Тем не менее, когда из-за этих русских было нарушено перемирие, ситуация не казалась слишком сложной. Собранная в Гонконге союзная эскадра была несоизмеримо сильнее китайской - семь броненосцев против четырех у Тинга, шесть броненосных крейсеров против одного китайского. Небольшое превосходство у китайцев было только в легких силах - пять более-менее современных крейсеров 2-го ранга, еще четыре устаревших из японских трофеев, несколько канонерок, десяток миноносцев... Всю эту мелочь можно было не принимать в расчет.

  Китайский адмирал был симпатичен Сеймуру, насколько цветной может вызывать симпатию. К тому же всего полгода назад именно Тинг выручил Сеймура, окруженного боксерами под Тяньцзинем. Тогда их можно было даже назвать союзниками. Но, как известно, у Британии постоянны только интересы! В эту кампанию Тинг снова показал себя, чем не мог не вызывать у Сеймура восхищения. Китайский адмирал ушел со своими кораблями в Янцзы, по которой большие корабли могли подниматься довольно высоко. Генрих Прусский считал, что Тинг загнал себя в западню, на самом деле китаец, как лис, юркнул в глубокую нору, откуда его будет весьма трудно достать.

  Чтобы наступать вверх по Янцзы требовалась серьезная армия. Именно для этого сюда собирался генерал Китченер с отборными войсками, освободившимися после разгрома Трансвааля. До буров Китченер воевал с махдистами в Судане, где совершил блистательный поход вверх по Нилу,заодно отбросив в сторону французов. Однако получится ли у генерала повторить свой марш вдоль Янцзы? Китайцы всё же не суданцы, у них есть и современное вооружение. К тому же на Ниле у речной флотилии Китченера не было противника, а на Янцзы стоит весьма сильная вражеская эскадра. И сражаться с ней на плохо разведанных, изменчивых фарватерах будет не так просто. На реке, пусть даже самой широкой, воевать совсем не то, что в открытом море. Тут численное превосходство может сойти на нет.

  Если честно, то адмирал Сеймур оставил бы сейчас всё, как есть. Вставшая в Вузуне эскадра надежно блокировала флот Тинга в Янцзы, какой-то угрозы для транспортов с войсками китайцы уже не представляли. В Шанхае создавалась промежуточная база для войск, перебрасываемых из Европы, Африки и Индии на север Китая. Поход на Пекин не должен был быть особенно трудным - главный из командовавших там китайских генералов Юань Ши Кай уже дал понять, что готов капитулировать при условии сохранения своего правительства. Этот Юань может вполне пригодиться впоследствии. К зиме вода в Янцзы спадет, броненосцы Тинга сядут на дно, тогда лучше всего будет двинуть на Нанкин сухопутную армию. В этом случае, наверное, сам Тинг благоразумно признал бы, что не стоит становиться на пути прогресса и цивилизации.

  Но германцы торопятся разделаться с Тингом прямо сейчас. Это вызывает подозрения: не хотят ли немецкие союзники заполучить под свой контроль устье Янцзы - главные торговые ворота Китая?! С другой стороны, если немцы рвутся в бой - зачем лишать их такой возможности. Пусть лезут на китайские пушки, покажут, что стоит их хваленая броня. Во всяком случае, подставлять под вражеские снаряды собственные корабли с весьма облегченное бронирование, адмирал Сеймур не собирался. В конце концов, нельзя было забывать, что помимо китайцев есть еще и русские. Пока англичане и немцы торчат в устье Янцзы, Россия захватила уже почти всю Маньчжурию. Но в Пекин адмирал Сеймур намеревался успеть первым!

  БРОНЕНОСЦЫ СЕРИИ "БРАНДЕНБУРГ"

  Преодолевая течение, германская эскадра неторопливо продвигалась по казавшемуся бескрайним водному простору. Справа на самом горизонте виднелось побережья провинции Цзянсу, слева - темнели берега Чжэцзяна. Идущие впереди канонерки вместе со спущенными с броненосцев катерами вычищали фарватер от мин. Коварные мины немцы считали едва ли не единственным своим противником. Что еще могли китайцы противопоставить германской мощи, так зримо воплощенной в стальных гигантах? Броненосцы "Фридрих Вильгельм", "Вейсенбург", "Бранденбург", "Вёрт" - по 10,5 тысяч тонн водоизмещения, с поясом брони от 12 до 16 дюймов, с шестью 11-дюймовыми орудиями в трех башнях на каждом. Выкрашенные в серые цвета, высокобортные, с мощными надстройками, с орудийными башнями, похожими на опрокинутые котлы великанов, с черно-золотыми орлами, раскинувшими крылья на форштевнях, - огромные немецкие корабли величественно попирали мутные воды широкой, как море, китайской реки. За броненосцами следовали крейсера - "Бисмарк", "Ганза", "Герта", "Хела", "Корморан", а в отдалении вторым эшелоном шла английская эскадра, часть кораблей которой тянули за собой связанные цугом джонки с десантом.

  Поскольку китайцы успели продемонстрировать преимущества воздушной разведки, на пароходе "Форверст" из Германии доставили оборудование воздухоплавательного отряда. Наполненный водородом огромный продолговатый аэростат взлетел с палубы корабля и, удерживаемый рядом с ним длинным канатом, поплыл над эскадрой,. Наблюдатель доложил, что вражеских кораблей не обнаружено. Очевидно, Тинг не собирался выходить на бой из Янцзы. Значит, надо было самим войти в реку, подавить береговые батареи, прорваться до Нанкина и отправить на дно флот Тинга, если китайцы сами не затопят свои корабли или не поднимут белые флаги.

  Внезапно в небе заметили какую-то темную точку, словно огромную птицу. По мере приближения стало видно, что летящий предмет на самом деле - подобие коробчатого змея с раскинутыми, точно крылья, полупрозрачными плоскостями. Его увлекал вперед не буксирный канат, а собственный мотор, оснащенный чем-то вроде пропеллера, то есть аэроплан представлял собой управляемый летательный аппарат тяжелее воздуха! Русские с "Манджура" говорили, что видели подобный "драхенфлигер". Им мало кто верил, но он, вот он - настоящий воздушный корабль! Жужжа мотором, аэроплан сделал круг над кораблями, с которых за ним следили, задрав головы, сотни матросов и офицеров. Слишком поздно они сообразили, что над ними не только аэронавтическое чудо, но еще и оружие. Сверху забарабанил пулемет; одна из упавших горячих гильз пребольно стукнула марсового на "Бранденбурге", когда тень от аэроплана на миг заслонила солнце. Плюясь огнем, воздушный корабль пролетел совсем рядом с аэростатом. Наблюдатели из корзины отчаянно кричали, чтобы их быстрее подтягивали лебедкой вниз. С мостика "Форверста" по аэроплану открыли огонь из револьверов два или три офицера, но "драхенфлигер" развернулся с сильным креном и вновь устремился на своего воздушного противника, пролетев на этот раз над самым аэростатом. С летающего корабля сбросили что-то вроде горящего факела. Выходивший у аэростата из пробоин от пуль водород вспыхнул с гулким хлопком, горящий воздушный шар быстро пошел вниз и рухнул в воду. Победно жужжа, китайский аппарат удалился в сторону берега и скоро исчез из вида.

  Потеря аэростата недолго занимала эскадру. Корабли вставали для стрельбы по береговым укреплениям - низким земляным валам, наспех насыпанных китайцами по обоим берегам Янцзы. "Фридрих Вильгельм" и "Вейсенбург" открыли огонь по Цзинцзяну на северном берегу, "Бранденбург" и "Вёрт" - по Цзянцину на южном. Броненосцы действовали с немецкой аккуратностью. Сначала стрельба велась с самой дальней дистанции. Китайцы не отвечали, их позиции скоро окутались клубами черного дыма и желтой пыли. Потом была дана команда приблизиться для ведения огня со средней дистанции. Броненосцы вошли в реку подальше, оказавшись от противника в 15-20 кабельтовых. Легкий "Корморан" поднялся еще выше по течению. Малый крейсер ходили галсами под самым носом у китайцев, чтобы заставить их открыть позиции, а потом корректировать огонь эскадры.

  На кораблях ждали, когда уляжется пыль, чтобы лучше рассмотреть результаты бомбардировки. Китайцы, наконец, открыли стрельбу с обоих берегов - всего несколько двухпушечных батарей или даже отдельные орудия сравнительно небольших калибров. Орудийные расчеты башен главного калибра броненосцев немедленно получили целеуказания. Собственно, выявить отдельные цели было невозможно, но малая точность вполне восполнялась массированностью огня. 11-дюймовки броненосцев молотили по невидимому в дыму противнику, перемешивая с землей выявленные позиции. Казалось, там не должно было остаться ничего живого, ни единой уцелевшей пушки.

  БРОНЕНОСЕЦ "КУРФЮРСТ ФРИДРИХ ВИЛЬГЕЛЬМ" ВЕДЕТ ОГОНЬ

  Чтобы не опоздать, к обстрелу подключились и крейсера адмирала Бендемана - броненосный "Фюрст Бисмарк", бронепалубные "Ганза" и "Герта", бившие из 9,5- и 8-дюймовок в просветы между броненосцами. Потом в общий оркестр огня и грома включились и англичане. Три их броненосца отправляли свои 10- и 12-дюймовые снаряды издалека, так что те с шелестом проносились над мачтами немецкой эскадры. Принц Генрих отдал приказ подойти еще ближе и вести огонь с малых дистанций, прямой наводкой, чтобы покончить с любым сопротивлением. Броненосцы двинулись к берегу, не прекращая стрельбу. Над желтыми берегами Янцзы гремел грохот непрерывной канонады. В гуле собственных выстрелов команды не сразу различили взрывы вражеских снарядов. Наблюдатели хорошо различали вспышки китайских орудий и давали канонирам всё новые ориентиры. Теперь огонь вели уже скорострельные 4,7-дюймовые орудия немецких кораблей. Они извергали непрерывный поток огня на появляющиеся то тут, то там новые цели. Враг не сдавался. Стоило подавить одну батарею, как по соседству тут же появлялась другая. Казалось невероятным, что китайцы сконцентрировали здесь такое немыслимое число орудий.

  Хотя огонь береговых батарей оказался неожиданно сильным, повреждения броненосцев нельзя было назвать слишком серьезными - сказались небольшой калибр китайской артиллерии и высокое качество немецкой брони, особенно новейшей цементированной стале-никелевой на "Фридрихе Вильгельме" и "Вейсенбурге". Два других броненосца, "Бранденбург" и "Вёрт", обшитые устаревшей броней-компаунд, всё же получили несколько выбоин у ватерлинии. Еще более неприятными были повреждения осколками вражеских снарядов высоких небронированных бортов и надстроек. Хотя команды были готовы к подобному и не дали разгореться вспыхивавшим то здесь, то там пожарам, на броненосцах оказалось много раненых. "Вёрт" к тому же лишился изрядного куска задней дымовой трубы

  Если броненосцы успешно выдерживали неприятельский огонь, крейсеру-корректировщику досталось по полной. Маленький безбронный "Корморан" (всего 1,5 тысячи тонн тоннажа) после второго попадания окутался паром из пробитого котла и, лишившись управления, вылетел на мель у северного берега. Пришедший ему на выручку крейсер "Хела" (2,5 тысячи тонн водоизмещения при полном отсутствии серьезной артиллерии) попал под прицельный обстрел сразу нескольких батарей. Экипаж "Хелы", не растерявшись, бросился к шлюпкам и под огнем устремился к Цзинцзяну, горевшему за изрядно развороченным валом. Чтобы прикрыть моряков с "Хелы", броненосцы открыли беглый огонь по всему периметру высадки.

  Поддерживая спонтанный десант, к берегу устремилось сразу несколько шлюпок с немецких кораблей. Позади спешно выгребали шлюпки англичан, появились идущие на буксирах катеров джонки с японцами и солдатами Лю Куна. В обороне Тинга, наконец-то, была пробита брешь. Густые цепи матросов в белой форме с криками "хурра!" отважно шли в атаку. Над руинами захваченных укреплений взвилось знамя Германской империи. Чуть позже рядом появился британский флаг, вывесили свое знамя и японцы. Почти одновременно началась десантная операция на противоположном берегу Янцзы, у Цзянцина, где под прикрытием корабельной артиллерии также высаживались со шлюпок десантники.

  ВЫСАДКА НЕМЕЦКОГО МОРСКОГО ДЕСАНТА

  Вслушиваясь в уже стихающую ружейную трескотню с берега, принц Генрих запросил сведения о захваченных вражеских орудиях. Переданный ответ был обескураживающим. Китайцы умудрились вывезти все свои пушки! Объяснение было получено, когда на флагманский "Фюрст Биспарк" прибыл один из офицеров "Хелы". Его доклад весьма впечатлил принца Генриха. Уж такой изобретательности он от китайцев не ожидал! Оказывается, за земляными валами вовсе не обнаружилось орудий. Вместо них вдоль укреплений шла рельсовая колея. Китайцы установили свои пушки на железнодорожные платформы, как это делалось и немцами, и французами в прошлую войну. Невидимые за валом орудийные поезда могли внезапно открывать огонь по кораблям с любых позиций, быстро меняя их, чтобы не попасть под ответный обстрел. Именно благодаря таким подвижным батареям китайцы и создавали впечатление об обилии у себя артиллерии. Убедившись, что союзники вот-вот овладеют их позициями, китайцы вывезли свои пушечные поезда по ветке, уходящей вглубь суши, успев покрошить картечью лихо бросившихся вдогонку японцев. Трофеем десантников стал лишь один "каноненцуг", застрявший на путях, что разбило случайным попаданием 11-дюймового снаряда.

  Адмирал Сеймур предлагал остановиться на достигнутом, продолжив дальнейшее наступление на следующий день. Но принц Генрих не хотел давать Тингу время на подготовку нового рубежа обороны. Китайцы вложили максимум усилий в создание сложнейшей системы укреплений в устье Янцзы, организовать еще что-нибудь подобное выше по реке у них уже не было возможности. Когда полвека назад, в Первую Опиумную войну, англичане, которыми тоже командовал адмирал по фамилии Сеймур, впервые прорвались в Янцзы, китайцы имели мощнейшие укрепления у Вузуна, но когда те пали, британской эскадре оставалось только подняться по реке и принять капитуляцию Нанкина. Сегодня вся слава будет у германского флота!

  Большая часть высаженного десанта осталась под прикрытием английских кораблей на захваченных плацдармах в Цзянцяне и Цзянцине. Позднее, десантники должны будут снова погрузиться на канонерки и плыть в Нанкин. Пока же вперед шла одна немецкая эскадра, кроме сильно поврежденных "Хелы" и "Корморана" отправленных в Вузун. Связь между собой германская и британская эскадры будут поддерживать благодаря технической новинке - беспроволочному телеграфу, аппараты которого были установлены на кораблях перед самой кампанией.

  Принц Генрих Прусский спешил вперед, чтобы, используя ослабевшее из-за прилива речное течение, побыстрее прорваться вверх по реке. Впереди для разведки фарватера и поиска мин шли канонерки и катера с лотами и тралами. Минный караван прикрывали крейсера, а за ними двигались главные силы - четыре броненосца. Немецкие корабли прошли два изгиба колоссальной реки. Как и думал принц Генрих, китайцы не оказывали никакого сопротивления германскому флоту, победно продвигавшемуся в глубь вражеской территории. Даже на возвышающейся над крутым поворотом Янцзы горе Сэшань, которая могла стать ключевой в обороне подступов к Нанкину, не было никаких следов укреплений. Вообще вся местность вдоль реки будто обезлюдела - ни единой лодки на широкой реке, ни души в покинутых жителями деревнях и городках, только кричат птицы в зарослях на речных островах, да поднимаются то тут, то там из-за рощ бамбука дымные столбы - очевидно, китайцы по обыкновению сжигали, отступая, военное имущество.

  Впереди раздались выстрелы. В кабельтовом от носа "Шамиена" встал высокий фонтан, забрызгав палубу мигом давшей задний ход эрзац-канонерки желтым вонючим илом. Вдали показался противник - две большие канонерки в сопровождении пятерки миноносок. Немецкие канонерки предусмотрительно отошли назад, под прикрытие крейсеров. Китайцы весьма безрассудно вступили в артиллерийскую дуэль с крейсерским отрядом, каждый из кораблей которого в несколько раз превосходил их суда по тоннажу и, что гораздо существеннее, по дальнобойности орудий. Германия в свое время поступила весьма предусмотрительно, поставляя в Китай орудия с укороченными стволами. Первым попал под накрытие 9,5-дюймовок флагманского "Бисмарка" неуклюжий "Пин-Юань", первый броненосный корабль, который китайцы смастерили сами. Немецкий снаряд попал "Пину" прямо в купол башни с великоватым для двухтысячетонного кораблика 10-дюймовым орудием. Канонерку окутало огромное облако от взорвавшегося боезапаса и, хотя китайцы еще пытались вести огонь из бортовой 6-дюймовки, "Пин-Юань" явно был поражен наповал. Всё более кренясь, канонерка-крейсерок направился к берегу, скоро там над водой торчала лишь верхушка его мачты.

  КРЕЙСЕР "ПИН-ЮАНЬ"

  Китайские миноносцы поспешно выпустили торпеды и, развернувшись, сбросили в реку что-то, похожее на мины. На такой дистанции, собственно, и торпеды представляли собой не более, чем плавающие мины, несомые течением. Не обращая внимания на вражеский огонь, немецкие катера двинулись на перехват, расстреливая мины издалека или отводя в сторону. Следом за миноносцами стала разворачиваться и прикрывавшая их канонерка "Цзи-Юань", спеша уйти за речной поворот. Германским легким крейсерам было приказано преследовать противника. Одновременно было дано распоряжение форсировать ход броненосцам. Вполне возможно, что преследуемый китайский отряд выведет их на главные силы Тинга.

  У маленького китайского "Цзи-Юаня", с двумя его 8-дюймовками и одной 6-дюймовкой, не было никаких шансов против "Герты" и "Ганзы" - каждая втрое большего тоннажа, со сбалансированным вооружением: по два 8-дюймовых, шесть 6-дюймовых и двенадцати 3,5-дюймовых орудий. Едва ли "Цзи-Юаню" повезет так, как шесть лет назад в корейском Азане, когда он сумел оторваться от двух японских крейсеров. Хотя немецкие крейсера были и потихоходней тех японских, ныне давно покоящихся на дне, но всё равно по скорости хода превосходили "Цзи-Юань" на четыре узла, так что спастись он мог, разве что скрывшись в какой-нибудь боковой протоке, достаточно глубокой для него и недостаточно - для немцев.

  КРЕЙСЕРА "ГАНЗА" И "ГЕРТА"

  То, что китайцы оставались на главном фарватере, говорило о непроходимости проток даже для судов с малой осадкой. Для принца Генриха это была важная информация. Он опасался, что китайцы предпримут внезапную фланговую атаку миноносцами из островного лабиринта, которыми изобиловали низовья Янцзы. Конечно, при сильном речном течении торпеды пойдут неприцельно, но если миноносец вырвется из засады совсем близко, кто знает...

   Принц Генрих велел передать на легкие крейсера радиограмму с предупреждением, что при контакте с вражескими броненосцами они должны немедленно отойти назад. Тинг должен был быть совсем близко. Отступать ему дальше некуда - выше Нанкина Янцзы становилась для броненосцев слишком мелководной. Так или иначе, скоро китайскому адмиралу придется принимать бой с превосходящими силами германской эскадры. Если честно, то Генрих Прусский восхищался смелости этого Тинга. По всему, что принц знал о китайцах, они должны были затопить свои корабли в устье Янцзы, чтобы хоть на какое-то время преградить союзникам путь вверх по реке. Но, похоже, Тинг всерьез намеревался помериться силой с немецкими броненосцами.

  Напротив древней зубчатой стены Чженьцзяна - последнего крупного города перед Нанкином - от Янцзы отделялась довольно широкая протока, которая, судя по картам, вела на север - к Янчжоу. Чуть выше протоки виднелось заграждение, о котором уже успели сообщить прошедшие тут ранее "Герта" и "Ганза". Заграждение было сооружено из старых потопленных судов, груд каменных блоков из разобранных крепостных стен, вбитых в дно толстенных свай, стянутыми друг с другом цепями. Китайцы строили это заграждение с обеих берегов Янцзы, но не успели довести до конца, чтобы полностью перекрыть течение реки - посередине оставалось еще свободное пространство, по которому могли спокойно пройти борт о борт два корабля. С катеров донесли, что у заграждения успело нанести много ила, так что для полной расчистки потребуется землечерпалка. Но фактически недостроенные заграждения препятствием не являлись. Странно было только, что китайцы не успели затопить на оставшемся проходе еще парочку больших судов или, хотя бы, поставить минную банку.

  Один за другим корабли германской эскадры стали проходить через заграждения. Форсировавшие его ранее "Герта" и "Ганза" были уже у Нанкина, перестреливаясь там с береговыми батареями. Под Нанкином крейсера потопили, наконец, "Цзи-Юань" и еще какой-то пароход. Вражеские броненосцы обнаружены не были. Где же Тинг? Неужели он смог как-то подняться вверх по реке? За канонерками через проход в заграждении гордо прошел флагманский броненосный крейсер "Фюрст Бисмарк". Потом, вздымая перед собой речные волны, наперекор бурлящему в проходе течению двинулись туда гуськом германские линкоры. Впереди - "Курфюрст Фридрих Вильгельм", за ним "Вейсенбург", "Бранденбург", замыкал строй "Вёрт" под флагом контр-адмирала Гейслера. Когда уже вся броненосная колонна прошла через заграждение, из оставшейся позади протоки к Янчжоу, внезапно показались два больших корабля, дымы из труб которых немецкие наблюдатели во время не распознали среди дымных столбов пожарищ. Эти корабли были старые китайские броненосцы "Дин-" и "Чин-Юань". В своё время, двадцать лет назад, они казались настоящими гигантами, но сейчас по тоннажу (7,5 тысяч тонн водоизмещения) относились уже к линкорам второго ранга. Приземистые цилиндрические башни китайских броненосцев навели на корму концевого "Вёрта" кургузые стволы своих восьми 12-дюймовых орудий.

  БРОНЕНОСЕЦ "ЧИН-ЮАНЬ"

  Немецкий линкор мог ответить только двумя 11-дюймовками кормовой башни. В такой проигрышной позиции не играла роли даже крайняя малочисленность у устаревших китайских кораблей средней артиллерии (каждый из больших "Юаней" имел лишь по четыре 6-дюймовки). Собственно и у германских броненосцев средняя артиллерия была скромной - всего восемь 4,7-дюймовых орудий. Но и их из-за размещенной на полуюте средней башни пришлось сдвинуть в переднюю часть корпуса, и вести огонь по корме они не могли. Немецкие кораблестроители целенаправленно ослабили среднюю артиллерию своих броненосцев ради крупнокалиберной, разместив на "Бранденбургах" три башни главного калибра вместо обычных двух. Но сейчас это преимущество предтечи "дредноутов" было бесполезным - ни носовая, ни средняя башни стрелять назад не могли.

  Кормовые орудия немецкого броненосца успели дать только один залп, угодивший как раз между "Тином" и "Чином". В следующее мгновение рядом с котлоподобной башней "Вёрта" разорвался крупнокалиберный снаряд. Толстая броня башни не была пробита, однако многочисленные осколки, влетевшие через широкие орудийные амбразуры, перебили прислугу и вывели из строя механизмы наводки. Второе попадание пришлось прямо в бронированный ящик заднего поста управления огнем, снеся заодно марсы с бизань-мачты.

  Капитан "Вёрта" Боркенхаген, не дожидаясь указаний от командования, начал циркуляцию. Вице-адмиралу Бендеману осталось продублировать приказ всем броненосным кораблям - развернуться бортом к обнаруженному позади противнику. Маневрировать всей эскадренной колонной даже на такой широкой реке было невозможно, каждый поворачивал сам по себе, стараясь не закрывать секторов обстрела для других кораблей. "Бранденбурги" не отличались хорошей поворотливостью. Перестроение эскадры заняло немалое время, когда "Вёрт" продолжал сражаться в одиночку. Он медленно разворачивался под огнем носовых китайских скорострелок. Команда тушила пожар на кормовой надстройке. Немецкие канониры теряли терпение, ожидая, когда же, наконец, противник, окажется в секторе поражения их крупнокалиберных орудий.

  БРОНЕНОСЕЦ "ВЁРТ"

  Расчет средней башни, втиснутой между передней и задней надстройками и способной стрелять лишь на четверть горизонта на борт, этого момента так и не дождался. Тяжелые пушки китайских броненосцев, перезарядившись, вновь открыли огонь. Расположенные над самый водой, они могли бить противнику в самый низ корпуса и даже под ватерлинию. Один из 12-дюймовых бронебойных снарядов прошел ниже бронепояса "Вёрта", пронизал насквозь угольную яму и влетел в средний боевой погреб. Взрыв воспламенил несколько укладок боезапаса, но прежде чем началась дальнейшая детонация, лопнул проходивший через отделение главный паропровод. Погреб был спасен, но все, кто в нём находились, были мгновенно (как хотелось бы думать) убиты перегретым паром. Через элеватор пар ударил плотным кипящим гейзером в башню, сразу превратив ее в подобие огромного чайника. Обваренные канониры бросились из люка на палубу. За ними из башни растекалось обжигающее белое облако.

  СРЕДНЯЯ БАШНЯ БРОНЕНОСЦА СЕРИИ "БРАНДЕНБУРГ"

  Немецкий броненосец потерял ход. Окутанный, как фантом, белым призрачным саваном, он замер на середине Янцзы, медленно несущей его течением. Носовая башня "Вёрта" всё же сумела дать последний залп. Снаряды легли у самого борта "Чин-Юаня", захлестнув его пушки высокой волной. Но "Дин-Юань" ударил в третий раз. Немецкий броненосец задрожал от попаданий тяжелых низкоскоростных снарядов; сквозь сдвинутые броневые плиты и проломленную обшивку правого коффердама в трюм хлынула вода. Глубоко осевший "Вёрт" со скрежетом врезался в плотину заграждения у южного берега, увязнув килем в обломках какого-то затопленного парохода.

  Германская эскадра развернулась, выстраиваясь в неровную линию поперек Янцзы. Принц Генрих с сожалением смотрел с мостика "Бисмарка" на то, в каком печальном положении оказался "Вёрт" - броненосец, которым он когда-то командовал. Кто мог подумать, что допотопные китайские чудовища смогут вывести из строя великолепный немецкий линкор?! Но враг поплатится за свой коварный удар в спину! Три оставшихся немецких линкора и броненосный крейсер сметут парочку древних нелепых мониторов, которых китайцы смеют называть броненосцами! Однако китайцы демонстрировали удивительное хладнокровие. Два китайских корабля спокойно вошли в проход посередине заграждения и отдали якоря. Они больше не стреляли...

  - Эскадре прекратить огонь! - крикнул с мостика адмирал Бендеман сигнальщикам. До принца Генриха стала, наконец, доходить парадоксальность ситуации. Действительно, в противника сейчас нельзя было ни в коем случае стрелять. И самим китайцам не надо было стрелять больше! Им достаточно было затопить два своих старых броненосца на узком фарватере, чтобы полностью перекрыть проход по реке - назад к морю. Если они не сделали это сразу, то, наверное, только для того, чтобы вступить в переговоры с попавшей в западню немецкой эскадрой... И всё потому, что проглядели у себя за спиной вражеские корабли, скрывавшиеся в протоке. Эх, как бы пригодился уничтоженный в самом начале аэростат!

  Грозные немецкие броненосцы беспомощно застыли перед двумя китайскими лоханями, спокойно стоящими на якорях под дулами 11-дюймовых орудий. Немцам же, чтобы оставаться на месте, приходилось работать винтами на обратный ход. Принц Генрих передал на "Вейсенбург" приказ подойти к заграждению и попытаться снять "Вёрта" с мели. Едва "Вейсенбург" двинулся вперед, как один из китайских броненосцев - "Чин-Юань" - с лязгом развернул свою левую башню и выстрелил прямо в "Вёрт", проделав ему дыру в надводном борту. К счастью, снаряд не взорвался. Офицеры на немецких кораблях силой оттаскивали от орудий матросов, которым не терпелось ответить косорылым. Команде "Вёрта" был дан приказ покинуть корабль, приведя, по возможности, в негодность оружие и механизмы. Отходившие от броненосца лодки не обстреливались. Младший флагман эскадры контр-адмирал Гейслер перешел с "Вёрта" на "Курфюрст Фридрих Вильгельм". Задним ходом немецкая эскадра отошла от заграждения. Следовала признать, они крепко застряли на Янцзы.

  БРОНЕНОСЕЦ "ДИН-ЮАНЬ"

  Адмирал Тинг очень надеялся, что подготовленная им ловушка сработала. Бассейн для больших кораблей в протоке у Янчжоу потребовал масштабных гидротехнических работ - углубления дна, сооружения плотины. Всё это, как и строительство в устье Янцзы системы укреплений с артиллерийскими железнодорожными платформами и подъездными путями потребовало массы усилий, которые, возможно, достойны были лучшего применения. Несмотря на все усилия, положение Тинга было чрезвычайно сложным. Все лето Юань Ши Кай слал требования немедленно перебросить силы флота для обороны Пекина, к которому уже подступали с севера русские из Маньчжурии. Тинг тянул сколько мог, но конфликт с пекинским правительством был неизбежен. За отказ подчинится приказам Хайцзюньямыня (Адмиралтейства) император Гуан Сюй, полностью подконтрольный Юань Ши Каю, официально объявил Тинга Жу Чана изменником.

  Впрочем, Юань Ши Каю сейчас было не до Тинга. Власть пекинского правительства перестали признавать почти все провинции - в самой столичной Чжили против него выступили вместе недобитые ихэтуани и старые "восьмизнаменные" маньчжурские войска. Хотя солдаты "новых войск" были гораздо лучше вооружены и подготовлены, Юань Ши Кай пошел на компромисс с маньчжурами, учредив из них гвардейскую дивизию, которую немедленно бросили против ихэтуаней. Маньчжурам были возвращены и многие привилегии, что вызвало возмущение в южных провинциях, где ненавидели былых завоевателей Поднебесной.

  Но и юг был расколот на отдельные провинции. Нанкин, южная столица Китая, после того как наместник Ли Кун бежал в Шанхай, оказался в руках Тинга. Но реально адмирал мог рассчитывать только на свою броненосную эскадру, морскую пехоту и некоторое количество сухопутных войск, собранных в устье Янцзы, да еще на изолированный гарнизон военно-морской базы в Фучжоу. На помощь от остальных провинций рассчитывать не приходилось. Старый Чжан Чжи Дун укреплялся в Хунани, молодой Сунь Ят Сен - в Гуандуне, и оба этих союзных Тингу провинциальных правителя сами просили денег, инструкторов, новое оружие. И никто на юге не хотел всерьез войны с иностранцами. Пусть с рыжими дьяволами сражается флот, а провинциальные войска для этого слишком слабы и неподготовлены! Что же, Тинг отсылал, сколько мог, своих людей туда, в глубокий тыл, чтобы они там сеяли зёрна, из которых вырастет новый Китай. А флот поможет выиграть время, чтобы новая поросль набрала силу!

  Тинг знал, что стоящая в Шанхае вражеская эскадра много сильнее его флота, но противник был слишком уверен в своем могуществе, ожидая от китайцев только пассивной обороны, как это было в прежних войнах. Врага можно было победить, если бить по частям. Но и собственные силы следовало разделить. Под своим непосредственным командованием Тинг оставил эскадру "Хай" из современных кораблей - два новых броненосца, броненосный крейсер и пять бронепалубных крейсеров 2-го ранга. Эскадра "Хай" была главной ударной силой китайского флота. Для обороны Янцзы оставалась составленная из устаревших кораблей эскадра "Юань" - два броненосца, четыре трофейных японских крейсера 2-го ранга и канонерки. В ночь накануне вражеского нападения, о котором пришло сообщение от агентов Ти Фон Тая, Тинг скрытно вышел с эскадрой "Хай" из устья Янцзы в пролив Бэйкоу, к северу от большого вытянутого острова Чунминдао, который лежит прямо в центре огромного эстуария. Тинг знал, что вражеская эскадра проследует от Шанхая хорошо разведанным южным проливом. Таким образом, противники должны были разойтись, не встретив друг друга. Когда англо-германские союзники войдут в Янцзы, их там заблокируют старые китайские броненосцы, а новые броненосцы в это время будут подходить к Шанхаю - главной базе коалиционных войск, где останутся только легкие силы прикрытия.