Лейтенант — в котором Триль запоздало узнала одного из своих племянников, по имени Вреллин, — преклонил перед нею колено.

— Верховная Мать, — произнес он, не поднимая взгляда, — я не сумел распознать опасность. Моя жизнь принадлежит вам.

Закрыв глаза, он поднял голову, подставляя незащищенную шею.

Триль рассмеялась.

Звук этот поразил Вреллина. Он неуверенно взглянул вверх, но все же не прямо в глаза Триль. Вреллин был мужчиной, знающим свое место.

— Верховная Мать, вы смеетесь надо мной? — напряженно спросил он. — Неужели моя жизнь стоит так мало, что вы даже не считаете нужным забрать ее?

Триль протянула руку и погладила лейтенанта по голове — прикосновение легкое, словно паутинка.

— За то, что ты совершил, лейтенант, богиня вознаградит тебя — в этой жизни или в следующей.

Говоря так, она подумала, а правда ли это. Потом ее внимание привлекло нечто вдалеке, на противоположной стороне огромной пещеры: полосы тусклого красного огня, то дугой выгибавшиеся в небе, то снова опадавшие. Похоже, они появлялись из дальней оконечности Брешской крепости, откуда-то между Магиком и Арак-Тинилитом и позади них.

Триль тихо выругалась, поняв, откуда они вылетают, — из туннеля, ведущего в Брешскую крепость из-за пределов Мензоберранзана, — и каково, по всей вероятности, их происхождение: сосуды с магическим огнем, в котором горит даже камень, подобным тому, что уничтожил Чед Насад.

Зажигательные горшки.

Мензоберранзан подвергся нападению еще с одной стороны. И, судя по языкам пламени, расцветающим на строениях в отдаленной пещере, эти бомбы враги весьма успешно применили против трех наиболее почитаемых учебных заведений Мензоберранзана: Магика, Мили-Магтира и Арак-Тинилита, самого священного из всех храмов Ллос.

Оторвавшись от этого зрелища, Триль вскользь глянула вниз, на подножие плато Ку'илларз'орл. Дроу, наконец, прогнали танарукков обратно в туннели. О сражении напоминали лишь несколько валяющихся тут и там тел.

— Абисс их побери, — выругалась про себя Триль. — Все-таки это была лишь ложная атака.

* * *

Алиисза развалилась на одном из набросанных на полу пещеры роскошных ковров, потягивая из бокала грибное вино. Каанир расхаживал взад и вперед по пещере, служившей ему в полевых условиях жилищем. Он помедлил возле своего трона — огромного кресла, сооруженного из костей его врагов. Он настоял на том, чтобы взять этот отвратительный предмет мебели с собой в поход. С раздраженным возгласом Каанир пнул огромную жаровню, стоявшую рядом.

— Абисс побери Нимора! — воскликнул демон. Кожа его сверкала от ослепительного жара. — Он пообещал, что дроу будут в полном смятении и не смогут организовать согласованную оборону. И вот моя армия заблокирована и беспомощна, а победа целиком достается дергарам.

Раскаленные красные угли рассыпались по коврам, и те начали тлеть. Алиисза подобрала уголек и принялась перекатывать его на ладони. Его жар приятно пощипывал кожу.

— Почему бы тогда тебе не повести войско на север и не присоединиться к атаке дергаров? — предложила она, сопровождая вопрос взмахом черных крыльев.

— И дать дроу возможность напасть на нас с тыла, да к тому же на местности, которую они прекрасно знают? — Вок покачал головой и добавил: — Твое тактическое чутье, точнее, его отсутствие меня просто поражает. Порой я даже гадаю, на чьей ты стороне, Алиисза.

Оставив бокал, алю встала. Она поднялась на цыпочки и обвила руками голову Каанира Вока. Притянув его к себе, она поцеловала полководца в губы.

— Я на твоей стороне, милый Каанир, — шепнула она.

Вок оборвал поцелуй.

— Этот Нимор начинает меня раздражать, — проворчал он. — Он обещал нам богатую поживу в знатных Домах — пустое обещание. Мензоберранзан доказал, что даже без Ллос является, как удачно заметил Хоргар, крепким орешком. А если Ллос вдруг вернется…

Он помолчал, задумавшись и уставившись на небольшой костерок на ковре у своих ног.

— Этот отряд дроу, за которым ты следила тогда, в Чед Насаде… — вымолвил он.

Алиисза настойчиво терлась носом о пышущую жаром шею Каанира.

— Мм?… — промурлыкала она.

— Чем они занимались?

Алиисза надула губки, но поинтересовалась:

— Это важно?

— Возможно, — ответил Вок. — Вот почему у меня есть для тебя еще одно маленькое поручение. Я хочу, чтобы ты разыскала их и, что важнее, узнала, каковы их успехи. Если не ошибаюсь, может возникнуть необходимость пересмотреть наши соглашения.

Алиисза подняла голову и улыбнулась — не измене, которую затевал Каанир Вок, но мысли о том, что снова увидит Фарона.

Он, несомненно, был очарователен.

ГЛАВА 14

Громф почувствовал, как кровь отлила от его лица, когда он уставился, охваченный ужасом, на иллитида. Не будь он заперт в этой проклятой сфере, он мигом сумел бы разделаться с тварью, походя наслав на нее смертоносное заклинание, но вместо этого оказался в ее власти. Любая мысль, мелькнувшая в сознании Громфа, будет услышана иллитидом, как если бы маг произнес ее вслух. Ни одна из тайн Громфа — или тайн Магика — не будет в безопасности, даже если он постарается намеренно не думать о них. Но от подобного усилия они лишь всплывут на поверхность его сознания, подобно воздушным пузырям. Единственный плюс в его положении — то, что легонько колышущиеся щупальца пожирателя мыслей находятся по другую сторону стекла. Иллитид способен добраться до Громфа и напасть на него не больше, чем сам Громф — воспользоваться своей магией и прикончить иллитида. Телепатическая речь пожирателя мыслей — дело другое. Она проникла сквозь сферу с легкостью: Магик? Которое из зданий? В мозгу Громфа всплыла картинка: высеченная в сталагмите башня Магика, горделиво вознесшаяся рядом с двумя другими сооружениями Академии: пирамидой Мили-Магтира и восьминогим храмом Арак-Тинилит.

Громф выругался и поспешно сосредоточил мысли на другом, но поздно. Иллитид начал всплывать, пока голова его не высунулась на поверхность озера. Он посмотрел направо, на северную окраину города, изучая пустыми белесыми глазами высокий грот, открывающийся в главную пещеру Мензоберранзана. Щупальца существа чуть приподнялись, рот задвигался.

Яркая вспышка магической энергии окутала иллитида, и озеро и берег исчезли. Сердце Громфа упало: он понял, что положение еще хуже, чем он думал. Пленивший его был не просто иллитидом, а иллитидом, владеющим магией.

Громф сразу же узнал место, куда заклинание иллитида перенесло их. Они находились в просторной пещере, ведущей из Темных Владений в Брешскую крепость. На полу пещеры растянулись измученные дергары, многие из них были ранены. Другие, при огромных боевых топорах и потрепанных в боях щитах, спешили, подгоняемые офицерами, по туннелю к крепости, заполненной вспышками взрывающейся магии.

Еще какие-то серые дворфы суетились у входа в туннель, торопливо собирая осадные механизмы и башни. Дергары работали без остановки, даже когда шальной огненный или ледяной шар или потрескивающий электрический заряд описывали в воздухе дугу и ударялись в землю рядом с осадной стеной, которую дворфы установили прямо внутри Брешской крепости. Раскаленные воронки с расплавленным камнем и осколки заледеневших скал свидетельствовали о силе этих разрывов.

Громф все видел, но не мог ни слышать крики дергаров, кивающих появившемуся вдруг среди них иллитиду, ни обонять серный запах разрывов. Пространство внутри сферы было заполнено лишь его собственным дыханием, участившимся, когда он понял, что войско Граклстаха не только добралось до Мензоберранзана, но и сумело укрепиться внутри самой Брешской крепости. Дергары атаковали три наиболее неприступные во всем городе сооружения.

Прижав ладони к выпуклой стене своей тюрьмы, Громф напряг зрение, высматривая нефритовых пауков, которые должны были охранять туннель. Их нигде не было видно.

Теперь они служат другому хозяину, — с ухмылкой сообщил иллитид. — Вскоре эта участь ожидает и дроу. Армия уже в Мензоберранзане.

«Чья армия?» — подумал Громф. Ясно, что не иллитидов, иначе тот, кто притащил его сюда, сказал бы «наша армия». Или дергары Граклстаха добрались до Мензоберранзана самостоятельно?

Ответ пришел быстро:

Да. И с ними танарукки. Дроу не выстоять против их объединенной мощи.

У Громфа не было никакой возможности выяснить, правда это или нет. Если бы только он сумел выбраться из сферы, то мог бы с помощью своей магии обратить врага в бегство. Но чтобы освободиться, он должен был отыскать мага, знающего именно то заклинание, которое нужно. И ему нужно было попасть внутрь Магика, а именно в свое жилище, где личдроу наложил на него заклятие заточения. К несчастью, оно находилось по другую сторону боевых порядков дергаров.

Громф взглянул на иллитида. Или… нет?

Он сознательно позволил себе сосредоточиться на этой мысли.

В ответе прозвучал оттенок высокомерия:

Разумеется, мне известно это заклинание, но зачем мне освобождать тебя с его помощью? Все твои тайны со временем станут моими. Я вскрою твой мозг, слой за слоем, будто…

Иллитид прервался на полуслове, вдруг бросив короткий взгляд на кого-то, кто приближался к ним. Длинные пурпурные пальцы крепко обхватили сферу, заслоняя ее содержимое. Он все время перебирал пальцами по стеклу, размазывая по его поверхности слизь, которой были покрыты его ладони. Потом существо опустило руку с зажатой в ней сферой, и Громф упал на четвереньки. Он кое-как подобрался к единственному чистому местечку на стеклянной поверхности и глянул сквозь него.

Перед иллитидом стоял один из дергаров, лицо его находилось на уровне сферы. У дворфа, как и у всех представителей его народа, были бледная, сероватая кожа, курносый нос, приплюснутый, словно от удара булавой, и лысая голова. Он был в пятнистом черно-сером костюме под цвет камня, зато носил бронзовый нагрудник, такой сверкающий и гладкий, что Громф готов был поспорить, что тот заряжен магией. Вооружен дворф был огромной секирой, по двустороннему лезвию которой вился узор, изображающий призраков — возможно, души тех, кто погиб от него, как предположил Громф.

Серый дворф не запрокидывал голову, говоря с иллитидом, хотя глаза его находились на уровне запястья пожирателя сознания. Взгляд дергара время от времени скользил по сфере, и он постоянно указывал на Брешскую крепость. Громф, взглянув вверх, увидел, как иллитид качает головой, а щупальца его извиваются. Серый дворф, который явно полагал, что разговаривает с другим дергаром, указал на сферу.

С поразившей Громфа внезапностью иллитид склонился к дворфу. Четыре щупальца метнулись вперед и обхватили голову дергара. Дворф взмахнул секирой, но иллитид ждал этого и парировал удар с помощью магии. Тело дергара вдруг застыло с занесенной над головой секирой. Щупальца сжались, и голова дворфа лопнула, как перезревший гриб дождевик. Одно из щупалец, пока остальные три удерживали голову словно в тисках, принялось зачерпывать розоватые комки мозга дергара и отправлять их в рот иллитида. Громфа затошнило, и он отвернулся от стекла.

Другие дергары обернулись с потрясенным видом. Один-другой схватились было за оружие, но взглянули в пустые белые глаза иллитида и разом расслабились. Громф вполне мог представить, насколько легко было пожирателю мыслей затуманить незатейливое сознание солдат-дергаров. Интересно, подумалось ему, что дергары видят, глядя на иллитида, — скорее всего одного из себе подобных, и при этом их заставили не вспоминать о мертвом офицере, его раздробленном черепе и наполовину выеденном мозге. Один за другим одурманенные магией серые дворфы просто вернулись к своим прерванным занятиям.

Покончив с трапезой, иллитид выдернул секиру из руки дворфа и позволил телу упасть.

А теперь, - заявило существо, — ты расскажешь мне, как пробраться в Магик.

Громф уставился на огромную секиру. Было ясно, что война интересовала иллитида куда меньше, чем собственная выгода.

Тебе нужна магия, - мысленно обратился к иллитиду Громф.

Да, - ответил пожиратель разума.

Ты хочешь проникнуть в Магик раньше дергаров.

Следующая мысль иллитида была не столь уверенной, словно он выдавал некую преступную тайну.

Да, — сказало существо.

Громф улыбнулся и продолжил:

Ты хочешь знать, существует ли потайной ход в Магик, но если ты попытаешься получить от меня эту информацию силой, это займет слишком много времени, и, пока ты ее добудешь, дергары будут уже внутри. Тебе достанутся лишь те крохи, которые они не уничтожат или не заберут себе. Но я могу предложить кое-что другое. Помоги мне освободиться из этой сферы, и я хорошо вознагражу тебя. Я охотно дам тебе магию, которой ты так страстно жаждешь.

Какую магию?

За долгие столетия я составил столько могущественных заклинаний, сколько и не снилось другим магам.

Громф ощутил, как усики проникающей в разум магии иллитида обшаривают его мозг.

Этих заклинаний больше нет в моей памяти, — мысленно сказал он. — Они в моих личных апартаментах, в Магике. Вот здесь.

Громф представил себе свой кабинет, огромный стол, занимающий большую часть комнаты без окон. У этого стола из полированной кости было множество выдвижных ящиков, открывающихся в другие измерения. Передние стенки ящиков были сделаны в форме черепов. Громф представил, как сидит в своем кресле за этим столом, как тянет руку к одному из ящиков и вкладывает пальцы в глазницы черепа. Ящик открылся, демонстрируя подставку с двумя бутылками. Каждая была отлита из золота, на боках у обеих имелись «окошки» из зеленого, как мох, стекла, и сквозь них из бутылочек разливалось сияние. На каждом из флаконов на языке дроу было написано одно и то же слово: «Помни».

Что это? - спросил иллитид.

Я называю их «бутылки с мыслями», — передал Громф. — В каждой содержится какое-нибудь мощное заклинание - и все мысли, которые привели к его созданию. Эти заклинания такой силы, что даже я не осмеливался ими воспользоваться, но они настолько уникальны, что, создав, я не мог допустить их утраты. Чтобы избежать соблазна, я изготовил для них эти бутылки. Тот, кто проглотит их содержимое, получит не только само заклинание, но и знание всех стадий процесса его создания.

Оказавшись в Магике, я заберу их, — сказал иллитид.

Не раньше, чем освободишь меня, — ответил Громф. — Ящик откроется лишь в ответ на мое прикосновение.

Архимаг позволил своему сознанию вспомнить давний эксперимент, проведенный им, когда он только что создал стол и вдохнул в него магию. Он нарочно оставил дверь в кабинет едва защищенной, а потом наблюдал при помощи ясновидения, как туда проник его ученик и попытался открыть стол. Не успел дроу сунуть пальцы в глазницы, как застыл и хотел было закричать, однако из глотки его вырвался лишь сиплый хрип, а потом начался ужасный распад. Белые волосы пучками посыпались с головы, словно пересохшая солома, глаза ссохлись, как спекшиеся от жары грибы, и вывалились из орбит. Кожа его начала истончаться, потом пошла множеством трещин, из которых посыпалась коричневая пыль — засохшая кровь. Он медленно оседал, съеживался под собственной тяжестью, пока там, где только что стоял дроу, не осталась лишь груда грязного тряпья.

Впечатляюще, — произнес иллитид.

Спасибо, — отозвался Громф.

Еще один огненный шар перелетел через осадную стену и грохнулся неподалеку, брызнули капли раскаленной лавы. Расплавленный камень скатывался с иллитида, подобно воде, стекающей по стеклу. Тот явно укрылся за каким-то защитным заклинанием.

Ну что, по рукам? — спросил Громф. — Ты освобождаешь меня и в качестве платы получаешь бутылки с мыслями?

Ты должен показать мне путь в Магик, - сказал иллитид. — Он ведь защищен от магического проникновения, не так ли?

Громф улыбнулся:

Верное предположение. Но есть часть здания, не защищенная этими чарами, поскольку существует в своем особом псевдоуровне: вертикальная шахта, по которой можно попасть в мой кабинет. Если ты сумеешь доставить нас в нее, я покажу тебе, как найти дверь.

Мысленно представь ее себе, — велел иллитид.

Громф подавил раздражение оттого, что ему приказывают.

Разумеется, - ответил он. — А… кстати, как тебя зовут?

Слуугуф.

Если иллитид сказал правду, Громф получил оружие, которое мог использовать против существа. Разумеется, пожиратель мыслей тоже знал это, а значит, Слуугуф не собирался оставлять Громфа в живых. Все это стремительно промелькнуло в мозгу Громфа — по счастью, слишком стремительно, чтобы Слуугуф заметил, — а затем Громф сосредоточился на том, как попасть в шахту. Он чувствовал, как иллитид мысленно выглядывает из-за его плеча, внимательнейшим образом изучая место, куда они намеревались перенестись.

Рядом с ними возник мерцающий круг пурпурного света. Слуугуф ступил в него и мгновение спустя уже левитировал внутри шахты. Казалось, что она тянется и вверх и вниз бесконечно, а стены ее сотканы из тьмы, каким-то образом сгустившейся настолько, что она стала почти осязаемой. Громф знал, что, не будь он заперт в сфере, в ноздри ему ударил бы отвратительный, зловонный запах псевдоуровня, вонь уродливых существ, называющих его своим домом.

Где дверь? — спросил Слуугуф.

Громф указал на место, где мрак выглядел еще более густым, чем везде.

Рассей эту магию, потом нажми, - мысленно передал он.

Слуугуф сделал, как он велел. Засияла алмазная пыль, и проступили невидимые прежде руны, начертанные ею. Когда свечение исчезло, Слуугуф толчком открыл дверь, и перед ним предстал кабинет Громфа.

В помещении был жуткий беспорядок — последствия поединка Громфа с личдроу Дирром. Огромный стол посреди комнаты был поцарапан вращающимися клинками, наколдованными личдроу, мраморный пол треснул там, где в него ударил посох Дирра. Одна книжная полка разлетелась вдребезги, а попадавшие с нее свитки валялись растоптанные. Личдроу, заперев Громфа в сферу, оставил все как есть в знак презрения к мастерству Архимага.

Вечно горящие красные свечи, вставленные в настенные подсвечники из сжатых в кулаки пальцев скелетов, по-прежнему освещали кабинет, и обитое плюшем кресло у стола тоже сравнительно не пострадало. Более жесткое деревянное кресло для посетителей по другую сторону стола валялось на боку с оторванными ножками. Позади него виднелась дверь из черного мрамора со сверкающими серебряными рунами.

Что до каменного голема, пытавшегося защитить Громфа, единственное, что от него осталось, — отрубленная каменная рука, одиноко лежавшая в углу.

Все еще паря внутри шахты, Слуугуф просунул через дверь в кабинет кончик щупальца. Мгновенно из стены вырвалась струя пламени. Это невидимый сигил высвободил огненную элементаль. Магия Слуугуфа, однако, оказалась быстрее. С его щупальца сорвалась ледяная стрела и ударила в элементаль, замораживая ее. Огненная элементаль застыла, по пояс высунувшись из камня, вскинув руки над головой. Двигались только ее глаза. Когда иллитид шагнул наконец в комнату, они яростно засверкали.

Ты не предупредил меня насчет этого, - сказал иллитид, кивнув на замороженную элементаль и шевеля щупальцами.

В этом явно не было необходимости, — ответил Громф. — А теперь давай займемся делом. Освободи меня. Положи сферу на кресло у стола.

Щупальца зашевелились, и с гримасой, которая, возможно, была улыбкой, Слуугуф опустил сферу на подушку кресла. Потом он, не мешкая, начал творить заклинание. Его трехпалые руки задвигались — Громфу показалось, что он отчасти узнал контрзаклинание заточения, но его соматическая составляющая была сложнее, чем нужно, — и тут сфера раскололась и на Громфа со всех сторон обрушились звуки.