Утро встретило меня новой порцией громкого и настойчивого грохота в дверь. Так, и что теперь? Сквозь полусон расслышал тяжелые шаги Петра-Гиви, скрежет замков и засовов. Страшно. Пришли за мной. Что дальше? Конечно. Вот так в открытую - днем в наглую прирезать или застрелить уже труднее, хотя, что я знаю о здешних порядках?

  Дверь камеры закрыта, оконце поднято - оставалось только ждать, напрягая слух. Из-за стены доносились обрывки шумного, на повышенных тонах разговора. Ого. Ладно.

  Обулся, надел и застегнул куртку, встал, готовясь принимать 'гостей'. Мало ли... Но растерянным или подавленным они меня не увидят - хороший понт дороже денег. Щелчок замка и дверь отлетела, с грохотом ударив по стене. И в тот же миг в камеру ворвались... Не может быть! Глазам своим не верю!

  Я стоял растерянный и пораженный, не в силах увязать увиденное с ожидаемым.

  - Славка, дружище! - Живой и невредимый Валерка Бобров порывисто обнял меня, непрерывно продолжая сыпать словами. - Мы, как только узнали, сразу сюда! Живой, чертяка, а мы-то думали...

  - А я что думал? - Наконец смог что-то брякнуть и я. - Как вы здесь? Откуда? Бандиты...

  - Кхм, - оборвал наши излияния и откровения тюремщик, - долго в камере будете торчать? Вон, боец стоит, топчется, ему приказ Ертарова к старшему караула сопроводить, срочно!

  - О, извините, - чуть смущенно затараторил опять Бобр, - конечно, спасибо, что пустили нас. Все-все, мы уходим. Слав, пошли скорее, чего тут на самом деле... кхм...

  Ничего не понимая толком, я только и смог кивнуть и взглядом попрощавшись с Петром, выбрался на двор. Прощай тюрьма. Черт, а ведь эта ночь вышла далеко не худшей в моей жизни, кто б подумал. Обязательно надо будет заглянуть потом к горцу-дарду, заодно и ниточка к Ердею и Сашке... Я огляделся по сторонам. А солнышко как высоко забраться успело и припекает... Долго я спал и никто не потревожил... Удивительно.

  И никакого конвоя на этот раз. Мы просто шли, оживленно болтая, точнее, болтал Бобров. И никаких приказов - 'руки за спину', тычков в спину, кроме дружеских похлопываний, и уж тем более никаких запретов на разговоры.

  - Слав, ты не переживай. Все нормально будет у тебя. Счас отпустят, понимаешь!? Пойдешь с нами. Устроим пир горой! Мы тут успели уже пристроиться, хе, неплохо, я тебе скажу...

  На этом бурная речь друга оборвалась - мы дошли до порога караулки. Ребята остались во дворе, их таки не пустила охрана, а я несколько все же волнуясь, толкнул знакомую дверь и увидел господина Вострикова Илью Павловича. Сегодня лицо его пусть и не светилось дружелюбием, но все же... На столе сразу заприметил и пояс, и ружье с патронташем, и документы.

  - Здравствуйте, Вячеслав Юрьевич. - Старший караула встал и протянул мне руку, ну что теперь, пожимать? Видимо мои колебания отразились на лице и Востриков добавил, - кто прошлое помянет, тому глаз вон. - И снова решительно поднял руку.

  - Здравствуйте и вы, Илья Палыч, - пожал его руку в ответ и я.

  - Присаживайтесь. Все разъяснилось скорейшим образом. Золото можете забрать - передадите сами по назначению. Вот ваши документы, вещи, забирайте.

  Молча нацепил пояс, патронташ, сунул корочки в карман и ухватил ствол.

  - Ну, я пошел?

  - Да, удачи вам. Нет. Подождите. - Ну, что еще? Чего ему надо от меня?

  Я остановился в полуповороте, дожидаясь слов старшого. А тот удивительным образом волнуясь, вот уж не ожидал, даже покраснев немного, рывком отодвинул полку в столе и принялся громко ворошить ее содержимое.

  - Подождите секунду. Вот, хочу вам на память подарок. Возьмите, пригодится.

  В руке у него оказалась кобура с пистолетом и две обоймы полные патронов. Вот тебе поворот событий. И как прикажете быть?

  - Это хороший, надежный пистолет - настоящий, земного производства Кольт 1911 сорок пятого калибра. Патроны к нему у нас делают, так что... В-общем, владейте на здоровье.

  - Это щедрый подарок, Илья Павлович, не знаю, могу ли я его принять? - С сомнением протянул в ответ. И хочется, и колется...

  - Берите, не думайте. Будем считать, что теперь между нами не осталось недомолвок?

  - Хорошо, - забирая ствол, согласился я, - никаких недомолвок. Спасибо вам...

  - Давайте на ты, Вячеслав?

  - Хорошо, Илья, только меня зовут Славой, Славкой.

  - По рукам, Слава. Удачи тебе. Будут вопросы, понадобится помощь - заходи.

  - Лады. И тебе всего наилучшего, Илья.

  Друзья встретили меня на пороге. И остолбенел, глупо разинув рот и держа в обеих руках оружие. Поистине это утро богато на сюрпризы. Рядом с Пашкой стояли те самые девушки, которых мы встретили на хуторе. Вот так встреча!

  Идти пришлось не далеко. Несколько минут и наша бодро шагающая группа оказалась перед аккуратным двухэтажным зданием с широким крыльцом и вывеской 'Торговый Дом Липарёва'. Интересно. Друзья мои, решительно открыли дверь, и мы оказались в просторном, светлом зале, более всего напоминающем помесь конторы, с приказчиками, столами и бумагами справа и магазина с прилавком, стеллажами, заполненными всевозможными товарами - слева. А посередине полукругом стоял широкий кожаный диван, так и манящий присесть на него. Да, солидное заведение. Но здесь мы не задержались, сразу поднявшись на второй этаж. Правда, девушки остались внизу, о чем я искренне пожалел.

  Наверху нас ждала богато обставленная гостиная с овальным столом и печкой-голландкой, украшенной сине-белыми изразцами. Изящная мебель, обтянутая бархатом, полированное дерево, паркет и ковры. Даже живопись какая-то на стенах. Напольные часы с маятником и гирями.

  - Братцы, зачем мы здесь? Только не говорите, что вы теперь здесь живете.

  - Не совсем живем, бываем часто, Пашка почти и безвылазно тут. - Затараторил Валерка.

  Я жестом оборвал его, хватит нести околесицу, балаболка! И повернулся к Микулину.

  - Паша, скажи толком, прошу тебя, а то у меня ум за разум уже заходит.

  - Не переживай так, Славка. Того человека, которого ты спас, помнишь?

  - Конечно, что за вопрос?

  - Это его дом. Я его лечу сейчас, поэтому на самом деле практически живу здесь.

  - Так он жив, - глупый вопрос, но что еще сказать... больше в голову ничего не пришло.

  - Жив. Ты, наверно, решил, что тогда нас бандиты настигли, верно? И думал, что нас там всех и убили или еще чего?

  - Точно. Так и думал.

  - Если коротко, то это был патруль из Алтына.

  - Получается, я зря стрелял и убегал? - Мне словно со всей дури под дых дали. Глаза заслезились, дышать стало нечем, стало до невозможности обидно и досадно. Черт, черт, черт!!!

  - А ведь я чуть не сдох! Елкин дом! - Пытаясь переварить полученную информацию, я помолчал несколько секунд. - А как же вы? Что потом было?

  - Да, ничего, собственно. - Спокойно глядя на меня, ответил Микулин. - Патрульные вернулись к повозке. Расспросили нас, Липарёва сразу узнали, он им пару слов сказал, так что все вопросы к нам были немедленно сняты.

  - А Митька? С ним как? - Перебил я друга.

  - А что с ним? На конюшне теперь у купца ошивается, вроде нормально все, я и не видел его с того дня толком.

  - Ладно, давай дальше.

  - Некогда, дружище, потом расскажу. Мы зачем тебя сюда привели? Золото ведь с тобой еще?

  - Да, вот оно, - я похлопал по злополучному поясу ладонью.

  - Отлично. Передай его поскорее хозяину, чтобы все вопросы с тебя снялись окончательно. Зовут его Иван Арсеньевич. Он еще слаб, но уже идет на поправку. Ждет тебя.

  - Да, где он? - Я тупо оглянулся, еще раз пытаясь отыскать в пустой комнате присутствие купца.

  - Что-то ты тормозишь, братишка, - вмешался долго молчавший Бобр. - Не здесь, в соседней комнате.

  - Да, там, - Микулин поддержал Валерку и указал на полускрытую портьерой дверь. - Ты иди один, Иван Арсеньевич просил тебя одного привести. А мы подождем внизу.

  - Ну, все, мы пошли, удачи, Слав, - заспешил Бобров и с чего бы такая спешка? Прямо рвется уйти от только что воскресшего, можно сказать, друга... Не девушки ли тому причина? Сердце, не пойми, отчего сжала боль, а ведь я ревную, глупость какая. Ладно, потом, все потом.

  Мне волноваться совсем не зачем, но почему-то горло пересохло, чуть поколачивает, как перед экзаменом. Смешно. Подошел к окну, в таком состоянии идти на встречу не комильфо. Первый раз, тогда в фургоне, мы с ним нормально общались, и я был рулевым. Нечего менять манеру.

  На улице народ ходит. Всадники проезжают, но все на лошадях. Ясыгов на рогачах не видать. Заметно, что много людей с оружием. Почти все в сапогах кожаных, рубахах, шапки не так часто видны. Ладно, пора.

  Зашел молча. Огляделся. Дядька лежал не на кровати, как я думал, а на диване. И вообще это не спальня, а кабинет оказался. Массивный стол, покрытый зеленым сукном, Шкаф с книгами в дорогих кожаных переплетах с золотым тиснением на корешках. Оружие на стене, сабли, кинжалы, но и огнестрел имеется. Купец не спал, внимательно глядя на меня, и тоже молчал. Я подошел к нему и, подтянув стул, приставил к нему ружье, уложил патронташ и наконец, стянул пояс.

  - Вот, ваше золото. Я один самородок небольшой взял... подарил одному человеку на память. Скажем так, это была моя доля за спасение пояса. - Я не спрашивал, просто констатировал факт.

  - Положите его на стол, если не трудно. И спасибо, что сохранили, в этом поясе результат большого труда. И присаживайтесь, пожалуйста, Вячеслав.

  Усевшись, несколько секунд ждал развития событий, но купец молчал. Ладно, не вопрос. Раз есть время, прилажу кобуру к поясу. Как там его? Липарёв? Он внимательно наблюдал за мной. Закончив возиться с кольтом, я поднялся со стула.

  - Ну, я пойду, вы выздоравливайте, кхм.

  - Подождите, неужели вы, Вячеслав, думаете, что я просто так вас отпущу? Скажите, как я могу отблагодарить вас? Сделаю все, что в моих силах.

  - Да, сам разберусь. Ничего не надо. - Сухо ответил я, делая шаг к двери.

  - Подождите еще минутку. Вот вернули вы золото, зачем? Могли ведь себе оставить, тут же целое состояние, а вас несколько раз чуть не убили из-за него.

  Хмм, все знает... Или догадывается про то, что ночью было? Все равно.

  - Выздоравливайте, господин купец. - И все же решив хоть как-то пояснить свою позицию, добавил, - мне чужого не надо, со своим бы разобраться...

  И не прощаясь, вышел. Фух. И чего так напрягся, зачем все эти громкие заявления? Почему не вытребовал себе чего-нибудь полезного? Не оскудел бы купчина. Капиталист хренов... Да, елки... Загадочный вы человек, Вячеслав Юрьевич. А что ж я так? Сам не пойму, но совсем не хотелось прогибаться перед ним. Ведь это он мне должен, а не я ему.

  Да, нехорошо вышло, стыдно и не хорошо. Вернуться что ли? Поговорить по-человечески. Я постоял на верху лестницы, взвешивая внутри про и контра. Нет, не лежит душа идти к нему. А раз так, то и не пойду. Друзья, как и обещали, ждали внизу. Бобров вовсю балаболил с синеглазой девушкой, а Микулин о чем-то солидно общался со смешливой и самостоятельной девицей, фыркнувшей тогда в ответ на мое предложение о помощи.

  Все разом поднялись, увидев меня.

  - Ну вот, кто-то обещал пирушку и все рассказать. Сейчас самое время отметить наше воссоединение! - Решительно заявил я друзьям. Веселиться, так веселиться. Выкинув из головы все лишнее, решил просто прожить этот день до упора. Здорово все-таки жить!

  Заведение, в котором мы собрались пировать, стояло на той же улице, всего в нескольких домах от конторы купца. Как успел шепнуть мне Бобр, ресторан тоже принадлежал Липарёву. А на втором этаже номера, в одном из них ребята и обосновались. Заодно Бобр радостно сообщил мне, что и вещи мои целы, и оружие, добытое в стычке с бандитами. 'Мы ничего пока не трогали, все сложили в кучу, надеялись, что ты появишься. Вот и дождались'. Новость эта пришлась кстати.

  Я решительно потребовал ключи от номера у Павла и, извинившись перед девушками, метнулся наверх. Умылся, обнаружив в уборной некое подобие холодного душа, окатил себя парой ведер еле теплой воды. Так гораздо лучше. Теперь быстро переодеться и можно вниз. Стоп. Как быть с оружием? За эти дни я так сроднился с ним, что... Если двустволку и патронташ я еще готов отложить, то пистолет... Вытащив тяжелый Кольт сорок пятого калибра, выщелкнул обойму, повертел в руках. Серьезная вещь, убойная, думаю, и гиен остановить сможет. Пусть останется, мало ли... Вооруженный человек в Алтыне не редкость, а мне так спокойнее.

  Друзья, удобно разместившись за большим столом не стали пока ничего заказывать, дожидаясь моего появления. Время по ресторанным меркам раннее - только полдень наступил, потому посетителей кроме нашей компании было не много. Зал - просторный и светлый мне понравился. Высокая деревянная стойка с сияющим медью двухведерным, наверное, самоваром, легкие ароматы кофе, корицы, ванили наслаивались на щедрый запах свежей выпечки. Отлично, ну, к столу!

  Теперь самое время познакомиться, наконец, с девушками. Словно прочитав мои мысли, Микулин представил обеих. Смешливую звали Юлия, а синеглазую - Марией. Маша, Машенька... Прекрасное имя. Девушка внимательно-глубоким взглядом посмотрела на меня, как тогда, в первую встречу. Сердце стукнуло и замерло в груди. Елки, что это с вами, батенька?

  Привстав, по-гусарски коротко поклонился каждой, только что каблуками не прищелкивая. Атмосфера за столом сразу установилась непринужденная и живая. Иногда случается радость и ничто не в силах ее притушить. Мы много смеялись и шутили. Даже выбор еды и питья по не такой и большой карте ресторанчика сопровождался улыбками и весельем.

  Мне после ночных возлияний и пиршеств особо есть не хотелось, но, не желая выбиваться из общего настроения, я заказал себе яичницу и колбаски на гриле, настойчиво рекомендованные Валеркой, большим специалистом по всевозможному мясу на гриле и углях. Пить решили пиво, которое варилось свежее и, по уверениям друзей, было отменным. Сам я предпочел бы сейчас чаю, но пировать, так пировать.

  Разговор завязался вокруг событий последних дней. Для начала я попросил ребят рассказать, что было дальше.

  - Мы остались переждать грозу, пока стояли, подъехал уже знакомый нам по хутору фургон, сам Егор Михайлович, он решил Юлю с Машей проводить лично. Короче, доехали сюда, решили не теряться, встречаться. Девушки про тебя спрашивали, беспокоились как ты.

  - Спасибо большое за это, я искренне признателен вам. - Ввернул я фразу, обращаясь к обеим, но глядя только на Машу. Она в ответ чуть улыбнулась. Уже хорошо, но мало. - И что дальше было?

  - Да все просто. Приехали, разместились здесь. Меня Иван Арсеньич попросил его лечением заняться, а Валерка тоже время не терял, он же у нас с цифрами дружит, вот ему Липарёв и предложил с конторской бухгалтерией поразбираться, чего и как улучшить можно.

  В это время на столе появились здоровенные керамические кружки с пивом и чайник с чашками для девушек.

  - Да, ты знаешь, Слав, у них тут каменный век. Все просто до невозможности и учет - просто нулевой. Я уже кое-что подготовил для Ивана Арсеньевича, жду, когда он поправится, тогда поговорим серьезно.

  - Ну, я смотрю, вы тут времени даром не теряли. За это надо выпить! Молодцы!

  Мы дружно сдвинули кружки, только девушки ограничились символическими чашками чая. Вкус у пива и в самом деле оказался стоящим.

   - А вы, Юля, Маша, чем занимаетесь? - С одной стороны и хорошо, что ребята так быстро адаптировались, словно решили жить, поживать тут до скончания века. А с другой... Ладно, потом подумаю.

  - Мы слушательницы курса в Алтынском педагогическом училище. Будем учителями начальной школы. - Бойко ответила Юлия.

  - Замечательно. И сколько всего надо учиться?

  - Три года. Мы с Марьей как раз к началу пятого семестра приехали.

  - Подождите, но сейчас июль? Вы что и летом учитесь? - Я специально перевел взгляд на Марию, надеясь услышать ответ от нее. И моя мольба была услышана.

  Маша мягко пояснила:

  - Да, у нас практика. Месяц дома отдохнули и снова к учебе. В середине августа еще небольшие каникулы и потом в сентябре, снова за учебу. Нам два семестра осталось доучиться всего. Весной экзамен и дипломная работа.

  Да, ударными темпами девчонки движутся к дипломам. И не заметно, что им это в тягость, обе так воодушевлены.

  - Ага, то есть два года уже позади, правильно я посчитал?

  - Правильно, - улыбнулась Маша в ответ.

  Юлия переключившись на Павла, на время выпала из нашего общения, что меня только порадовало.

   - Славка, - вмешался в наш только начавшийся диалог Бобров, - расскажи, что с тобой-то было? Интересно ведь!

  Все хором поддержали Валерку. Ну, что ж. Можно и рассказать, стыдиться мне нечего. Вот только версии внятной с учетом купюр и сокращений у меня нет заготовленной, придется сочинять на ходу.

  - Ничего особенного. Оторвался от преследователей, долго шел под дождем - замерз совсем. Вышел к озеру огромному. К слову, как оно называется, Маша, вы не знаете?