Китаец задумался. У него был приказ сообщать о подозрительных пришельцах Заурбеку. Но стоит ли портить отношения с телохранительницами госпожи?

– Может, ты сообщишь? – спросил он девушку.

– Отчего нет? Кому, молодец? – обратилась она ко мне.

– Эльфие, или Тахмине, или Адольмине.

Последнее имя, принадлежащее смешливой толстушке, я вспомнил с трудом. В том, что девушки, сопровождавшие Валию в походе, здесь верховодят, сомневаться не приходилось.

Прекрасная охранница исчезла, и уже через пять минут к воротам вышла моя любимица Эльфия.

– Сэр Лунин! – радостно воскликнула она. – Приятно видеть вас.

– Взаимно, – улыбнулся я. – Можем ли мы попасть к госпоже?

– Думаю, не сразу, – лукаво улыбнулась она. – Госпожа Валия сейчас занята. Но вы можете провести время в моем обществе.

– Ни о чем более приятном я и не мечтал, – с поклоном сказал я, не слишком при этом лукавя.

Девушка провела нас мимо китайцев и джигитов. Через летний сад, мимо журчащих фонтанов мы прошли в одноэтажный домик, в котором, видимо, хозяйничала женская гвардия. Обставлен он был изысканно: шелковые шторы, картины, узорчатый паркет, резная мебель. И ни одного мужчины внутри. Мечи мы оставили в деревянной стойке у порога.

В маленькой уютной комнате уже был накрыт десертный столик. Вино в двух кувшинах, халва, печенье, засахаренные груши. Скорее всего, Эльфия с подругами собирались обедать. Не думаю, что специально из-за нас так спешно соорудили достархан.

– Угощайтесь, дорогие гости, – предложила хозяйка.

Мы церемонно поклонились, омыли руки в медном тазу и уселись на ковер возле столика. Стульев в комнате не было.

Эльфия налила вино в серебряные бокалы, пригубила каждый и подала их нам.

– Мясо скоро принесут, – прощебетала она. – Я понимаю, что мужчин трудно накормить сладким.

Вард обрадовано закивал головой. Он и мед ел неохотно, а роскошный сладкий стол во дворце княжны поверг его в полное уныние. Вино было отличное и совсем не сладкое. Красное, сухое, на вкус оно напоминало каберне. Мы выпили раз, другой, третий. И тут я заметил, что Лакерт явственно клюет носом. Напиток, который предлагала нам Эльфия, был не настолько крепким. Да и уставшим мой товарищ до сих пор не выглядел. Я начал что-то подозревать. Взглянул на Эльфию, но та только очаровательно мне улыбнулась и подмигнула. Когда женщина так тебе подмигивает, нельзя приставать к ней с расспросами. Это ясно даже самому неопытному мальчугану.

Минут через пять Вард свалился на ковер и захрапел.

– Думаю, хорошо, что он не будет нам мешать, – таинственно улыбнулась хозяйка.

– Снотворное? – спросил я.

– Маковая роса. Вытяжка из зеленых коробочек.

– Не думаю, что ему хватит надолго. Молодой человек привычен к литомину. Что для него мак?

– Разве нам нужно, чтобы он спал долго? – расхохоталась захмелевшая Эльфия. Видимо, немного росы досталось и ей. Ведь она пригубила оба наших бокала. – Нам всего лишь нужно немного поговорить наедине.

Девушка подсела ко мне и положила руку на плечо. Я не люблю, когда женщины уж очень инициативны. Но хозяйка была такой хорошенькой, что мне стало все равно.

– Откуда ты, сэр Лунин? – прямо на ухо прошептала девушка. – Где ты научился так драться? И научишь ли меня?

– Странное желание для такой нежной и хрупкой женщины, – заметил я, обнимая ее за талию.

– Хрупкой? – переспросила Эльфия, словно не замечая моей руки. Я подумал, что действительно неверно выбрал эпитет. Несмотря на изящную талию, девушка была крепкой. Не полной, но вовсе и не хрупкой.

– Желанной, – тихо исправился я.

– Но-но! – Девушка мгновенно выскользнула из моих объятий. – В этом доме много ушей и еще больше глаз.

– Тебя это беспокоит? – усмехнулся я.

– Да.

Желание женщины – закон для настоящего мужчины. Я отодвинулся от хозяйки еще дальше.

– Надеюсь, мы увидимся в другом месте. Там, где не будет глаз и ушей, – тихо, но уверенно сказал я.

– Может быть. – Эльфия кивнула. – Так все же, откуда ты здесь взялся? Я спрашиваю не из любопытства, но по поручению госпожи.

– Долго объяснять.

– И все же – если ты хочешь… Если надеешься встретиться со мной позже – объясни. Я не имею дел с таинственными незнакомцами.

– Последние несколько лет я провел за Вратами, в далеком монастыре Лаодао. Там я научился многому.

– Это ясно любому. А откуда и когда ты ушел сквозь Врата?

– Ну, в некотором роде я не уходил отсюда через Врата.

– Однако же нашей госпоже ты сказал, что родился на Земле.

В словах девушки явственно слышался ужас, как это я мог солгать княжне.

– Сказал. И это так, – согласился я.

– Не понимаю, как такое может быть.

– Я родился здесь, когда Врат еще не было, – признался я, чувствуя себя идиотом. Но врать мне хотелось еще меньше, чем выглядеть сумасшедшим.

– То есть тебе больше восьмисот лет?

– Не совсем так, хотя родился я действительно больше восьмисот лет назад.

– Ты, наверное, считаешь, что обмануть провинциальную девушку просто и приятно, – вспыхнула Эльфия.

Я считал, что это действительно так, но в данный момент Эльфию обманывать не собирался.

– Объективно мне тридцать пять лет, – объяснил я. – Мне пришлось жить в таком месте, где время течет по-другому. Туда я был заброшен после колдовского поединка.

– Так ты колдун? – ахнула девушка. У нее был такой испуганный вид и при этом глаза горели таким жгучим любопытством, что мне захотелось быстрее заключить ее в объятия и утешить.

– Я – маг. Моим соперником был черный колдун.

Вард Лакерт издал во сне особенно громкий храп. А деревянная узорчатая дверь в комнату распахнулась. За порогом стояли Заурбек и несколько джигитов с саблями наголо и арбалетами. Позади Заурбека я увидел китайца, дежурившего на воротах.

– Молодец, девочка. Мы узнали об этом нечестивце все, что хотели, – криво усмехнулся советник.

Эльфия испуганно ахнула и побледнела.

Другой на моем месте заподозрил бы девушку в предательстве. Я тоже не исключал такой возможности, но склонялся к мысли, что Заурбек просто ее подставил.

– Полагаю, ты не станешь нападать на меня с оружием? – спросил я советника Валии.

– Если ты сдашься – конечно нет, – скрипуче рассмеялся Заурбек. Ему было отчаянно страшно. – Ведь ты сам не нападешь на телохранителей княжны? Это – открытый бунт, после этого ты станешь вне закона на всей территории княжества.

Я прикинул свои шансы. С вероятностью восемьдесят процентов я мог увернуться от арбалетных болтов в этой тесной комнате. Но тогда наверняка пострадают Вард Лакерт и, возможно, ни в чем не повинная Эльфия.

Еще я мог перебить всю охрану, которую привел Заурбек. Скорее всего, большинство этих воинов – отличные ребята, которым просто выпало служить под началом негодяя. Они еще понадобятся нам в войне с Лузгашем. И, наконец, проклятый советник прав относительно последствий сопротивления – после схватки во внутренних покоях дворца меня действительно объявят вне закона, а Заурбек укрепит свои позиции.

Не вполне ясно было, как поведет себя в данной ситуации Эльфия. Если она и вправду заодно с Заурбеком, то мои шансы вырваться из плена живым резко уменьшаются. Если нет – то я практически в безопасности. Любимицу княжны Заурбек не осмелится тронуть. А она сообщит госпоже о заговоре и о том, что я нахожусь в плену.

Я уже протянул было пустые руки к людям Заурбека, но тут заметил его кривую усмешку и понял, что еще может затеять вероломный царедворец. Убить Эльфию и обвинить в этом меня.

Но вокруг было слишком много свидетелей. А из боковых коридоров подтягивались телохранительницы княжны. Я заметил высокую черноволосую Тахмину, удивленную вторжением в женские покои такого количества джигитов и китайцев. Заурбек упустил свой единственный шанс.

– Отдаюсь на волю княжны, – громко, на весь дом заявил я.

Два китайца тут же оказались рядом со мной и скрутили мне руки. Так что сразу не выпутаешься. Заурбек скрипуче рассмеялся.

– Между прочим, колдунов у нас сжигают, – заметил он.

Я подумал, что это абсурдно в мире, где магия совершенно не действует. На мой взгляд, колдуна гораздо проще удавить.

Подвал, куда меня поместили, был сырым и темным. Камера – маленькая клетушка с низким потолком, в которой негде укрыться, трудно защититься от выстрела из арбалета через маленькое зарешеченное оконце. Раньше здесь, по-видимому, было техническое помещение санатория.

Тяжелая, толстая деревянная дверь не была даже окована железом. При необходимости я разобью ее за пятнадцать минут. Но пока лучше этого не делать. Не стал я и избавляться от веревки, которую с меня не сняли. Незачем показывать свои тайные умения раньше времени.

Присев на голый пол в углу, я размышлял. Играла ли Эльфия свою партию, или ее промедление невольно сыграло на руку Заурбеку? И как поведет себя добросердечная, но воспитанная мудрым и дальновидным политиком княжна Валия? Не отдаст ли приказ сжечь колдуна по наущению своего преданного советника?

