И в гордом молчаньи бессилья.

Смиренья не будет и нет.

Мгновенно из камня и стали

Рождается молнийный свет.

Лишь узнику ведомы дали!

10 февраля 1915

Париж

ПАРИЖ ЗИМОЮ

Слепые застилая дни,

Дожди под вечер нежно-немы:

Косматые цветут огни,

Как пламенные хризантемы,

Стекают блики по плечам

Домов, лоснятся на каштанах,

И город стынет по ночам

В самосветящихся туманах…

В ограде мреет голый сад…

Взнося колонну над колонной,

Из мрака лепится фасад —

Слепой и снизу осветленный.

Сквозь четкий переплет ветвей

Тускнеют медные пожары,

Блестят лучами фонарей

Пронизанные тротуары.

По ним кипит людской поток

Пьянящих головокружений —

Не видно лиц, и к стеблям ног

Простерты снизу копья теней.

Калится рдяных углей жар

В разверстых жерлах ресторанов,

А в лица дышит теплый пар

И запах жареных каштанов.

20 апреля 1915

Париж

«Верь в безграничную мудрость мою…»

Верь в безграничную мудрость мою.

Заповедь людям двойную даю.

Сын благодати и пасынок нив!

Будь благодарен и будь справедлив!

Мера за меру. Добро за добро.

Честно сочти и верни серебро.

Да не бунтует мятежная кровь,

Равной любовью плати за любовь.

Два полюбивших да станут одно,

Да не расплещут святое вино.

<1915 Париж>

«Широки окоемы гор…»

Марии Сам. Цетлин

Широки окоемы гор

С полета птицы.

Но еще безбрежней простор

Белой страницы.

Ты дала мне эту тетрадь

В красном сафьяне,

Чтоб отныне в ней собирать

Ритмы и грани.

Каждый поющий мне размер,

Каждое слово —

Отголоски гулких пещер

Мира земного, —

Вязи созвучий и рифм моих —

Я в ней раскрою,

И будет мой каждый стих

Связан с тобою.

14 марта 1919

Одесса

«С тех пор как в пламени косматом и багровом…»

С тех пор как в пламени косматом и багровом

Столетья нового четырнадцатый Лев

Взошел, рыкающий, и ринулся на землю,

И солнце налилось багровой дымной кровью,

И все народы мира, охваченные страстью,

Сплелись в объятии смертельном и любовном,

Мир сдвинулся и разум утратил равновесье.

Мой дух был опрокинут в кромешной тьме.

И так висящий в беспредельном мраке

Сам внутри себя, лишенный указаний

И не зная в темноте, где верх, где низ,

Я как слепец с простертыми руками

И ощупью найти опору в самом себе

Хочу.

12 сентября 1919

Коктебель

«Мир знает не одно, а два грехопаденья…»

Мир знает не одно, а два грехопаденья:

Грехопаденье ангелов и человека.

Но человек спасен Голгофой. Сатана же

Спасенья ждет во тьме. И Сатана спасется.

То, что для человека сотворил Христос,

То каждый человек свершит для Дьявола.

В мире дело идет не о спасеньи человека,

А о спасеньи Дьявола. Любите. Верьте.

Любите Дьявола. Одной любовью

Спасется мир. А этот мир есть плоть

Страдающего Сатаны. Христос

Распят на теле Сатаны. Крест — Сатана.

Воистину вам говорю: покамест

Последняя частица слепого вещества

Не станет вновь чистейшим из сияний,

«Я» человека не сойдет с креста.