- Именно.
Молчание, вызванное этим замечанием было нарушено негромким, но настойчивым сигналом. Вождев вдавил клавишу на пульте.
- Слушаю.
- Неопознанный объект, движется сближающимся курсом на пределе чувствительности детектора, сэр, - послышался спокойный голос. - Положение: пятнадцать и восемь на сто и шесть. Переключаю схему курса на ваш экран.
Ослепительная голубая кривая подала признаки жизни на пластиковой панели, идущей над приборами пульта. Вождев мгновение изучал ее, потом распорядился:
- Желтая стадия готовности! Бросил через плечо остальным:
- Марш отсюда!
Они выскочили наружу.
- Вам лучше поспешить к себе, Уолтерс, - сказал Су.
- Хескета я заберу с собой, благо его каюта в госпитальном отсеке.
Где-то в переплетении пересекающихся коридоров они услышали как очнулся динамик оповещения, прокашлялся, потом раздалось:
- Вниманию всех! Карногский крейсер на сближающемся курсе. Двенадцать и девять на пять и сто один. Красная тревога, красная тревога.
Су припустил бегом, Хескет старался не отставать от него.
- Что… что случилось? - выговорил он.
- А вы как думаете?.. Раз такой курс, то очевидно
- он готовится к атаке. - Су ловко притормозил сворачивая за угол. - Надеюсь, небольшой корабль. Мы достаточно далеко от зоны боевых действий. Скорее всего, разведчик…
В очередном коридоре загрохотал очередной динамик:
- Вероятность нападения! Вероятность нападения! Что-то сработало в голове Хескета, он резко остановился.
- Капсула, - выдавил он, задыхаясь. - Капсула… капсула… где капсула?..
На последнем слове его голос сорвался на крик, но Су лишь мельком заметил его задержку, а теперь и вообще исчез из поля зрения за поворотом. Отчаянный вопль Хескета растаял в воздухе.
Он замер на перекрестке, поворачиваясь то к одному, то к другому проходу, потом помчался в противоположную сторону. Голова его и конечности непроизвольно дрожали, пот градом катил по лицу, слепил глаза.
Могучий удар обрушился на корабль вдоль его продольной оси, Хескета сбило с ног, перевернуло. Он стукнулся головой об угол стены и несколько минут пролежал без сознания.
Когда он пришел в себя, глаза застилало смесью крови и пота, в голове мутилось от невыносимой боли. Он заставил себя подняться и огляделся. С первого взгляда вокруг ничего не изменилось, какие бы повреждения не нанес чудовищный удар, этого участка они не коснулись.
Его внимание привлек номер, спокойно поблескивающий на двери. Он почувствовал что-то знакомое, когда взглянул на него, потом вспомнил, что у него есть своя кабина, тоже с номером. Но те, что виднелись здесь все начинались с семисот и были для него бесполезны. Ему был нужен - 421.
Кто-то приближался бегом. Хескет глянул по сторонам и, увидев человека, тяжелыми прыжками приближающегося к нему, выкрикнул:
- Где четыреста двадцать первая кабина? Спешащий на мгновение задержался.
- Вниз на три этажа по желтому переходу до третьего перекрестка, потом пять раз направо, трижды влево и еще раз направо!
И он исчез.
До третьего перекрестка - или до третьего этажа?
Даже отрывочные воспоминания покинули его, когда Хескет добрался до конца перехода и свернул в красный коридор. Пятна дрожали перед его глазами, то пытаясь приобрести очертания номера "421", то превращаясь в "412" или в "214", то просто мешая ему видеть. Его пульс начал сбиваться, и раз, за разом стена коридора, по которому он бежал, начинала крениться и он соприкасался с ней головой.
Кто-то вылетел из-за поворота и наткнулся на него.
- Эй, парень, с тобой все в порядке? - раздался голос. Хескет отчаянно сражался со словами:
- Кабина 412… где?
- Госпитальная секция? Уровень "Д", свернешь направо, затем налево и она перед тобой. Не промахнешься.
Говорящий исчез.
Хескет пробежал еще немного. До следующего встречного. Он прохрипел:
- Кабина 412?
