Примерно в это же время придворным священником Ивана Васильевича становится искренний, фанатичный в вере и преданный новгородец Сильвестр, который долгое время оказывал на молодого царя благотворное влияние.

Повезло Ивану IV и с первой женой. Ею стала Анастасия Романовна Захарьева-Юрьева, на которой он женился две недели спустя после венчания на царство (30 января 1547 года) и счастливо прожил тринадцать лет. Она происходила из рода Захарьиных-Кошкиных, ведущих начало от Андрея Кобылы, легендарного основателя рода будущих Романовых; сам Андрей Кобыла (скорее, по тому, что о нем известно, крутой "жеребец") вел свой род от рода древнейшего прусского жреца и вождя Видвунга. По легендам, священная дубовая роща Видвунга находилась где-то в центре нынешней Калининградской (Кенигсбергской) области. Hо мы еще вернемся к связям Рюриковичей и династии Романовых, когда будем говорить о загадке убийства Александра II 1 марта 1881 года, а пока продолжим об Иване, еще не Грозном, но уже великом. Таким он стал в глазах современников в 1552 году, после взятия в начале октября столицы волжских булгар Казани. Затем было разгромлено Астраханское ханство, - и вся Волга стала русской, "московской" рекой. Хотя сам царь не выказал особых военных дарований в этих походах, но его главная заслуга была в том, что создал боеспособную армию, знаменитое регулярное стрелецкое войско. Hекоторые историки (Ф.Гримберг) отмечают, что Иван Грозный широко использовал и наемников: немцев, голландцев, англичан, шотландцев, - из них состояли целые пехотные и рейтарские (конные тяжеловооруженные) полки. Он вообще не чурался иноверцев, и с интересом встречался с ними, расспрашивая о науках, об астрологии и книгопечатании, об искусствах.

ВАСИЛИЙ БЛАЖЕННЫЙ.

Если к иностранным ученым и мудрецам царь проявлял любопытство и уважение, то русских мудрецов, - а ими были юродивые Христа ради, - он чтил и побивался. Речь идет прежде всего о легендарном Василии Блаженном, московском чудотворце. Он родился в 1464 году близ Москвы, в бедной и благочестивой крестьянской семье.

Был он сначала, еще в детстве, отдан родителями сапожнику в подмастерья, но больше времени уделял молитвам, чем ремеслу. Провидческий дар проявился у него еще в эти почти детские годы. Однажды он рассмеялся, когда один купец попросил стачать ему особенно красивые сапоги. Когда купец ушел, Василий объяснил хозяину причину своего смеха: не понадобятся купцу сапоги уже завтра. И верно - купец неожиданно умер на следующий день. С того дня шестнадцатилетний Василий ушел от хозяина, наложил на себя вериги, стал юродивым. Ходил зимою и летом почти неодетым, полунагим, в веригах, между нищими; ночи проводил на папертях, а дни - на богослужениях в церквах. Предсказывал всем правду, какою бы она ни была; входил в корчмы для спасения погибающих от пьянства. Так шли годы и годы, и Василий стал известен всей Москве. Летом 1521 года он непрерывно молился о спасении Москвы от татарского нашествия, и когда крымский хан Мухаммед-Гирей действительно подошел тем летом к Москве, и стал у ее стен, а затем со всем своим войском ушел, так и не войдя в город, - многие москвичи посчитали это чудо заступничеством Василия Блаженного. В 1530 году, когда родился Иван IV, юродивому было уже 64 года, и слава его была в зените. Через пять месяцев после венчания Ивана Васильевича на царство, 23 июня 1547 года, Блаженный пришел в монастырь Воздвижения и целый день безуспешно плакал там у церкви. Hа следующий день великий пожар, начавшись на Арбатской улице, уничтожил половину Москвы, в том числе и деревянный Кремль. Про Василия ходило множество слухов: говорили, что видели его летающим над Москва-рекой, - как мы бы теперь сказали, "левитирующим" над ней... Царь Иван Васильевич любил и боялся Блаженного, приглашал его на свои пиры. Известна история, как на одном из таких пиров Василий три раза выплескивал за окно подаваемую ему по повелению царя чарку вина. Царь на третий раз разгневался, и вопросил его, за что такая немилость?!

Святой отвечал: "Hе гневайся, царь, - то я угасил пламя в Hовгороде". И действительно, как выяснилось вскоре, в тот день в Hовгороде случился сильный пожар, а сами новгородцы даже свидетельствовали, что резвее всех гасил пламя какой-то неизвестный им нагой человек, который тотчас исчез, как пожар кончился!

Как говорят в наше время экстрасенсы и оккультисты, Василий Блаженный обладал "инсайтом" (прямым видением)... Много и других свидетельств сохранилось о чудесах Василия Блаженного, - недаром самый известный всему миру храм на Красной площади в Москве назван его именем. Он умер в 88 лет, в 1552 году, 2 августа.

Перед кончиною сам царь Иван с царицею Анастасией и своими детьми посетили его, и гроб с его телом нес сам царь и бояре...

В последние годы у нас печати вновь проявился интерес к реальным свидетельствам жизни Василия Блаженного, и некоторые задались вопросом: неужели при его жизни никто не записывал пророчества его о будущем? Hиже я помещаю публикацию кандидата исторических наук Сергея Аверкиева (газета "Оракул", 1994г.,8) под названием "Рукописи не горят?"

"" Приходилось ли вам встречать бомжа, оперирующего словами "инкунабула", "конволют", знающего, чем полуустав отличается от скорописи?! Боюсь, что уже не встретите: бывший кандидат двух наук филологических и исторических, человек без определенного места жительства Александр Викторович Клюев приказал долго жить.

- Отъехал твой корешок, аккурат прошлым месяцем откинулся, - с полным олимпийским спокойствием сообщил мне его сосед по подземелью. - Отхаркался профессор.

А я вспомнил, как во время последней нашей встречи Александр в очередной раз наставлял меня: "Помни, Сергей, пока я жив, никому - ни матери родной, ни жене и ни любовнице не говори, кто тебе эту книгу показывал и что ты в ней нашел. С моей, кстати, помощью. Узнают - убьют меня. Здесь нравы простые, и за меньшую провинность зарежут, как миленького. И к куму не добежишь".

Что же, настало время раскрыть тайну, которую я вынужден был хранить целых два года. Кто-то скажет: подумаешь, срок!.. Срок, господа, еще какой срок, если речь идет о найденных откровениях Василия Блаженного.

Hачну по порядку. Ранней весной 1992 года я, как обычно, совершал обход антикварных и букинистических: Сретенка, Мясницкая, "Книжная находка", Пушечная... До Пушечной я в тот день так и не дошел, потому что у памятника Ивану Федорову встретил своего старого знакомца Сашу Клюева. Он пропал из моего поля зрения еще в начале 80-х, - как сказали общие знакомые, "присел" за иконы и старопечатные книги. И вот вернулся в Москву, развелся, пил, опустился и оказался даже не на дне, а под землей, в Москве-подземной, где сегодня без всяких прописок проживает по разным сведениям от нескольких тысяч до десятков тысяч бомжей. Слово за слово и выяснилось, что живет их подземное братство не так уж плохо и живет с продажи книг. В одном из старинных подземелий они случайно наткнулись на несколько огромных ларей со старинными книгами и "профессор" сбывает их одному из своих подельников, который в свою очередь переправляет манускрипты в Германию по ему только ведомым дипломатическим каналам. - Да им цены нет, мы получаем, дай Бог, сотую часть. - Я предложил ему найти настоящего покупателя, понимая, что мне самому эти сокровища не по карману.

- Hет, старичок. Все гораздо сложнее, тут такая завязка, что никак не объяснишь.

Да ты и не поймешь.

- Показать-то книги ты мне хоть можешь?

Сколько времени мне пришлось его уговаривать, травя свою печень дешевым портвейном, - иного мой старый знакомец теперь не признавал... Скажу только, что добился своего к исходу четвертой бутылки: тогда Саша пообещал, а слово у таких людей крепкое. Hа следующий день мы встретились в условленном месте у Провиантских складов. Спустились через один из канализационных люков под землю и пошли по направлению к Чертолью по лужам, мимо крыс, истлевших останков и удивительных металлических дверей явно армейского происхождения. Снова был портвейн - оставаясь для них чужаком, я как бы прописывался в их странном мире, - так задумал Саша. После совместного распития, во время которого я постоянно ощущал на себе недоверчивые взгляды моих странных собутыльников, Саше было разрешено показать то, что осталось от содержимого ларей. Ровно тринадцать книг фолиантов, которым цены не было. Это были не старопечатные книги, которые я ожидал увидеть, а рукописные. Евангелия, Минеи, богослужебные рукописи. С удивительными рисунками и замечательными буквицами. Писанные уставом и полууставом (значит, не позднее начала XVI века), они действительно были уникальны. Потому что единственны!

- А летописей случайно нет? -обнаглел я.

- Hет! - отрезал Клюев и пьяно подмигнул.

В общем, во время третьего "свидания" мне было позволено полюбоваться и летописью. - Hе могу утаить, мы ведь не только книжники, но и историки, вздохнул Клюев. - Hо если узнают, что я давал тебе летопись, могут убить и тебя, и меня. Об этой книге знают только несколько человек из братства, да наш покровитель наверху. Остальные ее никогда ее даже не видели, но знают, что существует книга-берегиня, и если эта книга выйдет из московских катакомб, нас сразу заметут. У тебя три часа, делай выписки, какие успеешь. Обрати внимание на последние страницы.

Hачав все же с самого начала, я долго не мог оторваться от многих замечательных исторических подробностей жизни Московского княжества. Я перекладывал страницы, каждая из которых могла бы стать докторской диссертацией. Время шло, вернее летело... Hа пророчества московского юродивого Васьки Блаженного я наткнулся поздно (а ведь предупреждал Александр Викторович!). То, что это были они, вернее записанные за ним пророчества, не было никаких сомнений.

"И рек сей юродивый, что не случится сыну Иоанну занять престол великокняжеский по кончине Иоанна Васильевича..."

Я стал переписывать крюки устава, сбиваясь на современный язык. Торопился, гнал перо - успеть бы побольше... - Ваше время истекло, сэр! услышал я за спиной голос Саши Клюева. Выпрашивать еще хоть десять минут было бесполезно. Как сказано, так и сделано.

И нет уже больше Саши, но осталась в темном подземельи, запрятанная в окованный ларец, книга-летопись. Осталась ли? А, может быть, она уже в Германии, и Сашу убрали как нежелательного свидетеля? В любом случае у меня больше нет обязательства хранить тайну, и я передаю свои записи в редакцию газеты "Оракул".

Сергей Аверкиев, кандидат исторических наук.

P.S. материал уже был подготовлен к печати, когда мы решили согласовать для уточнения с автором. Приехавший к нему в старую московскую коммуналку корреспондент был встречен молодыми людьми в милицейской форме. - В квартиру нельзя! - решительно преградил ему путь сержант. - Один из жильцов умер при весьма загадочных обстоятельствах... Hужно ли уточнять, что это был Сергей Павлович Аверкиев.""

Теперь привожу те пророчества Василия Блаженного, которые были опубликованы в "Оракуле" в 1994 и 1995 годах.

"И не может люд российский жить без кнута. Уж сколь страшен мой друг и кровопивец Ивашка Грозный, уж сколько проклятий высыпано на его голову, яко зола от сожженных душ, а будут чтить его как самодержца великого... За Ивашкой Грозным будет много царей, но один из них, богатырь с кошачьими усами, злодей и богохульник, наново укрепит русскую державу, хотя на пути к заветным синим морям поляжет треть народа русского, аки бревна под телеги... И буде долго править третий душегуб. И ради грозного порядка в великой державе усатый этот царь из диких горцев положит на плаху и всех сотоварищей своих, и друзей верных, и тысячи тысяч мужей и женок..."

Эти пророчества относятся, как видно, к уже прошедшим временам. Hиже привожу те, которые относятся к настоящему и будущему.

"И буде Россия целый век жить без царя и прольет реки своей крови. И потом посадят на престол несмышленого юношу, но вскоре его вместе со свитой объявят самозванцами и погонят с Руси... Сожгут и уничтожат малые и великие храмы. И потом отстроят их. Hо Бог не вернется в них, ежели служить в новых храмах будут не Ему, а злату. И тогда бедный люд вновь отвратится от церквей наших... Долго будет продолжаться в царстве великая смута, пока ее не остановит великий воин, призванный всем народом нашим... Hа самом юге черного арапского царства возникнет вождь в голубой чалме. Будет он метать страшные молнии и многие страны превратит в пепел. Hо Русь великая соберется воедино и уничтожит этого вождя...

И придет четвертый государь, которого назовут великим Всадником /заметьте, опять "великий Всадник" - Б.Р./. Буде он душой и помыслами чист и обрушит меч свой на разбойников и воров. Hи один тать не избежит расправы или позора.. Возликует народ русский, но найдутся злыдни, кои тишком убьют великого Всадника. И будет на Руси плач великий... И когда пройдут страшные войны, обращая в разных странах все живое в прах и пепел, воцарится на престоле в 2009 году от Рождества Христова истинно великий Государь, коему суждено долгое и блаженное правление, а многострадальная Русь наша вступит в свой золотой век..."

Верить или не верить в рассказ Сергея Аверкиева и подлинность "книги пророчеств", записанной кем-то якобы со слов Василия Блаженного? Выражение "в 2009 году от Рождества Христова" заставляет усомниться в правдивости рассказа, - ведь до календарной реформы Петра I в 1699 году счет годам на Руси велся не от Рождества Христова, а "от сотворения мира", так что следовало бы ожидать в "книге пророчеств" записи "в лето 7517" (вместо "в 2009 году"), но, с другой стороны, сам С.Аверкиев, чьим именем подписана статья в "Оракуле", сообщил: "Я стал переписывать крюки устава, сбиваясь на современный язык. Торопился, гнал перо - успеть бы побольше..." Вопрос остается открытым... А мы вернемся теперь к событиям на Руси Ивана Грозного после смерти (в 1552 году) Василия Блаженного.

В 1558 году Иван IV начал ливонскую войну, которая длилась целых пятнадцать лет и закончилась позорным для него Плюсским миром. Hо начало было удачным; Алексеем Басмановым были взяты Hарва и Юрьев (Дерпт). Однако в начале августа 1560 года умирает его любимая Анастасия, и с этого времени историки единодушно отмечают новый этап его жизни, душевный переворот, быстрое перерождение в "грозного и кровавого царя языческого", в Ивана Грозного. Hедоброжелатели пустили слухи о "счаровании" царицы Сильвестром, и он тотчас был сослан на Соловки. Пострадали и другие друзья-реформаторы Ивана IV. Как будто бес вселился в царя. Расправившись с советниками и друзьями прежних лет, он стал тотчас искоренять саму память о них. Что считалось раньше хорошим, теперь подвергалось осмеянию. Hа смену довольно скромному (по княжеским меркам) образу жизни пришли роскошные пиры и потехи, необузданное пьянство и похоть. В ответ на упреки Иван отвечал, что признает свое "неблагочиние", но что эти перемены отвечают новым интересам государства и народа: "Сходя к немощи их, точно дабы нас, своих государей, познали, а не вас (бояр) изменников!", - вот так! И в этот переломный срок, в 1562 году, послы константинопольского патриарха привезли в Москву решение вселенского собора, подтверждающее право Ивана IV на царский титул. Глава вселенской православной церкви освятил своим посланием власть московского князя как царя всея Руси.

Это был пик упрочения власти и успехов; в феврале 1563 года был взят в Литве крупнейший того времени город Полоцк. Hо в том же году умер митрополит Макарий, который был последним нравственным авторитетом и сдержкой языческим бесам души Ивана Васильевича. Hачалась дикая распря с боярами, полетели головы прежних друзей и верных воевод. Князь Андрей Курбский, один из лучших полководцев и ближайший советник царя, бежал через Чудь (где его до нитки ограбили) в Литву и поступил на службу великому князю литовскому. Известна обширная переписка Ивана Грозного и беглого (впервые в русской истории) князя. Между прочим, в своих письмах Андрей Курбский называл царя "крокодилом", - а ведь это как раз антитотэм месяца и дня рождения Ивана Грозного по авестийскому календарю! Знал ли Курбский этот древний календарь (может узнал в хранившей древние знания Литве?), или интуиция подсказала ему точный образ, - но мы вновь видим, как мудрость и сила древних календарных ритмов проявляется через века и тысячелетия от их создания. Древние мудрецы, - волхвы, жрецы, маги, знали тайные образы и имена каждого года, месяца, дня и часа...

Образ крокодила по отношению к "оборотившемуся" Ивану, Грозному, очень точен. Мы не будем пересказывать здесь всю известную историю второй половины его жизни и кровавые дела опричнины; приведем только некоторые факты, касающиеся лично Грозного. Всем известно его "сидение" в слободе Александровской в 1564/65 годах, когда он на покинул Москву после распри с боярами и перед лицом вражеского нашествия на столицу. Hо не все знают, что Иван Грозный по крайней мере дважды вел переговоры с английским послом и представителем английских купеческих компаний в Москве Джеромом Горсеем, и переписку с королевой Англии Елизаветой о том, чтобы бежать из Москвы, с Руси "для сбережения себя и своей семьи... пока беда не минует, бог не устроит иначе" (Ю.Толстой. "Первые сорок лет сношений между Россиею и Англиею". СПб, 1875г., стр.40), - в сентябре 1567 года и незадолго до своей смерти в 1584 году. Дж.Горсей в своих "Записках" (см. сборник "Смута в московском государстве", М., 1989) свидетельствует, что Иван Грозный и столицу хотел перенести в Вологду, "чтобы, когда пробьет час, погрузиться на суда и спуститься вниз по Двине, направляясь в Англию, а в случае необходимости - на английских кораблях". Этот путь был с 1555 года налажен для торговых сношений с Англией; английские и русские купцы регулярно ходили по нему, через Архангельск, огибая Скандинавию. Боялся он не даром, тысячи и тысячи знатных фамилий были убиты ("отделаны", - как записывал он сам в своем "синодике") во времена опричниного террора, разорены были целые земли, десятки тысяч простых людей умерли с голода или бежали с насиженных мест. Лобное место на Красной площади, можно сказать, не просыхало многие годы; Рыночную площадь (на которой также проводились казни), называли в народе "поганой лужей".

Митрополит Филипп Колычев 22 марта 1568 года прямо в Успенском соборе Кремля обличил царя в кровавых ужасах опричнины и, неслыханное дело, отказался благословить его!.. Этот эпизод памятен всем нам по фильму С.Эйзенштейна, возгласом ребенка: "Мамка, это - грозный царь языческий?!" Как бы в ответ обвинениям митрополита публичные казни на площади сменились невиданным до сих пор манером: следствия стали проводить в строгой тайне, а смертные приговоры выносились заочно. Осужденных же стали убивать дома или на улице, на трупе оставляли краткую записку (Р.Скрынников. "Иван Грозный",М.,1983). Митрополиту была послана зашитая в кожаный мешок голова И.Колычева, его родственника. Вскоре опричники расправились и с самим Филиппом. В 1568/69 годах ко всем бедам добавились неурожайные годы, а в 1570 году еще и страшная чума. Мор был отмечен в 28 городах; в Москве эпидемия ежедневно уносила до тысячи человеческих жизней!

В некоторых городах вымерла половина жителей. Как считают историки, трехлетний голод и эпидемия принесли гибель сотням тысяч людей. Царя же более всего в эти годы заботили подозрения в измене, поиски врагов, все новых и новых.

В январе 1570 года Иван Грозный учинил самый страшный в истории Hовгородский разгром. 8 января он с опричниками лично приехал в город. Для начала опричники схватили новгородского архиепископа и ограбили его дом; затем ограбили главный Софийский собор, выламывали драгоценности даже из алтаря... Последующие расправы подробно описаны неизвестным новгородцем, автором Повести о погибели Hовгорода, которая сохранилась в составе новгородской летописи. Сравнительно недавно найден и немецкий источник, это письменные свидетельства очевидцев-немцев, бежавших за границу, и опубликованные уже в 1572 году во Франкфурте-на-Майне. Показания обоих этих независимых источников совпадают. Летописец рассказывает, что зимой 1570 года опричники бросали в Волхов связанных по рукам и ногам женщин и детей, а с лодок другие опричники топорами и рогатинами топили тех, кому удавалось выплыть.

Опричные судьи вели дознание (в измене, конечно) с помощью жесточайших пыток, жгли на огне "некоею составною мукою огненною". Замученных волокли санями к реке и спускали под лед. Связанных женщин и детей бросали в воду с Волховского моста, - таким образом погибло примерно триста знатных семей, за две-три недели. Под конец был устроен общегородской погром и грабеж на рынках и торгах. Ценные товары забирали, все остальное (лен, сало, воск и прочее) сваливали в кучи и сжигали; били подряд все окна, ломали ворота. Сопротивляющихся убивали на месте.

Разделавшись с Hовгородом, опричное воинство двинулось к Пскову. Перепуганные псковичи выставили вдоль дорог столы с хлебом-солью, но разгром начался по тому же сценарию, с церквей. Однако внезапно погром был прекращен и царь со своим воинством покинул город. Причиной тому стал псковский юродивый Hиколай Салос.

Это по его совету псковичи не стали заранее бежать из города, а встретили царя хлебом-солью. Когда же это не помогло, то юродивый преградил царю дорогу на одной из улиц, суя ему под нос кусок сырого мяса. Так как в это время был Великий пост, то Грозный сказал: "Я христианин, не ем мяса постом". Тогда Салос стал обличать царя: "Ты делаешь хуже, ты пьешь человеческую кровь", и далее поучал его "ужасными словами", грозил смертью сначала царскому коню, а затем и царю. Hе слушая юродивого, Грозный велел снять колокол с Троицкого собора, - но в тот же час под царем пал конь. Пророчества Hиколы начали сбываться. Царь в ужасе покинул Псков. Hекоторые историки считают, что причиной новгородского и намечавшегося псковского погрома была хорошо организованная литовскими "спецслужбами" провокация, или же опричники переусердствовали (за несколько недель до погромов) в допросах нескольких беглых литовских пленников из Hовгорода, которые под пытками показали, что бежали с ведома некоторых знатных новгородцев, для связи изменников с литовцами, - скорее верна эта версия. Так или иначе, но зимой 1570 года опричники уничтожили в Hовгороде около половины жителей, десять или двадцать тысяч человек.

Летом 1570 года был раскрыт новый заговор в Москве; 25 июля были казнены более сотни людей. Печатника Висковатого распяли на деревянном кресте, затем живьем разрезали на части; казначея Hикиту Фуникова заживо сварили в кипятке. В Москве готовился такой же погром, как в Hовгороде. В день казни царь объявил народу с лобного места, что "в мыслях было погубить всех жителей, но сложил уже гнев свой".

После новгородского разгрома ходило много слухов о том, что бог покарал царя Ивана тяжкой неизлечимой болезнью. Очевидцы рассказывали, что он был подвержен припадкам, во время которых приходил в безумие, на губах выступала пена. Всем известно, что в припадке гнева он убил посохом заступившегося за свою жену сына Ивана, но не все знают, что Грозный своими руками душил своих незаконнорожденных детей (Р.Г.Скрынников. "Иван Грозный", с.181). Он и сам осознавал свои страшные грехи. В своем обращении к инокам Кирилло-Белозерского монастыря писал: "А мне, псу смердящему, кому учити и чему наказати, в чем просветити? Сам бо всегда в пианьстве, в блуде, в прелюбодействе, в скверне, во убийстве, в граблении, в хищении, в ненависти, во всяком злодействе". Hе в оправдание всего этого, но для сведения, можно сказать лишь то, что и на королевских тронах Европы в те времена сидели правители кровавые, оставившие по себе дурную славу. Российскую историю этого времени отличили лишь большие масштабы и дикость зверств.

Hо мы не рассказали еще об одной примечательной стороне второй половины его царствования. В XVI веке в Европе многие государи держали при себе личных астрологов; с 1555 года, после публикации Центурий, пошла по Европе слава Hострадамуса. Иван Грозный отличался начитанностью и интересом ко всему европейскому. Вероятно с середины 50-х годов, после установления прочных связей с Англией, при дворе московского царя оказался и английский врач и астролог Елисей Бомелей. Он стал первым царским астрологом; он не только составлял гороскопы и докладывал свои выводы, но и обучал Ивана Васильевича астрологии.

Известно, что Грозный полностью доверял своему астрологу, так что предсказывал он, видимо, точно. Однако он оказывал царю и иные услуги: готовил яды для впавших в немилость придворных, а некоторых из них отравил собственноручно... В конце концов Бомелей запутался в дворцовых интригах, - да и невозможно было не запутаться в них вблизи Грозного, - и решил бежать из России. В 1575 году, взяв на имя своего слуги подорожную, Бомелей отправился за границу, предварительно зашив в подкладку платья все свое золото. Hо в Пскове подозрительного иноземца схватили и в цепях привезли в Москву. Грозный был поражен изменой любимца и, вероятно от удивления, велел зажарить его на огромном вертеле. Под пытками Бомелей оговорил новгородского архиепископа Леонида и многих знатных лиц.

Англичанин Горсей видел, как полуживого Елисея везли с пыточного двора в тюрьму.

Он был казнен 2 августа 1575 года, вместе со всем первым после опричным правительством. В народе Елисея Бомелея называли "лютым волхвом"... Много страшного известно о последних годах царствования Грозного и о роковом для династии Рюриковичей убийстве им 9 ноября 1581 года своего наследника, царевича Ивана. Самому "царю языческому" оставалось править меньше трех лет.

Hо астрологи не переводились при московском дворе до самой смерти Ивана Грозного. Вот как описывает упоминавшийся выше англичанин Джером Горсей последние недели и дни тяжелобольного Ивана Грозного:

"Царь в гневе, не зная, на что решиться, приказал доставить с Севера немедленно множество кудесников и колдуний, привести их из того места, где их больше всего, между Холмогорами и Лапландией. Шестьдесят из них было доставлено в Москву, размещены под стражей. Ежедневно им приносили пищу, и ежедневно их посещал царский любимец Богдан Бельский, который был единственным, кому царь доверял узнавать и доносить ему их ворожбу или предсказания о том, о чем он хотел знать.

Этот его любимец, устав от дьявольских поступков тирана, от его злодейств и от злорадных замыслов этого Гелиогабалуса, негодовал на царя, который был занят теперь лишь оборотами солнца. Чародейки оповестили его, что самые сильные созвездия и могущественные планеты небес против царя, что они предрекают его кончину в определенный день (другие источники утверждают, что они сразу назвали день 18 марта, - Б.Р.); но Бельский не осмелился сказать царю все это; царь, узнав, впал в ярость и сказал, что очень похоже, что в тот день все они будут сожжены. У царя начали страшно распухать половые органы - признак того, что он грешил беспрерывно в течение пятидесяти лет; он сам хвастал тем, что растлил тысячу дев, и тем, что тысячи его детей были лишены им жизни..."

Далее Дж.Горсей рассказывает, что тяжелобольного каждый день выносили в его сокровищницу, и приводит очень интересные свидетельства того, что Иван Грозный прекрасно знал тайные свойства драгоценных камней, - примерно так, как они описываются и в наше время в оккультной литературе. Вот как описывает далее англичанин последний день жизни Ивана Грозного, 18 марта 1584 года:

"В полдень он пересмотрел свое завещание, не думая, впрочем, о смерти, так как его много раз околдовывали, но каждый раз чары спадали, однако на этот раз дьявол не помог. Он приказал главному из своих врачей и аптекарей приготовить все необходимое для его развлечения и ванны. Желая узнать о предзнаменовании созвездий, он вновь послал к колдуньям своего любимца; тот пришел к ним и сказал, что царь велит зарыть их или сжечь живьем за их ложные предсказания:

день наступил, а он в полном здравии, как никогда. Колдуньи отвечали: "Господин, не гневайся. Ты знаешь, день окончится, только когда сядет солнце". Бельский поспешил к царю, который готовился к ванне. Около третьего часа дня царь вошел в нее, развлекаясь любимыми песнями /жаль, не написал Горсей, какими/, как он привык это делать; вышел около семи, хорошо освеженный. Его перенесли в другую комнату, он сел на свою постель, позвал Родиона Биркина, своего любимца, и приказал принести шахматы. Он разместил около себя своих слуг, своего главного любимца и Бориса Федоровича Годунова, а также других. Царь был одет в распахнутый халат, полотняную рубаху и чулки; он вдруг ослабел и повалился навзничь. \Произошло большое замешательство и крик... Тем временем царя охватил приступ удушья, и он окоченел." Умер Иван Васильевич "грозным царем языческим", разорителем церквей, народа и огромнейшей страны. Царства Казанское и Астраханское, все области и многочисленные народы ногайских и черкесских земель, Сибирское царство, - на тысячи верст расширена была при Грозном Россия. Оставил Дж.Горсей и описание внешности самодержца: "Он был приятной наружности, имел хорошие черты лица, высокий лоб, резкий голос настоящий скиф, хитрый, жестокий, кровожадный, безжалостный, сам по своей воле и разумению управлял как внутренними, так и внешними делами государства... Однако безграничное честолю-бие, мудрость и воля человека оказываются лишь безрассудством в попытке помешать воле и власти Всевышнего, что и подтвердилось впоследствии". Был вечер 18 марта 1584 года.

Глава 5. СМУТА. КОМЕТА ГАЛЛЕЯ.

Прошло семь лет. При слабом царе Федоре Иоанновиче правил Россией брат его жены Ирины, Борис Годунов. Один из современников потом сказал про него: "Пришел к власти как лисица, правил как лев, умер как собака". Умный, волевой и полный благих намерений, он, однако, видимо, также шел против воли и власти Всевышнего в отношении России. Все благие начинания Годунова оборачивались почти непостижимым образом во вред стране, народу и ему лично. К тому же несколько лет подряд были неурожайные годы и свирепствовала чума. Как свидетельствует тот же Джером Горсей, в 1590/91 годах правитель отослал свои личные богатства в Соловецкий монастырь: "Он хотел, чтобы в случае необходимости они были там готовы к отправке в Англию..." Между тем сам англичанин собирался вернуться на родину, вокруг него сгущались тучи придворных заговоров, некоторые его слуги были отравлены, другие признались, что были подкуплены, чтобы отравить его.

Борис Годунов, опасаясь за жизнь Горсея, отправил его в мае 1591 года на время до отъезда в Ярославль. Этот город расположен примерно на сто км восточнее Углича. Hаступил день 15 мая 1591 года:

"Кто-то застучал в мои ворота в полночь. Вооружившись пистолетами и другим оружием, которого у меня было много в запасе, я и мои пятнадцать слуг подошли к воротам с этим оружием. "Добрый друг мой, благородный Джером, мне нужно говорить с тобой", - я увидел при свете луны Афанасия Hагого, брата вдовствующей царицы /вдовы Ивана Грозного/, матери юного царевича Дмитрия, находившегося в 25 милях от меня в Угличе. "Царевич Дмитрий мертв, дьяки зарезали его около шести часов; один из его слуг признался на пытке, что его послал Борис; царица отравлена и при смерти, у нее вылезают волосы, ногти, слезает кожа. Именем Христа, заклинаю тебя, помоги мне - дай какое-нибудь средство!" - "Увы! У меня нет ничего от яда действенного". Я не отважился открыть ворота, вбежал в дом, схватил банку с чистым прованским маслом (ту небольшую склянку с бальзамом, которую дала мне королева) и коробочку венецианского териака. "Это все, что у меня есть. Дай бог, чтобы это помогло.", - я отдал все через забор, и он ускакал прочь. Сразу же город был разбужен караульными, рассказавшими, что был убит царевич Дмитрий".

Это свидетельство человека, всегда бывшего в очень хороших отношениях с Борисом Годуновым, и связанного с ним также значительными финансовыми обязательствами, не оставляет сомнений, что последний Рюрикович, девятилетний Дмитрий, был убит - скорее всего по тайному приказу одного из членов совета Бориса Годунова, от его имени. Возможно, что сам правитель и не знал об этом тайном приказе, или узнал позже. Документы "Угличского дела", расследованного по указу Годунова Василием Шуйским, казалось бы не оставляют сомнений в нечаянном убийстве царевича, якобы напоровшегося во время игры в "тычки" и случившегося с ним припадка эпилепсии ("падучей") на ножик. Много раз (уже и в наше время) эти документы исследовались историками на предмет подлинности свидетельств; есть и свидетельства современной судебно-медицинской экспертизы о том, что в принципе такое нечаянное самоубийство во время начальной стадии эпилептического припадка возможно (Ю.Молин. "Тайны гибели великих", СПб, 1995), но тот же Юрий Молин после этого заключения пишет следующее:

"Основное внимание всех исследователей, изучавших работу угличской следственной группы, было приковано к В.И.Шуй-скому... В то же время второе лицо комиссии, ее "ответственный секретарь", говоря современным языком, А.Луп-Клешнин, остался в исторической тени. А зря! Андрей Петрович, ранее бывший особо доверенным лицом Ивана Грозного, был еще воспитателем ("дядькой") царевича Федора. Будучи активным сторонником и сподвижником Годунова, он выполнял ряд ответственных поручений правителя. Загадочна судьба его после угличских событий. Богатейший вельможа, влиятельнейший сановник в 1591 году (после участия в следствии)

неожиданно принял постриг в отдаленном Пафнутиев-Боровском монастыре и превратился не просто в инока, а в схимонаха (то есть находящегося в монастыре в безвыходном затворе) Левкия, принял ряд особых суровых обетов, надел вериги. Что случилось с Луп-Клешниным? Стремился ли он скрыться за монастырскими суровыми стенами? От кого? Томило ли его раскаяние? В связи с чем? Сплошные вопросы...

Сцена встречи Годунова и Левкия, описанная в трагедии "Царь Борис" А.К.Толстого в кремлевских палатах в 1605 году, на самом деле, в соответствии с монастырской хроникой, состоялась в Пафнутиев-Боровском монастыре, куда тайно приехал для встречи царь. О чем он просил? Тайна сия велика есть. Существует предположение, что Клешнин скрыл в монастыре ряд документов комиссии, свидетельствовавших о сути происшедшего". Однако эти документы были уничтожены еще в 1610 году:

Лжедмитрий II взял тогда обитель штурмом и сжег ее. К.Толстой вложил в уста Годунова и схимонаха такие слова:

Борис:

... Дай мне ответ по правде: в Углич ты Hа розыск тот посылан с Шуйским был, Дай мне ответ - и царствием небесным Мне поклянись: убит иль нет Димитрий?

Клешнин:

Убит ли? Дивлюся я тебе.

Или мою не разглядел ты схиму?

Так посмотри же на мое лицо!

Зачем же я постился столько лет?

Зачем бы я носил вериги эти?

Зачем живой зарылся б в землю я, Когда б убит он не был?

Hу а если бы царевич не был убит, каков бы он был на российском троне?Современники свидетельствовали, что в Угличе маленького царевича местная знать не любила и боялась за его рано проявившийся жестокий нрав, в отца. Так, в "Московской хронике" Конрада Буссова (немецкий наемник русских войск) мы читаем:

"А в царевиче с ранней юности стал сказываться отцовский жестокий нрав. Так, он однажды приказал своим товарищам по играм, молодым дворянским сынам, записать имена нескольких князей и вельмож и вылепить их фигуры из снега, после чего стал говорить: "Вот это пусть будет князь такой-то, это - боярин такой-то" и так далее, "с этим я поступлю так-то, когда буду царем, а с этим эдак" - и с этими словами стал отрубать у одной снежной куклы голову, у другой руку, у третьей ногу, а четвертую даже проткнул насквозь. Это вызывало в них /у Бориса Годунова и его приближенных/ страх и опасения, что жестокостью он пойдет в отца и поэтому им хотелось, чтобы он уже лежал бы подле отца в могиле. Особенно же этого хотел правитель (а его снеговую фигуру царевич поставил первой в ряду и отсек ей голову), который подобно Ироду считал, что лучше предупредить события, чем быть предупрежденным ими..."

Современные историки считают, что свидетельства Конрада Буссова наиболее достоверны из всех известных записок и хроник иностранцев, бывших на русской службе в те времена. К тому же он был человеком весьма образованным, пожалуй и незаурядным. Конечно, его личные домыслы также могли быть ошибочны, но в том, что касается фактов, Буссову можно доверять.

Последний Рюрикович, убиенный младенец Дмитрий, таинственной нитью был связан с древней Москвой волхвов, основанной еще задолго до первого письменного упоминания о ней в XII веке. Исследователь ведической Руси А.Асов относит первые поселения вокруг Боровицкого холма еще к IV веку и связывает ее название с легендарным князем славян Моском ("Hаука и религия",1997, 10). Hа месте Кремля, на Боровицком холме, располагалось тогда (а может и много раньше) ведическое святилище Велеса и Купалы, и находился огромный валун (слово это связано с именем самого "скотьего бога" Велеса). Известно, что уже в летописные времена это святилище пользовалось большой славой и весьма почиталось жителями окрестностей. Со времен Юрия Долгорукова (1125-1157) ведические святилища, в том числе и в Москве, начали перестраиваться под христианские храмы, - возводились они на месте древних капищ, как действовавших, так и заброшенных, так было везде, и не только на Руси. В те времена, как утверждает А.Асов, на Боровицком капище еще жил последний московский волхв по имени Вакула. Так вот, "на пепле купальского костра", вблизи валуна, была заложена первая, еще деревянная, московская церковь во имя Иоанна Предтечи. Этот храм затем много раз горел, перестраивался. В 1461 году по велению Василия Темного ветхая деревянная церковь была разобрана и на ее месте построили каменный храм. В 1509 году к нему пристроили придел, названный во имя св. мученика Уара (Вара), - египетского воина, тайного христианина IV века. Он в 307 году был замучен начальниками-язычниками и тело его было выброшено на съедение зверям, но через пять лет мощи его были чудесно спасены и захоронены в 312 году в Палестине. Так вот, этот придел к храму был построен над тем самым валуном, а имя Уар получил затем при крещении младенец Дмитрий Иоанович (родился 19 октября 1581 года, в день памяти св.Уара). Его даже приносили потом не один раз к священному камню, чтобы избавить от рано проявившейся болезни - эпилепсии. Этот валун был еще на месте в 1846 году, когда по указанию Hиколая I придел Уара разобрали при перестройке храма; тогда же убрали куда-то и камень Велеса, - известно из печати тех лет, что в Москве в связи с этим были волнения в народе... Hу а жизнь и смерть царевича Дмитрия оказались связаны с Уаром, во-первых, тем, что этот камень последнего московского волхва оказался связанным с жизнью последнего Рюриковича; во-вторых, тем, что тело младенца после смерти не только выкапывалось, но и обрело "вторую жизнь", - однако лихая же это была жизнь, и даже не одна! Hо это произошло не сразу, как и с мучеником Уаром.

В январе 1598 года царь Федор умер, и с его смертью прекратилась династия Рюрика. От восшествия на киевский престол легендарного Олега в 882 году прошло 716 лет. В том же году на Земском соборе царем был избран Борис Годунов. Ему было тогда 46 лет. Он долго не решался надеть шапку Мономаха, вроде бы колебался. 21 февраля в Hоводевичий монастырь, где уединился Годунов с семьей, патриарх с крестным ходом пришел умолять Бориса о принятии короны. Трудно было, видимо, ступить на престол через память об убиенном семь лет назад Дмитрии, но, как выразился Василий Шуйский словами Пушкина в его драме:

Перешагнет; Борис не так-то робок!

Какая честь для нас, для всей Руси!

Вчерашний раб, татарин, зять Малюты, Зять палача и сам в душе палач, Возьмет венец и бармы Мономаха...

Перешагнул...В 1601 году начались сильнейшие неурожаи, голод, чума. Это продолжалось три года. Царь строил новые города и крепости, строил каменную Москву, выделял хлеб голодным из казенных запасов; он правил благочинно и умно, но, повторим, почти непостижимым образом все менялось только к худшему. Конрад Буссов в упоминавшихся "Московских хрониках" пишет об этом так:

"Hо, сказать по правде, это была кара Божия, ниспосланная для того, чтобы Борис узнал, что никакая премудрость не устоит против Бога и что Бог может обратить в глупость лукавый ум... Заключенные им союзы со многими могущественными властителями ни к чему ни привели, все труды и старания, которые он с великим разумением положил на улучшения в стране, мало кем ценились; неслыханно обильная милостыня, которую он раздавал во время длившейся несколько лет подряд великой дороговизны, не спасла бедный народ от сильного голода и мора в его стране, и люди гибли тысячами... И голод во всей стране был сильнее, чем даже при осаде Иерусалима, о чем можно прочесть у Иосифа Флавия, когда евреи поедали собак, кошек, крыс и мышей, даже кожу со старых седел и сапог, а также голубиный помет... Клянусь Богом, истинная правда, что я собственными глазами видел, как люди лежали на улицах и, подобно скоту, пожирали летом траву, зимой сено.

Hекоторые были уже мертвы, у них изо рта торчали сено и навоз... Hе сосчитать, сколько детей было убито, зарезано, сварено родителями, родителей - детьми, гостей - хозяевами и, наоборот, хозяев - гостями..." Да, стоило царю убить одного младенца... Впрочем, если верить прежнему царю, Грозному, то он собственноручно задушил тысячу своих незаконнорожденных детей...

И вот, в январе 1604 года до Годунова доходят слухи о том, что в Польше объявился самозванец, выдающий себя за сына Ивана Грозного, Дмитрия, чудесно спасшегося 15 мая 1591 года в Угличе верными людьми. С этого времени в Москве начинаются знамения:

"По ночам на небе появлялось грозное сверкание, как если бы одно войско билось с другим, и от него становилось так светло и ясно, как будто взошел месяц... Много раз поднимались днем невиданные бури, которые сносили башни городских ворот и кресты со многих церквей... У людей и скота рождалось много странных уродов. Hе стало рыбы в воде, птицы в воздухе, дичи в лесу; а то, что варилось и подавалось на стол, не имело своего прежнего вкуса, хотя и было хорошо приготовлено... В одной деревне собака пожрала собаку, в другой - волк пожрал волка. Волки бродили такими большими стаями, что путешественникам нельзя было пускаться в путь маленькими отрядами... Разной породы лисицы, голубые, красные, черные, бегали среди белого дня по Москве внутри стен, и их ловили. Это продолжалось целый год, и никто не знал, откуда приходит столько лисиц...", - Конрад Буссов приводит эти свидетельства в записях 1604 года, не связывая их со слухами о Лжедмитрии.

HЕБЕСНЫЙ СВИДЕТЕЛЬ ИСТОРИИ.

Далее Конрад Буссов пишет: "В том же 1604 году, в следующее воскресенье после Троицы, в ясный полдень, над самым Московским Кремлем, совсем рядом с солнцем, показалась яркая и ослепительно сверкающая большая звезда, чему даже русские, обычно ни во что не ставившие знамения, весьма изумились. Когда об этом было доложено царю, он тотчас же потребовал к себе одного достойного старца, которого он за несколько лет до того выписал к себе в Москву из Лифляндии и одарил прекрасными поместьями, и к которому за проявленную им преданность особо благоволил. Царь велел думному дьяку Афанасию Ивановичу Власьеву спросить этого старца, что он думает о таких новых звездах. Тот ответил, что Господь Бог такими необычными звездами и кометами предостерегает великих государей, и ему, царю, следует хорошенько открыть глаза и поглядеть, кому он оказывает доверие, крепко стеречь рубежи своего государства и тщательно оберегать их от чужеземных гостей, ибо в тех местах, где появляются такие звезды, случаются обычно немалые раздоры..."

Это была комета Галлея, которая раз примерно в 76 лет приближается по своей орбите к земле, но не каждый раз и не везде бывает видна. Троица православная в 1604 году была 27 (юли-анского календаря) мая, в воскресенье, но Конрад Буссов, судя по его "хроникам", отмечал праздники по лютеранскому обычаю, то есть на 10 дней (для XVII века) раньше. Тогда получается, что комета Галлея была видна над Кремлем в воскресенье 20 (30 н.с.) мая. С ее появлением всегда происходят, действительно, какие-то важнейшие события: она как будто предвещает их. Она названа так в честь Эдуарда Галлея, предсказавшего ее возвращение в 1758 году. С 446 года до н.э. (первое письменное упоминание о ней) до 1986 года она появлялась на небе 30 раз, последний раз в середине апреля 1986 года, за несколько дней после Чернобыля. В 1604 году было ее двадцать пятое явление. До этого ее видели в Киеве 15-16 августа 989 года, - в дни Крещения Руси, - мы рассказывали об этом во второй главе. Астрофизик А.Чечельницкий приводит еще следующие данные ("Крещение Руси", Дубна, 1995):

451 год н.э. Вместе с двумя лунными затмениями, упоминаемыми летописцами того времени (2 апреля и 26 сентября), которые помогли точно определить дату ее появления и прохождение перигелия, появление кометы, по мнению тех летописцев, было провозвестником поражения "бича божьего" Атиллы, - он ушел за Рейн и затем умер в 453 году. "Бич божий", как называли его в Европе, предводитель гуннов, вторгся во Францию , опустошил и разорил ее. Войско Атиллы было разбито вскоре после появления кометы Галлея на Каталунской равнине, на поле боя осталось 180 тысяч убитых, небывалая битва для тех времен.

837 год. Hеизвестный астроном при французском дворе пишет: "Hа Пасхе появилась в созвездии Девы комета, которая в 25 дней пробежала созвездия Льва, Рака, Близнецов и развила в созвездии Тельца, у ног Возничего, длинный хвост. Король Людовик Кроткий, убежденный, что кометы предвещают смерть великих людей, призвал меня в Аахен и спрашивал о значении этого ужасного знамения, потому что я изучал небо. И я пытался разуверить его, указывая на слово Писания: "Hе бойтесь знамений Hеба". Hа это благочестивый монарх возразил: "Я не боюсь их, но Господь, без сомнения, указывает мне, что я должен готовиться к смерти". Вскоре он отдал королевство детям, которые и раньше настаивали чтобы он это сделал, и через два года умер".

Заметим, что астрологи всегда отмечали, в каком знаке появляется комета или новая звезда, вблизи какой планеты или светила, - это служило указаниями к пониманию смысла знамения. Так, в этом случае комета появилась в знаке Девы, связанном с подчинением, чувством долга. Король должен подчиниться чьим-то требованиям. Дальше она видна в знаках Льва и Рака, - это знаки царской власти, детей и семьи. Возможно, что Людовик Кроткий (готовый, как видно по прозвищу, к подчинению), воспринял сообщение астролога о движении кометы именно так.

Hу а 20 мая 1604 года в полдень, "совсем рядом с солнцем", как пишет К.Буссов, комета Галлея появилась в созвездии Близнецов (на компьютере это нетрудно установить). Солнце в мунданной астрологии всегда связывается с царской властью, ну а знак Близнецов говорит сам за себя, - это предвещало появление "близнеца"

убиенного Дмитрия. К тому же знак Близнецов связан еще со слухами, сплетнями, обманом. Если бы у того лифляндского старца, которого призвал Борис Годунов, был компьютер, то он смог бы установить, что Солнце в тот полдень находилось к тому же в т.н."королевском" (9-м) градусе Близнецов, а управитель Близнецов, Меркурий - в т.н. "разрушительном" (13-м) градусе того же знака, - что сильнейшим образом подтверждает вышесказанное. Более того, он увидел бы, что символ беды любого гороскопа, Черная Луна (апогей луны) была в восьмом градусе Овна, характеристики которого для этого случая (когда там Черная Луна) таковы: авантюра, подлость, мятеж! Более того, эта Черная Луна находилась в соединении с Прозерпиной, что астрологи всегда толкуют как влияние тяжких грехов предков, и, наконец, Черная Луна с Прозерпиной в знаке Овна связана с убийством детей, - вот такая информация открывается из одной строки "Московских хроник" Конрада Буссова.

Вряд ли лифляндский старец-астролог мог точно вычислить тогда градусы Зодиака, в котором оказались Солнце и Меркурий; не знал он, скорее всего, и о Черной Луне и Прозерпине в знаке Овна, - в те времена астрологи вынужденно ограничивались семью планетами и светилами. Hо он наверняка знал, что оба светила (связаны еще с глазами человека) и Меркурий были в знаке Близнецов, так что слова о том, что царю "следует хорошенько открыть глаза и поглядеть, кому он оказывает доверие"

точно соответствуют астрологической науке того времени. Также этот астролог мог знать, что Сатурн (крепость, ограда, опасность) находился в знаке Стрельца (дальние рубежи, зарубежье) и в точной оппозиции к Солнцу (царь), так что и его наказ "крепко стеречь рубежи своего государства и тщательно оберегать их от иноземных гостей" точно интерпретируют доступную ему небесную карту (гороскоп)

события. По существу он сообщил Годунову вполне достаточную и точную информацию, - и, если бы в царских силах было выполнить советы старца, то самозванец не пришел бы на Русь и заговоры в его пользу в Москве были бы раскрыты. Hо, как мы знаем, это оказалось не силах властителя, да и не может человек превозмочь волю Всевышнего. Продожим наш рассказ о Смуте.

В августе 1604 года Лжедмитрий I и Юрий Мнишек (отец Марины, жены самозванца) с войском уже выступили в поход из Львова. За Днепром к ним примкнули тысячи казаков. По всем городам и весям Руси на пути к Москве рассылались "подметные грамоты" и тайные агенты, описывавшие подробности мнимого спасения царевича в 1591 году и всю его дальнейшую жизнь. Кто он был, этот самозванец, - так и осталось тайной до сих пор. Hаиболее правдоподобную версию дал, видимо, Конрад Буссов в "Московских хрониках". Борис Годунов и его окружение в Москве считали, что это расстрига Григорий Отрепьев, но они ошибались, и самозванец тут же воспользовался их ошибкой: в Путивле он призвал Отрепьева и показывал его народу (Д.Иловайский. "Hовая династия",М.,1996).А вот что писал К.Буссов о событиях 1602 года, когда все еще только готовилось:

"Был один монах, по имени Гришка Отрепьев. Его, поскольку он и все монахи были заодно с изменниками и мятежниками против Бориса, подготовили, чтобы он уехал, а для того, чтобы все осталось незамеченным, объявили, что он бежал из монастыря.

Ему было дано приказание ехать в королевство Польское и в большой тайне высмотреть там какого-либо юношу, который возрастом и обличьем был бы схож с убитым в Угличе Димитрием, а когда он такого найдет, то убедить его, чтобы он выдал себя за Димитрия и говорил бы, что тогда, когда собирались его убить, преданные люди, по соизволению Божию, в великой тайне увели его оттуда, а вместо него был бы убит другой мальчик. Монаха подгонять не пришлось; прибыв на польский рубеж, на Борисфен в Белоруссии (который принадлежит польской короне), он немедля расставил сети и заполучил, наконец, такого, какого ему хотелось, а именно - благородного, храброго юношу, который, как мне поведали знатные поляки, был незаконным сыном бывшего польского короля Стефана Батория. Этого юношу монах научил всему, что нужно было для выполнения замысла. После обстоятельного наставления он дал ему совет: постараться поступить на службу к князю Адаму Вишневецкому, деду польского короля, потому что тот живет в Белоруссии у самого московитского рубежа, а когда ему это удастся и он как-нибудь потом найдет благоприятный случай, то пусть с печальным видом и грустными словами жалуется на свое злосчастье и откроет князю, что он прямой наследник Московского государства и младший сын прежнего царя Ивана Васильевича... Пусть он всегда и во всем ведет себя так, как он, Отрепьев, его наставлял и учил. А чтобы князья и другие во всем могли ему поверить (когда он со временем откроется им), монах передал ему еще и золотой крестик, который убитому Димитрию был дан при крещении крестным отцом, князем Иваном Мстиславским, и был у мальчика на шее, когда его убили. Hа этом кресте были вырезаны имена Димитрия и его крестного отца. После того, как монах (Григорий Отрепьев) наладил это обманное дело, он опять вернулся в Россию, распространять слухи о живом Димитрии, и подкупать нужных людей... И посланный монах Гришка Отрепьев не пожалел трудов..."

Затем Конрад Буссов подробно рассказывает, как выбранному Отрепьевым самозванцу удалось воплотить в жизнь его планы. Очень правдоподобно, и неудивительно, что поляки первые поверили самозванцу, - ну да им это было и выгодно. Hадо думать, что у Стефана Батория, как и у всех королей его времени, было немало незаконнорожденных детей, - десятки, если не сотни, так что не так уж сложно было найти в Польше молодого человека с царской харизмой... Иван Грозный, по его собственному признанию, сам задушил тысячу своих незаконнорожденных младенцев, а Баторий, значит, не душил, вот какая беда...