— Дальше я в адресное бюро… Кабанниковых мужского пола в нашем городе шесть душ. Четверо не проходят по возрасту — слишком старые. Один живет с семьей, по описанию совершенно не подходят, а вот шестой, Евгений Михайлович Кабанников, по указанному адресу не проживает.

— А кто же там проживает? — я постучала пальцем по сигарете, стряхивая пепел.

— Там живет его сестра, она показала мне его фотографию и даже дала ее ненадолго, я сделал с нее ксерокопию.

Антонов достал из внутреннего кармана пиджака блокнот, из которого вынул копию фотографии и положил передо мной на стол.

— Прямо мачо какой-то, — я затушила сигарету. — И что же сестра?

— Говорит, что не видела его уже несколько месяцев. Сказала, что он собирался снять себе квартиру, но где, она не знает.

— А может быть, он скрывается и попросил сестру не говорить о своем местонахождении? — предположила я.

Антонов отрицательно покачал головой.

— Я говорил с соседями, Евгения действительно там никто давно не видел. Ниточка оборвалась.

— Как ты представился сестре?

— Показал ей свою визитку.

— Ты не просил ее сообщить нам, если он объявится?

— Она пообещала, но шансов очень немного.

— А чем он вообще занимается, этот Кабанников? Есть у него какая-нибудь профессия? Может, сестра знает, где живут его друзья?

— Он учился в университете три года, потом вроде бы сам его бросил, после этого нигде не работал, жил сначала за счет сестры, потом у него откуда-то стали появляться деньги, но с сестрой разговоров на эту тему избегал.

— Попробуй поискать его бывших однокурсников.

— Угу, — Антонов кивнул, — тогда я пошел?

— Давай, Коля».

* * *

Осмотрев местные достопримечательности и посетив несколько центральных магазинов, Алискер решил отыскать где-нибудь уютное кафе, чтобы перекусить. Фланируя по далеко не безупречным тротуарам, он непроизвольно улыбался идущим навстречу девушкам, разумеется, не всем, а наиболее привлекательным. Проходя мимо сверкающих чистотой огромных окон элитного парикмахерского салона, Алискер бросил взгляд в его глубину.

Ему всегда было интересно, что творится в подобных заведениях, которые почему-то в его воображении были овеяны тайной. Имело ли это причиной свойственный ему романтизм, прочитал ли он «Розы в кредит» Эльзы Триоле, но разного рода салоны, где умелые руки мастеров неустанно и синхронно изо дня в день трудятся ради красоты, представлялись ему не менее загадочными и манящими, чем сказочные сезамы.

В итоге он остановился у витрины, заглядывая в одну из таких диковинных лабораторий по наведению красоты. У салона, поблескивая молдингами на новеньких боках, стоял двухвдверный «мицубиси» светло-оливкового цвета. «Хозяйку, наверное, ждет», — заметил Мамедов, любуясь машиной.

В последний раз скользнув глазами по сияющему на солнце корпусу полуспортивного болида, Мамедов обратил свои взоры внутрь салона.

Из рассеянного света отражений и смутного заоконного пространства его острый взгляд тут же выхватил обворожительное личико молоденькой парикмахерши. Девушка вертелась у второго от окна кресла, оживленно болтая со своей клиенткой, чей гордый римский профиль мог бы при других обстоятельствах заинтересовать такого тонкого ценителя женской красоты, каким без ложной скромности считал себя Алискер.

Но в настоящий момент его мысли были заняты не клиенткой, а парикмахершей, чье свежее личико излучало столько нежности и одновременно юного задора, что Алискер почувствовал тревожно-сладкое сосание под ложечкой и как пригвожденный замер у витрины.

Наконец, девушка обратила на него внимание и в первую же секунду смутилась. Но вскоре незаметно для своей клиентки приняла участие в игре, с которой, как правило, начинаются все любовные истории. Алискер почувствовал настоятельную потребность завязать знакомство и направился ко входу.

Едва не столкнувшись со своей, как он тут же окрестил девушку, «феей» в холле, Мамедов уже было решил, что, повинуясь той же властной силе, что и он, она выбежала ему навстречу. И каким же горьким было его разочарование, когда он понял, что девушка спешила к телефону.

Мамедов сделал вид, что рассматривает висящие на стенах «образцы мастерства» здешних цирюльников, а сам весь обратился в слух. Пока «фея» говорила, с ее прекрасного лица не сходила улыбка. Однако разговор затягивался, и это, очевидно, стало ее тревожить. Еще Мамедов понял, что ей звонила подруга, с которой «фея» разговаривала весьма фамильярно.

— Ну, конечно, буду. Нет, не раньше семи. Возьму. Обязательно. Да хватит тебе прикидываться. Ну и че, зато поприкалываемся, хи-хи…

Последнее словечко, столь часто употребляемое современной молодежью, неприятно поразило Мамедова и сразу поубавило его пыл. Он как-то обмяк, стал рассеянным, если не безучастным. И вдруг его слух зацепила одна реплика «феи»:

— Ой, Тань, времени нет, у меня Жданова — сама понимаешь! Пакеда. Да бу… — окончание фразы не коснулось резко переориентировавшегося внимания Алискера.

На секунду он задумался, стараясь не встречаться взглядом с девушкой. Она его больше не интересовала, и поэтому долгий многозначительный взор, которым та решила окончательно и бесповоротно вынуть из него душу, остался нагло незамеченным.

«На ловца и зверь! Кто бы мог подумать!» — Алискер не сумел сдержать удовлетворенной улыбки, которую только что вошедшая статная блондинка, по всей видимости, готова была отнести на свой счет.

Он решил подождать Жданову в холле, дабы окончательно ввергнуть в недоумение приемщицу заказов, которая, наблюдая за Алискером, казалось, задавалась вопросом: «кого это, интересно, он ждет?»

«Надо пока отзвониться Валандре», — подумал он и вышел на крыльцо. Достал из кармана пиджака сотовый.

— Слушаю, — Вершинина сняла трубку.

— Валентина Андреевна, это Мамедов.

— Слушай, Алискер, — любовника Ждановай мы определили. Его фамилия Кабенников. Сейчас пытаемся его разыскать, он по месту регистрации не живет. Как только у нас что-нибудь будет по нему, я тебе сообщу. А у вас что? Встретились со Ждановой?

— Ее не было несколько дней, я только что ее обнаружил. Думаю, мне удастся с ней поговорить.

— Попробуй привлечь ее на нашу сторону, сделать из нее союзника. Предупреди ее, чтобы она с ним не разговаривала на эту тему. Ты понимаешь меня?

— Конечно, Валентина Андреевна.

— И держи меня в курсе, Алискер.

* * *

Прошло не меньше часа, прежде чем томящийся на кожаном кресле Мамедов увидел высокую эффектную блондинку, которая, выйдя из зала, задержалась у стола приемщицы. За ней следом торопливо подошла «фея».

«Договариваются о времени следующего визита», — проницательно подумал Мамедов.

Шикарные длинные волосы блондинки, казалось, были лишь слегка подвиты.

«И ради этого стоило посещать парикмахерский салон!» — удивился Алискер.

Классический овал ее лица, бархатисто-матовая кожа, породистый нос с горбинкой и довольно глубоко посаженные темно-зеленые глаза резко выделяли ее из толпы тех симпатичных, даже красивых женщин, которых Алискер на всем протяжении своей прогулки по городу не уставал примечать.

В ее манерах было столько грации, благородного изящества и непосредственности, что Мамедов начал таять как кусок льда под горячим солнцем.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Уверенным шагом Жданова направилась к поджидавшему ее «мицубиси». Ее тяжелые светлые пряди слегка подрагивали на кончиках при ходьбе.

— Марина, — окликнул ее Алискер.

Услышав свое имя, она резко затормозила и посмотрела на Мамедова. Он подошел и остановился в двух шагах от нее.

— Меня зовут Алискер, — Мамедов ослепительно улыбнулся.

— Я вас не знаю, — она смерила его презрительным взглядом и повернулась к машине.

— Я приехал из Тарасова, чтобы поговорить с вами.

— Это меня не касается, — она надавила кнопку на брелоке, запоры дверей «мицубиси» разблокировались.

— Мне нужно с вами поговорить.

— Это ваши проблемы, — гордо ответила она.

— Дело как раз в том, что проблемы могут быть у вас, — Алискер придержал дверцу, которую она уже хотела закрыть.

— Если вы не оставите меня в покое, — медленно произнесла Жданова, — то проблемы будут у вас.

— Вас хотели убить.

— Не пугайте меня, я не из пугливых.

— Я не шучу.

— Ха. Какую только ерунду мужчины не придумывают, чтобы познакомиться с женщиной!

— Я же знаю, как вас зовут.

— Ну и что? Пол-Пархоменска знает, как меня зовут. Отпустите, наконец дверь, — она дернула за ручку, но Мамедов не отступал.

— Марина, послушайте же меня, — он достал из кармана визитку и протянул Ждановой, — я детектив, расследую убийство. Убили женщину в в триста пятнадцатом номере гостиницы «Русское поле». Вам это ни о чем не говорит?

Видимо сказанное Алискером оказало-таки воздействие на Жданову, потому что она оставила свои попытки закрыть дверь автомобиля и, повернув голову, внимательно посмотрела на Мамедова.

— Ладно, садитесь в машину.

Алискер не стал ждать дополнительного приглашения, обошел «мицубиси» спереди и сел на низкое переднее сиденье рядом со Ждановой. Двигатель почти бесшумно завелся и Алискера придавило к спинке сиденья.

— Вы, случайно, не участвуете в ралли? — Алискер повернулся и посмотрел на гордый профиль Ждановой, левая рука которой с керамическим браслетом швейцарских часов от Радо расслаблено лежала на руле, а правая переключала скорость.

— Как вы сказали вас зовут? — проигнорировала его вопрос Марина.

— Алискер. Если хотите, можете называть меня Алексеем.

— Леша, значит. Так о чем же, Леша, вы хотели со мной поговорить? — она свернула к набережной.

— Вы едете домой?

— Конечно, а в чем дело, — она скосила на него недовольный взгляд.

— Не хотелось бы, чтобы о нашем разговоре узнал ваш муж.

— Вы что, боитесь? — Она усмехнулась, — он в любом случае узнает об этом, в нашем городе трудно что-нибудь скрыть.

— Все равно, — настаивал Мамедов, — лучше нам поговорить на нейтральной территории.

— Какой-то вы странный, — она резко затормозила прямо посреди улицы и на секунду откинулась на сиденье. — И почему я вообще должна вас слушать?

— Потому что вас хотели и хотят убить, — Алискер подкрепил свою реплику серьезным выражением лица.

— Откуда мне знать, может это у вас такой прием знакомиться с женщинами? — Она хитро посмотрела на него.

— Опять вы за свое! У меня есть тысячи других приемов знакомиться с женщинами. — Он бросил на нее не менее лукавый взгляд.

— Хорошо, — кажется, Жданова приняла решение. — Поговорим, как вы того хотите, на нейтральной территории.

Она снова нажала на педаль акселератора. Несколько минут они ехали молча, пока Марина не затормозила у супермаркета, носящего гордое название «Сатурн».

«Слава Богу, хоть он не называется „Тура!“» — Иронично заметил про себя Мамедов.

Марина сняла ремень безопасности.

— Выходите, — не очень любезно произнесла она.

— Это что же, и есть нейтральная зона? — Мамедов вопросительно уставился на Жданову.

— Нет. Просто мне надо кое о чем договориться с одним человеком, а оставить вас в машине…

— Понимаю, понимаю, — Мамедов с улыбкой, в знак повиновения поднял руки.

Поставив «мицубиси» на сигнализацию, Жданова, не глядя на Алискера, устремилась ко входу в супермаркет.

— Добрый день, — обратилась она к девушке-продавцу, которая при ее появлении, широко, с оттенком подобострастия улыбаясь, поспешила ей навстречу, — мне нужна Людмила Львовна.

— Одну секунду! — девчушка побежала куда-то вглубь зала.

Мамедов увидел, что почти все продавцы и кассиры пялятся на них. Беззаботно насвистывая, он взял корзину и, миновав турникет, двинулся вдоль полок.

— Куда это вы? — недоуменно окликнула его Марина, нетерпеливо поигрывавшая ключами от машины.

— Хочу с пользой провести время ожидания, ознакомиться с ассортиментом. — Он продолжил свой путь.

Марина скептически пожала плечами. Ироничная реплика Мамедова и Маринино движение не остались незамеченными обслуживающим персоналом и некоторыми из наиболее любопытных покупателей.

Вскоре прибежала девчушка-продавец, которая отправилась сообщить Людмиле Львовне о визите Ждановой.