Варда Лакерта поместили в какую-то камеру по соседству. Бывший вор, когда проснется, наверняка заподозрит предательство с моей стороны. Зазвали во дворец, опоили и сунули в подземелье. На его месте, особенно после знакомства с порядками, царившими у Лузгаша, я бы почувствовал себя очень неуютно.

Мимо дверей камер никто не ходил – только тихо разговаривали несколько охранников в дальнем конце коридора. Часа через два они принесли еду: кусок сыра, ломоть хлеба, кружку воды. Для тюрьмы здесь не так уж плохо кормили. Есть и пить я, конечно, не стал. Мой организм закален и вполне может обойтись без пищи и воды несколько лишних часов.

Через час после обеда с лестницы послышался шум шагов. За дверью раздался противный голос Заурбека:

– Выходи на суд княжны, мерзкий колдун. Щелкнула щеколда, дверь приоткрылась. Я вышел в коридор. На меня вновь навели несколько арбалетов, а две обнаженные сабли уперлись в бока.

– Не стоит волноваться, – обратился я к охранникам. – Я не убегу.

– Держите его крепче, – приказал Заурбек.

Как оказалось, Валия принимала узников не в главном зале дворца, а в специальных палатах в подвале. Что ж, мудрое решение.

Девушка в темном платье сидела в кресле с высокой деревянной спинкой и широкими подлокотниками. Напротив возвышалось сооружение, которое я определил для себя как дыбу. До сих пор мне не приходилось знакомиться с этим отголоском варварских времен. Не собирался знакомиться и сейчас, даже если дела пойдут неподобающим образом. Интересно, может быть, юная княжна сама пытает узников? За ангельской внешностью часто скрываются самые низменные пороки…

Увидев меня, Валия побледнела.

– Что ж, ты не так могуч, как показалось вначале, – усмехнулась она. – Эрлик не дал бы себя связать.

– Даже Одина в свое время захватили врасплох, – спокойно ответил я, не желая, впрочем, проводить параллель между богом и собою.

(Верховного бога скандинавской мифологии Одина захватил в плен конунг, который с подозрением отнесся к человеку, на которого не лаяли собаки. Один девять дней провел между двумя кострами, которые жгли его. Подробно об этом рассказано в «Речах Гримнира».)

– Зачем ты явился сюда? – строго спросила Валия.

– Ты имеешь в виду эту комнату? Видишь ли, меня сюда притащили силком, поэтому тебе, наверное, легче ответить на этот вопрос…

– Нет, зачем ты приехал в Бештаун?

– Чтобы встретиться с тобой, княжна Валия.

– Зачем?

– Об этом я буду говорить не на допросе, а тогда, когда меня примут как гостя, – ответил я.

Девушка задумалась. С одной стороны, я был в ее власти. Возможно, освободить меня значило совершить роковую ошибку. Но прямой угрозы я пока не представлял.

– Развяжите, – приказала княжна. – Мы пройдем в зал для приемов.

– Не делайте этого, ваше высочество! – закричал Заурбек.

– Неужели ты думаешь, что моя гвардия не защитит меня? – спросила княжна. – Но если это и так, что помешало бы ему взять мой дворец штурмом? Кстати, сэр Лунин, я прошу прощения за прием, оказанный тебе моим советником.

Княжна решительно отмежевалась от действий Заурбека, а вероломный советник побледнел. Он был уверен, что теперь я прикончу его при первом удобном случае. На самом же деле Заурбек даже стал меня забавлять. Никаких особо мстительных чувств я к нему не испытывал.

С развязанными руками я пошел за вооруженными стражниками. Следом шли воины с обнаженными мечами.

Главный зал княжеской резиденции Бештауна впечатлял. Хрустальные люстры, мягкие кресла, блестящий паркет, занавеси из тяжелой переливающейся ткани. Княжна поднялась и села на большой, явно не подходивший ей трон, обитый золотыми и алюминиевыми пластинками. На мой взгляд, дикое сочетание. Но алюминий в индустриально неразвитом обществе действительно должен был цениться. Технологии производства этого легкого металла здесь не было, и он редко встречался.

Около трона княжны стояли несколько вооруженных мужчин и женщин. Я узнал Тахмину, Адольмину и взволнованную Эльфию. Поодаль от всех держался высокий крепкий мужчина с орлиным носом и гордым, цепким взглядом. Скорее всего, это был главнокомандующий княжны, Салади. Его я прежде не видел. В народе о нем отзывались тепло. Почти у самого трона стоял Заурбек.

– Говори, – приказала княжна.

– Мое сообщение касалось прежде всего моего спутника, – заявил я. – Прикажи привести его сюда.

Дожидаясь, когда доставят Лакерта, я без приглашения уселся в мягкое кресло. Большинство царедворцев остались стоять.

Минут через десять ввели испуганного и подавленного Варда. Он, конечно, был уверен, что я его предал.