В 1941 году, незадолго до нападения на СССР, в полку сформировали батальон «Нахтигаль» (Соловей), полностью состоявший из украинских националистов. Позже к нему добавился батальон «Роланд», укомплектованный бельгийскими, голландскими и французскими фашистами. Численность каждого из пяти батальонов была около тысячи человек.

В 1942 году появились две особые роты: 15-я, размещенная в финской части Карелии и «Бергманн» (Горец), состоявшая из чеченцев. К ним вскоре добавились персидская, арабская и индийская роты. Одновременно были расширены немецкие батальоны. В результате в 1942 году полк стал дивизией, но сохранил прежнее название. Однако весной 1944 года основную часть спецдивизии преобразовали в мотопехотную дивизию «Бранденбург». А меньшая часть бойцов «Бранденбурга» составила отдельные диверсионные роты.

Все батальоны и роты «Бранденбурга» предназначались для совершения диверсий в тылу противника незадолго до наступления регулярных войск. Планировались рейды для захвата стратегических объектов: мостов, туннелей, коммуникационных узлов и т.д. В ходе обучения солдаты осваивали технику разминирования и удержания объектов до подхода передовых частей. Кроме того, они выполняли шпионские и разведывательные задания перед началом операций. От диверсантов «Бранденбурга» требовали высокой физической кондиции и психологической готовности к экстремальным условиям. Кандидатов подбирали среди солдат, склонных к риску и приключениям. Еще одно условие — знакомство с языком предполагаемого противника. Вербовка шла среди военных различной специализации: снайперов, ныряльщиков, саперов, парашютистов, связистов и др. У многих был военный опыт.

При обучении большое внимание уделяли незаметному движению на местности, умению бесшумно убивать, стрельбе из разных видов оружия, марш-броскам, ориентации, выживанию и маскировке. Отношения между командирами и подчиненными в батальонах отличались от обычной военной дисциплины и носили скорее дружеский характер. В акциях применялись всевозможные трюки: диверсанты действовали в гражданской одежде либо переодевались в мундиры противника (в нарушение международного права). Дозволялось все. Солдаты «Бранденбурга», переодетые в чужие мундиры, неоднократно изображали из себя раненых или колонны снабжения. Кроме того, они пользовались формой железнодорожников, шахтеров, притворялись почтальонами, сторожами и даже гражданскими беженцами. Ими неоднократно совершались военные преступления.

Группы «Бранденбурга» сыграли значительную роль во время кампании на Западе против Норвегии, Дании, Голландии и Бельгии. Они выполнили множество диверсий и актов саботажа, способствуя молниеносным победам немецких войск.

В авангарде блицкрига: Польша, 1939

К сентябрю 1939 года в Третьем Рейхе имелись три элитных армейских формирования: полк СС «Адольф Гитлер», 7-я воздушно-десантная дивизия и диверсионная группа «Эббингауз». Последнее из этих формирований было наименьшим по численному составу, однако именно его солдатам довелось первыми начать боевые действия.

В ночь с 31 августа на 1-е сентября 1939 г., переодевшись в польских железнодорожников, 80 диверсантов под командованием обер-лейтенанта Граберта перешли немецко-польскую границу в Силезии. На рассвете 1-го сентября немцы смешались с толпой на вокзале железнодорожного узла в Катовицах — самого крупного в юго-западной Польше. После известий о нападении Германии польские саперы начали срочно минировать центр управления железнодорожным движением; взрыв задержал бы наступление 10-й армии фельдмаршала Вальтера фон Рейхенау. Половина группы Граберта подошла к работающим полякам, окружила их, вытащила из рюкзаков автоматы и начала стрелять. В ход пошли также гранаты. Остальные диверсанты, оставаясь в толпе, выкрикивали по-польски противоречивые приказы, притворялись людьми, охваченными паникой, вскакивали в поезда, выкатывали вагоны за станцию. Через несколько секунд всюду воцарилась страшная неразбериха. После полудня Граберт передал катовицкий железнодорожный узел передовым частям 10-й армии. Полякам почти ничего не удалось уничтожить.

Акция в Катовицах была первой из серии диверсионных операций в Польше. Большую роль сыграл захват дороги и железнодорожного моста на Висле, в Денблине.

В первую неделю сентябрьской кампании наступающие с запада и юго-запада гитлеровские войска натолкнулись на препятствие — Вислу. 8 сентября взвод немцев, одетых в форму польских саперов, присоединился к колонне солдат и гражданских лиц, отступавших под натиском немецких частей. После двух дней движения на восток диверсанты добрались до моста в Денблине. Там их командир, фельдфебель Кодон, отыскал польского офицера, ответственного за охрану объекта и сказал, что он и его саперы получили приказ взорвать мост. Офицер после безуспешных попыток связаться с руководством по телефону (люди Кодона перерезали телефонную линию) для подтверждения полученного приказа покинул пост, присоединившись к толпе беженцев. Бойцы «Эббингауза» разминировали заминированный поляками мост. Вечером по нему переехали на другой берег Вислы первые немецкие танки и бронетранспортеры.

Полк СС в польской кампании

Немногие подразделения начинали войну с такими большими надеждами на триумф, как СС лейбштандарт. Выступая незадолго до начала войны перед солдатами СС, Гиммлер сказал, что Гитлер будет внимательно следить за их успехами в захвате польской территории, отмечая на своей оперативной карте движение полка самым большим флажком с надписью «Зепп». В приказе днем 1 сентября 1939 г. Гиммлер писал: «Солдаты СС! Ожидаю, что вы сделаете больше, чем обязывает долг».

Однако в сентябрьской кампании Лейбштандарту блеснуть не удалось. Военное немецкое руководство — «оберкоммандо дер вермахт» или сокращенно OKW — сознавало небольшой боевой опыт этого элитного формирования и включило его в 17-ю пехотную дивизию, входившую в состав 8-й армии генерала Бласковица.

Солдаты СС сделали все, что смогли, чтобы завоевать репутацию. Они сражались с огромным энтузиазмом, но их навыки были невелики. Командующий 17-й дивизией генерал-майор Лак в рапорте об операциях СС Лейбштандарта в первые недели войны отмечал: «Стрельба вслепую и сжигание деревень, жители которых будто бы стреляли в солдат». Лак был также обеспокоен пренебрежительным отношением эсэсовцев к международным правилам ведения войны и даже издал приказ об аресте офицера СС за расстрел военнопленных. Зеппа Дитриха и его полк раздражало каждое ограничение свободы. 7 сентября Дитрих проигнорировал приказ Бласковица о задержке наступления войск. Силы СС выдвинулись вперед перед 8-й армией и вскоре были окружены польскими частями. Взбешенный Бласковиц был вынужден изменить свои планы и повернуть назад 10-ю дивизию пехоты, чтобы выручить батальоны СС из того положения, в которое они попали из-за недисциплинированности и излишнего рвения.

Гиммлер и Гитлер были обеспокоены непрофессиональными действиями СС. По их мнению, присоединение частей с такой сильной политической и идеологической мотивацией к армии должно было активизировать ее действия. Они не соглашались с OKW, которое хотело держать СС в тени. 8 сентября Гитлер вмешался и издал приказ о переводе СС лейбштандарт из 8-й армии в 10-ю, где СС включили в авангардную часть — 4-ю бронетанковую дивизию. Теперь агрессивность СС приносила пользу. Этот полк поместили в авангард наступающей на Варшаву 10-й армии. 11 сентября он оказался в 18 км западнее столицы Польши. Ночью поляки предприняли яростную атаку, уничтожив часть второго батальона СС лейбштандарт. Они были отбиты контратакой, но потери эсэсовцев оказались большими. Только 13 сентября эсэсовцы оправились от неудачи и на следующий день перешли в наступление в северном направлении, включившись в тяжелые бои под Бзура. Сражение закончилось пленением 150 000 польских солдат, причем СС лейбштандарт захватил 20 000 из них. После неудачного дебюта соединение СС, главным образом благодаря вмешательству Гитлера, закончило кампанию в ореоле славы. Когда 25 сентября Гитлер посетил 10-ю армию, почетный караул состоял из солдат СС, а само событие было зафиксировано в немецкой кинохронике. Фильм, демонстрирующий роль СС в сентябрьской кампании, шел во всех кинотеатрах.

Гиммлер осознал, что полк СС больше не может действовать в качестве небольшого элитного соединения внутри вермахта. В отличие от парашютистов или диверсантов абвера войска СС не помогали вооруженным силам, а скорее с ними конкурировали. В вермахте вооруженные силы NSDAP имели много врагов, особенно среди консервативно настроенных генералов. В этой ситуации частям СС оставалась бы унизительная роль охраны флангов, тылов (такие функции планировал им Бласковиц) или боевые задачи, равносильные самоубийству. Единственным эффективным решением могло стать расширение частей СС до такой степени, чтобы они могли действовать независимо от армии. В конце сентября Гиммлер получил согласие Гитлера на расширение полка СС до размеров дивизии и образование двух других дивизий СС. Так зимой 1939-1940 гг. части СС перестали быть «элитой» в обычном смысле слова. Теперь в их рядах насчитывалось 90 000 солдат.

Дания и Норвегия, апрель 1940

Сентябрь 1939 г. вызвал депрессию в рядах парашютных частей из 7-й воздушной дивизии, руководимой генералом Куртом Штудентом. Десантники терпеливо ждали вблизи аэродромов, расположенных вдоль автострады Берлин

— Бреслау, когда придет приказ садиться в самолеты Ю-52, но он не пришел. Быстрый марш немецкой армии сделал ненужным прежний план захвата мостов и блокирования речных переправ. Разочарование десантников оказалось таким сильным, что некоторые стали просить о переводе в другие части, чтобы участвовать в войне до ее окончания.

Эти опасения были напрасны. 27 октября Штудент был вызван в Берлин на беседу с Гитлером, от которого он услышал:

«Парашютисты слишком ценны… Я пущу их в дело только тогда, когда это крайне необходимо. Вермахт сам прекрасно справится в Польше, и нет нужды раскрывать эффективность нашего нового оружия». Гитлер хотел использовать парашютно-десантные части в операциях, предшествующих нападению на Бельгию и Голландию. В это же самое время командование вермахта собиралось нанести фланговый удар по французской линии укреплений Мажино. Однако планы операции случайно попали в руки союзников. Гитлер и его советники решили пересмотреть их. Теперь шла речь о мощном наступлении бронетанковых частей через гористую, поросшую густым лесом местность в районе Арденн (южная Бельгия), которую англичане и французы считали непроходимой для танков.

Задачи парашютных соединений не изменились; вместе с силами «Бранденбург» они должны были предпринять акции, предшествующие атаке на Бельгию и Голландию. Изменились только цели удара. Немцы отказались от намерения прорваться в северную Францию. Вместо этого решили вытеснить англичан и французов на восток, в направлении Брюсселя.

Во время планирования и подготовки операции под кодовым названием «Желтый план» вспомнили о Скандинавии. Большая часть высококачественной железной руды, необходимой немецкой военной промышленности, добывалась на севере Швеции. Затем ее перевозили по железной дороге в норвежский порт Нарвик, а оттуда судами вдоль норвежского побережья и через пролив Скагеррак в Балтийское море. Весной 1940 г. немецкая разведка узнала, что английский военно-морской флот собирается минировать прибрежные воды Норвегии и занять часть побережья. Гитлер решился на вторжение в какой-то мере потому, что хотел защитить немецкие пути доставки железной руды и северный фланг Германии перед началом операции «Желтый план». Пришло время использовать парашютные части. Атака на Норвегию требовала также захвата Дании. Ни одну из этих операций нельзя было провести только с помощью наземных сил.

Во время нападения на Данию рота парашютистов получила задание захватить важный мост Вордингборг, соединяющий острова Фальстер и Зеландию. Немцам обязательно нужен был этот мост, чтобы с ходу занять Копенгаген. Одновременно другая рота должна была овладеть главной базой датских ВВС в Альборге, на берегу пролива Скагеррак.

А диверсанты из «Бранденбурга», переодетые в гражданскую одежду захватывали мост в городе Мидлфарт — ключевой пункт на главной автомобильной и железнодорожной магистрали Дании.

В соответствии с полученными приказами подразделения парашютных войск стартовали с аэродромов северной Германии перед рассветом 9 апреля и рано утром появились над Данией. Для воздушного десанта утро было неподходящее: бушевал шторм, вызванный порывистым ветром. Солдаты прыгали с самолетов Ю52, находившихся на высоте 1 500 м к западу от Альберга с расчетом, что сильный западный ветер отнесет их к аэродрому. На земле находилась эскадрилья датских истребителей Фоккер Д. XXI, поставленных рядами. Аэродром казался пустынным. Действительно, большинство датчан было погружено в глубокий сон. Захват длился всего 30 минут от момента выброса первого парашютиста (не было сделано ни одного выстрела). Еще через 90 минут прилетели первые самолеты «люфтваффе». Занятие моста Вордингборг также оказалось легким. Десантники, приземлившись на противоположных концах моста, бросились на пораженных датчан, которые не оказали сопротивления.

В то же утро другие роты десанта летели в густых облаках в направлении южной Норвегии. Когда два Ю-52 столкнулись в темноте и взорвались, было решено отказаться от важной задачи — захвата аэропорта в Осло. Парашютисты направились на главную базу ВВС Норвегии, Сол, в районе Ставангера, поскольку стартующие с этой базы двухмоторные бомбардировщики Капрони Ка-310 (норвежско-итальянского производства) могли угрожать немецким конвоям, плывущим вдоль побережья. Однако тучи над Ставангером тоже были густыми и низко стоящими, поэтому транспортники кружили в воздухе, пока экипажи не убедились, что условия над полем настолько улучшились, чтобы можно было прыгать. По опускающимся немцам норвежцы открыли пулеметный огонь, убив многих еще до приземления. Положение спасли истребители сопровождения Me-109, которые атаковали аэродром, пользуясь просветами между тучами. В результате большинство парашютистов приземлилось, собрало оружие и сгруппировалось для атаки. Ставангер был первым городом, где воздушный десант встретил отпор. Немцы достигли цели, но потери оказались высоки. Все же воздушные десанты 9 апреля 1940 г. были относительно удачными. Немцы сумели захватить мост и два аэродрома.

Восемь дней спустя в среднюю Норвегию прибыла рота парашютистов, которая высадилась в долине Гудбрандсдален в районе Домбас, в 150 км севернее немецкой линии фронта. Ее целью было задержать британские войска, высадившиеся в Нарвике и двигающиеся к югу, чтобы выбить немцев, Десант задержала плохая видимость, и парашютисты прыгали в уже наступающей темноте. Судьбе было угодно, чтобы в этом районе были сконцентрированы норвежские войска, открывшие ураганный огонь. Медленно двигавшиеся самолеты Ю-52 разнесло в щепки, а многие парашютисты погибли в воздухе. Лейтенант Герберт Шмидт, тяжело раненный в живот, сумел собрать 60 человек: и окопаться на склоне горы над главным шоссе, соединяющим север и юг страны. Шмидт и его тающий отряд завязали героическое сражение. Оно послужило чем-то вроде пролога к битвам десантников разных национальностей в следующие пять лет. Окруженные немецкие солдаты пять дней оборонялись от превосходящих сил, а когда кончились боеприпасы, Шмидт и 33 оставшихся в живых парашютиста сдались.

«Желтый план»: май, 1940

Немецкий удар в западном направлении был запланирован на 10 мая 1940 г. Наступление группы армии "В" в Бельгии и Голландии являлось очень трудной операцией. Трассу марша пересекало много рек и каналов. Существовала также опасность, что голландцы и бельгийцы откроют шлюзы морского побережья (как поступили бельгийцы в 1914 г.) и зальют часть страны. В противоположность сентябрьской кампании на этот раз подразделения коммандос и парашютисты должны были овладеть двумя ключевыми пунктами на реке Маас. Одним из них был железнодорожный мост в Геннепе, по которому проходила главная железнодорожная линия между Рурским бассейном и Роттердамом. Вторая цель — мосты в Маастрихте между берегами Мааса и каналом Альберта. По ним шли главные дороги и железнодорожные линии из Кельна и Аахена в Антверпен и Брюссель. Последние мосты были чрезвычайно важны для сохранения коммуникаций между востоком и западом и севрро-западной Европой. Их охраняли орудия Эбен-Эмаэль — бельгийской крепости юго-западнее Маастрихта. Эбен-Эмаэль считалась мощнейшей крепостью Европы. Немецкое верховное главнокомандование понимало, что для захвата неповрежденных мостов в Геннепе Маастрихте и нейтрализации ЭбенЭмаэль необходим элемент внезапности. Именно по этой причине первую задачу поручили «Бранденбургу», а вторую — парашютистам.

Мост в Геннепе

9 мая в 23.30 небольшая группа коммандос из 3-й роты батальона «Бранденбург» под командованием лейтенанта Вальтера проскользнула через границу вблизи Геннепа. В противоположность тайным операциям в Польше все носили немецкие мундиры, за исключением двоих, переодетых в форму голландской военной жандармерии. В темноте немцы приблизились к мосту с востока. Когда рассвело, солдаты в немецких мундирах, держа руки на затылке, двинулись под конвоем вооруженных «голландцев». У голландского контрольного пункта они убили часовых на восточной стороне моста. Часовые на западной стороне не имели понятия о случившемся. Один из немцев, бегло говоривший по голландски, позвонил командиру охраны западного конца моста и проинформировал его, что через минуту два голландских жандарма и группа пленных пойдут в их направлении. Когда они добрались до западного конца, с восточной подъехал немецкий бронетранспортер. Немецкие солдаты обезоружили голландцев, прежде чем те смогли включить взрывное устройство. Мост в Геннепе попал в руки немцев неповрежденным, и вскоре танки 9-й дивизии вермахта прошли по нему в направлении средней Голландии.

Мост в Маастрихте

Рассказ очевидца о захвате моста в Маастрихте выглядит как сказка: «К часовому на восточной стороне моста подошел мужчина в гражданской одежде и дружески попросил разрешить ему перейти на другую сторону, чтобы попрощаться с другом. Получив разрешение, человек прошел по мосту и, поговорив несколько минут, вернулся к часовому в сопровождении своего друга. Последний по-бандитски застрелил часового и бегом бросился на другой берег реки, где разъединил провода, предназначенные для подрыва заложенных мин. Первый мужчина забрал карабин убитого часового, не позволяя кому-нибудь вмешаться. Согласованность во времени оказалась поразительной: в течение нескольких минут туча парашютистов приземлилась на голландских и бельгийских укреплениях, находившихся к востоку от моста на его голландском участке».

В Геннепе и в Маастрихте трюки удались хорошо, но их нельзя было повторить для захвата Эбен-Эмаэля.

Десант на форт Эбен-Эмаэль

Используя опыт первой мировой войны, бельгийцы создали систему укреплений, включив в нее канал Альберта. На западном берегу канала было построено много современных фортов. Главным центром обороны стал город Льеж, превращенный в крепость, а самым мощным его бастионом — форт Эбен-Эмаэль.

Форт, расположенный в ответвлениях канала Альберта на расстоянии свыше 20 км к северу от Льежа, контролировал своей артиллерией канал, реку Маас и мосты в голландском городе Маастрихт. Вся эта система укреплений между Маастрихтом и Льежем, на пространстве к югу от данного района была так сильна, что бельгийцы вообще сомневались, что ее кто-нибудь будет атаковать.

Форт построили в 1932-1935 гг., используя самые современные достижения фортификационного искусства. Размеры форта составляли с востока на запад 800 м, с севера на юг — 900 м. В подземной части находились склады боеприпасов и продовольствия, казарменные помещения, телефонный узел и электростанция. Форт окружал противотанковый ров, а с восточной стороны он вертикально поднимался над каналом Альберта в месте его соединения с рекой Маас.

На вооружении форта находились орудия калибра 120 и 75 мм. Все огневые гнезда соединялись подземными переходами, сходящимися в главном убежище. В южной части форта, вблизи центра находился вращающийся купол с двумя орудиями калибра 120 мм. Здесь же были расположены две вертикально перемещающиеся и вращающиеся башни с двумя орудиями калибра 75 мм. Четыре каземата форта имели на вооружении 12 орудий калибра 75 мм, по 3 в каждом убежище. В прочих казематах были размещены противотанковые пушки, минометы и крупнокалиберные пулеметы, предназначенные для защиты самого форта. Два каземата, снабженные минометами и пулеметами, охраняли канал Альберта. Однако форт не был заминирован и не имел заграждений против десанта с воздуха.

Сочетание артиллерийского и пулеметного огня создавало сильный оборонительный пункт, захватить который с помощью лобовой атаки невозможно. Гарнизон насчитывал 1220 человек. В главную задачу форта входила защита трех мостов на канале Альберта-Вельдвезелт, Вроенховен и Канне. Мосты защищал огонь из форта и они были заминированы, любая попытка фронтальной атаки побуждала бельгийцев взорвать мосты. Могла помочь лишь внезапность.

Кроме того, немецкие саперы при анализе ситуации пришли к выводу, что об артиллерийской или воздушной бомбардировке говорить не приходится, поскольку толщина бетона слишком велика для снарядов и бомб. Единственной возможностью представлялся неожиданный десант с воздуха. Однако размеры крепости были слишком малы, чтобы провести концентрированное десантирование с воздуха с надеждой на успех. В конце концов решились на атаку с использованием планеров, которые должны были доставить парашютистов, приземляясь прямо на крышу крепости.

Для выполнения задания — захвата форта и мостов — немецкое командование выделило батальон парашютистов, которому был придан взвод саперов. Проведение столь сложной операции требовало тщательной подготовки, которую немцы осуществляли в строгой тайне начиная с ноября 1939 г. Используя воздушную съемку и развединформацию, удалось точно установить размещение огневых средств и организацию обороны мостов. В тренировочном лагере возле Дессау для парашютистов построили копию форта. На этой модели обучали прыжкам с парашютом, знакомили с топографией местности, системой укреплений, способами их уничтожения.

Планируемая акция требовала поддержки со стороны бомбардировочной авиации, в то время как истребители должны были охранять транспортные самолеты и планеры во время полета к цели.

10 мая 1940 г. в 3.15 в воздух поднялись 11 самолетов Юнкере Ю-52. Каждый из них буксировал транспортный планер ДФС-230. На бортах планеров находилась штурмовая группа «Гранит» под командованием оберлейтенанта Рудольфа Витцига — всего 84 человека.

Отряд был вооружен пулеметами МГ-34, автоматами МП-38, карабинами 98к, пистолетами «парабеллум», четырьмя огнеметами «Фламмверфер-40», польскими противотанковыми ружьями «Ур» и новыми тогда кумулятивными зарядами для пробивания укрепленных башен. Сила детонации этих зарядов концентрировалась в одном направлении, что достигалось использованием конусообразной втулки из тонкого железа на одной из сторон заряда или приданием соответствующей формы самому заряду с вдавлением в виде конуса в определенном месте. Благодаря направленности действия взрыв мог пробить танковую броню, бронебашню, железобетонную стену. Небольшой вес и мощная разрушительная сила делали такие заряды грозным оружием десанта.

В данной операции Германия впервые применила транспортные планеры. К намеченному району десантирования направлялись также самолеты с парашютистами. Остальные группы должны были захватить три моста на канале Альберта (Вельдвезелт, Вроэнховен и Канне), весьма важных для развития наступления наземных сил в западном направлении. Из группы планеров, предназначенных для захвата форта Эбен-Эмаэль, один, в котором летел командир, сорвался с троса и приземлился в Германии вместе с еще одним планером, который отцепили раньше времени. Позднее планер с командующим операцией приземлился в районе форта. Его отбуксировал туда самолет Ю-52. Остальные планеры отцеплялись от буксирующих самолетов на некотором расстоянии от форта, к которому в результате удалось приблизиться бесшумно и под покровом темноты.

Гарнизон форта был полностью захвачен врасплох. Бельгийцы увидели планеры, но приказ открыть огонь был отдан только после их приземления. Два (номера 6 и 7) сели вблизи ложных укреплений, прочие — точно на территории форта. Тормозной путь немцы сократили с помощью специальных тормозов типа плугов вблизи костылей планеров. Каждая группа десантников атаковала свою цель — против артиллерийских башен и укрытий использовали кумулятивные заряды (весом от 12, 5 до 50 кг), пробивая отверстия, через которые забрасывали гранаты и взрывпакеты. Гарнизон почувствовал грозившую ему опасность, когда начали взрываться гранаты, брошенные в вентиляционные каналы и бойницы, раздались взрывы кумулятивных зарядов у стен башенных укреплений. Это вызвало многочисленные разрушения и потери. Бельгийцы оказались парализованными врагом и не ориентировались в числе атакующих.

Немцы были хорошо подготовлены. Каждый человек точно знал, что ему надо делать, а в отсутствии Витцига командование взял на себя фельдфебель Венгель.

Команда планера 8 атаковала с помощью кумулятивных зарядов бронебашню на юго-восточном конце форта. Ее удалось не пробить, а заклинить. Запасной выход заблокировали взрывпакетом, и вести огонь было больше неоткуда. Парашютисты планера 1 атаковали бункер N 19. Заряды, забрасываемые в дула, разрушили орудия. Кумулятивный заряд, взорванный на крыше бронебашни, пробил большую дыру, в которую немцы бросали ручные гранаты. Солдаты из планера 3 уничтожили орудия в бункере 19, используя заряды по 50 кг. Экипаж планера 5 напал на бункер 4, но оказался прижатым к земле пулеметным огнем. Тогда немцы бросились на бункер 26, расположенный вблизи центра форта. Заряды забрасывали через вентиляторы, и бельгийцы отступили.

Команды планеров 4 и 9 захватили и обезвредили укрытия с пулеметными гнездами в центре форта, применив огнеметы. Почти без боя немцы заклинили бронебашню с двумя 120-миллиметровыми орудиями, забросив заряды в дула, хотя пробить броню они не сумели.

Когда вход в форт взлетел на воздух, гарнизон оказался заблокированным. Правда, придя в себя, бельгийцы попытались отбить форт контратакой снаружи, но вызванные на помощь самолеты подавили ее бомбами и пулеметным огнем. Около 8.00 на форте приземлился планер с обер-лейтенантом Витцигом на борту. После часового боя большая часть объекта оказалась захваченной немцами. Южный бункер с орудиями, направленными на юг, не подвергся атаке (это направление огня не имело значения для гитлеровцев). Однако бронебашня в южной части оставалась целой и вела огонь в направлении Канне вплоть до капитуляции форта. По нему открыли огонь соседние форты, но сделали это слишком поздно: парашютисты уже выполнили свое задание.

Таким образом, благодаря тщательной разведке и детальной подготовке, фактору внезапности и решительным действиям удалось одну за другой обезвредить все бельгийские огневые точки.

Рота десантников в течение часа овладела великолепной современной крепостью, с ее бункерами, сооружениями и многочисленным гарнизоном. На следующий день, несмотря на сопротивление и обстрел из сохранившихся бронебашен, когда немцы получили в качестве подкрепления батальон саперов, были уничтожены бункеры 17 и 35, а поврежденный бункер 20 был сожжен огнеметами. Форт капитулировал 11 мая 1940 г. в 11.00. Потери немцев составили 6 убитых и 11 раненых, среди оборонявшихся — 23 убитых и 59 раненых.

Команды планеров приземлились в тылу трех мостов на канале Альберта. Эта операция также закончилась успехом. Правда, мост в Канне бельгийцы сумели взорвать, но остальные достались немцам неповрежденными. Мосты Вельдвезелт и Вроенховен были захвачены внезапной атакой парашютистов при поддержке авиации, которая бомбардировала объекты возле фортов. Бункеры вблизи мостов саперы уничтожили кумулятивными зарядами.

Захват Эбен-Эмаэль был смелой и прекрасно проведенной операцией, которую можно сравнить с рейдом Кейса на Зеебрюгге в 1918 г.

Парашютисты сыграли ключевую роль и в действиях против Голландии, Здесь немцы поставили перед собой две основных задачи. Во-первых, — не дать голландцам разрушить мосты, во-вторых, захватить аэродромы и центры управления в глубине Голландии, между Роттердамом, Гаагой и Амстердамом. Главным препятствием для немецких сил, двигавшихся через мост Геннеп в направлении Роттердама, была река Вааль. Голландцы заминировали на ней все мосты к югу от Роттердама. Немцы понимали, что в момент парашютного десанта или атаки планеров они будут взорваны. Тогда офицеры 7-й дивизии ВДВ нашли оригинальное решение. На реке Вааль сели 12 гидросамолетов Дорнье — такие же, как используемые голландской армией. Пока голландцы пытались разобраться в принадлежности самолетов, десантники, бегая по крыльям, штыками резали провода детонаторов. Когда голландцы начали действовать, мост находился уже в руках у немцев. Парашютисты удерживали его до прибытия бронетанковых войск 12 мая, и успешно отбивали отчаянные атаки голландской пехоты.

Не все операции немецких парашютистов окончились успехом. Новая 22-я воздушно-десантная дивизия пыталась захватить аэродромы в районе Гааги, чтобы обеспечить приземление самолетов Ю-52, занять правительственные центры и выяснить местонахождение королевской семьи. Однако голландцы, помня о немецком воздушном десанте в Скандинавии, сконцентрировали в районе столицы крупные силы. Когда утром 10 мая немецкие самолеты появились над аэродромами в районе Гааги, голландцы открыли интенсивный зенитный огонь. Загорелись десятки немецких транспортных самолетов. Дивизия пыталась продолжить атаку. Группа самолетов Ю-52 направилась даже на главную полосу аэродрома в Гааге. Однако они переворачивались и разваливались при приземлении, потому что голландцы положили на полосе тяжелые колоды. Остальные парашютисты 22-й дивизии, рассеянные по окрестностям, погибли от рук голландцев.

10 мая генерал-лейтенант Штудент выпрыгнул с группой солдат в районе Роттердама и четыре дня сражался с голландцами. 14 мая он был тяжело ранен, когда со своего поста наблюдал за местностью, ожидая немецких танков. Штудента и его людей обстреляли по ошибке пьяные солдаты полка СС. Ирония состояла в том, что голландцы в это время уже капитулировали.

Кампания в сентябре 1939 г. и весной 1940 г. подтвердила важность подразделений спецназначения в реализации задач брицкрига (молниеносной войны). Этот термин приобрел с тех пор новый смысл. Вначале блицкриг означал короткую кампанию, опирающуюся на внезапность и необычность наступления. Западные журналисты, ищущие сенсаций и впавшие в панику руководители союзников считали брицкриг совершенно новой тактикой, хотя во время войны в Польше, Голландии и Франции немцы использовали свою традиционную концепцию «кесселыкляхт», основанную на окружении противника. Революционность брицкрига была в ином. Хотя сам подход был давно известен, никто не применял его так последовательно и точно, как немцы. Соединения типа «батальон парашютистов» не имели исторического аналога. Сегодня нам трудно себе представить, какое огромное впечатление на участников кровавых битв под Верденом и Соммой произвел захват (за один день) мощнейшей крепости в Европе. Геббельсовское министерство пропаганды воспользовалось новаторским аспектом кампании в документальном фильме «Молниеносная война на Западе». Эту картину бесплатно разослали в 30 в нейтральных государств.

Десант на Коринфский канал, 1941

Планируя нападение на Грецию и Югославию, немецкое командование собиралось использовать парашютные соединения для захвата острова Лерос, архипелага Циклады и для воздушных десантов в районе городов Скопье, Ниш и Салоники. В марте 1941 г. в окрестностях Пловдива на территории Болгарии был размещен 2-й полк парашютистов, входящий в состав 7-й парашютной дивизии.

17 апреля капитулировала Югославия, в результате чего греческие войска и помогавший им английский экспедиционный корпус оказались в очень трудном положении. 21 апреля 1941 г. было принято окончательное решение об эвакуации английских и новозеландских частей из Южной Греции. Они должны были отойти к портам на полуострове Пелопоннес. Дорога туда проходит через единственный мост, перекинутый над Коринфским каналом. Это обстоятельство и решило использовать немецкое командование, намеревавшееся отрезать путем захвата моста пути отступления и окружить английские соединения.

Канал, проходящий по Коринфскому перешейку, представляет собой глубокое водное препятствие — тридцатиметровая впадина с отвесными стенами. Мост охраняло греческое подразделение и несколько рот англичан. Немцы собирались помешать взрыву моста и захватить его с помощью неожиданного воздушного десанта.

19 апреля 1941 г. в руки немцев попал греческий аэродром в местности Ларисса, ставший превосходной базой для операции. Там находились также склады горючего и продовольствия. 25 апреля 1941 г. на аэродроме в Лариссе ждали готовые к действиям 1-й и 2-й батальоны 2-го парашютного полка, 1-й должен был высадиться на северном берегу канала, а второй — на южном. Взвод саперов из 6-й роты 2-го полка парашютистов под командованием лейтенанта Ганса Тейсена получил приказ разминировать мост. Сам Адольф Гитлер оставил за собой право лично принять решение о дате операции. Однако он сделал это слишком поздно, будучи далеко от места событий и не зная деталей об отступлении англичан. В тех конкретных обстоятельствах требовались быстрые действия. 24 и 25 апреля главные силы английского экспедиционного корпуса отошли по мосту через Коринфский канал в направлении пунктов погрузки на полуострове Пелопоннес. Всего эвакуировали 24300 человек. Командир корпуса генерал Уилсон перешел мост перед рассветом 26 апреля, за несколько часов до удара немецких парашютистов. 26 апреля в 4 часа 30 мин утра с аэродрома Ларисса поднялись 6 самолетов с планерами ДФС-230. В них находились солдаты из взвода саперов. Одновременно стартовали 40 самолетов Юнкере Ю-52 с парашютистами 1-го и 2-го батальонов, которые после высадки на обоих берегах канала должны были прикрывать планерный десант.

В 7.00 утра немецкая авиация начала бомбардировку греческих и английских позиций в окрестностях моста. В 7 ч. 30 мин. на высоте 2 тыс. метров были отцеплены планеры, которые благополучно приземлились непосредственно возле моста в 7 ч. 40 мин. Этот неожиданный штурм с воздуха полностью застал врасплох обороняющихся. После короткого яростного боя взвод саперов захватил и разминировал мост, взяв 80 пленных и захватив 6 пушек Бофорс. Взрывные заряды не были вынуты, поскольку при необходимости отступать немцы планировали взорвать мост. Такой ситуации не возникло, но сразу после захвата моста его начала обстреливать одна пушка Бофорс с расстояния 250 м. Один из снарядов случайно попал во взрывной заряд, и мост взлетел на воздух, похоронив под собой остатки людей из взвода саперов Ганса Гейсена.

Одновременно с приземлением планеров парашютисты 1-го и 2-го батальона высадились на обоих берегах Коринфского канала. После нескольких часов очень тяжелого боя, особенно на южном берегу перешейка, где находились главные силы защитников, парашютисты 2-го батальона захватили город и аэродром Коринф. Это позволило высылать по воздуху подкрепления для дальнейших действий.

После уничтожения моста немецкие саперы немедленно начали строительство временного моста через Коринфский канал. Его закончили к 28 апреля, и рано утром по нему прошли танки 5-й немецкой бронетанковой дивизии. Захват перешейка не позволил провести эвакуацию союзных войск на юг Греции и дальше в направлении Египта и о. Крит. В ходе всей операции немцы взяли в плен 12 тысяч английских, греческих и новозеландских солдат, а также захватили большой количество снаряжения, автомобилей и артиллерийских орудий.

Немецкие парашютисты потеряли 63 человека убитыми, 158 ранеными и 16 пропавшими без вести. Десант на Коринфском перешейке отрезал для англичан, находившимся на полуострове Аттика, путь к отступлению на Пелопоннес, но лишь в малой степени помешал им эвакуировать греческие войска. Были спасены 50 000 человек, которых вывезли морем на судах английского средиземноморского флота. Несомненно, что на локальном уровне операция была удачной для немцев. Если бы ее начали на 2-3 дня раньше, английские потери оказались бы куда более высокими.

Хотя десант на Коринфском перешейке лишь частично выполнил поставленную задачу, оказалось, что даже относительно слабый десант — 2 батальона — может в некоторых случаях решиться на очень рискованные действия.

«Бранденбург» в боях 1941-43 гг.

Во время агрессии против Бельгии, 10 мая 1940 г. диверсанты «Бранденбурга» помогали немецким парашютистам захватить форт Эбен-Эмаель и мосты. Прочие группы в бельгийских и французских мундирах провели много актов саботажа и диверсий во Фландрии, а также в Аббервилле, Реймсе, Париже и Дувре. Солдаты из 4-й роты 2-го батальона уничтожили телефонную станцию и заняли мосты в Берге, Урмонде, Обихте и Штейне на канале Юлианны, в районе города Ситтард (Бельгия).

2-го февраля 1941 г. 1-я рота 1-го батальона немецких диверсантов расположилась в Ольштыне (Польша) и начали накапливать вооружение и военную форму, используемые в Красной армии. Вскоре развернулось интенсивное обучение диверсионным действиям на территории СССР, длившееся до 15 июня. В марте 2-й батальон перебросили из Вены в Плоешти (Румыния). В ночь с 5-го на 6-е апреля 1941 г. перед немецкой агрессией против Югославии и Греции солдаты этого батальона овладели важным горным перевалом «Железные ворота» над Дунаем, на территории Югославии. На следующий день рота диверсантов из 2-го батальона захватила мост на Вардаже (Греция), что помогло танковой дивизии вермахта с ходу занять Салоники. С 21 по 27 апреля 1941 г. коммандос 2-го батальона совершили внезапный рейд в английском тылу и захватили остров Эвиа в заливе Волос. Это заставило англичан отступить через перевал в Фермопилах. 26-го апреля 2-й батальон «Бранденбурга» первым вошел в Афины.

В ночь с 21 на 22 июня 1941 г. на территорию СССР проникла диверсионная группа «Бранденбург» во главе с лейтенантом Каттвицем. Переодевшись в советскую военную форму, они вторглись на глубину 20 км, чтобы овладеть стратегическим мостом в Бобрах и удержать его до подхода передовых танковых частей вермахта. В полосе действий 123-й пехотной дивизии диверсанты убили ничего не подозревавших советских пограничников. Еще до рассвета на советскую территорию перешли очередные группы «Бранденбурга», переодетые в форму советских войск и беспощадно уничтожали красноармейцев в районе Августово, Сувалки, Гродно, Голынок и Рудавок. Основной целью был захват мостов. Там, где красноармейцы оказались начеку, не обошлось без потерь, хотя большинство этих акций закончились успехом. Это обеспечило блестящие успехи вермахта в первые недели нападения на СССР.

Например, 25 июня 1941 года один взвод «бранденбуржцев» (35 человек) десантировался на парашютах недалеко от белорусской станции Богданове, имея своей задачей захват и удержание двух мостов через реку, по которым проходила железнодорожная линия Лида — Молодечно. План предусматривал высадку десанта примерно за один час до подхода немецких танков. Надо было захватить мосты, чтобы охранявшие их красноармейцы не смогли взорвать пролеты. На подходе к месту сброса парашютистов «Юнкерсы» были встречены сильным зенитным огнем, первая машина получила повреждения, ее пилот оказался ранен. Пришлось диверсантам покинуть самолеты раньше времени.

Собравшись на земле, они сумели незаметно подойти почти вплотную к мостам и внезапной атакой уничтожить охрану. Но тут выяснилось, что неподалеку находились 14 советских танков и пехотная рота. Последовала упорная борьба за мосты. Командир взвода лейтенант Лекс и четверо его солдат погибли, 15 человек получили ранения, остальные продержались более 24-х часов, пока вечером следующего дня к ним не прорвались немецкие мотоциклисты (танки, которые должны были подойти через час после выброски, завязли в бою с частями Красной Армии).

Наиболее удачно и дерзко боевые группы «Бранденбурга» действовали в течение первого года войны, т.е. до тех пор, пока немцы продолжали вести наступление. Типичный пример: колонну отходящих советских войск догоняет запыленный мотоциклист-красноармеец с раненым офицером в коляске. Тот сообщает старшим офицерам колонны, что оборона прорвана в таком-то месте и что здесь через полчаса появятся немецкие танки. Единственный шанс избежать немедленного разгрома — двигаться в таком-то направлении. Охваченные паникой командиры меняют маршрут и кратчайшим путем попадают в ловушку, под перекрестный огонь с заранее подготовленных позиций. В это же время в другом месте такие же мотоциклисты останавливают колонну бронетехники, выясняют направление ее движения и количество горючего в баках, прикидывают по карте время и место предполагаемой остановки, а потом наводят туда по радио (или сигнальными ракетами) бомбардировщики.

Еще один пример: три грузовика с охраной, на которых сотрудники военной разведки вывозят из Минска секретные документы, отъехав от города примерно 30 км, сворачивают в лес, чтобы устроить небольшой привал. Тем более, что офицеры-разведчики и водители видят в лесу группу милиционеров, человек 8-10, вооруженных советскими автоматами ППД и самозарядными винтовками СВТ. И вдруг эти милиционеры открывают по ним огонь. Одна машина загорается, у нее взрывается бензобак, двум другим чудом удается вырваться из западни. В кузовах двое убитых бойцов охраны и трое раненых… Переставленные дорожные указатели, поваленные столбы телеграфной и телефонной связи, колодцы с отравленной водой, внезапно вышедшие из строя семафоры и стрелки на железнодорожных путях — все это тоже работа «Бранденбурга».

28 июня 1941 года солдаты 8-й роты, переодетые в форму РККА, захватили мост на Двине под Даугавпилсом, помешали его взорвать и удерживали вплоть до подхода войск группы «Север». В яростном бою погиб командир роты лейтенант Кнак. 29 и 30 июня 1941 г. 1-й батальон «Бранденбург» и диверсионное соединение «Нахтигаль» заняли Львов. Украинцы из батальона «Нахтигаль» убили несколько тысяч поляков, украинцев и евреев, вылавливавшихся по спискам резидентуры абвера в Кракове.

Летом 1941 г. в ходе операции «Ксенофон» диверсанты 1-го батальона «Бранденбург» под командованием лейтенанта Каттвица, переодетые в советскую военную форму, уничтожили позиции батареи прожекторов на мысе Пеклы, дав возможность немецким и румынским дивизиям переправиться из Крыма на Таманский полуостров через Керченский пролив.

Одновременно 1-я и 3-я роты 3-го батальона полка «Бранденбург 800» были реорганизованы в спецподразделение за номером 287 и подчинены специальному штабу во главе с генералом Фелми. Это подразделение должно было действовать на территориях Африки и Ближнего Востока, 21-го сентября 1941 г. в Греции организовали еще одно соединение, предназначенное для шпионажа и диверсий за номером 288. Оно состояло из трех рот. На восточном фронте 1би17 июля 1941 г. солдаты диверсионного подразделения «Нахтигаль» и 1-го батальона «Бранденбург», переодетые в советскую форму, напали на штаб одной из советских армий. Атака была отбита, немцы понесли большие потери. После этой неудачной операции остатки батальона «Нахтигаль» расформировали.

В начале июля того же года на территорию Афганистана проникла рота «Бранденбург» под командой лейтенанта Обердорффера, выдавая себя за научную экспедицию, обследующую прокаженных. В действительности она выполняла шпионскую миссию. Через 32 дня эта рота организовала там постоянную базу с радиостанцией, опирающуюся на афганских и индийских агентов и подготовила площадки для посадки самолетов.

Одновременно зарубежная служба абвера разработала план, по которому после завоевания Кавказа немецкими войсками в Индию на самолетах перебросят «Индийский легион» для организации восстания против Англии.

В августе 1941 г. солдаты 1-го батальона провели 7 акций диверсионного типа на важнейших железнодорожных линиях СССР. В октябре 1941 г. 9-я роту 3-го батальона в советских мундирах забросили в тыл Красной армии под Москвой с задачей овладеть заграждениями и укреплениями на одной из въездных дорог в столицу СССР. Эта операция закончилась провалом. Парашютисты понесли огромные потери. В конце 1941 г., когда стало ясно, что молниеносная победа над СССР не удалась, абвер еще более расширил действия диверсионных групп в тылу Красной Армии, особенно на Кавказе, в приволжских степях и в Средней Азии. В январе 1942 г. состоявшая из прибалтийских националистов рота под командованием барона фон Фелкерзама, переодевшись в советскую военную форму, провела ряд диверсий в тылу Красной Армии. В частности, был ликвидирован штаб дивизии и захвачен мост под Пятигорском, который рота удерживала до подхода передовых танковых частей вермахта.

На территории Финляндии, под Рованиеми в специально созданном учебном лагере солдаты из 15-й роты «Бранденбуржцев» интенсивно готовились к диверсиям в России. Их интересовала стратегически важная железнодорожная линия между Мурманском и Ленинградом, служившая главным путем снабжения Красной Армии и гражданского населения осажденного Ленинграда. При подготовке к операции использовался финский опыт проведения партизанской войны.

Предполагалось сбрасывать на парашютах отдельные группы летом 1942 г. вблизи железной дороги. Диверсанты, выдавая себя за охотников, должны были после выполнения задания добираться до установленных мест, где могли садиться самолеты, и возвращаться на них в Финляндию. Успехом закончилась только одна акция — в ночь с 28 на 29 августа 1942 г. две группы в советской военной форме достигли мурманской дороги и в двух местах заложили мины с вибрационными взрывателями, а также взрывчатку с часовым механизмом. Остальным диверсантам не повезло — их обнаружили и уничтожили.

В конце июня 1942 г. рота охраны побережья из 3-го батальона «Бранденбурга» провела диверсионную акцию, уничтожив колонны снабжения советских войск вблизи Керчи на Таманском полуострове. В ночь с 24 по 25 июля 1942 г. в ходе тяжелых боев на Дону группа из 1-го батальона во главе с капитаном Грабертом захватила и уничтожила 6-километровую плотину в дельте Дона между Ростовом и Батайском. В том же месяце группа из 30 человек 2-го батальона была переброшена по воздуху на северный Кавказ и взорвала мост вблизи Минеральных вод. На той же территории рота "Бергманн " безуспешно пыталась поднять на восстание против СССР кавказских горцев. Это подразделение полностью уничтожили за три месяца.

В августе 1942 г. в нефтяном бассейне возле Грозного сбросили на парашютах группу из 25 человек под командой обер-лейтенанта Ланге, но ее расстреляли еще в воздухе. Одновременно 8-я рота из 2-го батальона под командой лейтенанта Прохазки захватила деревянный мост на реке Белая под Майкопом, вызвав сумятицу в советских войсках и лишив их возможности маневрировать. Однако сам Прохазка погиб в этой операции.

8 ноября 1942 г. на территорию Туниса перебросили по воздуху 500 человек из 1-го батальона 4-го полка «бранденбуржцев» под командованием капитана фон Кенига. «Тропическая рота» действовала в английских мундирах либо в одежде бедуинов. Она совершила многочисленные диверсии на линиях связи, а также путях снабжения английских, американских и французских войск. Например, 28 декабря 1942 г. две штурмовые группы вылетели ночью на планерах ДФС-230 с территории Туниса. Первая из них атаковала и уничтожила железнодорожный мост на реке Вади-эль-Кибир. Группа, летевшая вторым планером под руководством лейтенанта Хагенауэра, должна была уничтожить мост к северу от Касасдина в южном Тунисе, но сразу после приземления попала в плен к французам.

В конце 1942 г. из г. Сталине (Донбасс) в Тунис перебросили «Немецкоарабский учебный отряд» с целью вызвать среди арабов Северной Африке восстания против экспедиционных войск союзников. Новое формирование переименовали в «Немецкоарабский легион». Руководство этим диверсионным подразделением «Бранденбурга» взял на себя майор фон Хиппель. 18 января 1943 г. группа диверсантов из Легиона во главе с лейтенантом Луксом после 8-дневного марша достигла реки Вади эль-Мелах в южном Тунисе и уничтожила мост, по которому шла главная линия снабжения англо-американских войск в Северной Африке.

В январе 1943 г. часть 4-го полка «Бранденбург» направили в район города Банья Лука на территории Югославии для борьбы с партизанами, 2-й полк использовали с той же целью в Черногории. В районе Уровица между «Бранденбургом» и командиром сербских четников Михайловичем было подписано соглашение о сотрудничестве в войне против коммунистических партизан Тито. В соответствии с этим соглашением организовали состоявший из сербов «Черногорский легион», включенный в «Бранденбург».

14-го февраля 1943 г. в Северной Африке, в районе Сиди Боу Сид диверсанты, руководимые капитаном фон Кенигом, провели ряд внезапных ночных атак на укрепленные позиции американцев. Были захвачены 700 пленных. После капитуляции немецких сухопутных сил в Африке 12 мая 1943 г. подразделение «Бранденбург» и его командир фон Кениг не подчинились приказу о капитуляции и через Средиземное море добрались до Южной Италии.

С 12 по 15 ноября 1943 г. в ходе операции «Леопард» немецкие парашютисты и коммандос захватили греческий остров Лерос. Участвовали силы морских десантников и воздушно-десантные подразделения, 1-й батальон 2-го парашютного полка, рота парашютистов из 1-го батальона и 3-й батальон из 1-го полка «Бранденбург». После 3-х дневных боев английский гарнизон, насчитывавший 8000 человек, капитулировал. Это был последний успех немецких парашютистов, чему в большой мере способствовали «бранденбуржцы».

В конце мая 1944 г. большинство личного состава «Бранденбурга» добровольно вступило в штурмовые группы службы безопасности, которыми руководил оберштурбанфюрер СС Скорцени. Диверсионную «Дивизию 800» преобразовали в пехотную механизированную дивизию «Бранденбург», которая в составе боевой группы «Кульвейн» сражалась с партизанами на Балканах. В сентябре 1944 г. по приказу Гитлера ее включили в бронетанковый корпус «Великая Германия».

Диверсанты СС и Скорцени

К весне 43 года всем стало ясно, что стратегическая инициатива перешла от немцев и итальянцев к союзникам. Позади был Сталинград (300 тысяч погибших и попавших в плен немецких военнослужащих), 112 дивизий вермахта погибли уже на Восточном фронте за 20 месяцев боевых действий. В поисках путей изменения хода событий в свою пользу, руководители нацистской Германии провозгласили в феврале 43 года доктрину «тотальной войны».

Новые идеи потребовали выдвижения новых людей на командные должности в армии, на флоте, в спецслужбах. Так, начальником Главного управления имперской безопасности (РСХА) стал Эрнст Кальтенбруннер. Он, в свою очередь, произвел ряд перестановок в своем ведомстве. В том числе назначил начальником отдела "С" (диверсии и террор) VI управления РСХА 35-летнего гауптштурмфюрера Отто Скорцени. Следует пояснить, что VI управление — это внешняя разведка СС. В послужном списке этого атлетически сложенного эсэсовца (рост 196 см) к тому времени значились такие акции, как участие в насильственном присоединении Австрии к Германии (март 38 г.), кампания в Голландии (май 40 г.), кампания в Югославии (майиюнь 41 г.), война на территории СССР (июнь 41 — декабрь 42 н.).

В духе идей «тотальной войны» требовалось силами отдела "С" организовать диверсионные операции по всему миру с наибольшим размахом, чтобы тайными средствами значительно повысить шансы фашистов на успех в явной войне. Ему предписывалось вооружить и направить против англичан племена горцев в Иране, Индии, Ираке; парализовать судоходство по Суэцкому каналу; внедрить террористов и провокаторов в ряды югославских и французских партизан; взорвать или сжечь главные военные завода США и Англии; создать боеспособную «пятую колонну» в Бразилии и Аргентине; организовать нападения на штабы советских армий, уничтожить командиров крупнейших партизанских отрядов. Особое внимание уделить диверсиям на предприятиях советской оборонной промышленности в районах Урала, Северного Казахстана, Западной Сибири, абсолютно недоступных для германской авиации. Надо заодно напомнить, что уничтожение лидеров антифашистской коалиции (Рузвельта, Сталина, Черчилля) в Тегеране и Касабланке тоже готовил Скорцени и его отдел "С".

Для подготовки и переподготовки кадров диверсантов-террористов были открыты "Специальные курсы особого назначения «Ораниенбург». Они разместились в охотничьем замке Фриденталь, неподалеку от городка Заксенхаузен, в часе езды автомобилем от Берлина. «Слушатели» курсов прибывали в замок и покидали его в темное время суток, носили для маскировки только штатскую одежду. Все они, поступая на учебу, получали новые имена и фамилии. Среди них преобладали немцы, встречались также фашисты из других стран. Но вот кого среди них не было, так это новичков. Каждый имел за плечами солидный опыт диверсий и террора. Это были матерые убийцы: сломать человеку позвоночник или шею одним движением, пробить ему кадык, заколоть ножом так, что он не сможет даже вскрикнуть — все это было для них сущим пустяком.

Поэтому в замке Фриденталь они повышали свою квалификацию по индивидуальным программам и готовились к конкретным операциям. Среди использовавшихся эсэсовскими агентами технических новшеств следует особо отметить пластиковую взрывчатку и кумулятивные заряды; отравленные пули, вызывавшие мгновенную смерть при попадании в любую часть тела; портативные средства поджога (карандаши с термитной начинкой, термосы, чемоданы, книги, у которых горючим материалом являлась сама оболочка); приспособление для эвакуации человека с земли без посадки самолета. Данное изобретение представляло трапециевидную конструкцию из небольших штанг, с канатом между ними длиной в 4 метра. Летящий бреющим полетом самолет захватывал ее специальным крюком вместе с сидящим в нижней части трапеции агентом! (После войны это устройство переняли от немцев американцы).