Радиотехническое вооружение на испытаниях работало устойчиво, обеспечивая обнаружение воздушных, надводных и подводных целей, выдачу целеуказания для артиллерийского и противолодочного вооружения, а также обеспечивая решение навигационных задач.
При испытании гидроакустической системы (ГАС) «ГС-572» на скорости хода корабля-носителя в 15 узлов дальность пеленгования подводной лодки, следовавшей в подводном положении со скоростью 4 – 5 узлов, составила от 3,5 до 5,0 кабельтовых (1 каб. = 185,2 м). При увеличении скорости хода эсминца из-за возникновения значительных гидродинамических помех, создаваемых самим кораблем, обнаружение подводной лодки затруднялось. К тому же, установленный на «Бесшумном» образец ГАС «ГС-572» № 245 производства 1958 года, как оказалось, не имел слуховой приставки (!), позволявшей классифицировать пеленгуемые подводные цели.
Малая дальность обнаружения ГАС «ГС-572» ограничивала эффективность применения противолодочного оружия, не позволяя использовать противолодочные торпеды и реактивные глубинные бомбы (РГБ) на предельных дальностях стрельбы.
При проверке шлюпочного устройства оказалось, что в условиях темноты и волнения управлять шпилями при подъёме катеров оказалось невозможно, а их эксплуатация была затруднена и небезопасна для личного состава. В связи с этим комиссия рекомендовала установить на шлюпочной палубе специальную лебёдку.
13 июня 1960 года «Бесшумный» возвратился в Николаев и его поставили в завод для контрольного вскрытия механизмов и окраски. С 21 по 27 июня корабль прошёл докование в заводском плавучем доке для очистки и окраски подводной части. 30 июня на нём завершили устранение выявленных в процессе испытаний недостатков и оформили все приёмные документы, после чего состоял ось подписание приёмного акта на эскадренный миноносец «Бесшумный».
В общей сложности, переоборудование и испытания головного корабля заняли 2 года 6 месяцев и 24 дня. Стоимость работ по переоборудованию составила почти 1,5 млн. рублей в ценах 1960 года.
Головным кораблём проекта 31 в варианте № 2 стал эсминец «Безбоязненный» проекта 30бис (заводской № С-1114) Черноморского флота, построенный на Николаевском СС3 N° 445. В своё время на этом заводе, куда он прибыл 1 июля 1958 года, производились средний ремонт корабля и его переоборудование (кстати, работы производились уже в период нахождения там «Бесшумного»).
На «Безбоязненном» провели в целом аналогичный объём работ по ремонту и переоборудованию (модернизации) корабля. Отличие заключалось в установке на корабле штатных средств радиоразведки по варианту № 2 (РЛС радиоразведки «Гафель 12-13», «Гафель 11-14» и «Гафель 17-18»). Во всём остальном эсминец практически полностью повторял корабль варианта N2 1, со всеми его достоинствами и недостатками.
После завершения ремонта и переоборудования эсминец прошел докование в заводском плавучем доке с очисткой и окраской подводной части корпуса (29 июня – 4 июля), а с 6 августа по
23 октября 1960 года – швартовные испытания, после чего перешёл в Севастополь для проведения заводских наладочных (25 – 27 октября) и государственных (28 октября – 25 ноября) испытаний. На момент выхода с завода на «Безбоязненном» отсутствовали приборы и изделия десяти наименований, недопоставленные промышленностью.
Испытания эсминца на полигонах Черноморского флота прошли по программе испытаний серийного корабля и отдельных образцов вооружения. Полученные основные ТТЭ корабля соответствовали утверждённому проекту и спецификации, за исключением величины скорости полного хода, оказавшейся на 1,6 узла меньше проектной (33 узла) в силу недополучения спецификационных параметров главных котлов из-за их износа. На основании решения Главкома ВМФ СССР от 16 ноября 1960 года полученную скорость засчитали 5*.
В период испытаний отмечены следующие замечания по работе материальной части:
– выход из строя действующего котла N° 2 на режиме полного хода по причине прорыва прокладки на крышке фильтра горячей нефти;
– заливание водой электродвигателя машинного вентилятора во втором машинном отделении через шахту при включении системы водяной защиты (СВЗ);
В ходе испытаний отмечены случаи выхода из строя эхолота «НЭЛ-5СУ» из-за неправильного монтажа полупроводникового выпрямителя. После устранения неисправностей эхолот работал нормально.
Комиссия отметила отсутствие связи штурманской рубки с ГКП, рубкой гидроакустика и с РЛС «Фут-Н», что признали существенным недостатком проекта.
Материальная часть вооружения проверена стрельбой и работала удовлетворительно. Отмечен один случай перекоса и заклинивания снаряда артиллерийской установки «ЗИФ-71» № 3 на линии досылки (как и на «Безбоязненном», где имел место аналогичный случай из-за ненадёжной фиксации снаряда в обойме из-за её дефекта).
В ходе испытаний отмечалось наличие автоколебаний в системе определения курса и времени атаки, в результате чего на выходе возникали колебания, превышавшие допустимые. После дополнительной регулировки системы показания вошли в норму.
Гидроакустическая система «ГС-572» в период испытаний обеспечивала поиск подлодки при скорости корабля-носителя до 20 узлов на дистанции обнаружения 6 – 6,5 кабельтовых и производство стрельбы торпедами на дистанции до 1 О кабельтовых. При 20-узловой скорости хода из-за значительных гидродинамических шумов в носовых секторах О – 30 градусов с каждого борта затруднялись поиск и обнаружение подводной лодки.
Как и на «Бесшумном», на «Безбоязненном» радиоприёмные устройства радиоразведки «Р-310» и «Р-314» имели большие обратные излучения первых гетеродинов, значительно превышавшие нормативные значения.
Комиссия также отметила, что дальность обнаружения работающих РЛС поисковым приёмником «Бизань-8» на 40 процентов меньше дистанции обнаружения станциями разведки «Гафель», что при условии нормальной радио- локациионной наблюдаемости не обеспечивает выдачу ей целеуказания на дистанциях 225 -320 кабельтовых.
7 ноября 1970 года эсминец «Безбоязненный» возвратился в завод и был поставлен на вскрытие механизмов, ревизию и окончательную окраску. После устранения замечаний и завершения мероприятий, предусмотренных программой госиспытаний корабля, 25 ноября 1960 года государственная комиссия подписала приёмный акт на ЭМ «Безбоязненный». Всего со времени постановки корабля в завод до подписания акта прошло 2 года 4 месяца и 25 дней.
Обобщая высказанные приёмной комиссией замечания, общие для кораблей обоих вариантов проекта 31, важно отметить следующее. Прежде всего, оснащение каждого корабля из пары только частью аппаратуры радиоразведки не позволяло использовать один из них для освещения обстановки во всём диапазоне частот.
Отмечалось также, что антенный пост РЛС «Гафель» на втором мостике размещён неудачно, обеспечивая сектор обзора всего 160°. К тому же, в связи с отсутствием в аппаратуре одновременной работы РЛС «Звезда-31» блоков подавления помех для РЛС «Гафель 11-14», работа указанной станции при одновременной работе РЛС «Фут-Н», «Фут-Б», «Дон» и «Залп-М2» оказалась практически невозможной. Кроме того, отмечалось повышение температуры в постах радиоразведки, рубке гидроакустика и РЛС «Фут-Н» до 35 – 50°С, а также повышенное облучение личного состава сверхвысокочастотным излучением от работающих РЛС на открытых постах 57-мм автоматов ЗИФ-71.
В силу малой высоты расположения антенных постов РЛС «Фут-Б» (8,3 м от ватерлинии) дальность действия станции оказалась на 20% меньше, чем на кораблях проектов 56 и 57бис, АП которых располагались на высоте 15,5 м от ватерлинии.
Из-за недопоставок промышленностью на обоих николаевских кораблях (и почти наверняка – на всех остальных из числа проходивших переоборудование по проекту 31 на других заводах страны) на момент проведения испытаний отсутствовали предусмотренные проектом радиоразведывательные пеленгаторы «Буг» и «Визир», без которых использование аппаратуры радиоразведки было невозможным.
Приёмная комиссия сделала также ряд небольших замечаний, ограничивавших эффективность, в общем-то, новых кораблей по прямому назначению.
В общей сложности, переоборудование (модернизацию) по проекту 31 на пяти СС3 и СР3 страны в Николаеве, Ленинграде, Северодвинске, Кронштадте и Владивостоке (по другим данным – в Комсомольске-на-Амуре) прошли 8 кораблей проекта 30бис.
Кроме «Бесшумного», по варианту №1 были переоборудованы: «Охраняющий» (с 14.10.1957 года по 14.7.1961 года), «Огненный» (с 19.1.1958 года по 27.12.1960 года) и «Верный» (с 11.11.1957 года по 28.4.1961 года).
По варианту N° 2 помимо «Безбоязненного» были переоборудованы: «Опасный» (с 14.10.1957 года по 6.3.1962 года), «Стремительный» (с 20.10.1957 года по 5.8.1961 года) и «Вихревой» (с 29.1.1959 года по 20.7.1961 года).
Внешне корабли вариантов №1 и №2 проекта 31 незначительно отличались друг от друга размерами антенных постов станций «Гафель» и их размещением на надстройке и на площадке грот- мачты. Кроме того, в отличие от других, козырьки дымовых труб на николаевских кораблях имели более плавные скругления в сторону кормы.
«Стремительный», «Бесшумный» и «Безбоязненный» отличались исполнением зашивки на срезе полубака – остальные корабли проекта выглядели иначе.
Имелись также и более мелкие отличия в виде конструктивного исполнения подкреплений под стеньгу грот-мачты на «Бесшумном» и «Безбоязненном». Правда, в силу практического отсутствия достоверных фото тихоокеанских ЭМ «Верный» и «Вихревой» судить об их внешних отличиях сегодня весьма сложно.
Кроме того, уже в период нахождения на Северном флоте на «Опасном» и «Охраняющем» на кормовой надстройке установили лёгкие ажурные мачты для размещения на них уголковых отражателей, позволявших этим кораблям во время учений играть роль крупных и быстроходных кораблей вероятного противника.
Служба
Для правильного понимания роли и места флота в целом и эскадренных миноносцев в частности в оборонной системе страны совершим краткий экскурс в историю.
В свете существовавших в 1950-е годы планов обороны страны с морских и океанских направлений флот отрабатывал задачи отражения морских десантов вероятных противников.
Предполагалось, что в случае войны ВМФ СССР придётся вести бой с противостоящими силами вероятных противников у своих берегов, под прикрытием истребительной и бомбардировочной авиации, главным образом, надводными силами (лёгкие крейсера, эсминцы и торпедные катера) во взаимодействии с подводными лодками. Потенциальным противником считались надводные ударные авианосные и десантные соединения западных стран, прежде всего США и Великобритании, а также других стран НАТО.
Соответственно, в свете принятой оборонительной доктрины на всех советских флотах вплоть до конца 1950-х годов отрабатывались задачи отражения потенциального вторжения с морского направления, где эсминцам предстояло действовать в тесном взаимодействии с лёгкими крейсерами и наносить по кораблям противника торпедно- артиллерийские удары.
Например, на Балтике отрабатывался сценарий ведения боя артиллерийскими крейсерами при поддержке эсминцев с равноценными или превосходящими силами противника на подступах к Балтийской проливной зоне (со стороны Балтики). Наряду с этим флот отрабатывал и высадку десантов на территорию противника в самой проливной зоне, при этом эсминцам наряду с крейсерами надлежало оказывать им артиллерийскую поддержку. В последнем случае обеспечивался фланговый прорыв в Западную Европу с территории ГДР танковых и механизированных соединений Сухопутных войск ОВД.
Со временем сценарий учений менялся, однако до самого распада СССР и Организации Варшавского Договора задача высадки оперативно-тактических и стратегических десантов для захвата проливов сохранялась, поэтому оставалась востребованной и великолепная 130-мм артиллерия эсминцев проектов 30бис и 31.
Черноморский флот до конца 1950-х годов отрабатывал бой с проникшими кораблями потенциального противника в центральной части Чёрного моря, в пределах досягаемости ракетоносной авиации берегового базирования с крымских аэродромов и/или с аэродромов стран-союзниц по Варшавскому Договору. Другой важной задачей здесь, как и на Балтике, была отработка огневой поддержки планировавшегося на случай войны стратегического десанта на Босфор и, соответственно, обеспечение действий сухопутных войск стран Варшавского Договора против южного фланга НАТО на Балканах.
Северный флот в указанный период отрабатывал бой с надводными силами противника и огневую поддержку десантов, а также охрану своих внутренних конвоев. Со временем, когда флот пополнился атомными подводными ракетоносцами, основной задачей надводных сил Северного флота стало обеспечение развёртывания ударных атомных подлодок, форсирования ими противолодочных рубежей НАТО и охрана районов боевых позиций стратегических подводных лодок.
Тихоокеанский флот до конца 1950-х годов также отрабатывал задачи по отражению во взаимодействии с авиацией возможных неприятельских десантов на Сахалин и Курильские острова, нанесению ударов по конвоям и десантным соединениям противника, охранению своих конвоев. Другой задачей была огневая поддержка десанта в случае войны на острове Хоккайдо.
В 1970-х годах к задачам ВМФ СССР добавились обеспечение военно- морского присутствия в Мировом океане, демонстрация флага, защита государственных интересов СССР и защита советского судоходства.
С развитием военной техники, средств обнаружения и доставки, с изменением форм и способов современной войны на море менялись и задачи кораблей. Прежде всего, для нанесения ударов непосредственно по территории СССР у ВМС потенциальных противников отпала необходимость входить в Чёрное море и рисковать своими кораблями. Теперь они могли атаковать цели силами авианосной авиации, находясь в восточном Средиземноморье, а позже – и силами развёрнутых в Средиземном и Норвежском морях (а позднее и в Индийском и Тихом океанах) соединений атомных ракетных подводных лодок.
ВМФ СССР был поставлен перед необходимостью выявлять и контролировать местонахождение передовых группировок ВМС США и НАТО и принимать упреждающие меры путём заблаговременного развёртывания своих сил и средств в указанных районах. Исходя из этого постепенно сформировалась и была претворена в жизнь задача несения силами флота так называемой боевой службы (БС). При этом организация слежения должна была обеспечить в случае необходимости немедленное гарантированное уничтожение обнаруженных группировок или ослабление ядерного удара по территории СССР.
Единственным и наиболее эффективным способом несения разнородными силами флота боевой службы было признано непрерывное слежение за потенциальными целями уже в мирное время с тем, чтобы в случае начала войны нанести по ним уничтожающий или, во всяком случае, парализующий удар. Поэтому в условиях несения боевой службы в мирное время корабли находились практически в полной готовности к немедленному, по получении приказа, применению своего оружия – времени на развёртывание и поиск противника им не требовалось.
Естественно, что в таких условиях на каждом этапе неизмеримо возрастала и роль военно-морской разведки в целом и радиотехнической – в частности. Именно поэтому в первое время немногочисленные корабли проекта 31 распределили поровну между СФ и ТОФ.
Так, «Бесшумный» и «Безбоязненный», первоначально предназначавшиеся для Черноморского флота, летом 1961 года перевели на Север. Оттуда после соответствующей подготовки к плаванию во льдах за ледоколами (включая докование с заменой штатных гребных винтов временными стальными) они в составе Экспедиции особого назначения перешли Северным морским путём на Тихоокеанский флот, где уже находились «Верный» и «Вихревой».
«Стремительный», «Огненный», «Опасный» и «Охраняющий» вошли в состав Северного флота. В конце концов, с изменением обстановки «Огненный», «Стремительный», а в 1984 году и «Опасный» перешли на Балтику, где и закончили службу. Наиболее бурная судьба досталась «Огненному», успевшему побывать в составе Северного, Черноморского и Балтийского флотов. Дольше всех из числа «тридцать первых» (с 1985 года – уже в качестве учебно-тренировочного судна), прослужил головной эсминец «Бесшумный», окончательно исключенный из списков в 1994 году.
« Бесшумный»
Поделиться книгой: