В следующее мгновенье ОНА ИСЧЕЗЛА, КАК СОН.

   Вильгельмина не успела ни вскрикнуть, ни испугаться, – она стояла, будто окаменев, на перекрестке дорог, крепко сжимая под одеждой Цепь Знаний.

   За редколесьем, над зубчатыми башнями городских стен величественно вставало солнце, и утренние лучи, прорываясь сквозь ветви молодых сосен, озаряли фигуру девочки.

* * *

   Больше Лана не смогла вспомнить ничего.

   Если рассматривать события с точки зрения современных знаний, они казались невероятными, сказочными, но с другой стороны, как можно думать о сказках, когда находишься вне мира физического и начинаешь вспоминать события, которые по многим признакам происходили сотни лет назад?

   Что она должна сделать? Усомниться в здравости собственного рассудка?

   Нет смысла таить: подобная мысль иногда проскальзывала, и неизвестно чем бы все закончилось…

   Ступени. Именно они не давали Лане окончательно усомниться в происходящем. Если всему виной богатое воображение или хуже того – нарушение психики, то она не попадала бы раз за разом в одно и тоже место. Тоннель явно, объективно существовал, вне зависимости от состояния ее рассудка. На данный вывод наводил хотя бы тот факт, что многократные посещения ни разу не изменили его деталей. Никаких искажений, деформаций, – если Лана замечала на стене глубокую царапину, то могла быть уверена, что найдет ее на том же месте, появившись тут и в десятый, и в сотый раз…

   Так и происходило. Она уже не могла с точностью сказать, сколько раз приходила сюда, поднимаясь все выше и выше, иногда сбиваясь со счета ступеней, иногда засыпая, совершенно лишившись сил, но приходил новый день, за ним наступала ночь, и Лана вновь возобновляла подъем…

   В реальности мира физического она начала делать записи, пытаясь осмыслить происходящее, но поначалу ничего не получалось, материала для определенных выводов по-прежнему не хватало, оставалось лишь надеяться, что лестница не бесконечна, и наступит момент, когда ей откроется что-то новое…

Глава 3

   Следующее знаковое событие произошло, когда Лана достигла девяносто седьмой ступени.

   Она заметила, что уже пройденные участки подъема с каждым новым посещением даются легче, требуют меньших затрат энергии, но стоило пересечь рубеж предыдущей остановки, как подъем снова начинал изматывать неимоверным напряжением, будто сам воздух уплотнялся, и ей приходилось преодолевать сопротивление незримой, но явно ощущаемой силы.

   Ее природа по-прежнему оставалась загадкой.

    Девяносто семь … Лана сделала очередной шаг, искренне надеясь, что рубеж круглого числа принесет что-то новое, пока что скрытое за плавным поворотом, и в этот миг к ставшему уже привычным сопротивлению неведомой силы вдруг присоединилось нечто новое, необычное.

   Она остановилась.

   Из-за поворота, там, где должна располагаться сотая ступень, брезжил слабый свет, но он лишь на мгновенье привлек внимание Ланы, потому что охватившее ее чувство имело совсем иной источник.

   Внимательно осмотревшись, она вдруг заметила, как из тонкой щели между каменными блоками медленно выдавливается непонятный сгусток энергии.

   Еще мгновенье, и он оторвался от стены, приняв конкретную форму.

   Сгусток энергии сформировался в шар, размером примерно с футбольный мяч, и одновременно с этим внутри сияния обозначились сотни тонких нитевидных уплотнений, оканчивающихся чем-то вроде… эфемерного энергетического зонтика, как у отцветшего одуванчика…

   Она увидела удивительное создание, структуру и форму которого можно передать лишь при помощи известных аналогий. Лана стояла не шелохнувшись, понимая, что сейчас произойдет нечто важное.

   Первый из «одуванчиков» повис в воздухе, затем начал осторожно приближаться, паря над лестницей на уровне головы Ланы. Осторожно скосив взгляд в сторону стены, она увидела, как еще четыре подобных создания появляются из тонких щелей между плотно пригнанными каменными блоками, – они высачивались оттуда, окружая Лану со всех сторон.

   Страх, удивление и восторг смешивались воедино, их синтез порождал неведомые ранее чувства.

   Вот первый из них приблизился и коснулся щеки одной из своих энергетических «лапок».

   Едва ощутимое, почти нежное прикосновение, в котором тревожной нотой сквозит предчувствие смертельной опасности.

   Энергетическое существо – явный страж данного места – осязало ее, скользило едва уловимыми прикосновениями по чертам лица, будто пыталось узнать Лану, либо опровергнуть узнавание, констатировать, что по ступеням сложенной из массивных каменных блоков лестницы поднялся кто-то чужой… и тогда…

   От мысли, что может сделать подобное энергетическое существо, в душе должен был стыть ужас, но Лана не испугалась. Максимум, что она испытывала – это удивление и чувство непонятной, щемящей горечи, словно встретилась с чем-то давно, безвозвратно утраченным.

   «Одуванчик» окончил осмотр, его прикосновения прекратились.

   Что он сделает дальше?

   Наступал решающий момент. Если «одуванчики» действительно стражи тоннеля, то сейчас…

   Лана не знала, что и думать, стояла, затаив дыхание, и наблюдала, как три «одуванчика» медленно слились с материалом стены, исчезнув в щелях между каменным блоками, а два энергетических создания заняли позиции чуть выше ее плеч.

   Могу ли я идти дальше?

   Лана понимала, сделанный ей шаг выявит результат неожиданной встречи.

   Она шагнула на следующую ступень.

   Оба энергетических существа послушно двинулись следом, сохраняя дистанцию.

    Они узнали меня… – от мысли внутри все сжалось, будто очередная ступень принесла новое откровение: теперь Лана получила возможность ощущать энергетическую мощь следовавших за ней «одуванчиков», словно в подсознании открылся тайник, содержавший сокровенную информацию, – окажись в тоннеле чужой, они бы уничтожили незваного гостя, пожертвовав при этом собой – таково было их предназначение.

* * *

   Сотая ступень.

   Маленькая площадка, узкая тропинка ведет от нее по изломам отвесной стены скал, внизу бездна, даже смотреть страшно, не то, что идти…

   На противоположной стороне открывшегося взгляду ущелья такая же тропа, только шире, и ведет она не вдоль обрыва, а сворачивает в узкую расселину.

   Как добраться туда?

   Идти по узкому карнизу, в надежде, что тропа, начинающаяся от площадки, в конечном итоге приведет ее к противоположной стороне ущелья или какому-то искусственно созданному переходу?

   Она не была уверена в правильности такого решения. Что-то подсказывало: нужно действовать иначе.

   Иначе – это как?

   «Одуванчики» парили в полуметре от Ланы, на высоте ее плеч, издавая напряженное потрескивание, словно между отдельными энергетическими нитями существ постоянно били разряды статического электричества.

   Мысленно перебирая варианты, Лана пробовала представить, что могло бы помочь ей перебраться на противоположную сторону?

   На ум почему-то приходили не совсем обычные технические решения, и вдруг…

   Реально сработало воображение, впервые изменив окружающую данность. Лана увидела, как через пропасть натянулась плотная металлическая сетка, шириной около метра, а над ней возник трос, исполняющий роль поручня.

   В первый момент потрясение оказалось сильнее, чем все остальные чувства.

    Неужели это сделала я?!..

   Проверить можно было лишь одним способом, – ступить на созданную конструкцию.

   Лана осторожно коснулась рукой туго натянутого троса. Ладонь ощутила фактуру и немой холод металла. Шаг на упругую, слегка вибрирующую сетку заставил сердце биться глухо и часто.

    Ничего… Держит! ..

   Еще один шаг. Оба энергетических стража «тоннеля» послушно двинулись следом, очевидно, они не усмотрели в действиях Ланы ничего необычного.

   Минуту спустя она находилась уже по ту сторону бездонного ущелья.

   Тропа уводила вглубь скалы, вливаясь в расселину.

   Лана осторожно, стараясь не торопиться, не терять концентрации внимания, ступила в узкий проход. По левую руку в скальной породе оказались вырезаны узкие отверстия, по своей форме напоминающие бойницы. Заглянув в одну из них, Лана ясно различила гладко ошлифованный желоб, по которому к ее немому удивлению были проложены… трубы и изолированные кабели!

   После массивной, примитивно обработанной кладки каменных блоков, образующих ступени лестницы и стены тоннеля, она была крайне удивлена, обнаружив технические коммуникации.

   Еще одно необъяснимое открытие?

   Лана не могла себе позволить остановиться и заняться решением еще одной загадки. Сегодняшнее посещение тоннеля внезапно переполнилось событиями, и она, памятуя о многодневном, изнуряющем восхождении, справедливо опасалась, что силы могут покинуть ее в самый неподходящий момент.

   Решила не изменять проверенной тактике – идти вперед, покуда хватит сил, попутно запоминая все увиденное.

* * *

   Узкая расселина вывела Лану к внушительных размеров площадке, на которой возвышалось здание .

   Она остановилась, энергетические стражи «тоннеля», следовавшие за ней, так же притормозили свой полет, и парили в воздухе, соблюдая некоторую дистанцию.

   Постройка выглядела необычно. Сводчатое куполообразное здание метров десяти в высоту, имело три кольцевых ряда окон. Никаких аналогий ни с современной, ни с древней архитектурой... Если вход в «тоннель» и ступени лестницы отражали вполне понятную функциональность, то данное строение не поддавалось мгновенной ассоциативной оценке.

   Следовало попасть внутрь, осмотреть помещения, но над входом и внешней частью купола парили уже не единицы, а десятки «одуванчиков». Лана слегка повернула голову, посмотрев на следовавших за ней немых стражей. Могут ли энергетические создания обмениваться информацией?

    Сейчас проверю .

   Она интуитивно чувствовала, что начинаются рискованные опыты, но могла ли Лана остановиться, повернуть назад?

   Конечно, нет.

   Перед ней шаг за шагом приоткрывалась вуаль неведомого, она открывала для себя совершенно новый для понимания мир, и, что немаловажно: каждый шаг теперь давался без надрывных усилий, словно неведомая сила, сопротивлявшаяся ее продвижению в тоннеле, свернула противодействие.

   Шагнув вперед, по направлению входа в здание, она неотрывно следила за энергетическими стражами, что парили над куполом, но ни один из них даже не шелохнулся.

   В сознании принимал особую остроту появившийся еще в тоннеле вопрос: почему они пропустили меня, приняли, не попытались остановить?

   Осторожно приближаясь к входу, Лана прислушивалась к своим чувствам.

   Оказывается, они изменились, она даже могла с уверенностью определить момент, когда в душе произошла внезапная трансформация: ореол таинственности незаметно поблек, все изменилось сразу после прикосновений энергетического стража «тоннеля», словно сканирование пробудило в ней дремавшие до поры ощущения.

   Вспомнив, с какой непринужденностью она создала переход через ущелье, Лана поняла, что совершила машинальное действие.

   Выходит мое сознание хранит привычку к подобным манипуляциям?

   Мысль явно выходила за рамки ее реального жизненного опыта, но в душе уже был пройден некий Рубикон, она больше не могла всецело доверять памяти прожитых лет, – Лана уже вкусила иных воспоминаний, да и чувства действительно изменились, под тонким слоем настороженности внезапно дала знать о себе еще не понятая, но резкая печаль, похожая на приступ ностальгии…

   …

   Внутри постройки на пол ложился сложный рисунок: свет, проникая через три яруса окон, создавал причудливый узор, мягкие переходы темных и светлых пятен не складывались в изображение, они казались фрагментами размытой, нечеткой мозаики.

   Лана подняла взгляд.

   Осматривая здание снаружи, она ожидала встретить как минимум три этажа по количеству ярусов, в которых располагались окна, но на поверку постройка оказалась не только пустотелой, но и лишенной какой-либо меблировки, лишь в центре куполообразного свода она сумела разглядеть непонятный механизм, напоминающий плотно закрытый бутон фантастического цветка.

    Интересно, что это такое? – Подумалось ей, и тут же, раздался резкий, ноющий звук, странный механизм мгновенно активировался, будто отреагировав на мысль: «бутон» начал вращаться, затем подался вниз, обнажая тусклые жгуты сервоприводов, оплетающих центральную опору, одновременно лепестки начали раскрываться, внутри появился еще один стержень, удерживающий шар, от которого исходило постепенно разгорающееся желтоватое сияние.

   Лана пошатнулась.

   Металлические лепестки вращались все быстрее, одновременно продолжая движение вниз, на удлиняющейся опоре, пока их внешняя поверхность не поймала свет от верхнего яруса окон и…

   Все закружилось перед глазами, сотни световых зайчиков неслись по стенам, сливаясь сначала в росчерки, затем в полосы, на это было больно смотреть, словно по внутреннему периметру зала вдруг началось накопление энергии…

    Нет, господи, только не сейчас… Я не выдержу… – Паническая мысль, промелькнувшая в сознании Ланы, подействовала, как выключатель процесса, – механизм резко замедлил вращение и начал складываться в прежнее положение, но она уже едва осознавала происходящее: внезапное, резкое изменение окружающих ее энергий вызвало сначала короткий прилив сил, а затем непомерную, граничащую с обмороком слабость.

   …

   Лана открыла глаза.

   Все тело ломило, мышцы опять напряжены, едва ли не до судорожного сокращения.

   Несколько минут понадобилось ей, чтобы хотя бы немного придти в себя расслабиться, почувствовать, что воздух снова проникает в легкие…

   Почему-то хотелось плакать.

    Я не смогу… Не справлюсь…

   Гнать прочь эти мысли.

   Она встала. Кружилась голова. За окнами бушевала непогода, косой дождь хлестал по стеклам, протяжно, заунывно выл ветер, изредка громыхая плохо закрепленным листом жести на крыше.

   Лана прошла в ванную комнату, умылась, взглянула на себя в зеркало.

   Регулярные посещения «тоннеля» давали знать о себе, брали беспощадную мзду: лицо похудело, осунулось, под глазами обозначились припухлости.

    Нужно хотя бы раз нормально, по-человечески выспаться , – промелькнула мысль.

   Беда в том, что теперь Лана уже не знала, как это сделать.