- Четыре один два - вон там! - произнес человек, резко махнув рукой в сторону. Ему было плохо видно из-за шлема со следящим экраном, и он не обратил внимания на состояние Хескета. - Но если тебе нужен Дюэ, то он на своем посту возле орудий, там справа.
Пошатываясь Хескет добрел до двери, на которую было указано. Она оказалась заперта. Силой, заставив глаза сфокусироваться, он обнаружил, что номер на ней вовсе не 421 и возмущенно повернулся, чтобы узнать у человека в шлеме, на что тот намекал. Но человек уже исчез.
- Слушайте все, - вновь заговорила система оповещения. - Докладываем о потерях. Крупным снарядом нам угодило в корму, как раз позади носового сектора батарей. Это вызвало взрыв и…
Осознание того, что вызвало удар, заставило взорваться и мозг Хаскета. Он лихорадочно зашарил глазами по сторонам в поисках двери, выкрашенной красным, означающей проход к спасательной капсуле, ничего не обнаружил и сжался в комок, пытаясь загнать пробудившиеся воспоминания обратно в глубины сознания.
- …нанесенных повреждений, - продолжал голос по системе оповещения, проходя мимо сознания Хескета - Рейдер находится в состоянии свободного падения позади нас и после двух прямых попаданий его управление нарушено. Конец сообщения.
Хескет продолжал сидеть съежившись, когда услышал медленные шаги, сдвоенные, словно бы связанные с выполнением тяжелой работы. Он осторожно приоткрыл глаза.
Двое вооруженных людей приближались к нему с носилками, на которых лежал плохо различимый человек. Кровь пятнами проступала на простынях.
Неустойчиво покачиваясь на ногах, Хескет спросил:
- Кабина 412 - это где?
Первый из санитаров с удивлением взглянул на него.
- Чудеса, какого дьявола вас выпустили из госпиталя в таком состоянии, если вы на ногах едва стоите! Эй, пойдемте-ка с нами!
Он послушно поплелся следом, но когда они свернули в коридор госпиталя, он отыскал номер, который так долго разыскивал, и приотстал. Как только дверь каюты мягко закрылась позади него, Хескет рухнул на койку, лицом вниз.
Что же с ним приключилось? Это головокружение, это сердцебиение, это непонятное ощущение в желудке - то ли переполненности, то ли пустоты, нисколько не похожие ни на одно их тех ощущений, что испытывал он за все эти годы?…
Он пролежал так, не решаясь пошевелиться, неисчислимо долгую вечность, время от времени постанывая. Потом открылась дверь и появился доктор Су в сопровождении медсестры, нагруженной стерилизаторами и бинтами.
- Хескет, что с вами приключилось? - поинтересовался врач. - Мои санитары сообщили, что обнаружили вас в весьма скверном состоянии.
Хескет перекатился на бок и что-то выдавил из себя. Но это могло быть и словом…
- Больно!
Пальцы Су профессионально ощупали его окровавленную голову.
- Царапина, - сообщил он, потом бросил сестре: - Можно не бинтовать, только промойте.
- Живот… живот мой, - простонал Хескет и Су нахмурился. Достав из стерильной упаковки диск с культурой, он быстро наложил его на кожу на предплечье Хескета, почти сразу отлепил его и поместил под объектив карманного диагноста. И присвистнул.
- Вот, проглотите-ка, - распорядился он, протягивая извлеченную из аптечки таблетку. - Это вас быстро приведет в норму. Обычная простуда, ничего более. Полагаю, прожив так долго в чертовски стерильной обстановке, вы частично утратили иммунитет. А так - ничего страшного.
Хескет заставил себя проглотить безвкусную таблетку. Но увидев, что Су повернулся, собираясь уйти взмолился:
- Не покидайте меня!
- Послушайте, у меня в госпитале шестьдесят человек, которых мы извлекли из под обломков носовой секции. Я сделал для вас все необходимое. Я просто не имею права тратить время на то, чтобы держать вас за ручку! - Но тут же лицо его несколько смягчилось. - Меня обнадеживает, что вы не хотите больше оставаться в одиночестве. Не тревожьтесь - эта пилюлька часов за шесть поставит вас на ноги…
Голос, прогремевший по ту сторону дверей, принадлежал Вождеву:
- Су, какого дьявола вы тут застряли? Вам пора оперировать Гурра Сингха!
- Сейчас, командор, - ответил доктор, направляясь к
Хескет не мог припомнить, когда он в последний раз чувствовал себя больным. Теперь же вирус мягко спеленал его галлюцинациями, погрузив в обессилевшую кому; он пришел в себя совершенно изнуренным, а в голове гудело от новых воспоминаний. Он застонал от них, открыл глаза и увидел стоящего возле постели санитара.
- Теперь с вами все будет в порядке, мистер Хескет,
- произнес служитель. - Не будите ли вы так добры встать и пройти в кабинет к доктору, сэр?
- Нет, - ответил Хескет и отвернулся.
Санитар смущенно удалился, но вернулся через несколько минут, на этот раз в сопровождении Вождева и Су. Командор стоял, упершись глазами в пол, пока доктор привычно и возможно нарочито небрежно вел осмотр. Потом он отступил в сторону и сдернул стерильные перчатки.
- Он выкарабкается, - произнес он, и голос прозвучал невероятно усталым. - Лихорадка прошла, инфекция под контролем.
- Отлично! - Вождев выдвинулся вперед. - Вы меня слышите, мистер Хескет?
Хескет воздержался от ответа.
Но Вождев оказался не в силах сдерживать себя и дальше.
- Угодно вам это слушать или нет, - взорвался он
- но свое вы получите! Я свое тоже получу, все, что сумею из вас выкачать! Это чертовски неприятное чувство - считать, что благодаря этой своей уникальности и незаменимости вы можете заставлять нас учитывать ваши личные симпатии и антипатии. Мы только что потеряли сорок славных парней во время этого нападения карногов и доктор борется за жизнь еще дюжины. Вы знаете про карногов достаточно, чтобы с этой войной разделаться поскорее, и мы с ней разделаемся, не считаясь со всякими там вашими желаниями!
Су устало покачал головой, пытаясь призвать его к спокойствию, и Вождев тут же обрушился на него:
- Довольно, доктор! Уолтерс! Идите сюда, не торчите в коридоре, точно дурак у витрины. Я приказал вам заставить этого человека интересоваться происходящим…
- Сэр, - произнес Уолтерс, оправдываясь, - я приложил все усилия, но оказался беспомощен.
- Ладно, заберите его с собой, покажите трупы и разрушения в носовой части! Если и это не напомнит ему, что он относится к человеческим существам и существует чувство долга перед своим народом, то придется пойти дальше и напомнить ему об этом более действенными способами!
Выполняйте - распорядился он уже более спокойным голосом. - Хескет встаньте и следуйте за Уолтерсом.
Плохо соображая, но повинуясь начальственному тону этого голоса, Хескет поднялся.
- Как мне кажется, - с горечью произнес Уолтерс, когда они протиснулись через наполовину забитый различным оборудованием коридор и выбрались на свободное место, - вы больше заботитесь о тех скотах, что держали вас в плену, чем о таких же как и вы людях! Я знал этих ребят до того, как их заморозило насмерть или разорвало на кусочки. Они были мне добрыми друзьями. Глядите!
Уолтерс выбросил вперед руку, ухватил за плечо человека в маске и при оружии и развернул его и заставил показать что тот несет в руках: ногу, руку, голову, причем не соединенные друг с другом.
- Твои друзья карноги сделали это - понял? Вооруженный носильщик отвернулся и побрел дальше
по коридору со своей ужасной ношей. Глядя ему вслед, Хескет почувствовал, как вновь подступает дурнота.
- Но что… что, собственно произошло?
- Так-то лучше, Пройдем сюда, я тебе покажу.
Возле люка стояли охранники, следящие за сохранением герметичности рядом с поврежденной секцией. Им было дозволено пройти. В наушниках скафандра голос Уолтера звучал странно незнакомым, но сохранял свою выразительность.
- Видишь ту здоровую черную штуковину в центре помещения?
Глаза Хескета оказались не в состоянии разглядеть что-либо как следует в представшем перед ним хаосе; он вытянул руку и указал на нечто черное, большое зловещее, выпирающее из груды искореженного оборудования.
- Это?
Поделиться книгой: