Бывают подарки, которые нельзя подержать в руках. Но иногда они гораздо дороже обычных. Вы можете подарить себя, свое присутствие. Если вы рядом, когда нужны супругу, это скажет ему о многом. Однажды я услышал от Джен:

– Мой муж, Дон, футбол любит больше, чем меня.

– Почему вы так решили?

– В тот день, когда родился наш малыш, он играл в футбол. Я лежала в роддоме одна, а он играл.

– Он присутствовал при родах?

– Да. Но уже через десять минут умчался на стадион. Это потрясло меня. Мне хотелось быть рядом с ним, вместе радоваться. Он бросил меня одну. В такой день!

Дону нужно было остаться с ней. Осыпь он жену розами, он не смог бы громче сказать о своей любви. Это ранило Джен до глубины души. Она рассказывала эту историю с такой обидой, как будто все произошло накануне, а между тем «малышу» было уже пятнадцать. Я продолжал расспрашивать:

– И только поэтому вы решили, что Дону футбол дороже вас?

– Не только. В день, когда хоронили маму, он тоже играл.

– Он не был на похоронах?

– Был, но как только все закончилось, уехал. Я поверить не могла. У нас дома собралась вся семья, а моего мужа не было!

Я решил поговорить с Доном. Он сразу же понял, о чем я.

– Так и знал, что она припомнит мне это. Когда она рожала, я стоял рядом с ней. Потом сфотографировал ребенка. Я был так счастлив. Мне хотелось поделиться радостью с ребятами из команды. А когда я вернулся к ней вечером, разразился скандал. Она была в ярости. Она такого наговорила! Я думал, она будет гордиться, что я рассказал всем.

А когда умерла ее мать… Наверное, она позабыла сказать вам, что за неделю до этого я отпросился с работы и целыми днями просиживал в больнице, помогал. Потом занимался похоронами. Мне казалось, я сделал все, что мог. Я очень устал. Мне нужно было прийти в себя, снять напряжение. Я действительно люблю футбол, за игрой я лучше всего отдыхаю. Не думал, что жена будет против.

Мне казалось, я так помог ей, но ей все мало. Она никак не забудет эти два случая. Футбол мне дороже жены! Просто смешно!

Дон – хороший муж, но тогда он не понимал, насколько важно для жены его присутствие. Быть рядом с супругом в трудные минуты – лучшее, что вы можете подарить ему, если его родной язык – подарки. Вы сами становитесь символом любви. Когда символа нет, супруг перестает чувствовать вашу любовь. Я помог Дону и Джен разобраться со старыми обидами. В конце концов, Джен простила мужа, а Дон понял, насколько его присутствие важно для нее.

Быть рядом с супругом в критические моменты – лучшее, что вы можете подарить ему, если его родной язык – подарки.

Если вам нужно, чтоб супруг был рядом, попросите его об этом. Не ждите, что он прочтет ваши мысли. А когда вас просят: «Пожалуйста, побудь сегодня со мной», отнеситесь к этой просьбе всерьез, даже если вам это кажется прихотью. Ваш отказ могут истолковать совершенно неожиданно.

Один мужчина рассказал мне:

– Когда умерла моя мать, жену отпустили с работы только на два часа начальник сказал, что она должна вернуться сразу же после похорон. Жена возразила, что не сможет, потому что будет нужна мне. Начальник пригрозил: «За это вас могут уволить». Она ответила: «Семья для меня важнее работы». Она провела со мной весь день. Я увидел, как сильно она меня любит. Я этого не забуду. Кстати, работу она не потеряла. Вскоре ее начальник ушел, и она заняла его место.

Эта женщина умела говорить на родном языке мужа.

Почти все, что написано о любви, подтверждает: любить – значит отдавать. Говоря на любом из пяти языков, мы что-то отдаем супругу. Для некоторых людей важнее всего зримые символы любви – подарки. Самый яркий пример тому я нашел в Чикаго, где познакомился с Джимом и Дженис.

Они были у меня на семинаре. В субботу, когда я уезжал, согласились подбросить меня в аэропорт. До самолета оставалось еще два-три часа, и они предложили по пути заехать в ресторан. Я умирал от голода и с радостью согласился. Но меня ждал не только бесплатный обед.

Джим и Дженис выросли в Иллинойсе. Фермы их родителей были всего в ста милях одна от другой. Сразу после свадьбы они переехали в Чикаго. С тех пор прошло пятнадцать лет. У них трое детей. Как только мы сели за столик, Дженис заговорила: – Доктор Чепмен, мы хотим рассказать вам о чуде, которое случилось с нами.

Слово «чудо» всегда смущает меня, особенно если его произносит незнакомый мне человек. Что за странную историю я сейчас услышу? Я ничего не сказал и приготовился внимательно выслушать. Дженис продолжала:

– Доктор Чепмен, вас послал Бог. Вы спасли нашу семью.

Я окончательно смутился. Минуту назад я спрашивал себя, что она подразумевает под словом чудо, и вот теперь я оказался чудотворцем. Я стал слушать с еще большим вниманием. Дженис продолжила:

– Три года назад мы впервые были у вас на семинаре. К тому времени я уже отчаялась спасти наш брак. Я подумывала о разводе и даже говорила с Джимом. Я устала. Мне нужна была любовь. Он этого не замечал. Я любила детей и знала, что они любят меня, а мужа считала бесчувственным. Временами я его ненавидела. Он был слишком методичный, слишком предсказуемый. Все делал по расписанию. Зануда!

Я старалась быть хорошей женой. Готовила, стирала, гладила… И так без конца. Я делала все, что положено жене. Я не прекратила интимных отношений: я знала, что для него это важно. Но любви не чувствовала. Мне казалось, он использует меня, не ценит. После свадьбы он перестал обращать на меня внимание. А то, что я о нем забочусь, принимал как должное.

Когда я пыталась поговорить с ним, Джим лишь смеялся в ответ. У нас же такая счастливая семья! Мы не бедствуем, я могу не работать, если не хочу, прекрасный дом, новая машина. Он не понимал, чем я недовольна. Он даже не старался.

Она отодвинула чашку и наклонилась вперед:

– И вот, три года назад мы попали на ваш семинар. До этого с психологами мы никогда не советовались. Я не знала, чего ждать и, честно признаться, не ждала ничего хорошего. Разве Джим может измениться? Во время семинара он в основном молчал. Но казался довольным. Вы ему понравились. Дома он не обсуждал то, о чем говорилось. Да я и не думала, что ему захочется.

Семинар закончился в субботу. На следующий день, в воскресенье, все шло по-старому. А в понедельник, вернувшись с работы, он протянул мне розу.

– Что это? Откуда? – спросила я.

– Купил у уличного продавца, хотел тебя порадовать.

Я расплакалась:

– Джим, как это мило!

Такое совпадение! Днем я встретила молодого человека, который торговал розами. Но неважно. Главное он подарил мне цветы. Во вторник он позвонил с работы и сказал, что, наверное, мне хочется отдохнуть от кухни, поэтому к ужину он купит пиццу. Вечером все вместе мы весело поужинали. Дети были в восторге. Я обняла Джима и сказала, как замечательно он все придумал.

В среду он принес детям печенье, а мне – цветок в горшке. Ведь роза увянет, сказал он, а этот цветок останется со мной. Мне казалось, у меня галлюцинации! Джим, и вдруг такое. В четверг после ужина он протянул мне открытку, сказав, что когда его нет рядом, она напомнит, как я ему дорога. Вся в слезах, я расцеловала его. «Почему бы в субботу нам не поужинать вдвоем. Дети останутся дома», – предложил он. В пятницу нас снова ждал сюрприз: по дороге домой он заехал в кондитерскую и накупил пирожных.

К субботнему вечеру я вошла во вкус. Я не понимала, что творится с Джимом, не знала, надолго ли это, я просто радовалась каждой минуте. После ужина я спросила:

– Что на тебя нашло? Объясни, что происходит? Пристально взглянув на меня, она сказала:

– Доктор Чепмен, поймите. Со дня свадьбы этот человек не дарил мне цветов. Никогда не писал открыток. Он повторял: «Это пустая трата денег, ты прочитаешь и выбросишь». Пять лет мы не были в ресторане. Он ничего не покупал детям и требовал, чтобы я покупала только самое необходимое. Он ничего не приносил к ужину. Я должна была заботиться об этом. И вдруг такая перемена!

Я повернулся к Джиму:

– Так что же случилось с вами?

– На семинаре я слушал вашу лекцию о языках любви и понял, что родной язык моей жены – подарки. Еще я вспомнил, что уже несколько лет ничего не дарил ей, наверное, с тех пор, как мы поженились. До свадьбы я покупал ей разные мелочи, цветы… Но потом мне казалось, это ни к чему, да и дорого. Тогда я решил проверить, что случится, если я начну дарить жене подарки каждый день в течение недели. И я убедился: ее отношение ко мне совершенно изменилось.

Я сказал ей, что вы были правы: если хочешь, чтобы другой почувствовал твою любовь, надо говорить на его языке. Я попросил прощения за то, что все эти годы вел себя, как осел. Ведь я действительно люблю ее, ценю все, что она делает для меня и детей. Я пообещал, что буду дарить ей подарки всю жизнь.

Она возразила: «Но ведь не каждый день! Мы же разоримся!» Ну, может и не каждый, ответил я, но хотя бы раз в неделю. Даже тогда в год это будет на пятьдесят два подарка больше, чем ты получала до сих пор. Да и кто сказал, что я буду только покупать их. Я могу сделать подарок своими руками или нарвать в саду цветов.

Тут вмешалась Дженис:

– И вы знаете, за три года не было недели, чтобы я не получила подарка. Это совершенно другой человек. Мы счастливы. Дети называют нас женихом и невестой. Мой сосуд любви переполнен.

Я вновь обратился к Джиму:

– Ну а вы всегда знали, что жена вас любит?

– Конечно! Она лучшая в мире хозяйка. Заботится обо мне. Отлично готовит. Занимается с детьми. Уверен, она меня любит.

Улыбнувшись, он добавил:

– Наверное, вы уже угадали мой язык любви?

Я угадал, и еще я понял, почему Дженис назвала все это чудом.

Не обязательно дарить подарки каждую неделю. Не обязательно они должны быть дорогими. Их ценность не зависит от стоимости, ведь подарок – это символ любви.

А в седьмой главе мы поговорим о родном языке Джима.

Глава 7

Язык любви 4: Помощь

Прежде чем проститься с этой семьей, давайте еще раз вспомним слова Джима:

– Я всегда знал, что жена любит меня. Она лучшая в мире хозяйка. Отлично готовит. Заботится обо мне. Занимается с детьми.

Джим говорил на языке помощи. Помогать – значит делать что-то для другого. Помогая супругу, вы стараетесь угодить ему, выражаете любовь.

Что можно сделать? Приготовить обед, накрыть на стол, помыть посуду, убрать квартиру, навести порядок в шкафу, прочистить раковину, протереть зеркало в ванной, помыть машину, вынести мусор, сменить ребенку подгузники, покрасить спальню, вытереть пыль со шкафа, съездить в автосервис, убрать в гараже, подстричь лужайку перед домом, подрезать кусты в саду, собрать листья, постирать, погулять с собакой, сменить воду в аквариуме и туалет для кошки. Это – помощь. Она требует времени, сил. И если вы с радостью помогаете супругу, вы выражаете любовь.

Христос подал яркий пример того, как проявить любовь на деле, когда перед последней вечерей умыл ноги ученикам. В те времена, когда люди чаще ходили пешком по грязным улицам, ноги гостям мыли слуги. Христос взял воду, полотенце и, уподобившись слуге, показал ученикам, как выражать любовь.[5]

Он хотел преподать им урок, он хотел, чтобы и они, следуя его примеру, помогали другим.

Христос призывал нас служить друг другу. Он говорил, что тот, кто был первым, будет последним в Его Царстве. А тот, кто был больше, станет слугой. Апостол Павел еще раз напоминает об этом: «…любовью служите друг другу».[6]

Я познакомился с четвертым языком любви в городке Чайна Гроув, что в самом центре Северной Каролины. Этот город просто утопает в сирени. В те времена, когда случилась история, о которой я хочу рассказать, в Чайна Гроув было 1500 жителей и текстильная фабрика. Я уехал оттуда за десять лет до того, изучал антропологию, психологию, богословие. Раз в полгода я навещал родные края, чтобы не забывать свои корни.

На текстильной фабрике трудилось все взрослое население Чайна Гроув. Пожалуй, кроме мистера Шина, врача, мистера Смита, дантиста и пастора Блакберна, местного священника. Жизнь большинства обитателей ограничивалась работой, семьей и церковью. На фабрике обсуждали последние решения управляющего. В церкви слушали проповеди о будущих радостях рая. Обычный американский городок. Уклад жизни патриархальный.

В один из своих приездов я познакомился с Марком и Мери. После воскресной службы я стоял у входа в церковь, и тут они подошли ко мне. Я не помнил их. Наверное, они были совсем детьми, когда я уезжал из родного города. Представившись, Марк начал:

– Мне тут сказали, вы даете советы.

Я улыбнулся:

– Да, такая у меня работа.

– Тогда скажите, могут ли муж и жена жить вместе, если они совершенно непохожи.

Я понимал, что скорее всего он говорит о своей семье, и спросил:

– Давно вы женаты?

– Два года, – ответил он. – И мы ни в чем не сходимся.

– Например.

– По субботам я хожу на охоту. Ей это не нравится. Всю неделю я работаю. В субботу хочу отдохнуть. Тем более, это же только в охотничий сезон.

До этого Мери молчала, но тут вмешалась:

– А когда кончится охотничий сезон, ты отправишься на рыбалку. И если бы это было только по выходным… Доктор Чепмен, он даже с работы иногда отпрашивается! Охотник!

– Ну и что? Раза два в год я беру несколько отгулов, и мы с приятелями отправляемся в горы. Что тут такого?

– А в чем еще вы не сходитесь?

– Она заставляет меня ходить в церковь. В воскресенье – ладно, я понимаю. Но по субботам… Если хочет, пусть идет одна, я ей не мешаю.

Мери воскликнула:

– Как это не мешаешь?! Мне же за порог ступить нельзя без скандала.

Конечно, такие беседы не ведут, стоя на улице перед церковью, но в ту пору я только начинал. Я хотел помочь и одновременно боялся ошибиться, и я продолжал задавать вопросы:

– Есть еще какие-нибудь разногласия? На этот раз ответила Мери:

– Он считает, женщина целыми днями должна работать, не разгибаясь. Если я иду в гости к маме, по магазинам, или еще куда, он вне себя.

– Сначала наведи порядок, – сказал Марк. – А потом уж ходи по гостям. Я не желаю приходить в свинарник. Я возвращаюсь с работы усталый, голодный. Ужина нет. Ребенок грязный. В доме все вверх дном. Даже постели не убраны. Я люблю, когда вокруг чисто. Мы не богаты, домик у нас неказистый, но пусть там хотя бы будет чистота.

– А почему он никогда не поможет мне? Он говорит, что домашние дела женская обязанность. А у мужчин, похоже, одна обязанность – развлекаться. Я просто не успеваю делать все. Представляете, даже машину должна мыть я!

Я устал от этих препирательств. Нужно было искать решение. Я взглянул на Марка и спросил:

– А когда вы были ещё не женаты на Мери, вы тоже охотились по субботам?

– Да, как и сейчас. Просто я старался вернуться пораньше, чтобы успеть к ней заглянуть. Но сначала всегда заезжал домой и мыл машину, не хотелось ехать к ней на грязной.

Я обратился к Мери:

– Сколько вам было лет, когда вы вышли замуж?

– Восемнадцать. Сразу после школы. Марк закончил на год старше и уже работал тогда.

– Когда вы учились в выпускном классе, вы часто виделись с Марком?

– Почти каждый вечер. Он приходил ко мне после работы, помогал мне по дому, потом мы сидели и разговаривали до ужина. Он часто оставался у нас поужинать.

– Марк, а что вы делали после ужина? Марк застенчиво улыбнулся:

– Да то же, что все влюбленные.

– А кроме того, – сказала Мери, – Он помогал мне со школьными заданиями. Иногда мы подолгу работали вместе. Когда меня назначили ответственной за рождественский спектакль, три недели каждый вечер он помогал мне.