Майор Моро покачал головой. Эта шлюха могла разбиться при падении самолета, ее могло разорвать на куски, ее могла укусить ядовитая змея, но каким-то образом развозчица смерти выкарабкалась на берег.
Но на этом везение кончилось.
Майор закурил. Снайпер Кул, застывший в тени паракусана, повернул голову. Гигантское весельное дерево сильно наклонилось к озеру, его поддерживали, как контрфорсы, чудовищные плоские отростки. Индейцы режут из таких «досок» весла, отсюда название. Природа много чего подарила индейцам для нормального существования в сельве, желчно подумал майор. Он видел, как Джек Кроуфт бросил в кружку с водой таблетку пантоцида. Коричневая вода сразу посветлела. С негромким шорохом соскользнул с дерева легионер Коффи. Расписанная маскировочным узором лысина, ободранное плечо. Подняться на такое огромное дерево, как сходить в другой мир.
— Ревун выжил, — сообщил Коффи. — Сидит на ветке с подружками. Gueule du bois. Скажем так. Сильно не в духе.
— Что ты еще увидел сверху?
Коффи озадаченно потер лысину:
— Озеро углублено в сельву мили на три. К югу заросли понижаются, там сплошные болота. Так мне показалось. Восточнее просматриваются участки саванны. Там почти нет деревьев, там трава и низкие кустарники. Зато на юго-запад сельва уходит сплошным массивом. И далеко вдали виден хребет. Не могу утверждать… — Коффи замялся. — Не могу утверждать, майор, но похоже, мы стоим неподалеку от поселка…
— От индейского поселка? — не поверил майор.
— Не думаю. Я видел планер. — Коффи быстро моргнул. — Индейцы не пользуются планерами. Наверное, берег реки там расширяется, есть песчаные косы…
— Ты сам видел планер?
— Ну да. Кто же еще?
— А людей? Технику? Скажем, танки?
— Там болота, майор. Над ними можно только летать.
— Но ты утверждаешь, что неподалеку расположен поселок!
— Я предполагаю, майор. Я видел, что на песчаную косу сел планер.
— Этого достаточно. Готовьте людей, капрал. Мы выдвинемся к поселку.
— Простите, майор, — возразил капрал Тардье. — Перед нами поставлена другая задача. Мне наплевать на все видения легионера Коффи. Я обязан выполнить поставленную задачу. Я потерял пилота и своего человека. Я никого больше не хочу терять.
— Вам придется подчиниться капрал!
— Подчиниться? Вам? Вы даже не офицер Иностранного легиона.
— Вскройте пакет полковника Вокулера. Да, да, тот самый, с надписью «Вскрыть в чрезвычайной ситуации».
Майор не смотрел на капрала.
Он ни на секунду не сомневался, что выполнен будет его приказ.
Он смотрел на легионеров. На Коффи и Тибора, переводил взгляд на Райзахера, Кула, Дюфи. Ублюдки, с которыми можно не церемониться. Но с каждым связано что-то такое, о чем нельзя забывать. Скажем, история с головой петуха. Добавим для уверенности, галльского. Впрочем, так писали журналисты, этот акцент может быть отброшен. Просто голова петуха. А с нею напрямую связаны Джек Кроуфт и Морис Дюфи. Майор хорошо помнил фотографию, полученную в Спецотделе за два дня до вылета в Кайенну. Морис Дюфи (русский) на фоне пластиковых бочек. Целая стена пластиковых бочек. Всех русских можно держать на подозрении уже потому, что они любят фотографироваться на самом неожиданном фоне.
Он нервно повел плечом. Полтора года назад Дюфи и Кроуфт находились в марсельской казарме. Работал телевизор. В алжирском аэропорту имени Хуари Бумедьена террористы захватили Аэробус Ф-300 линии «Эр Франс». В униформе алжирской полиции террористы вошли в готовый для отлета самолет. «Проверка документов! Всем предъявить документы!» Правильный ход, так оценил произошедшее Кроуфт. Теперь террористы знают заложников.
Аллах акбар!
Кабину пилотов захватили двое.
Еще двое держали заложников под прицелом.
Майор Моро молча смотрел на Кроуфта. Он пытался понять, каким образом Неизвестное может связывать такого ничтожного человека с Чудом. Джек Кроуфт следил за происходящим в алжирском аэропорту вместе с Морисом Дюфи. Переговоры с представителями аэропорта не устроили террористов. Они вывели в носовую часть лайнера алжирца-полицейского, собиравшегося провести в Париже каникулы. «У меня большая семья!» — более убедительных аргументов несчастный не нашел. Ему выстрелили в голову, а тело сбросили через грузовой люк на стоявшую под аэробусом тележку. Еще через час в тележке оказалось тело военного атташе Вьетнама. Напрасно он заверял, что его страна не имеет никакого отношения к исламским конфликтам. «Теперь погромы в арабских кварталах Марселя гарантированы», — удовлетворенно заметил Джек Кроуфт.
В течение суток марсельская казарма напоминала игровой клуб.
Выходя на дежурства, легионеры держали пари, закончится к их возвращению вся эта история или нет. Справиться с ситуацией пробовал министр внутренних дел Алжира Мези-ан-Шариф — тучный усатый человек с вечно недовольным лицом. Освободить из тюрьмы Абасси Мадани и Али Белхади? С чего бы это? Требования террористов раздражали министра. Лидеров Исламского фронта освобождения с таким большим трудом затолкали в тюрьму, какой смысл их отпускать? Организовать в аэропорту международную пресс-конференцию? Ну, на это можно пойти, только освободите детей и женщин.
«Бон аннэ!» — приветствовал Джек Кроуфт выходящих из самолета заложников.
Наверное, он считал, что террористы пошли на уступки, желчно подумал майор. Но это не так, террористы сбрасывали балласт. С детьми и женщинами всегда много хлопот. Во Франции о захвате доложили генеральному директору «Эр Франс» и министру внутренних дел. В офисе на Кэ Д’Орсэ спешно организовали кризисный штаб. Джеку Кроуфту нравилось представление. В свободные часы он обсуждал ситуацию с Клодин. Без слов, больше стонами. Клодин имела небольшую квартирку. Джек Кроуфт знал, что ему не придется лезть под пули террористов, это его вдохновляло. По тревоге подняли специальное соединение ГИГН из Корпуса национальной жандармерии, а с ним полицейскую группу, занимающуюся чрезвычайными ситуациями. В 12.00, то есть через девять часов после начала событий, тридцать пять опытных профессионалов во главе с капитаном Дени Фавье были уже в воздухе. Они летели на аэробусе, абсолютно идентичном захваченному, чтобы, не теряя времени, изучить все его уголки. Правда, самолет посадили в Пальма-де-Майорка. К этому времени министр Мезиан-Шариф пришел к выводу, что предпочтительнее выпустить террористов из Алжира, чем впустить в страну французских коммандос. Араб Абдула Яхья, руководивший террористами, согласился на такое решение. Его помощники Назэддин Мехти и Сайд Оуфчан беспрекословно повиновались. Имя четвертого террориста так и осталось невыясненным.
Боль в желудке утихла.
Майор Моро без прежней желчи рассматривал Джека Кроуфта.
Конечно, легионер не верил в операцию освобождения. Ребята из алжирских спецподразделений здорово стреляют и бегают, но им все равно, в кого стрелять. Насторожился Кроуфт только после того, как Аэробус Ф-300 взял курс на Францию. Префект Марселя собрал в башне управления полетами аэропорта Мариньян все способные сломать террористов силы: опытных специалистов из ГИГН и подразделение Иностранного легиона, возглавленное капралом Тардье. Когда в 3.30 террористы приземлились, самолет тут же отбуксировали на бомбовый паркинг. Инструкции были предельно просты: спасти заложников и уничтожить террористов. Капитан Фавье, возглавивший силовую операцию, незамедлительно приступил к действиям. «Вода? Пища? Нет проблем, — ответил он по радио террористам. — Мы доставим припасы к трапу. Горючка? А вот с этим сложнее. Аэродромная команда отказывается работать. Люди боятся, что по ним начнут стрелять».
В конце концов от политических требований террористы отказались.
Теперь они хотели попасть в Париж. Только в Париж! Двадцать тонн горючего и пресс-конференция в Париже! Капитан Фавье позволил террористам без буксира вывести аэробус на взлетную полосу, но тотчас под прикрытием опытных снайперов (среди них был Кул) три штурмовых группы на движущихся трапах двинулись к аэробусу со стороны хвоста. Они двигались в мертвом пространстве, однако были замечены. Кто-то из террористов открыл огонь из открытых задних дверей. Впрочем, семи секунд, пока стрелявший был на виду, оказалось достаточно. Выстрелить успел только Кул, поэтому никаких споров по поводу удачного выстрела не было.
