– Сегодня утром мы получили в отношении вас довольно серьезную наводку.

– Неужели? – усмехнулся Феннер. – Настолько серьезную, что вы прислали ко мне троих своих дуреломов, перевернувших все вверх дном в моей конторе и убравшихся ни с чем?

Но Гроссета не так-то легко было вывести из себя. Он приятно улыбнулся.

– Ну куда уж нам до вас! Тем не менее мы обыскали весь квартал и что бы вы думали нашли? Какого-то чинка «Чинк – презрительная кличка выходцев из Китая и стран Юго-Восточной Азии.» с перерезанным горлом. Кстати, в одном из офисов неподалеку от вас.

Феннер поднял брови, разыгрывая крайнее удивление:

– Да что вы говорите? Хотите, чтобы я нашел вам того, кто его убил?

– Человек, позвонивший нам утром, сказал, что мертвый китаец находится в вашем офисе.

– Какая досада. Они что, подсадили его не в ту комнату? Гроссет решительно затушил окурок в пепельнице.

– Послушайте, Феннер, нам не следует враждовать. Я выкладываю свои карты на стол. Этого китайца прикончили около полутора суток тому назад. Наводка была сработана грубо, и мы, конечно, сразу догадались, что это подсадка, но были обязаны проверить. Но этот китаец нас заинтересовал. Мы бы хотели знать, кто он и за что ему перерезали глотку. У вас есть на этот счет какие-нибудь соображения?

Феннер озадаченно почесал нос.

– Послушайте, коллега. Ваша речь меня очень растрогала. Поверьте, если бы я что-нибудь знал об этом деле, то немедленно сообщил вам. И уж, конечно, сразу же передал бы вам дохлого китайца. Не тратиться же на его похороны. Но дело в том, что я его никогда не видел и, надеюсь, не увижу.

Гроссет задумчиво посмотрел на Феннера.

– Да, люди, характеризовавшие вас, были совершенно правы. Вы предпочитаете работать в одиночку и передаете дело нам, лишь полностью раскрутив его. Хорошо. Пусть будет по-вашему. Мы поможем вам в этом деле всем чем сможем. Но если вы зашьетесь, то мы уже не сможем вам помочь и, может случиться, сотрем в порошок.

Феннер насмешливо посмотрел на него и встал:

– Надеюсь, у вас все? Разрешите приступить к работе? Гроссет кивнул, не уловив иронии.

– Не пропадайте, Феннер. Уверен, что скоро мы с вами вновь встретимся.

Он махнул своим подручным и направился к двери. Как раз в этот момент из коктейль-бара выпорхнула оживленная Пола и поспешила к собравшемуся уходить Феннеру.

– Где ты была? – неприветливо спросил детектив.

– Послушай, Дэйв. Я разговаривала с мистером Линдсеем. Записала все подробности похищения его дочери. Ну почему ты не хочешь помочь ему?

Феннер окинул ее холодным взглядом.

– Послушай, детка. Ты не носишь накладок на заднем месте?

– Какое тебе дело, что я ношу? У меня, по-моему, и так все на месте.

– Жаль. Когда мы вернемся в нашу берлогу, я так тебя отшлепаю, что ты у меня две недели не сядешь. И больше ни слова об этом Линдсее и его дочке. Они меня не интересовали, не интересуют и никогда не заинтересуют. У меня и без того полно забот. Дай Бог расхлебать до конца жизни.

– С твоим умишком тебе вовек не расхлебать. Дернул же меня черт связаться с таким бесчувственным чурбаном, – пробурчала Пола, шагая за ним к выходу.

Когда они вернулись в офис, Феннер прошел прямо в кабинет занял свою излюбленную позу и закурил.

– Иди-ка сюда, ежик, – крикнул он Поле. Она проскользнула в дверь и села около него, держа наготове блокнот и карандаш. Феннер покачал головой:

– Я не собираюсь ничего диктовать. Просто посиди со мной.

Пола смиренно сложила руки на коленях.

– О'кей. Я еще не была в роли бессловесной сиделки. Не поддаваясь на ее ехидные замечания, Феннер задумчиво произнес:

– Может быть, надо было сообщить о деньгах полиции, и они помогли бы мне выйти на след. Гроссета интересует этот китаец. Но тогда пришлось бы всем делиться с этим цепким парнем, и плакали наши денежки.

– А почему бы и нет? Он мог бы помочь тебе отыскать эту девушку…

– Ты опять за свое?

– Я имею в виду мисс Дэйли.

Феннер отрицательно помотал головой, как бы убеждая самого себя:

– Нет, здесь мне придется покрутиться самому. Что-то мне подсказывает – полицию не следует вмешивать в это дело. Пола взглянула на часы. Было около пяти.

– Ну ладно, мыслитель, я пошла работать. Все равно сейчас вряд ли что-нибудь придумаешь.

– Сиди, – раздраженно приказал ей Феннер. – Пока что я тебе плачу деньги.

– Я бы не сказала, что очень большие, – огрызнулась Пола, усаживаясь поудобнее в кресле.

Она знала, что, когда он в таком настроении, ему лучше не перечить.

– Если эта дамочка не объявится, то не знаю даже, с чего и начать. Абсолютно никакой зацепки. Мы не знаем, кто она, откуда приехала. Единственно, что нам известно, так это то, что у нее есть сестра, как-то связанная с двенадцатью китайцами. Если тот мертвый китаец – один из них, то остается одиннадцать. Отвалить такую кучу денег – и смыться. Тут что-то не так.

– А может быть, она заметила какого-нибудь знакомого, испугалась и поэтому рванула от меня сломя голову? – вставила Пола.

Феннер обдумал эту возможность.

– Ты не заметила никого подозрительного, кто бы мог так ее напугать?

Пола покачала головой.

– Нет, ты же знаешь, что в это время на улицах только наша благопристойная балтиморская публика.

– А это мысль.

Феннер вскочил со своего крутящегося кресла и принялся расхаживать по кабинету.

– Ну, конечно же, она чего-то напугалась и поэтому убежала. Надо ждать ее телефонного звонка. Как только она позвонит, немедленно сообщи мне. Ты будешь знать, где меня разыскать.

– Может быть, еще перетащить свою кровать сюда или ночевать прямо здесь на столе? Боюсь, что люди нас не правильно поймут.

– Пусть это тебя не беспокоит. У меня достаточно хорошая репутация, и никто меня не заподозрит в совращении несовершеннолетней.

– Мне уже двадцать, – выпалила Пола и хлопнула дверью. Феннер рассмеялся и поднял трубку телефона.

– Управление федеральной полиции? Позовите, пожалуйста, инспектора Гроссета. Скажите ему, что с ним хочет поговорить Феннер.

Вскоре в трубке раздался бодрый голос Гроссета:

– Хеллоу, Феннер. Решил все же поговорить со мной?

– Пока еще нет, но может быть. Хотел у тебя кое-что спросить относительно этого китайца, которого вы нашли. При нем не было чего-нибудь интересного?

– Ну, ты, парень, однако, нахал, – рассмеялся Гроссет. – Уж не думаешь ли ты, что ФБР станет поставлять тебе информацию?

– Нет, я так не думаю, – отрубил Феннер. – События только начинают раскручиваться, и у меня предчувствие, что если они наберут обороты, то вам придется расследовать еще не одно убийство. В наших обоюдных интересах предотвратить их.

– Еще раз предупреждаю тебя, Феннер, если ты что-то скрываешь, что могло бы помочь начатому нами следствию, то я тебе не завидую.

Феннер недовольно заерзал в кресле.

– Слушай, парень, ты наводил обо мне справки и должен знать, что меня не так-то легко запугать. И потом, я имею полное право сохранять инкогнито моего клиента. Так что не будем терять времени. А теперь твой ход. За мной не заржавеет. Верну с процентами, как только что-нибудь раскопаю. Идет?

– Тебе палец в рот не клади, – с сожалением в голосе произнес Гроссет. – То, чем мы располагаем, вряд ли поможет тебе. Мы почти ничего не нашли.

– А все же. Как они его подсадили?

– Проще простого. Пронесли его через центральный вход в корзине из-под белья, распаковали в пустом офисе на твоем этаже и подкинули его тебе.

– Не лови меня на дешевых приемах. В мою контору они его не заносили, а оставили, как ты говоришь, в пустом офисе.

Феннер слышал, как инспектор рассмеялся на другом конце провода.

– Кто-нибудь видел, как они его заносили? – спросил он.

– Нет.

– Спасибо. Это уже кое-что. Больше ничего? Может быть, какая-нибудь деталь, которая показалась тебе странной?

– Боюсь, это все. Разве что то, что они располосовали его от уха до уха, а потом зашили.

– Да что ты говоришь? Деликатная работа, ничего не скажешь. Это все?

– Пока все.

– Ну, бывай.

Феннер положил трубку и озадаченно смотрел на нее несколько секунд.

Спустя некоторое время в кабинет вошла Пола и обнаружила своего патрона в обычной позе за столом. На его лице было все то же недоумевающее выражение.

Пола поставила на кресло небольшой чемодан со своими постельными принадлежностями и сняла пальто и шляпу.

– Есть какие-нибудь новости?

Феннер отрицательно помотал головой.

– Если бы не китаец, то этот гонорар можно было отнести к разряду легких денег. Но этим веселым ребятам надо было во что бы то ни стало убрать меня с дороги. Иначе зачем бы так рисковать и тащить труп в мой кабинет посреди бела дня?

Пола открыла свой чемодан и достала книгу.

– Я уже пообедала, – сказала она, усаживаясь в кресло у телефона. – Готова сидеть здесь хоть до скончания века. Если тебе надо идти, иди.

Феннер встал из-за стола и стряхнул пепел с костюма.

– О'кей, крошка. Я скоро вернусь. Если она позвонит, скажи, что мне очень нужно ее видеть. Запиши адрес и навешай лапши на уши, как ты это можешь. Мне необходимо добраться до нее.

– Вот этого-то я и боюсь, – пробормотала Пола вслед уходящему Феннеру.

В приемной перед Феннером выросли двое коренастых плотных мужчин, одетых в одинаковые черные костюмы. Они были похожи на мексиканцев или пуэрториканцев. Сначала Феннер подумал, что это агенты ФБР, но понял, что ошибся. Их правые руки были засунуты в карманы плотно облегающих пиджаков. Все на них было одинаковое: рядовые черные костюмы, черные широкополые шляпы, белые рубашки с пестрыми галстуками. Внешне они выглядели как водевильные персонажи, и, только взглянув в их глаза, можно было понять, что они скорее походят на змей или на каких-то других пресмыкающихся с обрубками вместо туловища.

– Вы хотели меня видеть? – спросил Феннер. Одного взгляда на подозрительно оттопыривающиеся карманы было достаточно, чтобы понять, что ему в живот направлены два ствола.

– Да, нам надо с тобой потолковать, – сказал один из незнакомцев.

Феннер повернул обратно в кабинет. Увидев неожиданных «клиентов». Пола потихоньку выдвинула ящик стола и положила руку на кольт Феннера.

– Руки на стол, стерва, – угрожающе процедил один из пуэрториканцев.

Пола нехотя положила руки на стол, демонстративно повернув их ладонями вверх.

Коротышка вышел в прихожую в огляделся. Вид у него был озадаченный. Он подошел к навесному буфету, в котором Пола хранила все необходимое для кофе и чая, заглянул внутрь и недовольно выругался.

– Если джентльмены немного подождут, то мы приготовим им горячий обед и уложим спать. Мы хотим, чтобы вы чувствовали себя как дома, – сказал Феннер.

– Сейчас мы тебя сами уложим, – сказал коротышка постарше, вертевший в руках массивную пепельницу.

Вдруг он резко с разворота ударил ею Феннера по лицу. Феннер успел только немного отвернуться. Сильный удар пришелся ему в глаз и на левую щеку.

Второй пуэрториканец выхватил курносый короткоствольный пистолет и так сильно ткнул Полу в бок, что та вскрикнула от боли.

– Только пошевелись, и мы выпустим твоей девке кишки. Феннер спокойно вытащил из кармана чистый белый платок и приложил его к окровавленной щеке.

– Ну, ребята, вы мне еще за это ответите, – с угрозой произнес он.

– Лицом к стене! Живо! Нам надо осмотреть вашу вонючую контору. И без шуток, пока я тебе еще не добавил, – прикрикнул на Феннера один из гангстеров.

Тут Феннер окончательно убедился в том, что они пуэрториканцы. Таких можно встретить сколько угодно во всех портовых городах южного побережья. Стиснув зубы в бессильной ярости, он повернулся и уперся руками в стену собственного кабинета. Единственно, что его сдерживало в этот момент, так это беспомощно сидевшая за столом Пола, в грудь которой упирался пистолет. Феннер сразу понял, что с этими «друзьями» лучше не рисковать.

Старший пуэрториканец обыскал Феннера.

– Сними пиджак и брось его мне.