– Не нелепость. – Улыбаясь, Ботолф прижался щекой к ее телу и почувствовал толчки. – Да, ты округлилась, Саксан, но тому виной мое семя. Я вижу в этом только прекрасное.

– Ты искусный льстец, Ботолф.

Он целовал ее грудь, плечи, шею и лицо, постепенно дойдя до губ.

– Нет, не льстец, я говорю правду.

Ощутив твердое неопровержимое доказательство его возбуждения, прижавшееся к ее ноге, Саксан почувствовала себя спокойнее. Она не очень поверила его словам о том, что она прекрасна, но теперь была уверена: он не находит ее безобразной. Его поцелуи и ласки вскоре разожгли ее страсть, но одно обстоятельство удерживало Саксан от того, чтобы полностью отдаться опьяняющему желанию, которое он пробудил в ней.

– Ботолф, возможно, ты не находишь мой живот отталкивающим, – сказала она слегка охрипшим, но твердым голосом, пока он целовал мочку ее уха, – но тебе он наверняка будет мешать.

– Я думаю, что мы сможем с этим справиться. Она не успела спросить, как он собирается это сделать. Его жадные поцелуи закрыли ей рот и вскоре прогнали все трезвые мысли из головы. Она прижалась к нему, возвращая поцелуй за поцелуем, ласку за лаской, пока взаимная страсть не поглотила их обоих.

Здравый смысл ненадолго вернулся к ней, когда он стал переворачивать ее на бок. Она с любопытством ждала, что он будет делать. Пристроившись сзади, Ботолф закинул ее ногу за свою и медленно соединил их тела. Единственным ответом, который она могла дать на его вопрос о том, как она себя чувствует, были стон и судорога наслаждения.

Ботолф держал Саксан в объятиях и гладил ее живот.

– Ты уверена, что тебе не было больно? – спросил он.

– Разве я кажусь несчастной? – усмехнулась Саксан, протягивая руку за одеждой.

– Иногда трудно угадать, кричит женщина от удовольствия или от боли.

Она посмотрела на него, серьезно раздумывая над тем, не хлопнуть ли его по лбу, и протянула:

– Если ты шутишь, я должна привыкнуть к твоим шуткам. Нет, это не от боли.

– Почему ты одеваешься? – спросил Ботолф, когда она взялась за рубашку.

– Сейчас ведь не ночь.

– Надеюсь, ты не собираешься казаться застенчивой и благочестивой.

– Нет, но я, конечно, не собираюсь быть настолько смелой, чтобы валяться голой в постели у всех на виду. В любой момент кто-нибудь может войти в комнату. Меня удивляет, что нас оставили одних надолго.

– Ты права. Мне следует запирать дверь на засов, – пробурчал он, садясь и начиная одеваться.

– Я вообще пришла сюда не за этим. – Сак-сан махнула рукой в сторону смятых простынь. – Я хотела сказать тебе, что собираюсь поехать поискать травы.

– Поехать? Куда? У нас травы растут за огородом.

– Да, но там нет того, что мне нужно.

– Это наверняка может подождать, пока ты не родишь нашего ребенка.

– Нет, не может. Сейчас конец марта, через несколько дней – начало апреля. – Она положила руку на свой живот. – Травы понадобятся мне очень скоро.

Саксан знала, что ранней весной ей нужно будет покинуть Регенфорд, чтобы найти растения, необходимые при родах. Их не было в Регенфорде, и никто из местных женщин не понимал, что ей надо. Саксан хотела поехать одна, не говоря об этом Ботолфу, но решила, что это глупо. Он мог узнать, и тогда не миновать ссоры. Однако сейчас, глядя в его рассерженное лицо, она поняла, что ей не удастся избежать объяснения.

– Вне стен Регенфорда небезопасно, – сказал он. – Теперь, когда зима кончилась, увеличилась возможность нападения шотландцев. И Сэсил тоже по-прежнему остается угрозой, будь он проклят.

– Даже если мы избавимся от Сэсила, шотландцы всегда будут угрожать нам, – ответила она. – Я не могу всю жизнь прожить замурованной в Регенфорде, как бы красив он ни был.

– Ты должна потерпеть, по крайней мере пока носишь ребенка. И особенно теперь, когда роды так близко.

– Это как раз и является причиной того, что я должна поискать эти травы. Я бы отправилась раньше, но была зима. Не только плохая погода останавливала меня, но и то, что нужные мне травы тогда еще не выросли. Сейчас тоже рановато, но я постараюсь найти хоть кое-что.

– Тогда пошли кого-нибудь из женщин или Тильду.

– Я бы рада, но они не знают, что искать. Это не обычные средства, с которыми знакомы женщины Регенфорда, и Тильда еще не знает их. Она поедет со мной и получит свой первый урок. Меня же научила этому Тина, но в то время Тильда была слишком молода.

Ботолф покачал головой и заходил по комнате.

– А как ты собираешься ехать?

Саксан сделала глубокий вдох, чтобы выпалить одним духом то, что, как она знала, не понравится мужу.

– Я поеду верхом.

– Верхом в твоем состоянии? Ты с ума сошла!

– Я не буду скакать галопом, просто поеду до лугов к северу отсюда, сойду с лошади, найду то, что мне надо» и спокойно вернусь обратно.

– Ты можешь упасть.

– Тильда поедет вместе со мной в седле, так что я буду хорошо защищена.

Почти час Ботолф спорил с ней, даже угрожал запереть в комнате, – жена его была непреклонной. Он знал, что, если прикажет ей остаться, она все равно найдет возможность поступить по-своему. Саксан не спрашивала его разрешения, а просто из вежливости рассказала ему о своих планах.

– Тогда подожди, пока я смогу поехать с тобой, – предложил он. – Ты знаешь, что сегодня я не могу: ко мне должны прийти по делу, которое нельзя отложить.

– У меня нет времени ждать, – запротестовала Саксан. – Я могла бы подождать день-два, но что, если завтра пойдет дождь или будет холодно и ветрено? Сегодня тепло, светит солнце, и я чувствую себя достаточно хорошо, чтобы поехать. Мне надо ехать, Ботолф. Мне нужен мох, чтобы остановить кровотечение во время родов.

Он схватил ее за руку:

– Нет, я не желаю слышать, зачем тебе эти травы и в каких жутких случаях они могут тебе помочь. Я против твоей поездки, но скрепя сердце отпущу тебя, если ты сделаешь, как я скажу.

Саксан прикусила губу, чтобы не улыбаться, и внимательно выслушала наставления. Они были не такими суровыми, как она ожидала, хотя ее огорчило, что муж не позволил ей ехать на черном жеребце Миднайте. Саксан возразила, что Миднайт – луч-™» «ганяль. если надо уйти от погони, но даже это не изменило его решения. Затем Ботолф отправился отбирать шесть рыцарей для охраны, а она поспешила подготовиться к отъезду.

– Удивляюсь, как Ботолф позволил тебе ехать, – сказала Тильда, глядя на сильную, спокойную кобылу, на которой она сидела вместе с Саксан. – К тому же я совершенно не согласна с выбором лошади.

Саксан засмеялась и потрепала кобылу по шее.

– Он хотел быть уверенным, что мы не поедем слишком быстро или что она нас сбросит.

– Это бедное животное не могло бы двигаться быстро, даже если бы за ним гналась стая волков.

Саксан с трудом удержалась от смеха, особенно когда ехавшие с ними рыцари дружно захохотали, но постаралась сохранить серьезную мину.

– Она хорошая лошадь и отвезет нас туда, куда нам надо.

– А потом упадет от старости, и нам придется идти обратно пешком, – пробурчала Тильда. – Ты думаешь, что наши братья скоро приедут? Я должна вернуться в Вулфшед-Холл на лето, хотя прекрасно провела время в Регенфорде и не хочу с тобой расставаться. Но мне надо домой.

При воспоминании о Вулфшед-Холле и мысли о разлуке с сестрой у Саксан кольнуло сердце. Ей нравилась новая жизнь, но она скучала по прежним временам. Было бы хорошо, если бы можно было их совместить, чтобы видеть рядом всех, кого она любила, но Саксан знала, что это невозможно. Ботолф, Регенфорд и будущие дети составляли теперь всю ее жизнь.

– Наши братья могут приехать в любой день, – ответила она. – Они обещали быть здесь, когда мне придет время рожать, а это время уже близко. По правде говоря, оно настолько близко, что нам пора разыскать травы, несмотря на то что для них пока еще рано.

– Думаешь, ты найдешь то, что тебе надо?

– Кое-что найду. Они будут не совсем созревшими, но у меня нет времени ждать.

– Саксан, ты боишься? – спросила Тильда тихо, чтобы не услышали мужчины.

– Немножко, – ответила Саксан. так же тихо. – В конце концов я никогда раньше не рожала. Я все время говорю себе, что у Тины и Тьюсдей не было трудностей. Если они родили легко, я тоже смогу.

– Мама тоже была маленькой, вроде нас, а родила девять детей.

– Да, я об этом тоже вспоминаю время от времени. – Саксан посмотрела на землю и сделала мужчинам знак остановиться. – Я думаю, здесь стоит поискать.

– Это открытое место, – спешиваясь, пробасил Джон, старший из шести стражников.

– Разве это опасно? – спросила Саксан. – Ведь вся местность хорошо просматривается.

– Это может быть и плохо. – Он пожал широкими плечами. – Вы надолго?

– Нет, то, что я ищу, нетрудно заметить. Если здесь ничего не найду, мы отправимся в другое место.

Ботолф старался сосредоточиться на работе, которая удерживала его в Регенфорде. С того самого момента, как Саксан покинула замок, он пожалел, что разрешил ей уехать. Он бы не отпустил ее, если бы то, ради чего она пустилась в путь, не было связано с родами. Его не грела даже мысль о том, что за последнее время никто ничего не слыхал ни о скоттах, ни о Сэсиле, так как они всегда появлялись неожиданно.

– Ну что ж, работа закончена, – сказал Весли, наливая себе вина и оглядывая почти пустой зал. – Куда исчезли Роджер и Талбот?

– Примерно в середине длинной речи мастера Тейлора о необходимости более эффективной защиты горожан. – Ботолф залпом выпил вино и подумал, не закончила ли Саксан и свою работу.

– Она не была бы такой длинной, если бы вы не просили его снова и снова возвращаться к вышесказанному, – заметил Весли.

Ботолф не ответил на его упрек, и Весли продолжал:

– Ваши мысли сегодня далеко, милорд. Не тревожьтесь, с вашей женушкой все будет в порядке. С ней шесть лучших рыцарей.

– Она скоро должна родить, – пробурчал Ботолф. – Было безумием позволить ей скакать верхом, когда она на последнем месяце.

– Она должна собрать лекарственные травы.

– Знаю. – Граф запустил пальцы в свою шевелюру. – Это единственная причина, по которой я ее отпустил. Не мог же я лишить ее возможности достать средства, способные облегчить ей роды. – Он побарабанил пальцами по столу, уставясь на тяжелые двери в большом зале. – Но меня мучает тревожное чувство, что она там не в безопасности.

– В последнее время никто не видел никаких следов ни Сэсила, ни скоттов.

– Это еще не значит, что их нет поблизости, и вы это хорошо знаете.

– Вы так тревожитесь, потому что она носит вашего ребенка.

– Возможно. Я дам ей еще два часа, а потом поеду за ней.

Саксан выпрямилась, засунула кусок мха в сумку и потерла поясницу. Она нашла не все, что хотела, но для этого времени года вполне достаточно.

Саксан бросила взгляд через плечо и поежилась. Все время, пока она бродила по лесу, ей было не по себе. Плохое предчувствие вползло в ее сердце, и она не могла отделаться от него. Однако каждый раз, когда она оглядывалась, ничего подозрительного не было видно. Усмехнувшись своим страхам, она взглянула на подошедшую Тильду.

– Это то, что ты ищешь? – спросила та, держа в руке крошечный пучок едва распустившихся растений.

– Да. Они, возможно, еще не вполне распустились, но все-таки положи их в сумку. – Вдруг Саксан вздрогнула и воззрилась на маленькую рощицу прямо за спиной Тильды. – Это место мне не по душе, – пробормотала она.

Тильда обернулась, пожала плечами и сказала:

– Может быть, это ребенок делает тебя такой трусихой? Здесь никого нет. Я только что вышла из-за этих деревьев.

– Знаю, но мне здесь не нравится. Больше нет смысла собирать, нам лучше уехать. – Она взяла сестру за руку, подала сигнал Джону, стоявшему неподалеку, и пошла к лошадям. – Я хочу уехать отсюда, – бросила она стражнику.

– Вы что-нибудь видели, миледи? – спросил Джон, оглядываясь по сторонам.

– Нет, ничего. Возможно, я просто устала.

– У тебя какое-нибудь предчувствие? – прошептала Тильда.

– Я сказала тебе: мне здесь не нравится, – ответила Саксан очень тихо. – Я хочу поскорее вернуться домой. – Она внезапно остановилась. – Но не думаю, что мне это удастся.

Джон вскрикнул, когда стрела вонзилась ему в плечо. Он попытался вытащить ее, и в это время из леса выскочили несколько человек. Саксан, сразу узнав шотландцев, посмотрела туда, где находились пятеро рыцарей из Регенфорда, и увидела, что они сражаются с превосходящими их числом врагами. Саксан поискала глазами поляну, где стояла ее кобыла. К ней вела тропинка, и она бросилась было туда, но сразу поняла, что быстро бежать не может.

– Скорее, Тильда, беги к лошади! – крикнула она сестре, подталкивая ее вперед.

– Я не оставлю тебя, – запротестовала Тильда.

– Нет смысла нам обеим быть схваченными. Постарайся добраться до лошади.

– Эта старая кляча не поможет мне спастись, – проворчала Тильда.

– Конечно, нет, если ты будешь брюзжать, вместо того чтобы скорее бежать к ней.

Саксан смотрела, как Тильда бежит к кобыле. Она боялась быть схваченной шотландцами, но живот мешал ей двигаться быстро. Не было смысла удерживать Тильду. Люди из Регенфорда скоро будут перебиты, и Тильда должна воспользоваться единственным шансом на спасение.

Зная, что ей все равно не скрыться, Саксан замедлила шаги, не желая вредить себе или ребенку, потом остановилась, пытаясь отдышаться, и увидела, как Тильда села на лошадь. Ее охватила радость от того, что сестра сможет ускользнуть, но тут же у Саксан вырвался крик ужаса и разочарования, когда трое рослых шотландцев схватили девушку и стащили с седла.

Они бросили ругающуюся и брыкающуюся Тильду на землю. Ярость и гнев овладели Саксан, когда она смотрела, как двое из них прижимали Тильду к земле, пока третий пытался задрать ей юбки. Это зрелище подстегнуло Саксан, и она побежала, вытаскивая на ходу нож и думая, что неразумно пытаться помочь сестре, следует думать только о себе и ребенке, оттягивающем ей живот. Но она также знала, что не может убежать и оставить Тильду насильникам.

Издав боевой клич, Саксан бросилась на шотландцев и ударила ножом человека, втиснувшегося между ног Тильды. Он вскинул руку, чтобы защититься, и она полоснула по ней, отрубив часть кисти. Человек вскрикнул, схватившись за окровавленную руку, и скатился с девушки.

К удивлению Саксан, двое мужчин, державших Тильду, отпустили ее. Один из них попытался броситься на храбрую женщину, но второй остановил его, обругав за попытку ударить беременную. Саксан показалось странным, что человек, готовый изнасиловать девушку, был так возмущен намерением своего товарища, но у нее не было времени раздумывать над их извращенной моралью. Тильда уже вскочила на ноги, и, поскольку кобыла ускакала, Саксан подтолкнула сестру по направлению к опушке. Если они смогут достичь леса, им, возможно, удастся спрятаться.

Но Саксан снова отстала от Тильды. У нее закололо в боку, но она старалась не обращать на это внимания. Думала она лишь о том, чтобы спрятать Тильду в безопасном месте, прежде чем другие шотландцы смогут попользоваться девушкой.