— Неуж этого психа-лунатика? — недоверчиво покосился Вилли. — Ну, того, который бродит во сне в пижаме и красных тапках?
Гун ошеломленно уставился на него.
— Слушай, что за чертовщина! Этот старик-сторож выше по дороге тоже меня об этом спрашивал. Я тогда решил, что он так шутит. Кто это вам обоим головы заморочил?
— Да был тут один — такой молодой парень, — пробурчал Вилли. — Уж так волновался из-за своего дяди Горациуса. Старикан, говорит, лунатик, бродит во сне по улицам.
— Ах вот оно что! И этот дядя Горациус вчера ночью тоже вышел прогуляться во сне? Отвечай! — взревел вдруг Гун таким свирепым голосом, что Вилли испуганно отшатнулся.
— Чего это вы на меня кричите? — насупился он.
— Как выглядел этот парень, который заливал тебе про дядюшку? — сурово вопрошал мистер Гун.
— Да я его особо не разглядывал, — нехотя отвечал Вилли. — И глаза у меня теперь не шибко видят. Ну, молодой, здоровый. Усы под носом. И такой, как бы это сказать, — в теле.
— В теле, говоришь! — рявкнул мистер Гун. Неужели племянничек этого дядюшки-лунатика — нахальный толстяк Фредерик! Опять эта напасть на его голову! И, как всегда, что-то разнюхивает. Мистер Гун был готов реветь от ярости.
Усы, ясное дело, накладные. Про дядюшку — сплошные выдумки. Да, никаких сомнений, это точно он — толстый увалень, наглый выскочка! Идет по тому же следу, который он сам, Теофилиус Гун, с таким трудом нащупал. Куда смылся этот негодяй? И подвернись в этот момент Фэтти под руку Пошелвону, плохо бы ему пришлось.
— Слушай, Вилли, — сказал Гун, у которого внезапно созрел план, — слушай меня внимательно.
— Чего? — переспросил Вилли. — Говорите громче. Уши у меня совсем никуда стали.
Мистер Гун повысил голос — к величайшей радости Фэтти. Что-то он сейчас скажет?
— Этот парень пойдет обратно той же дорогой, — излагал свой план Пошелвон. — И я его должен здесь перехватить, ясно? Так что, когда увидишь его, окликни, чтобы он подошел. И заговаривай ему зубы как можно дольше.
— Чего это ради? — недовольно буркнул Вилли. — Это ваше дело — преступников ловить. А мне к чему свою голову подставлять? Чтобы он меня — того?
— Я спрячусь по ту сторону дороги — так, чтобы этот наглец меня не заметил. Он меня боится, жуть как боится. Стоит ему увидеть только фару моего велосипеда, он удерет за сто миль. А я должен его сцапать, понял? Так, дальше: как только увидишь, что он идет, подними одну из этих твоих красных лампочек и покачай ею тихонько вправо-влево. Пока ты с ним будешь болтать, я вмиг буду здесь.
— Ладно, — безнадежно махнул рукой Вилли.
Не придется, видно, ему сегодня вздремнуть у костра, это уж точно! Со всеми этими усатыми парнями, лунатиками в пижаме и красных тапках, полицейскими! А теперь вот, здрасьте-пожалста, — еще и лампами сигналь!
Мистер Гун исчез в темноте на своем велосипеде. Он немного проехал вперед по дороге, удаляясь от реки, слез с велосипеда и спрятался под деревом, сжимая в руках велосипедный руль. Теперь надо только чуть-чуть подождать, и он сцапает негодного мальчишку, обязательно сцапает. Куда подлецу деваться? С другой-то стороны дорога упирается в реку.
Фэтти тем временем размышлял, как ему поступить. Можно спуститься к реке и пробраться чужими садами на дорогу, параллельную этой. А можно использовать этот случай и сейчас разыграть Гуна.
Конечно, он выбрал второе. Пошелвона стоило проучить. Хотя бы за то, что он сказал, будто бы Фэтти его боится до смерти! Не теряя времени, Фэтти приступил к делу. Прежде всего он вымазал лицо грязью. Потом повернул кепку так, чтобы козырек почти прикрывал глаза. Повязал вокруг шеи вместо шарфа белый носовой платок. И, наконец, снял фальшивые усы, но оставил, однако, торчащие зубы.
Присев на корточки, Фэтти похлопал руками землю вокруг себя — не попадется ли чего-нибудь полезного для его хитрого плана. Рука наткнулась на старый мешок. Отлично, это как раз то, что нужно. Теперь Фэтти пошарил в куче строительного мусора, оставленного дорожными рабочими, отобрал несколько камней и обломков кирпича. Он быстро, один за другим побросал их в мешок, набив его почти до верху. Мешок получился неподъемный.
С трудом взвалив его на плечо, Фэтти пошел обратно к дороге. Тут он обогнул сторожа, зайдя к нему с тыла. После чего вышел на дорогу и медленно, горбясь под тяжестью мешка, проковылял мимо.
Сторож заметил движущуюся фигуру, но его старческие глаза не могли различить, кто это. Он с сомнением вглядывался в темный силуэт, жалея, что луна, как назло, спряталась за облаками. Наконец старик решил, что, кто бы это ни был, все равно вид у него подозрительный. Поэтому будет не лишним подать условный знак — покачать красной лампочкой туда-сюда.
Он взял лампочку, повернулся в сторону, куда ушел Гун, и несколько раз медленно качнул ею. Уловив краем глаза его маневр, Фэтти довольно усмехнулся. Он продолжал не торопясь двигаться вперед, сгибаясь под тяжелой ношей. Выглядел он матерым взломщиком.
Мистер Гун заметил сигнал и быстро пошел по дороге, стараясь ступать бесшумно в своих ботинках на резиновой подошве. Он таращил глаза, силясь разглядеть, все ли идет так, как он задумал. Сумел ли старик перехватить Фэтти и при этом не проболтался ли о засаде? Велико было разочарование Пошелвона, когда, подойдя к будке сторожа, он обнаружил около нее одного лишь старика Вилли.
— Где он? Зачем ты, болван, качал лампой? Его же здесь нет! — вопил Гун.
— Его нет, это точно. Но зато я видел одного и впрямь подозрительного типа — ну чистый грабитель! Он шел туда, к реке, — оправдывался Вилли. — Я его как заметил, сразу решил, что это по вашей части, мистер Гун. Он еще и мешок тяжеленный на себе пер. Вам небось стало бы интересно узнать, что у него там, в мешке.
— М-м-да?.. Пожалуй, это и правда подозрительно… — подумав, согласился Гун, утешая себя тем, что, если уж Фэтти ему не попался, может, он схватит кого-то еще. — В какую сторону, говоришь, он пошел?
— А вон тудысь, — кивнул Вилли.
Гун и пошел «вон тудысь». При этом он, как положено, пригибался, прятался в тени, перебегал от дерева к дереву. А как же иначе? Он ведь готовился задержать злоумышленника с подозрительным мешком.
Фэтти на ходу быстро оглянулся. Ага, Пошелвон идет по следу. Прекрасно! Сейчас он у меня попляшет! Фэтти уходил все дальше к реке. Вот уже видны ее серебрящиеся в лунном свете волны. Место было ему знакомо. Много раз он с друзьями приходил сюда летом покататься на лодке или искупаться. Фэтти любил грести и, надо отдать ему должное, у него это неплохо получалось. Нужно было видеть, как легко разрезала волны их лодка: Фэтти на веслах, остальные юные сыщики — по двое на скамьях перед ним и за ним. А Бастер, восседает на носу лодки, бдительно поглядывая вдаль. Но сейчас была зима, сезон гребли еще не начался, и вытащенные на сушу лодки громоздились штабелями на берегу. В лунном свете они смотрелись таинственно и пугающе. Вот и знакомый сарай лодочника Спайсера. Летом у него брали лодку напрокат ребята. Здесь Фэтти свернул на узкую тропку, которая спускалась по берегу к ближайшему причалу. Пошелвон крадучись следовал за ним. Однако пыхтел при этом как паровоз, так что даже Фэтти было слышно его загнанное дыхание и сопение.
Фэтти пошел медленнее, едва переставляя ноги, как это делают дряхлые старички. При этом он еще пару раз зашелся жутким глухим кашлем. Вдруг он остановился, спустил с плеч мешок, будто бы не в силах его больше нести. Гун тоже остановился. Фэтти с тяжелым вздохом снова взгромоздил мешок на плечи и, шаркая ногами, поплелся по тропинке к причалу. Почти дойдя до него, он вновь остановился и опять со стоном опустил мешок на землю. Гун замер. Его разбирало любопытство. Зачем это старику тащить такой тяжеленный мешок? Куда он направляется? Что у него там, в мешке? Может, идет на встречу с соучастником? Гун почувствовал, как от волнения мурашки побежали по спине.
А Фэтти, опять закинув мешок на спину, продолжил свой путь. Так, с передышками, он доковылял до маленького дощатого причала. У его края тихо плескалась вода. Фэтти прошел на причал и, как бы умаявшись, присел отдохнуть.
Вот он, подходящий момент! Гун внезапно вышел из темноты и, тяжело топая, устремился к причалу. Его нескладная фигура казалась неестественно огромной в лунном свете.
— Эй, послушай, как там тебя? — начал он. — Что у тебя в мешке?
— Кирпичи да камни, — честно признался Фэтти, но произнес это печальным, усталым, старческим голосом.
— Ха! — презрительно скривился Пошелвон. — Кто станет носить мешки с кирпичами и камнями, если только он не совсем спятил.
— Может, я и спятил, — опустил голову Фэтти так, чтобы лунный свет не падал ему на лицо.
— Ты мне сейчас откроешь свой мешок и покажешь, что там у тебя есть, понял? — в голосе Гуна звучала угроза.
— Нет, — Фэтти мотнул головой, хватаясь руками за мешок, будто там было полно золота и бриллиантов.
— Ах, нет?! — Гун грозно двинулся к нему. — Открывай мешок! Да поживее!
Глава XIII
— Это не мой мешок. Он принадлежит другому человеку, — упрямо твердил Фэтти, еще сильнее сжимая край мешка.
— Как имя этого человека? — гремел Гун.
— Тс-с-с! Мистеру Феллоузу! — прошипел Фэтти первое, что пришло на ум, и тут же сам ужаснулся сказанному!
Гун вытаращил глаза.
— Мистеру Феллоузу? — повторил он. — Как же он к тебе попал? Вот что, ты должен немедленно передать его мне. Ты ведешь себя крайне подозрительно, и я тебя сейчас арестую!
Полицейский схватил мешок и потянул к себе. Фэтти вскочил, издал панический крик:
— Нет-нет, не трогайте! — И с неожиданным для старика проворством выхватил мешок и бросил его в реку у причала.
Он и в самом деле был рад избавиться от надоевшей ноши. С громким всплеском мешок ухнул в воду.
Мистер Гун испытал горькое разочарование. Он уже твердо решил, что в мешке содержится нечто очень важное. И вот теперь мешок уплыл, вернее, пошел ко дну прямо из его рук. Он присел на корточки, чтобы заглянуть за край причала. Воспользовавшись моментом, Фэтти вскочил и пустился наутек.
Мистер Гун, неуклюже поднявшись, ошалело смотрел на убегающую фигуру. Как такое может быть, чтобы дряхлый старик, который тащился, едва передвигая ноги, вдруг помчался как заяц? Уж не снится ли ему все это? От мысли попытаться поймать беглеца Гун благоразумно отказался — куда там, тот уже выскочил на дорогу. Однако невозможно поверить, чтобы старик задал такого стрекача! В голове почему-то всплыла фраза: «Он летел на крыльях страха». А вот у него, Теофилиуса Гуна, ни крыльев страха, ни каких-либо других крыльев нет. И придется ему, видно, возвращаться шагом, на своих двоих, в лучшем случае — на велосипеде.
На всякий случай он еще раз встал на колени, чтобы вглядеться в воду, но, конечно, никакого мешка не увидел. Ничего, он вернется сюда с лодочным багром сегодня же утром, решил Пошелвон, и вытащит мешок во что бы то ни стало. Даже если ему придется самолично лезть за ним в воду!
Велико было удивление сторожа Вилли, когда он увидел на дороге еще одну странную личность. Только на этот раз человек не ковылял мимо, а бежал резвой рысью! Ну что ты будешь делать, не дают ему сегодня вздремнуть, да и только! То один, то другой, туда, сюда. Не успеешь глаза закрыть, как этот полицейский явится.
Пробежав еще немного, Фэтти перешел на шаг. Он понял, что Пошелвон не погнался за ним. И, к счастью, не узнал его. Но дернуло же его, Фэтти, ляпнуть, что мешок принадлежит Феллоузу! Просто идиотизм и, кроме того, нечестно по отношению к самому Феллоузу! Фэтти явно страдал от угрызений совести…
Домой он добрался благополучно, без новых приключений, ощущая неожиданную усталость. Бастер бурно приветствовал хозяина в старом сарае. И пока Фэтти сбрасывал с себя бутафорские одежды, маленький скотч-терьер плясал у его ног.
Потом Фэтти устало поплелся по дорожке из сарая к дому.
— Тьфу! Я шаркаю, как старик, уже не по роли, а на самом деле! :— удивился он сам на себя. Но в шарканье нет ничего забавного, когда это получается само собой.
Фэтти так устал, что, поднимаясь по лестнице к себе в комнату, засыпал на ходу. Едва его голова коснулась подушки, как перед глазами заплясали гирлянды красных лампочек. Они извивались, как китайский дракон, преследуя его по пятам. Потом вдруг привиделся Пошелвон на своем велосипеде. Его огромная фигура пугающей тенью надвигалась на Фэтти, грозя раздавить его в лепешку. В ушах громом перекатывались разъяренные окрики: «Стой! Стой! Вот я тебя!» Фэтти вздрогнул и застонал во сне. Верный пес Бастер поднял одно ухо — что там с хозяином? Потом лента красных огоньков во сне Фэтти закрутилась спиралью вокруг Пошелвона, и он стал прогонять их, хлопая руками, как гонят мошек или комаров, с воплями: «А ну, пошли! Пошли вон!» Красные лампочки со звоном лопались в его огромных лапищах — дзинь, дзинь! Фэтти понял, что это они отвлекают Пошелвона, чтобы он мог уйти. Так он и сделал. И дальше уже без всяких снов проспал до самого утра богатырским сном.
На следующее утро во время завтрака зазвонил телефон. Вошла горничная и посмотрела на Фэтти.
— Это вас, мистер Фредерик, — сказала она. — Звонит Ларри.
Глава детективного клуба подпрыгнул так, будто сел на пчелу. Произошло что-то важное, если Ларри звонит так рано! Фэтти бросился к телефону.
— Фэтти, это ты? — раздался в трубке взволнованный голос. — Слушай, Феллоуз вернулся! Я подумал, надо тебе об этом сказать, чтобы ты узнал раньше Пошелвона.
— Еще бы! Спасибо, что позвонил! — воскликнул Фэтти. — Но как ты узнал?
— Эрб сказал, — объяснил Ларри. — Мы с Дейзи были в саду, искали котенка — того, что принесли из дома Феллоуза. Он попросился погулять и все не шел и не шел обратно. А Эрб как раз тоже был у себя в саду. Он меня и окликнул через забор. Он сказал, что вчера ночью не спал, опять наблюдал за своими любимыми совами, когда вдруг услышал, как у соседа скрипнула дверь.
— Так, продолжай. В какое время это было?
— Он сказал, что было примерно часа два ночи. Эрб как проснулся, так сразу бросился к окну — подумал, может, опять грабитель. Но оказалось — совсем наоборот, не грабитель, а сам Феллоуз. Светила луна, и Эрб его хорошо разглядел. Он прошел быстро, оглядываясь по сторонам, как будто боялся, что его кто-то может подкарауливать. Он вошел в дом, зажег свет в гостиной. К сожалению, шторы были задернуты, а то бы Эрб смог рассмотреть его и в доме — его окно как раз напротив. А так он видел только силуэт. Но Эрб клянется, что это точно был Феллоуз. Он что-то делал в гостиной, как будто кланялся — может, вещи собирал. Потом Эрбу надоело, и он лег спать.
— Как он был одет? — с трудом сдерживая волнение спросил Фэтти.
— Кто — Эрб? — не понял Ларри.
— Да нет, Феллоуз, конечно. В халате и пижаме?
— Он не смог как следует рассмотреть, но,
— Так и было! — не дал ему договорить Фэтти. — Я это выспросил у сторожа вчера ночью!
— Здорово! Ну вот, значит, он не принес обратно в дом то, что у него было, — заключил Ларри. — Как ты думаешь, он обалдел, когда увидел, что у него в доме творится?
— Нет. Я думаю, он это ожидал. Ладно, я сейчас быстренько позавтракаю и сразу к вам. Позвони Пипу и Бетс, ладно? Нам надо обдумать наши следующие действия. Кстати, должен сказать, что Гун разрабатывает ту же версию, что и мы. Вчера он тоже разговаривал с ночным сторожем и много чего выболтал. Похоже, наш Пошелвон немного подучился шевелить мозгами. Честно говоря, не ожидал от него!
— Фредерик! — позвала из столовой мама. — У тебя завтрак остывает. Иди скорее. Успеете еще наговориться.
— Ладно, Ларри, увидимся позднее, — поспешил закончить разговор Фэтти, с опаской соображая, что из этого разговора услышала мама.
Фэтти вернулся в столовую и сел за стол.
— Это Ларри звонил, — объяснил он. — Мы сегодня все собираемся у него. Если ты, конечно, не возражаешь, мама. У тебя есть ко мне какие-нибудь поручения?
— Да, я собиралась пересмотреть всю твою школьную одежду, — ответила мама. — Но это можно сделать и в другой раз.
— О, Господи, школа! — простонал Фэтти. — Мама, я всегда возвращаюсь туда с радостью, ты ведь знаешь. Но этот грипп, он просто выбил меня из колеи! Если бы каникулы были в этот раз хоть немного длиннее!
— На вид ты просто пышешь здоровьем, — заметил папа, откладывая газету. — А судя по количеству съеденных тобой сосисок, ты и чувствуешь себя вполне здоровым. Так что поедешь в школу точно в срок, и ни днем позже. Нечего тут маме зубы заговаривать.
— Я и не думал этого делать, — с негодованием отверг такое подозрение Фэтти. — А сосиски не имеют никакого отношения к моему самочувствию. Я их сейчас ел совершенно машинально.
— Сколько сосисок пропало зря, — заметил папа, вновь берясь за свою газету. — Кстати, Фредерик, я только что невольно слышал часть твоего телефонного разговора. Надеюсь, ты не собираешься снова вмешиваться в дела этого нелепого полицейского?
— Постараюсь, — спокойно ответил Фэтти, намазывая масло на кусочек поджаренного хлеба. — Что пишут в газетах?
— Много чего пишут. И не думай, что я не заметил, как ты поспешил сменить тему, — сухо ответил мистер Троттвиль.
Фэтти молча сосредоточенно жевал, размышляя о возвращении Феллоуза. Надо немедленно сходить к нему, прихватив с собой котенка. Да, котенок — это отличный предлог! И посмотрим, что из этой встречи удастся выжать. Остается надеяться, что Пошелвон пока не знает о возвращении Феллоуза. Но каким образом мог бы Гун об этом узнать? Ведь
Фэтти вывел велосипед и, посадив Бастера в переднюю корзинку, на предельной скорости покатил к Ларри. По дороге он заметил Пошелвона, тоже на велосипеде, далеко в конце улицы. Увидев Фэтти, полицейский отчаянно замахал ему руками. Очевидно, после вчерашней ночи у него накопилось немало вопросов к юному сыщику!
Фэтти это знал и, конечно же, останавливаться не собирался. Он тоже любезно помахал в ответ, как будто воспринял жесты Гуна как дружеское приветствие. Полицейский яростно жал на педали в надежде догнать мальчишку. «А, чтоб тебя! — подумал Фэтти. — Надо отрываться». Он свернул за угол, соскочил с велосипеда и исчез вместе с ним в саду пустующего дома. Там он присел, спрятавшись за забором.
Пошелвон подъехал, красный и запыхавшийся, огляделся и медленно двинулся по дороге, недоумевая, куда так внезапно и бесследно исчез Фэтти. А тот, выйдя из-за забора, вскочил на велосипед и укатил в противоположном направлении. Все это время Бастер, хоть и не понял маневр, сидел молча и даже не вылезал из корзинки!
«Гун меня все равно найдет, — думал Фэтти. — Придется отвечать на его дурацкие вопросы. Чтоб его! Неужели заподозрил, что это за мной он следил вчера ночью? Интересно, выловил он уже этот мешок с булыжниками? Небось без багра ему не обойтись, а багор у лодочника. Что ж, желаю удачи! Это на какое-то время отвлечет его, по крайней мере, не будет мешаться здесь. Пусть себе поплещется в воде!»
Фэтти подъехал к дому Ларри почти на последнем дыхании. Пип, Бетс, Ларри и Дейзи уже ждали его. Дейзи держала в руках котенка.
— Феллоуз сидит в доме и не проявляет никаких признаков жизни, — сообщил Ларри, как только Фэтти приблизился к ним. — Мы думаем, он, наверное, отлеживается. Ты уверен, что нужно идти к нему немедленно? Я хочу сказать, вряд ли он сейчас тебе обрадуется!
— И тем не менее придется, — сказал Фэтти. — Мы не можем упускать такой шанс. Я просто обязан расспросить его прежде, чем до него доберется Гун. — Спасибо, Дейзи, — взял он из ее рук котенка. — Ну как ты, малыш? Небось не хочется покидать своего приятеля и возвращаться в этот скучный дом, а?
Фэтти оставил свой велосипед у Ларри и пешком пошел по дороге к дому Феллоуза. Остановившись перед калиткой, заглянул внутрь. Пойти к главному входу или к задней двери? Казалось, в доме по-прежнему нет ни души. Может быть, Феллоуз специально не хочет показываться на глаза, чтобы все думали, что его все еще нет?
«Пойду лучше к задней двери, — решил Фэтти. — Не хватало еще, чтобы Гун застал меня у главного входа, если он здесь появится».
Фэтти осторожно и бесшумно обогнул дом. Заглянул в окно — то, что было разбито. Никого. Фэтти опять остановился в нерешительности.
Можно предположить, что, если Феллоуз «залег на дно», он не ответит ни на звонок, ни на стук. Но каким-то образом все-таки нужно до него добраться. Как? Фэтти усиленно шевелил мозгами. И тут его осенила блестящая мысль. Скорее всего Феллоуз, вернувшись, хватился котенка. Вероятно, даже волновался из-за него. Поэтому все, что нужно сейчас сделать, это прижаться к разбитому окну и мяукнуть погромче! Если уж и это не заставит Феллоуза выйти на кухню, его не заставит ничто!
Глава XIV
Поделиться книгой: