Поужинав, друзья отправились в ту сторону плато, где столярничали. Лекари просто падали с ног. Непривычные к физической нагрузке, теперь они терпели муки, набивали мозоли.

Рядом лежали штабелями подготовленные доски. Один ствол был полностью распилен и обработан. От другого ствола оставалось меньше половины. Теперь пилили только кузнецы, а Федор ставил отпиленные на козлы, проходился по ним большим рубанком. Да так мастерски, что для второй проходки не бывало надобности. Парень просто чувствовал материал как никто другой.

Сергей отозвал уморившихся лекарей в сторонку, сказал им:

— Мне так и не удалось с вами близко познакомиться. Все время работали, как проклятые. Давайте теперь сделаем это.

— Мы родные братья, — сказал один из них. — Я старший. Зовут меня Ваэно. Вот средний, Гарасаэн. А младший Маэилек. Вы нас простите, что не можем лучше работать, но мы стараемся.

— Я вижу, что вы стараетесь. Спасибо вам и за этот труд. Но я не для этого вас отозвал сюда. Я хочу предложить вам стать еще и воинами. Тренироваться с остальными воинами, когда я начну их тренировать. Еще вам придется срочно учиться нашему языку у профессора. Сами ходите к нему, как будет свободное время.

— Хорошо, главнокомандующий, — за всех согласился Ваэно.

— Больше меня так не называй. Забудьте. Теперь я Сергей, и всё.

— Хорошо, Сергей, — поправился Ваэно. — Мы пойдем пилить. А то они устали.

— Пойдете. Хочу еще кое-что сказать вам.

В колонии все имеем русские имена. Вам тоже нужно запомнить свои новые имена. Только их всегда произносите. Ты, Ваэно, отныне будешь Валентин. Ты, Гарасаэн, будешь Георгий. Ну а младший будет Михаил. Нравятся вам ваши новые имена?

Молодые люди заулыбались и согласно покивали головами.

Вопрос был решен.

— Тогда идите пока, работайте дальше. Не забудьте всем сообщить, как вас теперь зовут. А по своей специальности, скоро будете творить чудеса в этом мире. Обещаю.

Когда обнадеженные братья отошли, друзья вдруг вспомнили, что они же молодожены. 

Глава 2

На высокой скале, с восхитительным видом и успокаивающим белым шумом падающей воды, колонисты жили в ожидании удивительного будущего, о котором часто в общих сходках по вечерам рассказывали их нынешние вожди. Это стимулировало их к скорейшему освоению нового языка с его непростой письменностью.

Новый кирпичный артель теперь ежедневно выдавал не только строительные кирпичи, но и огнеупорный кирпич-сырец. В бригаде строителей быстро разобрались в режиме работы печи. Сами догадались, как можно улучшать качество кирпичей, проводя предварительную суточную сушку под навесом, прежде чем грузить в печную сушилку.

Одним словом, пещерки на дальнем краю плато постепенно превращались в склады, забитые готовыми кирпичами. А лесорубы истребляли ближайшую опушку, превращая ее в запасы веток и стволов, складируемых неподалеку от кирпичных складов, в другие пещерки.

Однажды поутру Сергей и Виктор объявили сбор мужчин. Собрались все поработать топорами, киркой, лопатой. Захватили еще с собой емкие корзины и чаны.

— Мы сегодня — поисковая экспедиция, — объявил им Сергей и повел к, свисающим с Балкона канатам.

Собрались они отправиться по берегу реки, что омывала правое плечо скального ряда. Проскочили с веселыми криками под водопадом, вышли на правое крыло скального ряда.

Полсотни метров по противоположному берегу сопровождала их, булькающая газами, болотная топь. Болото кончилось, уступив место бескрайней долине, огораживаемой параллельно реке далекой стеной густого леса. А совсем далеко, на горизонте, проступали голубоватые силуэты высоченных гор.

Между скалами и рекой пролегала полоса каменистого берега, по которой они и пошли. Но дальше постепенно берег расширялся. Стали попадаться на пути небольшие холмики, живописно разбросанные, то тут, то там.

Неподалеку обнаружили еще небольшое мутное круглое озерцо с серыми от солей аридными берегами.

Сергей зачерпнул в ладошку воду из него, принюхался. Едко пахло.

Он же первым засек серые каменные отложения между дальними холмами.

— Вот, что я искал! — воскликнул он.

Воины недоуменно переглянулись. Камней вроде таких было навалом всю дорогу. Но они уже не сомневались, что их командир всегда знает, что делает.

Приблизились к этим камням; Сергей поднял один, молотком отбил кусок. Разглядывал его внимательно, вертел, взвешивал на ладони. Его довольная улыбка росла.

— Это точно то, что искали? — спросил у него Виктор.

— Ага. Чистый известняк. При чем довольно жирный.

Потом вернулся к своему воинству, разделил на две группы. Одной поручил таскать сюда и складировать возле скалы побольше крупных валунов, других отправил таскать сюда глину. Сам же с Виктором за компанию киркой принялся выбивать куски известнякового бута, складывать их в кучу.

К полудню, по его расчетам уже должно было хватить собранных валунов и глины для сооружения новой печи. Поэтому, без всякого отдыха тут же погнал всех заготавливать дрова.

К вечеру голодные, замотанные непрерывным трудом мужчины, еле держались на ногах.

— Ничего. Воины нашей колонии должны быть выносливыми. Вот, завтра с утра продолжим такую тренировку, — заявил им Сергей. Выгрузив тут снаряжение, повел всех обратно.

Во время ужина Виктор сказал Сергею:

— Ты не думаешь, что пора дать название нашему поселению? Как-то несолидно получается без названия.

Сергей хмыкнул:

— Что предлагаешь?

— Ну, не знаю. Давай вместе подумаем.

— Я тоже не знаю. Давай еще профессора подключим.

На том и порешили.

После ужина пошли за ним.

Вопрос поставил в тупик и профессора. Он растерянно оглядел плато, потом обратился к ним:

— Давайте думать логично. Мы попали сюда из России. Находимся на ничейной земле. Приглашаем местных жить с нами на этой территории с условием пользоваться только нашим языком. Даем им русские имена. Собираемся их уклад жизни перестраивать под нашу культуру. Их детей точно обучим нашему образу жизни.

Вот и возникает вопрос: следующие поколения на этих условиях — это кто?

— Вроде, тоже русские… — неуверенно вывел Виктор.

— Почему же «вроде»? — возмутился Василий Иваныч.

— Вы правы, профессор. Они будут русскими, — Согласился Сергей.

— Вот и хорошо. Так, где живут русские, если земля никому из других народов не принадлежит?

— На Руси, что ли?

— Именно! Потому, раз в этой реальности нами создается первый русский град, пусть и будет территория новой Русью называться. А пока нет хотя бы одного города, так только плато пока и есть наша новая Русь.

Друзья переглянулись. Как будто бы есть резон в словах профессора.

— Спасибо за совет, дорогой Василий Иваныч, — сказал Сергей. — Еще скажите, как дела идут с обучением?

— Неплохо, вроде. Только старайтесь поскорее специальное помещение построить для этого дела. Доску повесить.

— Сделаем, уже мало осталось.

Они отправились в сторону палаток, где, оказывается, ждали их жены в окружении девушек.

Когда они приблизились, Мила за них всех спросила:

— А почему мы ничего не делаем полезного? Только готовим и стираем для вас.

От такого внезапного пикета слабого пола Виктор в недоумении остановился и вопросительно посмотрел на Сергея. А он просто улыбался. Видать, весьма был доволен ростом эмансипации женщин в новой Руси.

— Что же вы хотите еще делать?

Ответила Сергею одна из девушек в задних рядах кучки:

— Мы хотим работать, как вы.

Самое удивительное для друзей было то, что сказала все это девушка по-русски. Сказала свободно. Та, которая несколько дней назад вообще не могла говорить.

— С ума сойти! Все вы уже так умеете говорить?

Мила гордо вздернула носик:

— Конечно.

Сергей давно перестал улыбаться. Вместо этого теперь стоял, хлопая глазами. Наконец, он овладел собой и спросил девушку:

— Что вы сможете сделать полезного, кроме как готовить кашу?

Девушка выбралась вперед, чуть не прижавшись к Сергею.

— Мы можем строить, копать, пилить.

Сбоку стремительно выскочила Катя, оттеснила нахалку от мужа и стала перед ним, воинственно выставив округлившийся животик.

Сергей приобнял ее за плечи и сказал им:

— Мы подумаем, чем вас можно полезным загрузить. Правда, Виктор?

Женская половина, недоверчиво косясь на них, разошлась. А Мила и Катя взяли своих мужей подручку, повели по своим шалашам.

Наступала ночь.

***

Наступило следующее утро.

Сергей вновь повел воинство, ставшее теперь бригадой, к канатам. Пора было продолжить начатый труд.

Когда они оказались на прежнем месте, первое, что велел сделать Сергей, это заложить фундамент для новой печи по подобию фундамента кирпичной.

Имея опыт, это было сделано быстро. Но дальше пошли необычные команды. Теперь требовалось из собранных валунов собрать на этом фундаменте горнило по форме стоймя поставленного яйца.

Сначала долго не могли понять работники, как камни так будут держаться. Но Сергей терпеливо в подробностях описал последовательность процесса кладки валунов с одновременными подпираниями к скале глиняными шматками.

Возились до обеда. Несколько раз построение обрушивалось. Но, в конце концов, Сергей добился своего. Новая форма горнила, высотой выше трех метров, а в среднем диаметре под два, все же стала на фундамент.

Дальше пошло укрепление внешней стороны. Конструкцию, кроме самой верхушки, постепенно наращивали глиняным тестом вперемежку с камнями.

В итоге получился массивный саркофаг, внутри которого заключено было гигантское пустое яйцо.

Теперь, Сергей наметил на конструкции место на уровне живота, и осторожно стал проделывать метровый проход вовнутрь горнила. Следом он разобрал верхушку. И там тоже образовалось отверстие с метр в диаметре.

— Всё, — сказал он облегченно. — Теперь все это будет сохнуть при слабом огне.

Он повелел закладывать вовнутрь сухие ветки и солому, а Виктор их поджег.

Что было весьма примечательно, уже никто из присутствующих не реагировал на зажигалку, как на волшебство.

За последние дни Сергей успел выбить из них всю дурь о духах и волшебстве частыми беседами об этом. Но больше — все же, авторитетом. Даже сумел объяснить принцип работы зажигалок, пообещав, что придет время, и такой же будет носить с собой каждый желающий.

Что не менее примечательно, такой переход от мистицизма к прагматизму у них совершенно не вызвал ожидаемых Виктором психологических стрессов.

Как легко до этого принимали факт существования могучих духов, так же легко отвергли их. Об этом феномене друзья много говорили по вечерам, после работ, но так и не нашли вразумительного объяснения. Поэтому, решили спросить, как нибудь, у Василия Иваныча. Просто пока было не до этого.

Огонь поддерживали слабым, чтобы глина не трескалась сильно, сохраняла заданную форму.

Пока прогрев делал свое дело, началась кропотливая работа по дроблению добытого уже Сергеем известнякового бута в нужные размеры. Их необходимо было дробить, стараясь, чтобы были одинаковыми, и величиной в кулак. Ими нужно было заполнить всю емкость их овальной печи.

Над форматированием работали все, включая и Виктора, и Сергея. Но даже при этом оно затянулась до самого вечера.

Когда гора известняковых осколков поднялась до уровня середины печи, Сергей притормозил работников.

— Ладно, ребята. Теперь другое. Нужно добыть крупные буты и их обтесывать вот в такую форму. — Он на земле нарисовал трапецию. — Чтобы строить из них свод.

Сам тут же подобрал бут размером в арбуз и принялся топором создавать нужный образец.

Все переключились на новый заказ Сергея.