Через правую, сорванную взрывом дверь первым в салон ворвался рядовой Дюфи. Его поддержал огнем капитан Дени Фавье. Вторая группа ворвалась через задние двери. Мгновенно выкинули надувные аварийные рукава. Заложников, соскальзывающих с борта, укладывали на землю и тщательно обыскивали. Легко раненого капитана больше всего удивило то обстоятельство, что граната с парализующим газом, удачно заброшенная в кабину пилотов, не произвела на террористов особого действия. «Живут в дерьме, дышат дерьмом, — сплюнул капитан. — Травить их можно только кислородом».
Впрочем, проверить это не удалось, все террористы покончили с собой.
Об операции много писали, но только в закрытые отчеты попала одна странная деталь. В одном из туалетов аэробуса легионеры Морис Дюфи и Джек Кроуфт нашли петушиную голову. Она лежала в фарфоровой раковине. Галльский петух Ну да, символическое убиение галльского петуха. Но где был сам петух? Кровь из отрезанной головы еще сочилась, она была горячей, а фарфоровая раковина растрескалась на мириады тончайших полосок, как от внезапного резкого перепада температур.
«Ладно, мы доберемся и до этого, — сказал себе майор. И кивнул капралу: — Выполняйте поставленную перед вами задачу. С вами останутся легионеры Кроуфт и Тибор. Остальные пойдут со мной».
Глава V
Беспечный патруль
Сэр!
Следственный эксперимент, проведенный майором Моро перед его отлетом в Кайенну, не пролил света на события.
Гусеничный тягач, загнанный в северный сектор закрытого полигона (у маскировочной загородки), прошел точно по следам исчезнувшего танка Шеридан М 551, но никуда не исчез, ничего такого с ним не случилось. Грубость майора Моро заставляла нервничать водителя. У предполагаемого места исчезновения водитель выскакивал из кабины и вновь забирался в нее только уже на безопасном расстоянии. Расстояние это высчитывал майор Моро по каким-то только ему известным характеристикам. Думаю, он был не прав, заставляя водителя раз за разом повторять опасный опыт и выпрыгивать все ближе и ближе к маскировочной загородке. Он даже требовал, чтобы водитель оставался за рычагами тягача в указанном выше месте, но я не усмотрел в этом необходимости. Вынужден обратить Ваше внимание на вообще присущее майору Моро вызывающее и бесцеремонное отношение к коллегам. Оскорбительно отнесся он и к легионерам, прибывшим из Кайенны для опознания трупов, оценив их интеллектуальные возможности крайне невысоко. А тягач он прогнал за маскировочную загородку девятнадцать раз, однако все, что там обнаружили — это раздавленная гусеницами тягача некая бесформенная растительная масса, похожая на перезревшие бананы. Могу официально подтвердить, что в последний раз бананы поступали в казармы полтора месяца назад, а водитель тягача утверждает, что терпеть не может этот вид фруктов и никогда ничего не берет с собой на полигон, поскольку иметь при себе посторонние предметы строго воспрещается. Это, впрочем, не остановило майора. Он оскорбительно отозвался о бронетанковых частях вообще и о дисциплине в нашей части конкретно. Вынужден еще раз обратить на это Ваше внимание, сэр.
Полковник Редноу.
РЕЗОЛЮЦИЯ: Установить постоянное наблюдение за северным сектором закрытого полигона. Все сообщения майора Моро из Французской Гвианы немедленно доставлять мне.
Генерал Бастер.
Майор Моро не оглядывался.
Он знал, что легионеры идут за ним.
И он знал, почему оставил Джека Кроуфта с капралом.
Под подозрение автоматически подпадают все, кому повезет самостоятельно выбраться из плена. А Кроуфт выбрался из иракского плена. Майор тщательно изучил личное дело легионера, для него не были тайной противозаконные отношения Джека Кроуфта с марсельскими пушерами. Маловероятно, чтобы бывший военный пилот навсегда завязал с продажей наркотиков, да и появление в марсельской казарме русского тоже могло что-то означать. Это ведь они нашли голову петуха в туалетной раковине отбитого у террористов аэробуса. И это они близко знали легионеров, год назад исчезнувших в юго-западном районе Инини. Каким-то образом это увязывалось с русским словом на пластиковой бочке. В последнее время (майор это прекрасно знал) традиционные каналы перевозок наркотиков из Нового света в Старый претерпевают какие-то странные изменения. Наркотики появляются там, где их никогда прежде не было. Майор сам изучал обстоятельства появления на складе в городке Рено (Аляска) груза наркотиков в специальной упаковке. Триста шестьдесят упаковок в мешках с мукой. И никаких следов. Будто упаковки появились на складе сами. Достаточно бессмысленная акция — триста шестьдесят упаковок в заполярном городке с населением в семьсот тридцать шесть человек… А теперь этот обнюханный ревун… И планер… Сообщение Коффи, кстати, не удивило майора. Планер бесшумен. Он длительное время может держаться на большой высоте в разогретых воздушных потоках. Его трудно засечь. Он достаточно грузоподъемен…
По знаку майора легионеры упали на землю.
С тонкой ветки, чуть качнув ее, глянула длинная ящерица с чешуйчатым телом изумрудно-травянистого цвета. Майор глянул в просвет. Высветилось песчаное пространство, нечаянная проплешина в зарослях, взрытая так, будто по ней недавно прогнали табун лошадей.
— Гуси летят…
На проплешину, переговариваясь, вышли два человека.
Пятнистые комбинезоны, шнурованные башмаки, сетчатые шляпы. Американские автоматы «Ругер». Негр и белый. «Ругер», скорее, пистолет-пулемет. Майор хорошо знал эту модель. Охватывающий затвор во время выстрела надвигается на ствол, магазин расположен в рукоятке. Стрелять можно с руки, как из пистолета. Шестьсот выстрелов в минуту. Негр, наверное, из лесных. Таких везли когда-то в Гвиану тысячами. Они оказались сильнее и выносливее местных индейцев, к тому же в чужой стране африканцы многого боялись, это устраивало плантаторов. «Это теперь, — желчно отметил про себя майор, — лесные негры привыкли к сельве. Они не признают границ. Им все равно, где селиться — в Суринаме или в Бразилии. Им все равно, как называют их леса — Французской Гвианой или Гайаной. Они здесь выросли».
— Дюфи, Коффи! Мне нужны эти люди.
— Оба?
— Не обязательно. Но второй не должен уйти.
Валентин и Коффи бесшумно нырнули в кустарник.
Негр и белый остановились. Щелкнула зажигалка, потянуло дымком. Блеснул на солнце нож Коффи и Валентин понял, что брать живым придется негра. Он зажал локтем горячее горло.
— Не убей его! — крикнул майор.
Оглушенный негр открыл глаза. Легионеры привели его в ужас.
— Quel est votre prenon? — заорал майор. — Откуда ты?
— Негр ошеломленно ответил:
— Же не са пас…
Он все забыл.
Он ничего не помнил.
Тогда майор сменил тон.
— Ты нас видишь? — спросил он.
— Са ви… — Глаза негра наконец сконцентрировались. Кажется, он не успел увидеть, как Коффи заколол его напарника, но что-то ужасное до него дошло. Он только теперь понял, что его жизнь ужасно изменилась. — Demalenpis…Mais que diable allait il faire dans cette galere…
— Да, это так. Дела у тебя — хуже не придумаешь, — подтвердил майор. — Но у тебя есть выход.
— Да? — Негр сел.
Его лихорадило. Ему было сильно не по себе. Он не сводил расширенных глаз с майора.
— Есть, есть выход, — желчно подтвердил майор.
— Какой?
— Ты ответишь мне на поставленные вопросы.
— А Карлос? Где мой напарник?
— Ему не повезло. — Майор покачал головой.
— Он умер? Так сразу?
— Все серьезные вещи случаются сразу. Не хочу тебя утешать. С тобой это тоже может случиться. И тоже сразу. Но у тебя есть шанс. Лично у тебя. Если ты ответишь на поставленные вопросы.
Негр жалко кивнул.
— Ты готов?
— Же не са врамент пас… — пробормотал негр. Он наконец по-настоящему испугался. Даже кожа на лице стала пепельной. При этом было видно, что испугался он не майора. Он что-то такое вспомнил, и его испугало именно воспоминание.
— Ты знаешь этого человека? Где ты встречал его? — Майор вынул из кармана фотографию. Он держал ее так, чтобы только негр мог ее увидеть.
— Это белый человек, — пробормотал негр.
— Не умничай, — оборвал майор. — Тебе приходилось встречать этого человека? — Он держал в ладони фотографию Джека Кроуфта. — Не обязательно здесь. В Боготе, скажем. Или в Лиме. Или в Сан-Франциско. Не важно где. Встречал ты его?
— Я никогда не бывал в Сан-Франциско.
— Как тебя звать?
— Джегг.
— Ты хорошо подумал, Джегг?
— Да, я подумал. Я не знаю этого человека.
— А этого? — майор сменил фотографию.
Поделиться книгой: