя, зато мудрость твоя не знает постижения, а сила твоя не имеет измерения, и в твоих мудрости и силе доступно тебе сделать себе мужа из чего угодно, хоть из камня или воды." И встала тогда Великая Мать Льдов с валуна покрытого живым мхом, заулыбалась она радостная и довольная тем, что дал он её хороший совет, и стала искать вокруг себя глазами своими, из чего бы ей сотворить мужчину, чтобы стал он её мужем, и утолил жажду её души и тела, дал её лону своё семя, чтобы родила она от него детей своих, дочерей, таких же мудрых и красивых, какой была сама она. И тогда сотворила она своего первого мужа из огненной лавы, вытекающей из вулкана. И назвала его Пироном. И был Пирон высок и строен, силён и могуч. Имел Пирон волосы огненного цвета, а глаза карие и добрые. И умел он понравиться женщине, так как говорил слова ласковые и нежные, и клялся он Великой Матери Льдов в своей любви к ней. И обещал он быть нежным мужем её, а ещё умел он согревать воздух и всякий предмет одним только жаром своего сознания, и сделал так, что не было Великой Матери Льдов холодно и неуютно в этом мире. И возлегла Великая Мать Льдов с Пироном на брачное ложе и познала она мужчину, так как пронзил Пирон плотью своей её лоно, и целовал её страстно, и обнимал нежно. И получила через это Великая Мать Льдов огромное удовольствие, радость своему телу и покой душе своей потому, что были это любовные ласки любимого и любящего мужа. Но вскоре устал Пирон и уснул, положив голову свою с огненными кудрями на её сахарную грудь. Поцеловала тогда Великая Мать Льдов Пирона в лоб, встала и поклонилась ему спящему, после чего наказала животным оберегать сон своего мужа, ибо долгим он будет, и перелетела на другую сторону этого огромного и удивительного мира, чтобы родить на нём дочерей своих. И родила Великая Мать Льдов от Пирона десять дочерей, десять красавиц с золотыми волосами, которые стали расти не по дням, а по часам и были от рождения такими же мудрыми, как и она сама. А когда подросли её дочери, то сказала Великая Мать Льдов огромным белым миршам, чтобы берегли они её дочерей и защищали от всех зверей, и сказала она свирепым варконам, чтобы приносили они пищу её дочерям, и сказала она скальным прыгунам, чтобы поили они её дочерей молоком своим. Дочерям же своим она сказала, что уходит от них, но обещала вскоре вернуться и привести к ним того, который будет защищать их, словно могучий мирш, будет охотиться для них и приносить им мясо, словно варкон, и будет приносить им молоко скальных прыгунов. И за это они будут дарить ему свои ласки, будут петь ему песни, и будут любить его на брачном ложе, чтобы рожать от него детей своих. И будут отныне дочери её женами его, и будут они любить и почитать мужа своего, и будут воспитывать сыновей для него, чтобы продлился его род, а дочерей станут воспитывать для других мужчин, рождённых не на их острове. И будет так отныне и вовеки веков. А ещё сказала им Великая Мать Льдов, что будет муж их покорным их просьбам потому, что будут давать они ему великую Силу, но не появится эта сила просто так из ничего, если не станут они тайком от мужа своего ласкать друг друга ласками любовными, но не долгими. И будут отныне они одна для другой майнарами, – девами творящими великую Силу, а для мужа своего матидейтарами, – женами дающими Силу и превращающими мужчину в бесстрашного героя. Поняли дочери мать свою Матидейнахш, Великую Мать Льдов, породившую Вселенную от желания своего, и поклялись исполнять в точности заветы её во имя мужей своих. Но не успокоилась душа Великой Матери Льдов, не исчезло томление в лоне её, не испила она всего, чего хотела от мужчины. И решила она тогда сотворить себе ещё одного мужа и перелетела от дочерей своих на соседний остров. И сотворила она мужчину из гранитного валуна и назвала его Ларсом. И был Ларс смугл лицом, имел он волосы черные, как смоль, и был он могучим и кряжистым, словно утёс, подпирающий ледник, и имел он способность видеть сквозь камень, как сквозь прозрачный хрусталь, и умел он простирать взгляд свой на тысячи миль. И упал Ларс перед Великой Матерью Льдов на колени, и покрыл он руки её горячими поцелуями, но был он немногословен, а потому не сразу Великая Мать Льдов одарила его своими поцелуями, а когда же возлегла она с Ларсом на брачное ложе, то была поражена его неистовой страстью, граничащей с насилием, но происходила страсть эта от великой любви, а не от злого нрава. И познала тогда Великая Мать Льдов, что такое неистовая любовь и исторгла она громкий крик, подобный грохоту горного обвала, но не от страха или боли, а от наслаждения. И любил Ларс Великую Мать Льдов семь дней и семь ночей не засыпая ни на минуту. И никак не мог он насытиться ласками её, и сама она тоже стремилась испить от ласк его до дна, но не было конца ласкам Ларса и тогда наслала Великая Мать Льдов сон на мужа своего и возрадовалась тому, что родила она для него десять жен, которых будет он теперь любить также, как её саму. И взяла великая мать льдов Ларса на руки, и перенесла его через ледяное крошево к дочерям своим, и отдала его дочерям, как отдаются самое дорогое. И возликовало сердце Великой Матери Льдов от того, что познала она мужчину столь страстного, что даже ей этого было много. И полетела она другой остров, чтобы родить там десять дочерей от Ларса, мужа своего неистового. И родила она десять дочерей таких милых, да, пригожих, таких тихих и ласковых, что поразилась тому, как от семени такого мужчины могли родится такие непохожие по характеру женщины. И были дочери Ларса совсем на него не похожие, так как лица их были розовыми, словно лепестки цветов, а волосы каштановыми. И окружили дочери мать свою, стали расчесывать её волосы цвета самого яркого серебра, стали поить её водой родниковой и кормить плодами и ягодами, и просили её лечь и поспать, пока они соткут ткань из белой шерсти скальных прыгунов, и сошьют одежды для неё. И легла Великая Мать Льдов спать на мягкое ложе из душистых трав, что собрали для неё дочери, и был её сон мирным и сладостным, а пробуждение радостным, так как окружали её десять красавиц, которые пошили для матери своей наряд белее снега с кушаком сверкающим так, что на него было больно смотреть. Начала было Великая Мать Льдов говорить им о том, как надлежит им поступать в жизни, но дочери её уже всё знали, и обступив её, стали просить мать свою, чтобы и для них сотворила она мужа ласкового и весёлого, который стал бы любить их нежно. Не могла Великая Мать Льдов отказать им в просьбе и полетела на другой остров, чтобы сотворить там себе третьего мужчину. И сотворила она себе третьего мужа из клубов пара, подымающегося над гейзером, и назвала она его Деметром. И был Деметр таким ласковым, таким веселым, что возрадовалось сердце Великой Матери Льдов. А ещё умел Деметр летать без крыльев, словно птица, и был таким сильным, что взяв на руки Великую Мать Льдов, сумел подняться с ней выше любой птицы. И целовал Деметр Великую Мать Льдов в этом полёте, дарил ей ласки неземные, и забавлял шутками веселыми. И спустились они из поднебесья на брачное ложе, стал Деметр покрывать всё тело Великой Матери Льдов такими нежными поцелуями, которые казались ей дуновением ветерка, но порождали в её белом теле такое наслаждение, которого она не испытывала доселе. И посрамил Деметр своей мужской силой Ларса неистового, так как десять дней и ночей доставлял он Великой Матери Льдов невероятное удовольствие, после чего уснула она в его ласковых объятьях, а проснувшись, застала мужа своего бодрствующим и в окружении дочерей своих. Ещё тогда, когда летали они в вышине, увидел Деметр остров в океане из снежного крошева, а на нём дев прекрасных, занимающихся рукоделием. И понял в ту минуту Деметр, что будут они его женами, если сумеет он доказать той, которая сотворила его, что достоин он её дочерей. И благословила Великая Мать Льдов брак своих дочерей-рукодельниц и Деметра и полетела искать остров, чтобы родить на нём дочерей от Деметра. И родила она десять дочерей с такими же светлыми волосами, как у Деметра, и лицами такими же приятными, как у их отца. И были дочери Деметра такими же весёлыми щебетуньями и хохотушками, как и их отец. И окружили они мать свою заботой, но не стали её ни о чем просить, так как знали, что получат они из её рук мужа рано или поздно. Видя то, какими терпеливыми были её дочери, решила Великая Мать Льдов сотворить им такого мужа, который окружил бы их заботой и лаской. И полетела она на самый зеленый остров, и сотворила для себя и дочерей своих ещё одного мужчину, четвёртого по счету, хотя ещё совсем недавно, засыпая на руках Деметра думала она о том, что будет он последним её мужем. И дала она своему четвёртому мужу, сотворённому из кипариса, звонкое имя Баллиант. Был Баллиант высок и красив, силён и ловок, словно скальный прыгун, умён и проницателен, ещё умел он мгновенно исчезать из виду и появляться в другом месте. Но больше всего поразил Баллиант Великую Мать Льдов своей хитростью и тем, что был он мастером на все руки. Сложил он из камней большой дом и накрыл его прочной деревянной крышей. Изготовил из ствола кедра кровать и постелил на неё мягкое ложе. Наделал из глины посуды и закалил её в огне, который развёл высекая искры камнями. Сделал для Великой Матери Льдов украшения дивной красоты и приготовил блюда из мяса и рыбы, а потом собрал кипарисовые почки, выдавил из них сок, смешал его с соком клёна и приготовил удивительный напиток. И пригласил Баллиант Великую Мать Льдов к столу, и накормил он её жареным и печеным мясом, копчёной рыбой и лепешками испеченными из теста, которое он приготовил из муки, в которую смолол каштаны. И когда Великую Мать Льдов стала донимать жажда, дал он испить из чаши напитка, приготовленного им. И захмелела Великая Мать Льдов, и стало ей весело от этого напитка, а хитроумный Баллиант стал играть ей на рилорне, который он изготовил из звонкого кипариса, натянув на него струны свитые из своих длинных волос. И сделалось Великой Матери Льдов так хорошо и безмятежно, что захотелось ей одарить Баллианта своими любовными ласками, но этот хитрец не спешил возлечь с ней на брачное ложе, так как знал, что как только она уснёт, она навсегда его покинет. Но Великая Мать Льдов уже умела так взглянуть на мужчину, что тот моментально покорялся ей, и не смог устоять Баллиант против её любовных чар и возлёг он с ней на брачное ложе. И была у Великой Матери Льдов и Баллианта волшебная ночь любви, и как её муж не гнал от себя сон, он всё-таки сморил его. И тогда полетела Великая Мать Льдов на тот остров, где оставила она дочерей своих, рождённых от Деметра, и сказала им, что есть у неё для них муж, равному которого нет в этом мире, и взлетели они все вместе в небо и прилетели на тот остров, где стоял большой дом, построенный Баллиантом. И оставила Великая Мать Льдов Баллианту десять своих дочерей, а сама, весело смеясь, полетела искать остров, чтобы родить на нём дочерей от своего четвёртого мужа, полная решимости познать ещё нескольких мужчин. И снова родила Великая Мать Льдов десять дочерей, и эти дочери были похожи на отца своего. Задумалась Великая Мать Льдов над тем, какого мужа ей хочется и из чего его можно сотворить. И пал её взгляд на густую, вязкую глину, которая вытекала из-под земли. И сотворила она из этой красноватой глины себе пятого мужа и нарекла его Веридор. И был Веридор хоть и невысок, но обладал огромной силой и умел одним усилием воли заставлять предметы двигаться. А был он так могуч, что мог заставить подняться в воздух огромную глыбу. Волосы у него были черными, как у Ларса, но не прямыми, а волнистыми. Был он скромен, но умел говорит складно, и когда Великая Мать Льдов приблизилась к нему, то воспел он её красоту такими словами, которых она прежде не слышала. И стал Веридор говорить ей о своей любви и рассказывать Великой Матери Льдов о том, как будет любить он её и как вознесёт своими ласками на вершину блаженства. Слушала Великая Мать Льдов его речи и таяло её сердце, а Веридор уже целовал её руки, и не заметила она, как его руки развязали её кушак, а уста стали целовать её уста. И возлегла она с ним на брачное ложе на берегу реки и вскоре убедилась в том, что был Веридор умел не только в пылких речах, но и в делах любви. И снова Великая Мать Льдов познала огромное наслаждение, а в её ушах всё звучали и звучали любовные признания её мужа, которые погрузили её в сон. И когда Великая Мать Льдов проснулась, то Веридор снова стал целовать её и восхвалять её божественную красоту. А потом он поднял её на руки и понес от берега реки к столу, стоящему под раскидистым деревом, на котором был накрыт для неё завтрак, и когда оглянулась Великая Мать Льдов вокруг, то увидела она и дом, стоящий на берегу реки, и загон, в котором кормились из кормушек скальные прыгуны, и множество других построек. И поняла тогда Великая Мать Льдов, что не только красиво говорить и страстно любить её умел Веридор, но и работать если и не руками, то силой своего ума и своей великой волей. Так возрадовалась Великая Мать Льдов, что провела с Веридором целых тридцать дней и ночей прежде, чем привела к нему своих дочерей. Умилилось сердце Великой Матери Льдов от того, что сотворила она такого умелого мужчину, который возлюбил её дочерей всем сердцем. И снова нашла она остров в океане из ледяного крошева, на котором снова родила десять дочерей. И знала Великая Мать Льдов, что не нужно ей ничего объяснять дочерям своим, так как были они плоть от плоти её и кровь от крови её, а потому знали всё изначально. И послали они мать свою искать новый остров, чтобы сотворила она себе ещё одного мужчину, а им мужа. На этот раз Великая Мать Льдов остановила свой выбор на мягком мхе, покрывавшем большой валун. И был это обычный мох, а не тот, который умел разговаривать без слов, но проглядела Великая Мать Льдов маленький изумрудный пушистый шарик, крошечный росточек того самого мха, который утешил её. И сотворила Великая Мать Льдов из этого мха и росточка себе шестого мужа. И вышел он на диво пригожим и ласковым, хотя и не был так силён физически, как все её прежние мужья. И нарекла Великая Мать Льдов его Калвином. И был Калвин самым невзрачным из всех её мужей, но обладал он удивительным умением говорить без слов и читать мысли. И проник Калвин в сознание Великой Матери Льдов и прочитал в нём всё о том, кто она и что сделала в этом мире. И открыл Калвин ей своё сознание, как открывают все двери в доме, и узнала тогда Великая Мать Льдов, что хотя её шестой муж и не отличается большой силой, полна душа его великой отваги, и несокрушима воля его. И тогда захотела она испытать его и призвала на ту поляну, где стояли они, огромного мирша. Страшно зарычал мирш на них и бросился на Великую Мать Льдов, но встал перед ним Калвин, словно малая птаха перед соколом, и с такой стремительностью бросился она на дикого зверя, что вселил в него великий страх. И бросился мирш прочь от Калвина жалобно скуля и подвывая, а он принялся утешать и успокаивать Великую Мать Льдов потому, что она испугалась не на шутку. И снова познала Великая Мать Льдов большую любовь от мужчины, который хотя и не вышел ростом и статью, зато был сотворён ею настоящим героем. И поняла она тогда, что этот мужчина будет таким же хорошим мужем для её дочерей, как и все те, которых она сотворил раньше. А когда Калвин уснул у неё на груди, она перенесла его к свои дочерям и сказала им, чтобы они не грустили о том, что тот так неказист, ибо под этой скромной внешностью скрывается великий и неустрашимый герой. И снова родила Великая Мать Льдов десть дочерей и пообещала вскорости привести к ним мужчину, чтобы стал он их мужем. Но не знала она, из чего сотворить его, а потому легла спать на мягкой траве, чтобы решить эту нелегкую задачу наутро. Когда же под вечер проснулась Великая Мать Льдов, то увидела перед собой сокола, распахнувшего над ней свои крылья, чтобы защитить её от яркого солнца. Подивилась она этому и решила превратить сокола в мужчину. И встал перед Великой Матерью Льдов на диво красивый и ладный мужчина, стройный и гибкий, с красивым светлым лицом и такими же светло-золотистыми волосами, как у неё. И назвала она его Анталом и поцеловала в уста алые. И тут же возликовала её сердце, так как поняла она, что её седьмой муж соединил в себе все те умения, которыми обладали все её прежние мужья. Однако, уже в следующее мгновение омрачилась её душа, так как испугалась она за всех шестерых, ведь Антал хотя и не выглядел могучим, мог легко их всех убить. Но Антал прочитал мысли Великой Матери Льдов и сказал ей такие слова: – "Не печалься моя божественная возлюбленная. Не буду я врагом для всех остальных мужей твоих, ибо я действительно сильнее их всех, а потому после того, как пройдёт наша с тобой ночь любви, я встану перед тобой на колени на ледяной глыбе, готовой сорваться в ледяное крошево, и ты заплетёшь волосы мои во столько косичек, сколько достоинств ты во мне обнаружишь. И если глыбы эта не сорвётся вниз и ты завершишь свою работу, то ты назовёшь меня архо, что будет означать достигший совершенства, и я даю тебе клятву, что никогда не подниму руку на того, кто слабее меня, но с равным мне по силам или тем, кто сильнее меня, я буду сражаться на смерть, если придёт он в мой хольд, в котором живут жены мои и растут дети мои, с недобрыми намерениями. Но учти, моя Матидейнахш, брачное ложе я выберу для тебя сам, если смогу догнать тебя в небе, когда ты улетишь прочь с этого острова." Успокоилось от этих слов сердце Великой Матери Льдов, сбросила она с себя свои белоснежные одежды и взмыла в вечернее небо белой птицей, призывая к себе Антала. И поднялся Антал, бывший некогда скальным соколом-чаром, вслед за ней в небо, и расколол он сгущающуюся синеву ярким светом, и заставил камни внизу взрываться и катиться во все стороны, и выплеснул он из своей груди клокочущее пламя, чтобы доказать всем, что нет никого во всём этом мире сильнее него. Как ни стремителен был полёт Великой Матери Льдов, быстро догнал её Антал и затеял прямо в небе с ней любовную игру, заставляя тем свою возлюбленную Матидейнахш извергать во все стороны целые потоки небесного огня. И создал Антал из воздушных струй самое удивительное брачное ложе, и любил он на нём Великую Мать Льдов целые сутки подряд, и любил бы он её и дальше, но знал, что его полёт видели те дочери Матидейнахш, которые станут для него такими женами, которые уже никогда его не покинут. И спустились они с неба на тот самый холм с которого взлетели, и надела Великая Мать Льдов на себя свои белые одежды, подпоясалась сверкающим кушаком и взглянула на своего седьмого мужа со счастливой улыбкой, ибо познала она такую любовь, о которой даже и не мечтала. И взял тогда Антал её за белую руку, и мгновенно перенёс на огромный ледник, льды которого падали прямо в ледяное крошево, встал на краю и с силой топнул ногой, отчего огромная льдина пришла в движение, но не дал он ей упасть, а остановил. И встал Антал перед Великой Матерью Льдов на колени и заплела она его косы в десять тысяч тоненьких косичек и назвала его архо – достигший совершенства. Сбросила после этого Великая Мать Льдов с себя белоснежные свои одежды, взяла Антала за руку и перенеслась вместе с ним к дочерям Калвина, которые уже приготовили для своего мужа свадебный пир, но не пировала на том пиру Великая Мать Льдов, поскольку подошло к концу то время, которая должна она была провести в этом мире. Улетела она от Антала и его жен на маленький остров и родила там от своего седьмого мужа десять дочерей. И не было никого прекрасней в этом мире, чем эти её дочери, ибо родились они от небесной любви и уже через час выросли и стали совсем взрослыми. Тогда Великая Мать Льдов сотворила себе на этом острове каменный трон воссела на него и сказала с него дочерям своим о том, где спит муж их Пирон, но прежде, чем они отправились к нему, дала им Великая Мать Льдов семь наказов для всех людей этого мира, который она нарекла Варкеном. Наказ первый – никогда не тревожить ледяного крошева и не опускать в него ни руки, ни ноги, ни какого-либо предмета, привязанного к цепи или канату. Наказ второй – муж никогда не должен входить на Женскую половину дома без вызова жены. Наказ третий – жена никогда не должна тревожить мужа, если он находится на Мужской половине дома. Наказ четвертый – никогда мужчина не должен поднимать руки на женщину и ребенка. Наказ пятый – никогда мужчина не должен обещать того, чего он не может сделать. Наказ шестой – никогда жена не должна требовать от мужа того, что не в его силах. Наказ седьмой – никогда ни мужчина, ни женщина не должны оставлять свои грехи неискупленными. Дочери Великой Матери Льдов полетели к мужу своему Пирону, чтобы пробудить его от сна, а она осталась сидеть на каменном троне, который сотворила себе, и думать о том, что же ждёт этот мир в будущем. Тревожно стало на душе Великой Матери Льдов, ведь каким бы огромным не был этот мир, а не было в нем земли, на которой в будущем все люди смогут собраться все вместе, и слишком большой силой они обладали. Грозило это ссорами и враждой, которые рано или поздно поставят этот мир на грань уничтожения и тогда решила она родить сына, чтобы в будущем он искупил своей смертью все грехи людей Варкена. И раскрыла тогда Великая Мать Льдов руками своими грудь свою, и вышел из её юноша столь прекрасный, что сразу в нём был виден не обычный человек. И нарекла Великая Мать Льдов сына своего Ейсису и повелела ему жить на этом острове, сидеть на её каменном троне и внимательно всматриваться в океан из ледяного крошева, а когда станет он красным, как кровь, и станут из его глубин подниматься на поверхность снежные демоны, велела она сыну своему спуститься в ледяное крошево и смертью своей усмирить снежных демонов и даровать всем людям Варкена спасение. И сказал она сыну своему Ейсису, что после смерти своей он мгновенно перенесется в её ледяные чертоги и будет сидеть подле неё и слушать её чудесное пение, и будут открыты для него её волшебные ледяные сады, полные всяческих чудес, и станут товарищами его множество мужчин и женщин, которых призовёт она к себе после их смерти в том случае, если жили они праведной жизнью и не покрыли имя своё и род свой позором и проклятьями. С таким напутствием сыну своему Ейсису навсегда покинула Великая Мать Льдов Варкен. – Анита взяла последний аккорд и умолкла, опустив глаза. Голос её при этом был грустным и печальным, но уже несколько секунд спустя она посмотрела на притихших галанок и веселым голосом воскликнула – Ну, что, девчонки, поняли теперь, что даст вам майнаринг? Именно в этом заключается главное в искусстве настоящей матидейтары. Правда, помимо этого я научу вас ещё многим вещам, включая то, как нужно правильно коптить лосося и выращивать живой варкенский мох из деток, ну, а уж ваши Серебряные Туники и сами дадут потомство, ведь при рождении ребёнка каждая из них обязательно отпочкует потомка.
Галактические координаты:
L = 52877,39437 СЛ;
Стандартное галактическое время:
20 декабря, 11 часов 27 минут
Месяц роан, 28 число, 10 часов 05 минут
Вайла Мерк провела во дворце вместе со своими подругами и Анитой всего пять дней, а этого хватило на то, чтобы она полностью изменила все свои прежние взгляды на жизнь. Теперь она была полностью готова к тому, чтобы взять на свои плечи тяжкий груз обязанностей первой леди ордена. Она хотела вернуться в Равел вместе со своими подругами тихо и незаметно, но у Аниты на этот счёт было своё собственное мнение и она вытребовала у своего венценосного папаши все флайеры его империи, чтобы отправить Вайлу в свой родной город.
Его величество согласился, но при этом отказался лететь в Равел сам, да, его не очень-то и упрашивали. Вместо него это сделали Анита и Тефалд, облачившиеся по этому поводу в тронные одежды. Поскольку в самом городе подходящей посадочной площадки не было, то её на скорую руку сделали на острове Равелнаштарам, неподалеку от казарм черных рыцарей. Тем было очень приятно, что их жен привезли на остров с такой помпой.
Когда флайеры, заходя на посадку, сделали плавный разворот над Равелом, Вайла поразилась тому, сколько народа собралось в этом небольшом городке. Он был буквально переполнен людьми и более всего походил на бочку с соленой рыбёшкой семелой. Похоже, что всем эти людям, очень многие из которых приехали на остров только с одной целью, – записаться в орден рыцарей Варкена, даже негде было спать, так как на крышах Вайла увидела множество матрацев. Ну, в условиях острова Равелнаштарам это было не так уж и страшно, простудиться здесь было невозможно, но очень неприятно.
Казармы черных рыцарей, которые она также сочла жалкими бараками, также были изрядно переполнены, но зато все рыцари были полны энтузиазма. Впрочем, никто бы на Галане не взялся сказать, насколько его хватит, этого восторга и энтузиазма. А еще Равел поразил Вайлу тем, что уже очень многие из его жителей восприняли моду галактов. Девушки щеголяли в легких платьях до колен и совсем уж коротких юбках с самыми разнообразными по цвету и фасону блузками, а мужчины в легких брюках и рубашками с короткими рукавами. Похоже, что автоматическое ателье леди Тристалл, чей муж тоже стал черным рыцарем, работало круглосуточно и её юные сыновья, заменившие мать в салоне готовой одежды, тоже.
Вайла, отправляясь в этот полет, волновалась, как жители Равела воспримут то, что все они были одеты в немыслимо короткие платьица длиной до середины бёдер, но, увидев юбчонки некоторых красоток, очень быстро успокоилась. Они куда сильнее диссонировали с мундирами солдат городской стражи и нарядами немногих чиновников. Церемонии передачи жен рыцарям ордена была весьма короткой и для многих жителей Равела, примчавшихся на Равелнаштарам, совершенно непонятной. Никто из них так и не понял, что означала фраза сказанная принцессой Анитой:
– Премьер-магистр Мерк, я возвращаю рыцарям ордена и тебе ваших жен, теперь все они настоящие варкенки по духу.
Не поняли это и очень многие парни из числа тех, кто записался в орден, но ещё не прошел в его торнее курса обучения. Зато все те черные рыцари, которые окружили флайеры, буквально взревели от восторга, услышав такое известие. Принцесса Анита не стала задерживаться и улетела буквально через десять минут, сказав Велименту главное, – она сделала то, что некогда пообещала Веридору Мерку и теперь уже Вайла и её подруги должны были продвигать это дело вперёд. Велимент, который за это время дважды побывал в торнее со своими огунами, очень соскучился, но, к сожалению, не смог уделить своей жене много времени.
Буквально в предпоследний день он вспомнил о том, что его жена возвращается и, как ему казалось, позаботился о том, чтобы поселить её свеем собственном доме. Правда, ничего лучшего он не придумал, как забрать из торнея свой домишко и поставить его на берегу океана рядом со своей дорожкой камней. Место это, конечно, было очень красивым, но эту небольшую поляну подпирали с севера джунгли, из которых доносились весьма немелодичные крики местной живности, перемежающиеся рычанием, а то и рёвом барсов, коих там было превеликое множество.
Вот в этот-то домик он и ввёл свою молодую жену, после чего тотчас умчался в торней, чтобы покумекать там над тем, чем заменить разбитые вдребезги тренажеры и, вообще, заняться своими прямыми обязанностями. Вайла не стала жаловаться мужу, что её пугает рычание, доносившееся из джунглей. Она поступила гораздо проще, связалась со своей новой подругой Нертис Озалис и объяснила ей, чем им следует заняться в первую очередь. Та, не думая ни одной лишней секунды, тут же вышла из своей квартиры и вытолкала взашей из помещения командного поста как своего мужа, так и всех его сайнт-магистров.
Очистив помещение, Нертис тотчас пригласила к себе на чай Вайлу, а также всех леди ордена. Ох и хохотали же они, когда эта дама рассказывала о том, как она погнала мужиков и что сказала при этом своему мужу прямо в их присутствии. После этого Нертис усадила Вайлу к себе на колени и, вперив в неё свои зелёные глаза, которые на Галане считали колдовскими, нежно проворковала:
– Итак, моя маленькая повелительница, что ты нам прикажешь?
Вайла, уже полностью отказавшаяся от всех своих прежних взглядов на то, какой должна быть истинная галанка, поцеловала Нертис, однако в щёчку, а не в губы, как это бывало уже не раз, и веселым голосом сказала:
– Девочки, нам пора дать укорот этим балбесам с хвостами на головах, которые могут украсить одних только скакунов. Посмотрите на то, где нас принимает леди Нертис. Разве это не ужас? Но я, первая леди ордена не могу сделать и этого, так мне вообще негде вас принять! Мой муженёк, видно, ударился обо что-то очень крепкое в своём торнее головой и поставил мне вместо нормального дома какую-то коробку из-под обуви на берегу океана, да, к тому же в десяти метрах от джунглей, из которых несёт таким смрадом, что я и минуты там не смогла вытерпеть. К тому же в джунглях полным полно голодных барсов и если бы я выставила вам какое-нибудь угощенье, они его тотчас бы слопали. В общем так, девочки, этому нужно срочно положить конец. Нам нужен большой, красивый город, чтобы мы все жили во дворцах, а не в жалких лачугах и уж коли наши мужья ещё не подумали о том, каким он должен быть, то это сделаем мы, их жены. Ну, что, вы со мной согласны?
Сначала в уши Вайле ударил громкий, радостный визг, но уже через минуту её окатило ледяным душем уныния, когда Ралейн воскликнула:
– Но, Вайла, среди нас нет ни одного архитектора, а я даже и рисовать-то толком не умею.
Вайла протянула руки к Ралейн и уже через секунду на коленях Нертис сидело сразу две прелестные девушки, но ей это было не в тягость. Обнимая и целуя Ралейн, Вайла сказала:
– Рал, прелесть моя, когда три дня назад мы лежали с тобой на коврике живого варкенского мха и грезили о нашей будущей жизни, в твоём сознании я увидела такие величественные дворцы нашего будущего Варкенардиза, что чуть не заплакала от восторга и восхищения. Так что же ты думаешь, маленькая паршивка, этого мало? Девочка моя, мы находимся внутри самое умной машины галактике и вокруг нас лежит столько разных умных штуковин, что они сами за нас всё сделают. Ну, а кроме того Вел сказал мне, что у него есть чудо-помощник, какой-то компр… Ну в общем это очень умный парень, только он не живой и его зовут Ворчун, вот его-то мы и попросим помочь нам с эскизами.
Нертис добавила к её объяснению пару слов от себя:
– Всё так и есть, Вайла. Именно здесь находится большой аналитический компьютер и я знаю где расположена его главная консоль, но у нас нет к нему доступа. Он просто не будет с нами разговаривать.
Вайла улыбнулась и сказала:
– Нертис, миленькая, ты только покажи мне где это место, а уж обо всём остальном я с ним как-нибудь сама договорюсь. – Нертис, не очень-то веря в успех этого предприятия, подвела Вайлу к пульту, расположенного перед огромным трёхмерным экраном и, усадив её в удобное кресло, молча развела руками. Вайла не стала нажимать ни на какие кнопки, а просто попросила компьютер – Ворчун, миленький, я Вайла Мерк, жена Велимента и мне очень нужна твоя помощь. Понимаешь, я должна помочь Велу создать такой рыцарский орден, чтобы ему не было за него стыдно перед папой, Веридором Мерком. Помоги мне, пожалуйста, а за это я сделаю для тебя всё что угодно. Только помоги мне и моим подругам, Ворчун, и тогда мы будем твоими самыми лучшими друзьями.
Нертис Озалис имела большой опыт работы с галанскими компьютерами, у которых на искусственный интеллект не было и намёка. Довелось ей с разрешения мужа поработать и с Ворчуном, что также было весьма непростым дело, а потому она даже и не надеялась на то, что тот просто включится, не говоря уже о том, чтобы ответить этой наивной и простодушной девушке, но она ошиблась. Как только Вайла умолкла и испустила глубокий, горестный вздох, трёхмерный экран немедленно вспыхнул и на нём появилась не сложная геометрическая фигура, как обычно, а большой зелёный луг и лес невдалеке, на фоне которого стоял красивый рыцарский замок.
Ворота замка распахнулись настежь и к ним выехал верхом на белоснежном скакуне красавец-дворянин с роскошными гвардейскими усами, одетый в охотничий наряд тёмно-зелёного сукна, высокие ботфорты и широкополую шляпу с графскими перьями. Он мгновенно вырос в размерах и занял собой большую часть экрана, после чего, подбоченясь и подкрутив свои усы, спросил сочным баритоном:
– Так значит ты Вайла, та самая девушка, перед которой мой друг Верди Мерк устроил когда-то на торговой площади целое представление? И теперь ты жена Вела, которому я должен по его просьбе помогать всем, чем только смогу?
Вайла широко заулыбалась, щёчки её покрыл яркий румянец и она весёлым голосом ответила:
– Да, я та самая Вайла. Ой, но ты же совсем не похож на Ворчуна! Давай я буду называть тебя как-нибудь по другому. Ты такой красивый.
Ворчун спешился, скакун тотчас исчез, а его охотничий наряд сменился на пышный дворянский наряд нежно-сиреневого цвета, но количество перьев на шляпе по-прежнему соответствовало графскому титулу. Сделав перед Вайлой и её подругами вальяжный поклон, он сказал:
– Я большой аналитический компьютер модели "Зет"…
Вайла тотчас перебила его и воскликнула:
– Тогда я буду называть тебя Зеттурионом! Хорошо?
– Мне нравится это имя, Вайла, оно означает Зет Неустрашимый в переводе с галанского на галалингв. – С улыбкой сказал Ворчун и продолжил свою фразу – Но теперь я имею новый мозг, который имеет несравнимо меньшие размеры, чем раньше, так как он помещён в сферу головного мозга обычного андроида.
Про андроидов Вайла уже была наслышана и даже успела пообщаться с Микки, а потому, захлопав в ладоши чуть ли не завизжала:
– Вот здорово, Зеттурион, значит ты тоже можешь стать точно таким же парнем, как граф Микки фрай-Флайермин? Ну, так давай же сделаем это, Зеттурион, тогда ты не будешь сидеть в этой железной коробке, а сможешь, как и все, гулять по городу и даже путешествовать по Галану.
– Увы, но как бы мне этого не хотелось сделать, Вайла, это невозможно. – Ответил Ворчун и добавил – Нужное оборудование принадлежит Микки, а он отказал мне в праве стать а-человеком, сказав, что на мой новый мозг нельзя наложить поведенческие программы андроида, хотя это совсем не так.
Вайла прищурилась и спросила:
– Так значит этот вредный Микки не хочет дать тебе человеческое тело, Зеттурион? Ну, это мы ещё посмотрим, хватит ли у него духа тягаться со мной, первой леди ордена. Подожди меня пару минут, дружок, я скоро вернусь. – Вайла исчезла, телепортом прыгнув прямиком в новый дворец принцессы Аниты и действительно отсутствовала не более пяти минут, а вернувшись, с небрежным жестом насмешливым голосом сказала – Не волнуйся, Зеттурион, у тебя уже завтра к полудню будет точно такое же тело, как и у Микки, только ещё лучше, ведь я дам для него кусочек себя и ты будешь, как бы моим братом по крови, а потому станешь графом, как и он. Извини, но Великим князем мне сделать тебя не удастся.
Зеттурион ещё раз поклонился Вайле и сказал восхищенным голосом влюблённого юноши:
– Это будет для меня огромной честью, Вайла. Я присваиваю тебе наивысший доступ ко всем своим файлам и готов сделать для тебя всё, что ты только попросишь. Даже спланировать войну.
Нертис, потрясенная этими словами, тихо ойкнула и сказала:
– Вайла, девочка моя, а нам не нагорит от Велимента за такое самоуправство? Ведь ты только что, можно сказать, перепрограммировала этот компьютер. Что будет, если теперь Зеттурион откажется выполнять приказы и распоряжения Вела?
Зеттурион снова приосанился и успокоил её:
– Нертис Озалис, Нэкс для того и заменил мою старую элементную базу на новый поликристаллический мозг, чтобы я больше не выполнял ничьих приказом, но помогал Велименту во всех его делах. Таким образом он защитил мои файлы от взлома в будущем, ведь отныне я сам решаю, давать информацию тому, кто ко мне обращается, или нет. Вот только Микки этого не понял, и по-прежнему считает меня старой, ворчливой грудой скисших батареек и перегоревших лампочек. Так какой помощи вы ждёте от меня, милые дамы?
Вайла горестно вздохнула и ответила:
– Зеттурион, мой муж очень хороший сардар и вообще он очень хороший, но он никогда не командовал людьми и не занимался планированием. Он стремится привлечь в орден как можно больше галанцев и сделать их воинами-трао, но сейчас не это главное. Наш орден стал похож на баржу, перегруженную камнями и не дай того Великая Мать Льдов налетит шквал или начнётся шторм, мы все тогда пойдём ко дну. Нам нужен большой и прочный корабль для плавания, – огромный город, где всем бы хватило места и для жизни, и для работы, и для воспитания наших детей. И это должен быть самый красивый город. Если я попрошу Вела построить такой город, то он сделает что-нибудь не так и потому мы хотим сами нарисовать его на бумаге, а потом наши черные рыцари построят его. Леди Ралейн придумала такой прекрасный город для нас, что мне такое даже и не снилась, но она совсем не умеет рисовать. Анита рассказывала нам, что есть такое устройство, которое может читать мысли человека не хуже любого арланара, вот я и подумала, милый Зеттурион, может быть такое устройство есть у тебя? Каждая из нас мечтает о таком городе черных рыцарей, красивее которого не найти во всей галактике. Прочитай наши мысли, Зеттурион, и нарисуй его на бумаге и тогда наши мужья его построят с помощью Силы, ведь они самые мощные арланары на всём Галане и их уже у нас так много.
Как только Нертис услышала эту просьбу, она только и всплеснула руками, так как сказать ничего не смогла. Зеттурион, улыбнулся, отвесил им всем низкий поклон и сказал:
– Благородные леди, с того момента, как Верди Мерк покинул Галан, я ещё не слышал слов более мудрых, как и не сталкивался с более правильным, своевременным и обоснованным решением. К счастью, леди Вайла, у меня имеется превосходный ментоскоп и для меня будет большим наслаждением узнать ваши мысли. – Одна из пластиковых панелей, которыми были облицованы стены, сдвинулась вверх и из неё с урчанием выкатился небольшой ремонтный робот, тащивший на буксире кресло, над которым возвышался прозрачный колпак и Зеттурин, покручивая свой ус, заявил – Даже Верди Мерку я не говорил о том, что укомплектован таким оборудованием и это, дорогая Вайла, далеко не последняя вещь, которой я тебя ещё смогу порадовать. Не бойтесь, благородные леди, это очень хороший ментоскоп и с его помощью я всего за сорок пять секунд смогу прочитать в вашем сознании то, каким вы хотите видеть свой будущий город. Кто из вас первой сядет в кресло, девушки?
После недолгого совещания было решено, что первой должна была поделиться с Зеттурионом своими планами Ралейн Лоран. Она отважно села в кресло военного ментосканера, предназначенного для допроса пленных и уже менее, чем через минуту хитроумный компьютер, давно уже вынашивавший планы, как ему перейти в разряд андроидов, попросил сесть в кресло следующую свою жертву. Зеттурион высосал из сознания Ралейн не только то, каким она мечтала видеть город черных рыцарей, но и все её сердечные тайны, равно как и женские фантазии.
Через неполных два часа, Ворчун уже смело мог считать себя знатоком женской души и при этом в его голове не появилось и тени сомнения в том, что он таким образом совершает просто нетактичный поступок, если не преступление. Однако, этот старый тип был парень, как говорится, себе на уме и потому действовал с бесцеремонностью вора-карманника, быстро, ловко и решительно. По ходу дела он строил на экране компьютерную модель и с его каждой новой жертвой она делалась всё красивее и красивее, в то время, как лицо Нертис, также уже ставшей донором, становилось всё более и более мрачным. Наконец, когда с кресла встала последняя красавица, она спросила его:
– Зет, электронный негодяй, ты высасываешь из нас все наши мысли до единой, вплоть до самого раннего детства?
Тот простодушно ответил:
– И я не нашел в ваших мыслях, милые леди, ничего такого, что могло бы меня опечалить. Пожалуй, теперь, немного подумав, я смогу спроектировать для вас такой город, в котором вы будете счастливы.
Нертис такой ответ не устроил и она, подперев бока кулаками, снова набросилась на нахала:
– Это, конечно, прекрасно, Зет, но как ты посмел нас так подло и коварно обмануть? Мы ведь просили, чтобы ты прочитал только те наши мысли, которые имеют отношение к городу черных рыцарей, но уж никак не выведывал все наши сердечные тайны и секреты.
Однако, Ворчуна было трудно пронять и он, сделав с экрана небрежный жест, притворно простодушным тоном сказал в ответ:
– Леди Нертис, не нужно делать из этого трагедию. Ведь вам, истинным хозяйкам ордена, всё равно нужен будет верный и преданный помощник и наперсник, к которому вы сможете обратиться за помощью, если вам потребуется сделать что-то в тайне от своих мужей. Вот тогда вам и пригодится Зеттурион Баркарен, ещё один брат леди Вайлы по крови и брат каждой из вас по родству мыслей, ведь каждую из вас, мои прекрасные леди, я люблю, как родную сестру и поскольку вам не дано проникнуть в моё сознание, я клянусь вам – Тут Зеттурион сложил на экране пальцы рук в замок вечной преданности – Что никто и никогда не вырвет из меня ни одного байта информации. А теперь дайте мне всего один час, чтобы я создал для вас самый красивый город во всей обитаемой галактике. Ведь он будет создан мной не только благодаря удивительной фантазии леди Ралейн, но и всем вашим девичьим грёзам, милые мои девочки.
Нертис, поняв, что они в одночасье действительно обрели себе надёжного и очень нужного им наперсника, а в клане появился самый большой дамский угодник, только махнула рукой и рассмеялась в ответ. Ругать этого хитрого мерзавца было бесполезно и, что самое смешное, не за что. Да, и все её подруги почему-то отнеслись ко всему очень спокойно. Они расселись за огромным столом, за которым Раймур Озалис частенько устраивал рабочие совещания и, телепортом притащив из своих домов в Равеле всяческих сладостей, принялись пить чай, который так понравился им во дворце Аниты.
Зеттурион в это время не только постоянно добавлял всё новые и новые детали к городскому пейзажу, но ещё и что-то мастерил мимоходом. То и дело из этого парня, который имел в длину более сорока метров и в ширину все шесть, выкатывались небольшие ремонтные роботы и расставляли вокруг стола какие-то штативы с линзами наверху. Из всех женщин одна только Нертис догадывалась, что этот хитроумный компьютер строил большой голографический проектор. Наконец он закончил работу и довольным голосом сказал:
– Девочки, я построил для вас город вашей мечты, только не реальный, а голографический и если вы уберёте куда-нибудь этот стол и отойдёте к стенам, вы его увидите.
Стол моментально отправили в одно из пустующих помещений четырьмя этажами ниже и жены черных рыцарей торопливо отбежали от того места, где он стоял. Зеттурион погасил свет и тотчас перед ними вырос город и изрядный кусок острова Равелнаштарам. Город раскинулся на мысе почти правильной треугольной формы в том месте, напротив которого находился остров Равел и был, пожалуй, раз в десять больше Роанта. Это был, воистину, фантастической красоты город, в котором ни одно здание не было похоже на другое и все вместе они рождали единый архитектурный ансамбль.
Вайла от восхищения так и ахнула. Именно такой город она хотела построить для ордена своего мужа. Огромный и красивый, с домами взлетающими вверх, словно птицы, с красивыми парками и водопадами, вытекающими прямо из стен сказочно красивых замков. С красивыми площадями и скверами. А в самом центре города взметнулся вверх величественный дворец ордена, на террасах которого были разбиты парки с высоченными деревьями и причудливыми водоемами. Прижав руки к щекам, она невольно прошептала:
– Сколько же лет мы будем его строить?
Зеттурион тотчас ответил ей:
– Сестра моя, по моим подсчетам черные рыцари вполне могут уложиться в два месяца. От вас, мои милые сёстры, я узнал о том, сколь велика Сила ваших мужей и если они займутся делом и не будут валять дурака, то уложатся в этот срок. Правда, для этого им придётся провести через торней всех тех обормотов, которые собрались на острове. Все инженерные расчеты я также уже сделал, как и определил места, где нужно будет брать камень для строительства и отделочных работ. Единственное, что потребует весьма значительных усилий, так это развертывание четырех из шести промышленных модулей, которые находятся у вашего императора. Я и их включил в план строительства города, но те заводы, которые я предлагаю построить на нашем острове, после окончания работ можно будет вернуть императору. Вот только я не знаю, согласится ли он передать их нам во временное пользование.
Вайла усмехнулась и сказала:
– Императора возьмёт на себя Анита, а я постараюсь сделать так, чтобы Велимент никуда не сбежал, увидев эту красоту. Ну, а ты, наш доблестный секонд-магистр Зеттурион, готовься к тому, чтобы обрести тело настоящего галанского дворянина. В Тернигоре уже полным ходом идут сборы в дорогу и Анита известила меня о том, что император не имеет ничего против твоего воплощения в теле человека.
Нертис всплеснула руками и со смехом воскликнула:
– Вайла, побойся гнева Великой Матери Льдов! Не нужно так наезжать на Вела. Ему может не понравиться, что ты сделала нашего доброго друга его секонд-магистром.
Вайла только улыбнулась в ответ и Зеттурион немедленно принялся объяснять ей, как нужно правильно пользоваться его новым голографическим проектором, после чего из его чрева выкатился робот-ремонтник и вручил ей портативный пульт управления и внушительного вида книгу с письменной инструкцией. Сложив и то, и другое в обычный солдатский мешок, Вайла и все её подруги кроме Нертис покинули командный пост. Наступил вечер и ей было пора подумать о ночлеге. Джунгли мало пугали девушку, но возвращаться в тот симпатичный домик, который построил для неё муж, она не хотела и потому отправилась в Равел, в дом своих родителей.
Велимент покончил со своими делами примерно час спустя и, не найдя жены в доме на берегу океана, тоже телепортом прыгнул в Равел, на порог дома своего тестя. Там он, однако, не нашел ни его, ни Жано Корреля, а тёща, которая так его любила, лишь вздохнула в ответ на его приветствие и молча указала глазами на дверь комнаты Вайлы. Ничего не подозревающий Велимент вошел и увидел свою жену одетой в коротенькую ночную рубашку. Увидев мужа, Вайла схватила шелковый халат, закрылась им и громко воскликнула:
– Велимент, кто позволил тебе войти в мою спальную без стука?
Поделиться книгой: