Каффран хихикнул.

- Откуда тебе знать -, - начал он, но комиссар оборвал его.

- Каким-то образом, Мило чувствует каждую атаку до того, как она начнется. Каждую. Кажется, у него есть дар предвидеть, куда упадет снаряд. Возможно, это из-за его молодых ушей, - Гаунт криво усмехнулся Каффрану. – Хочешь поспорить, а?

Каффран как раз собирался ответить, когда засвистели первые снаряды.

Глава 3

Гаунт рывком поднялся на ноги, по пути опрокинув столик. Именно это движение, а не свист приближавшихся снарядов, заставило Каффрана вскочить от неожиданности. Гаунт выдернул из висящей на крюке у лестницы кобуры пистолет, и схватил трубку вокс-передатчика, болтавшуюся под стеллажами с книгами.

- Гаунт - всем бойцам! К оружию! К оружию! Приготовиться к максимальному сопротивлению!

Каффран не стал ждать дальнейших указаний. Он уже поднялся по лестнице и раздвинул занавес защиты от газовой атаки, когда на траншеи обрушился ливень снарядов. Позади него, у выноса траншеи взметнулись фонтаны жидкой грязи, и узкая щель наполнилась воплями внезапно засуетившихся гвардейцев. Прямо над ним просвистел снаряд и взорвался за задним бруствером, оставив воронку размером с десантный корабль. Каффрана обдало жидкой грязью. Он стянул с плеча лазган и вполз на приступок для стрельбы. Везде царил хаос и паника, солдаты бегали во всех направлениях, стреляя и ругаясь.

Неужели это оно? Неужели это конец долгого, выматывающего противостояния, в котором они оказались? Каффран попытался осторожно высунуться над краем окопа, чтобы взглянуть на укрепления противника за нейтральной полосой, которые удерживали их последние шесть месяцев. Но он увидел только завесу из дыма и грязи.

Послышался треск лазерного оружия и несколько вскриков. Раздались новые взрывы. Один из снарядов попал в середину хода связистов недалеко от него. Затем снаряды засвистели громче и уже непрерывно. Теперь на него посыпались не только брызги воды и грязи, но и куски тел.

Каффран выругался и вытер грязь с прицела лазгана. Позади него чей-то могучий голос издал клич, который эхом отразился от изгибов траншеи, и, казалось, встряхнул даже настил из досок. Он обернулся и увидел выскочившего из блиндажа комиссара Гаунта.

Теперь на Гаунте была полная парадная форма с фуражкой, с плеч свисал камуфляжный плащ его приемного полка, а лицо была маской бушующей ярости. В одной руке у него был болт-пистолет, в другой – цепной меч, воющий и ревущий в утреннем воздухе.

- Во имя Таниса! Теперь они идут чтобы сразится с нами! Держать строй и не открывать огонь до тех пор, пока они не покажутся из грязевой завесы!

Каффран почувствовал ликование. Комиссар с ними, и они победят, не смотря ни на что. А затем что-то закрыло от него мир, зубодробительным ударом взметнув в небо грязь и, как ему показалось, отделив душу от тела.

Эта часть траншеи получила прямое попадание. Погибли десятки человек. Оглушенный Каффран лежал в грязи среди обломков деревянного настила. Чья-то рука схватила его за плечо и подняла. Моргая, он взглянул вверх и увидел лицо Гаунта. Гаунт посмотрел на него суровым, но вместе с тем и вдохновляющим взглядом.

- Решил вздремнуть после хорошего завтрака? – спросил комиссар растерянного рядового.

- Никак нет сэр… Я… Я…

На выносах траншеи вокруг них затрещали выстрелы из лазганов и игольчатых лазеров. Гаунт поставил Каффрана на ноги.

- Думаю, час настал, - сказал Гаунт. – И я хочу, чтобы рядом со мной были все мои храбрые бойцы, когда мы пойдём в атаку.

Выплевывая серую грязь, Каффран рассмеялся.

- Я с вами, сэр, - сказал он. – С Таниса и до конца, где бы он ни был.

Каффран услышал рев цепного меча Гаунта, когда комиссар взобрался на штурмовую лестницу, прибитую к стене траншеи над стрелковым приступком, и обратился к бойцам.

- Танисцы! Вы хотите жить вечно?

Их громкий и грозный ответ утонул в грохоте взрывов. Но Ибрам Гаунт знал, что они ответили. Паля из всех стволов, Призраки Гаунта перебрались через край траншеи и бросились вперёд к славе, смерти или чему-то ещё, что ждало их в дыму.

Глава 4

Ослепительная паутина лазерного огня накрыла территорию в сотню шагов в глубину и двадцать километров в длину, там, где наступающие легионы врагов столкнулись лоб в лоб с фронтовыми Имперскими полками. Для остального мира это выглядело так, будто извивающиеся рои общественных насекомых извергались из своих муравейников и сталкивались хаотической бурлящей массой, освещаемые непрерывным ослепительным перекрёстным огнём.

Лорд верховный командующий генерал Гектор Дравер отвернулся от установленной на треноге оптической трубы. Пальцами с превосходным маникюром он разгладил на груди безупречно чистый мундир и вздохнул.

- Кто это там умирает? – спросил он неприятно тонким, пронзительным голосом.

Полковник Фленс, войсковой командир Янтийских Патрициев, одних из старейших и наиболее уважаемых полков Имперской Гвардии, изящно вскочил с дивана и встал по стойке смирно, всем своим видом выражая внимание. Фленс был высоким, сильным мужчиной, его левая щека была изуродована попаданием тиранидской биокислотой.

- Генерал?

- Те… те муравьи, там внизу… - Дравер лениво ткнул через плечо. – Мне интересно, кем они были.

Фленс пересек веранду и подошел к оперативному столу, чья стеклянная поверхность подсвечивалась снизу светящимися рунами указателей. Он провел пальцем по стеклу, обведя четыреста километров линии фронта, которая представляла собой эпицентр боевых действий здесь, на Фортис Бинар: огромная территория, изрезанная линиями траншей, разделенных мертвой зоной из изъеденной воронками грязи и разрушенных фабрик.

- Западные траншеи, - начал он. - Их удерживает Первый Танисский Полк. Вы знаете их, сэр: банда Гаунта, кажется, их еще называют «Призраками».

Дравер подошел к богато украшенному сервировочному столику и налил чашечку крепкого черного кофеина из позолоченного самовара. Он отхлебнул и немного пополоскал густую жидкость между зубов.

Фленс съёжился. В свое время полковник Дракер Фленс повидал такое, что прожгло бы насквозь душу самого обычного человека. Он видел легионы, гибнущие на колючей проволоке, видел бойцов, пожирающих своих товарищей в порожденном безумием Хаоса исступлении, видел, как планеты, целые планеты разрушались, гнили и умирали. Но в генерале Дравере было нечто такое, что глубоко трогало его и одновременно отталкивало больше, чем всё пережитое раньше. Это было удовлетворение от службы ему.

Дравер наконец проглотил напиток и отставил чашку.

- Значит, Призраки получили сегодня утром сигнал на побудку, - сказал он.

Гектор Дравер в свои шестьдесят лет был приземистым, с бычьим телосложением мужчиной, уже лысеющим, и продолжающим лакировать немногие оставшиеся пряди волос на голове, как будто желая почеркнуть это. Он был тучным и румяным, а на его форму, казалось, каждое утро расходовали весь полковой запас крахмала и отбеливателя. На груди он носил медали, жестко закрепленные латунными штифтами. Он носил их постоянно. Фленс не мог определить наверняка, за что они были получены.. Он никогда об этом не спрашивал. Полковник знал, что Дравер повидал, по крайней мере, столько же, сколько и он, и извлек из этого все возможные почести. Иногда Фленса возмущал факт того, что лорд-генерал носит свои награды всё время. Возможно, это потому, что у генерала они были, а у него - нет. Это и означало - быть лордом-генералом.

Герцогский дворец, на веранде которого они сейчас стояли, чудом пережил шесть месяцев непрерывного артобстрела. Он возвышался над широкой рифтовой долиной Диемос, в прошлом – сердцем гидроэлектрической промышленности Фортиса Бинар, а теперь - центром, вокруг которого вертелась борьба. Везде, куда доставал взгляд, простирались грубые постройки промышленной зоны: башни и ангары, куполы и бункеры, резервуары-хранилища и ряды дымовых труб. На севере возвышался огромный зиккурат, на стене которого был изображен сверкающий золотой символ Адептус Механикус. Он соперничал, а возможно даже и превосходил посвященный Богу-Императору Храм Эклезиархии. Но техносвященники Марса аргументировали это тем, что весь этот мир был храмом Воплощения Бога-Машины. Зиккурат был административным центром промышленности техносвященников на Фортисе, тем местом, откуда они управляли девятнадцатью миллиардами рабочих, занятых производством бронетехники и тяжелого вооружения для имперской военной машины. Теперь от него остался лишь выжженный каркас. Он стал первой целью мятежников.

На холмах у дальнего края долины, в забаррикадированных фабриках, рабочих районах и складах сырья окопался враг – огромная, миллиардная масса одержимых культистов. Фортис Бинар был важнейшим имперским миром-кузницей с большими производственными мощностями. Никто не знал, как Губительные Силы смогли развратить его и как такое огромное количество рабочих заразилось инфекцией Гибельных Богов. Но это случилось. Восемью месяцами ранее, почти за одну ночь громадные промышленные цехи и плавильные заводы Адептус Механикус были захвачены развращенными Хаосом рабочими, когда-то поклявшихся служить Культу Машины. Лишь небольшая горстка техносвященников сумела избежать внезапного нападения и эвакуироваться с планеты.

Теперь этот мир освобождали легионы Имперской Гвардии, и эта операция проводилась в основном ради самой планеты. Ведущие фабрики и заводы Фортиса Бинар были слишком ценными, чтобы просто сравнять их с землей орбитальными бомбардировками. Поэтому, ради блага Империума, этот мир должен быть захвачено шаг за шагом, невзирая ни на какие потери – солдатами Имперской Гвардии, которые в поте лица будут выкорчевывать и уничтожать все до единого пятна Хаоса, оставляя бесценную промышленность мира-кузницы целой и готовой для перезаселения.

- Они нас испытывают каждые несколько дней, нападая на разные участки траншейных линий в попытках найти слабое место, – лорд генерал посмотрел сквозь трубу на происходившую в пятнадцати километрах от него резню.

- Я слыхал, что в Первом Таниском крепкие бойцы, генерал, - Фленс подошел к генералу, сложив руки за спиной. Рубец на его щеке медленно подергивался, как это часто происходило, когда полковник был напряжен. - Они хорошо себя показали в ряде кампаний, и говорят, что Гаунт - находчивый командир.

- Ты с ним знаком? – генерал вопросительно взглянул на него через окуляр.

Фленс помедлил.

- Я знаю его, сэр, в основном, по репутации, - сказал он, утаив правду. – Мы встречались мимоходом. Но я противник его методам командования.

- Он тебе не нравится, да, Фленс? – прямо спросил генерал. Он видел Фленса насквозь, и поэтому сразу разглядел в душе полковника некое скрытое негодование, когда речь зашла о безызвестном и героическом комиссаре Гаунте. Он также знал, что Фленс никогда не упоминал об этом.

- Честно? Нет, сэр. Он – комиссар. Политический офицер. Он получил под командование полк лишь благодаря удачно сложившимся обстоятельствам. Главнокомандующий Слайдо на смертном одре поручил ему командовать танисцами. Я понимаю роль комиссаров в армии, но я презираю его офицерский статус. Он жалостлив там, где должен быть вдохновляющим, воодушевляющий, когда должен быть категоричным. Но… все же, он командир, которому мы, вероятно, можем доверять.

Дравер улыбнулся. Вспышка Фленса была чистосердечной, но он все еще продолжал дипломатически уклоняться от настоящей правды.

- Я не доверяю никаким командующим кроме себя, Фленс, - категорически заявил генерал. – Даже если я не вижу победы, я не отдам ее в чужие руки. Твои Патриции находятся в резерве, я прав?

- Они размещены в рабочих районах на западе, готовые поддержать наступление на любом фланге.

- Иди и приведи их в готовность, - сказал лорд генерал. Он вновь подошел к тактическому столу и провел стилусом несколько длинных светолучей на гладкой поверхности. – Мы находимся здесь уже довольно долго. Мое терпение заканчивается. Эта война должна была закончиться еще несколько месяцев назад. Скольким бригадам мы поручили прорвать оборону врага?

Фленс не был уверен. Дравер славился расточительностью живой силы. Он с гордостью хвастался тем, что мог бы перекрыть Глаз Ужаса, будь у него достаточно пушечного мяса. Действительно, последние несколько недель Дравер становился все более раздражительным из-за отсутствия прогресса. Фленс предположил, что Дравер старался понравиться Макароту, новому Главнокомандующему Крестового Похода на Миры Саббаты. Дравер и Макарот соперничали за место преемника Слайдо. Проиграв Макароту, Драверу должен был многое доказать. Например, лояльность новому Главнокомандующему.

До Фленса также дошли слухи о том, что инквизитор Хелдан, один из наиболее доверенных союзников Дравера, неделю назад прибыл на Фортис для частного разговора с лордом генералом.

Было похоже, что Дравер хотел двигаться дальше, куда-то добраться, достичь чего-то более великого, чем завоевание мира, даже если этот мир был настолько важным, как Фортис Бинар.

Дравер вновь заговорил

- Этим утром Покаявшиеся появились в количествах больших, чем прежде, но как бы далеко они не продвинулись, у них уйдет восемь или девять часов на отход и перегруппировку. Разверни свои полки на восточном фланге и отрежь их от остальных. Используй этих Призраков как буфер, и пробей проход в сердце основных оборонительных рубежей Покаявшихся. Если будет на то воля нашего возлюбленного Императора, мы, наконец, решим этот вопрос и победим.

Лорд генерал стукнул стилусом по экрану, подчеркнув тем самым безоговорочность приказаний.

Фленсу не терпелось их исполнить. Его главное стремление состояло в том, чтобы именно его полки стали ключом к победе на Фортисе Бинар. Мысль о том, что Гаунт мог каким-то образом забрать его славу, вызывала у него тошноту, заставляла его думать о –

Он избавился от мысли, наслаждаясь мечтами о том, как Гаунт и его низкорожденные отбросы будут использованы, пущены в расход, пожертвованы вражескому оружию для того, чтобы он достиг славы. Однако собираясь уже уходить, Флэнса передернуло. Небольшая страховка не повредит. Он вернулся обратно к оперативному столу и указал подсвечиваемым пальцем на изгибы местности.

- Здесь слишком обширная зона, чтобы перекрыть её полностью, сэр, - сказал он. – И если люди Гаунта… ну, струсят и побегут, мои Патриции окажутся уязвимыми перед окопавшимися силами Покаявшихся и отступающими элементами.

Дравер на мгновение задумался. Трусость – какое весомое слово для Фленса, брошенное в сторону Гаунта. Он захлопал пухлыми руками, радостно, будто маленький ребенок на празднике в честь дня рождения.

- Связной! Связного офицера сюда немедленно!

В внутреннюю дверь гостиной торопливо вошёл усталого вида солдат, сведя изношенные, но чистые и отполированные ботинки вместе, отдавая честь двум офицерам. Дравер был занят записыванием приказаний на панели сообщений. Он еще раз просмотрел их и затем вручил солдату.

- Мы отправим Витрианских Драгун для поддержки Призраков и будем надеяться, они отбросят толпу Покаявшихся в плавни. В таком случае мы должны убедиться, что сражение будет идти вдоль западного фланга так долго, как это необходимо твоим Патрициям, чтобы открыть огонь по врагу. Отдавая команду к этому действию, дай сигнал и Танискому командиру, Гаунту. Проинструктируйте его поспешить. Его задача на сегодня - отбить атаку. Затем он должен контратаковать и захватить линию траншей Покаявшихся. Передайте ему, что это мой прямой приказ. И что я не потерплю никакой заминки. Никакого отступления. Они победят или погибнут.

Фленс позволил себе в душе победоносно улыбнуться. Теперь его тыл был хорошо прикрыт, а Гаунт пойдет в наступление, в результате которого к исходу дня он будет уже мертв. Солдат вновь отдал честь и направился к выходу.

- Еще одно, - сказал Дравер. Солдат остановился и нервно обернулся. Дравер постучал по самовару массивным перстнем с печаткой. – Пусть пришлют свежего кофеина. Этот уже остыл.

Солдат кивнул и вышел. По звуку удара тяжелого кольца было ясно, что большой позолоченный сосуд был почти полон. Того, что генерал явно намеревался вылить, хватило бы целому полку на несколько дней. Ему пришлось подождать, пока он не оказался за двухстворчатой дверью, и только затем он выплюнул тихое проклятье в сторону человека, дирижирующего этой кровавой баней.

Фленс также отдал честь и пошел к двери. Он подобрал со столика фуражку и тщательно надел ее, сперва тыльной стороной.

- Во славу Императора, лорд генерал, - сказал он.

- Что? А, да. Действительно, - рассеянно сказал Дравер, садясь в кресло и прикуривая сигару.

Глава 5

Майор Роун нырнул в воронку и едва не захлебнулся в мутной воде, собравшейся на дне. Отплёвываясь, он вылез на склон углубления и приложился к лазгану. Воздух был окутан дымом и всполохами выстрелов. Прежде, чем он выстрелил, с его стороны во временное укрытие свалилось еще несколько тел: рядовой Неф и взводный адъютант Фейгор, возле него рядовые Каффран, Варл и Лонгин. Там же оказался и рядовой Клай, но уже мертвый. Яростный перекрестный огонь сжег ему лицо до того, как он достиг укрытия. Долго разглядывать лежащее возле них в воде тело Клая никто не стал. Они видели подобное уже тысячу раз.

Роун выглянул над краем воронки, глядя сквозь оптический прицел. Где-то там кающиеся использовали тяжелые орудия для поддержки пехоты. Плотный огонь веером врезался в наступающих Призраков. Роун мельком взглянул на возившегося с оружием Нефа.

- В чем дело, рядовой? – спросил он.

- В спусковом механизме грязь, сэр. Не могу его освободить.

Фейгор схватил лазган юноши, извлек обойму и вынул промасленный кожух камеры воспламенения, тем самым открыв ее и обнажив фокусировочные кольца. Фейгор плюнул в открытую камеру и со щелчком закрыл ее. Затем сильно встряхнул лазган и вставил энергетическую батарею на место. Неф смотрел, как Фейгор еще раз встряхнул оружие, и, подняв его над головой, пустил очередь в туман за стрелковым окопом.

Фейгор бросил оружие обратно рядовому.

- Видишь? Теперь работает.

Неф поймал возвращенное оружие и ползком полез на склон ямы.

- Мы и метра не пройдем, - сказал позади них Лонгин.

- Фета ради! – выплюнул рядовой Варл. – Тогда нужно заставить их залечь.

Он отцепил связку гранат с ремня и перебросил остальным солдатам, деля их, как школьник - уворованные фрукты. Раздались щелчки активируемых гранат, и Роун улыбнулся бойцам, приготовившись метнуть свою в воздух.

- Варл правильно мыслит, - сказал Роун. – Ослепим их.

Они отправили гранаты в полёт. Это были фраг гранаты, способные оглушить, ослепить и напичкать иглами шрапнели каждого попавшего в радиус поражения.

Раздалось несколько взрывов.

- По крайней мере это заставит их залечь, - сказал Каффран, и затем понял, что все уже лезут из временного укрытия в атаку. Он поспешил за ними.

Крича, Призраки пересекли короткую полосу серой слякоти и неожиданно заскользили вниз по откосу, который оказался за завесой дыма. Вокруг были темные следы от взрывов гранат и искалеченные тела нескольких противников. Роун, съехав вниз, уткнулся ногами в дно и огляделся. Впервые за шесть месяцев на Фортис Бинар, он увидел врага в лицо. Покаявшиеся - враг, сражаться с которым он и был сюда прислан. Как ни странно, они были людьми, хоть и уродливо изменившимися. На них была боевая броня, мастерски переделанная из рабочих костюмов, использовавшихся в кузницах планеты, а также защитные маски и перчатки, фактически сплетшиеся с дряблой, мертвенно-бледной плотью. Роун старался не задерживать взгляд на мертвецах. Это заставляло его сильно задумываться о тех легионах, которые ему все еще предстояло убить. В дыму он обнаружил еще двоих кающихся, задетых взрывами гранат. Он быстро их прикончил.

Возле себя он заметил Каффрана. Молодой рядовой был шокирован увиденным.

- У них есть лазганы, - сказал ошеломленный Каффран, - и доспехи.

Возле него Неф перевернул один труп носком ботинка.

- Так-так… У них есть гранаты и боеприпасы.

Неф и Каффран взглянули на майора. Роун пожал плечами.

- Значит, они - опасные ублюдки. Чего вы хотели? Они здесь шесть месяцев Империум удерживали.

Лонгин, Варл и Фейгор поторопились присоединиться к ним. Роун приказал двигаться вперёд, к вражескому блиндажу. Местность перед ними раздвинулась, и они увидели сараи какого-то промышленного бункера из камня и металлических балок.

Роун быстро дал сигнал укрыться. Практически сразу же лазерный огонь начал выжигать траншею в их сторону. Варл получил попадание, его плечо испарилось в клубах красного тумана. Он тяжело повалился на спину, и схватился за рану уцелевшей рукой. Боль была настолько ошеломляющей, что он не мог даже кричать.

- Фет! – ругнулся Роун. – Неф, глянь, что с ним!

Неф был санитаром взвода. Он потянулся к набедренной сумке с перевязочными пакетами, в то время как Фейгор и Каффран пытались затащить стонущего Варла в укрытие. Сияющие лучи лазерного огня прошили траншейную линию, стараясь прижать их всех к земле. Неф быстро перевязал страшную рану Варла.

- Нам нужно отнести его назад, сэр! – прокричал он вдоль серой канавы Роуну.

Роун втиснулся в узкую щель желоба, серая грязь покрывала его волосы, лазерные выстрелы прожигали воздух вокруг него.