Вода между тем наполнила все ванную, и Ева нажала все на ту же красную кнопочку с надеждой на то, что теперь сработает обратная функция. Но — о ужас! — вода продолжала прибывать! Ева снова и снова включала и выключала кнопку, но мощный поток никак не реагировал на ее манипуляции. Ева запаниковала, вода уже подобралась к краю ванны. Девушка начала панически нажимать все клавиши и кнопки подряд. Ситуация не менялась, только завихрения в ванне стали более выраженными, так как Ева, видимо, поменяла программу подводного массажа. Да к тому же заработал душ. Ева чертыхнулась и вместе с первыми же порциями воды из ванны на кафельном полу вылезла из джакузи. Она нацепила на мокрое тело халат и принялась черпать воду с пола ладонями и выливать ее в унитаз. Затем к этому же неблагодарному делу подключила и пластмассовую мыльницу. Когда воды на полу было уже по щиколотку, Ева понеслась по коридору из ванной с криком о помощи. Она пробежала лестницу, затем вернулась и зашлепала босыми, мокрыми ногами по лестнице вниз.

«Придется все же разбудить Юрия», — подумала она.

Ева метнулась к дивану в гостиной, в темноте свалив что-то со столика, причем, судя по звуку, это что-то разбилось. Диван оказался пуст.

— Черт! — выругалась Ева, откинув мокрые волосы с лица. — Ну конечно, сначала Юрий остался внизу, так как не хотел подниматься на второй этаж. Но так как он все равно был вынужден приковылять на мои безумные крики, когда я залезла в кровать домработницы, то зачем ему понадобилось бы снова спускаться вниз, если спокойно мог пойти в свою спальню?! — провела сложную цепочку умозаключений Ева и рванула наверх. «Только где его комната?!» — с ужасом подумала она, стараясь не смотреть на уже увлажнившийся пол в стороне сантехнического узла.

Ева открыла дверь в комнату домработницы и ворвалась к ней, не думая о том, что нарушит ее сон. Клавдия Михайловна мирно спала, храпя на весь дом. Ева наклонилась над ней и затрясла ее за плечо.

— Клавдия Михайловна, проснитесь!!

Домработница перестала храпеть, вздрогнула, судорожно вздохнула и открыла глаза.

— Клавдия Михайловна…

— Ты?! Опять ты?! Да что же это такое сегодня?! Почему ты не даешь мне поспать?! У тебя что, установка такая?

— Мне нужна ваша помощь! Где спальня Юрия?

— Да вы что?! Господи, когда же он перестанет водить в дом всяких…

— Вы не понимаете, мне Юрий очень нужен! В доме есть еще мужчины?! — продолжала умолять Ева, стоя в мокром халате и с мокрыми волосами.

— Вы озверели, что ли?! Выйдите из моей комнаты! — побагровела Клавдия Михайловна.

— В ванной потоп!

— Я сейчас вам устрою такой потоп!

Ева вылетела как ошпаренная из комнаты домработницы и похолодела, так как вода вовсю текла по коридору к лестнице на второй этаж.

— Юра!!! — закричала она на весь дом.

Через несколько секунд на втором этаже открылись две двери, из одной выглянуло озлобленное лицо Клавдии Михайловны, из другой показался Юрий в одних плавках и бинтом на боку.

Слова «Да она ненормальная!» замерли у домработницы в горле, когда она увидела весь этот потоп.

— Там ванна… — жалобно проговорила Ева.

Юрий побежал по коридору, хлюпая ногами по воде. Мокрая, растрепанная Ева понеслась за ним, а Клавдия Михайловна, охая и причитая, подняв до колен длинную ночную рубашку, пустилась за ними вдогонку. Юрий ворвался в ванную комнату, где воды было уже по колено, нажал комбинацию каких-то кнопок, и вода прекратила течь.

— Не дружите с техникой?! — спросил он у Евы, полуобернувшись к ней.

— Совершенно верно.

— Какой ужас!! — заглянула в ванную подоспевшая Клавдия Михайловна. — Юрий, она залила тебе весь дом. Теперь вздуется весь паркет и испортятся стены. Милочка, ты знаешь, сколько здесь стоит евроремонт? — ехидно поинтересовалась она.

— Я сейчас приберу… — неуверенно проговорила Ева, уже начинавшая замерзать в мокрой одежде.

— Почему сразу не позвали? — спросил Юрий.

— Я думала, что сама справлюсь, — неуверенно ответила Ева.

— Вот этим? — спросил он, указывая кивком головы на одиноко плавающую по полу, словно кораблик, пластмассовую мыльницу.

Именно ею Ева черпала воду. Девушка покраснела, нагнулась и начала собирать воду большим махровым полотенцем и отжимать его в раковину.

— Так два дня будешь ее собирать, — заключил Юрий, стоя в одних трусах и повязке, словно морской пират после сражения. — Клавдия Михайловна, позови ребят из охраны, пусть вызовут аварийную службу и откачают воду.

Домработница кинулась выполнять поручение. Ева продолжала свой мартышкин труд, шмыгая носом.

— Ева, перестаньте, сейчас придут люди и все уберут!

Она не слышала его, готовая провалиться от стыда сквозь землю. Она не перестала нагибаться и отжимать полотенце, пока Юрий не взял ее за плечи и не встряхнул.

— Ты слышишь меня? Перестань! Иди, переоденься в сухую одежду!

— Юра!!! — раздался громогласный призыв домработницы, которая вернулась с первого этажа. — Залило твою комнату с радиоаппаратурой, не работает домашний кинотеатр, который висит на стене, по ней вода льется. Навернулись кондиционеры по всему дому, и испорчено несколько стен и потолок! — яростно перечисляла Клавдия Михайловна, каждым своим словом вонзая нож в сердце Евы.

Гостья сжалась и умоляюще посмотрела на хозяина дома круглыми от ужаса глазами.

— Извините меня… я не хотела. Если бы не эта идиотская мечта полежать в ванне с воздухом… Меня словно бес попутал… я заплачу… Вернее, денег у меня нет, но я отработаю, отдам с течением времени… — Ева, осененная мыслью, схватила Юрия за руку и горячо заговорила. — Позвоните в автосервис, скажите, чтобы они не ремонтировали мою машину. Это компенсирует часть расходов на ремонт!

— Часть расходов на ремонт! — передразнила ее Клавдия Михайловна, подбочениваясь. — Да там же везде японская техника и компьютеры, там все сгорело и ничего не исправишь! Юрий Владимирович, придется все покупать заново, а это не одна тысяча долларов!

Словно в подтверждение ее слов Ева громко чихнула и заплакала.

— Клавдия Михайловна, прекратите травить ее! В любом случае это будут мои расходы, а не ваши, и не надо из-за этого так переживать! — осадил Клавдию Михайловну Юрий. — Отведите Еву к себе и дайте ей что-нибудь сухое из одежды! Человек, можно сказать, жизнь мне спас, а вы о какой-то системе кондиционирования!

— Я же для вас старалась, — обиженно поджала губы домработница, ошарашенная столь решительной защитой этой кикиморы. — Следуйте за мной, — процедила она сквозь зубы и пошла по коридору.

Ева протерла очки, шмыгнула носом и обернулась к Юрию поблагодарить его. Дальше действие развивалось, словно при замедленной съемке фильма в жанре черной комедии. Юрий поскользнулся, будучи босиком на мокром кафеле, и упал прямо раненым боком на угол ванны. Ева закричала, а он лежал, уже больше ни на что не реагируя, замерев на месте. Только бинтовая повязка на боку мгновенно пропиталась кровью, и эта же алая кровь потекла по белой ванне, белоснежному кафелю, смешиваясь с водой в причудливых узорах.

— Клавдия Михайловна, помогите! — кинулась к нему Ева.

Домработница, запричитав, кинулась к хозяину с другой стороны. Вдвоем, уцепившись в бездыханное тело с двух сторон, женщины выволокли его в коридор. В дом уже входили люди в спецодежде, то были охранники территории и круглосуточно дежуривший сотрудник эксплуатационной службы здания.

— Помогите! — крикнула им Клавдия Михайловна.

По лестнице послышался топот ног, и поспешившие на помощь мужчины перенесли тело Юрия к нему в комнату на кровать. Бинты стали абсолютно красного цвета. Ева отодрала повязку и поняла, что края раны частично разошлись, — видимо, он повредил ее при неудачном падении.

Юрий открыл глаза, и постепенно взгляд его приобрел осмысленность.

— Болит…

— Края раны разошлись… — пояснила Ева, прижимая дрожащими, холодными пальцами к кровоточащей ране чистую простыню, которую ей услужливо протянула присмиревшая домработница.

— Что делать?

— Надо опять шить…

— Ева… — сглотнул Юрий, — я этого больше не выдержу.

— Я вызову «Скорую»! — решительно заявила Ева, вставая.

Юрий с силой вцепился ей во все еще мокрый халат и стащил его с голого плеча.

— Не надо, прошу! Умоляю, за любые деньги решите этот вопрос в частном порядке!

— Но почему вы так боитесь официальной помощи?

— Я не хочу рассказывать, просто поверьте мне, — Юрий устало откинулся на подушку.

— Принесите телефон, — попросила Ева вошедшего мужчину в форме охранника, так как сама боялась отпустить давящую повязку, хоть немного унимавшую кровотечение.

Мужчина выполнил просьбу Евы. Она дрожащим пальцем набрала телефон кафедры патологической анатомии и принялась терпеливо ждать, представляя, как противно звучат телефонные гудки на другом конце. Ожидание становилось мучительно долгим.

«Ну давай, Женя! Возьми трубку, не спи! Сейчас, сейчас он ее возьмет… Пока он услышит звонок, проснется, поругается, встанет, поднимется в ассистентскую… Только бы он не напился окончательно после нашего отъезда…» — думала Ева. — Женя?! Евгений Ильич, это Ева, извините меня, пожалуйста, за беспокойство!

— Что-то с лысым раненым? — зевнув, произнес заспанный голос, сразу догадавшись, с кем и что произошло, чем несказанно порадовал Еву. Все это давало надежду, что Постников не пьян, вернее, не пьянее, чем был.

— Он упал, и снова открылось кровотечение, — выпалила Ева.

— Плохо… очень плохо…

— Женечка, дорогой, собирайся, пожалуйста. Сейчас за тобой приедут, только не забудь взять с собой инструменты, шовный материал и бинты! Юрия я к тебе в морг не довезу, его лучше не беспокоить!

Клавдия Михайловна на последнем предложении Евы поперхнулась и закашлялась.

Ева решительным жестом указательного пальца водрузила очки на переносицу и скомандовала мужчине в форме:

— Возьмите машину и немедленно привезите врача к Юрию Владимировичу, пока он не истек кровью.

— Да… да, конечно… Куда ехать? — испуганно сглотнул мужчина. — Я зашел сказать, что почти всю воду отключили.

— Знаете, где находится медицинский институт? — спросила Ева.

— Знаю, у меня там дочка двоюродного брата училась.

— Вот! Во внутреннем дворе расположено небольшое трехэтажное здание. Заберете оттуда Евгения Ильича, он предупрежден и будет ждать вас. Это здание — морг, — деловито пояснила Ева.

— Что?

— Морг.

— А… это… Юрию Владимировичу не рано туда? — осторожно подбирая слова, поинтересовался охранник, который еще не совсем понимал, кем приходится эта девица в очках хозяину дома.

— Она точно сумасшедшая, — процедила сквозь зубы Клавдия Михайловна.

Юрий, сдерживая стон, засмеялся, сотрясаясь в беззвучных конвульсиях. Капли пота от боли и слабости скатывались у него по лицу и лысой голове.

— Не смейтесь, вам нельзя! — строго прервала его конвульсии Ева, поясняя непонятливому охраннику. — Просто этот врач работает в морге. И еще! На обратном пути заверните в аптеку и купите лекарства вот по этому списку. — Ева метнулась к висящему на спинке стула пиджаку Юрия и вытащила из кармана бумажку, на которой Евгений Ильич записал Юрию обезболивающие препараты и антибиотики. Ева тогда запомнила, куда ее сунул Юрий.

Охранник пообещал выполнить поручение, зная, что Юрий Владимирович потом щедро отблагодарит его за оказанную услугу.

— Эта женщина принесла нам одни неприятности, — сухо проговорила Клавдия Михайловна, косясь на Еву.

— Перестаньте, — прервал ее Юрий, — я сам врезался в ее машину. А вы, то есть ты, Ева, не стой, посиди, пожалуйста, со мной, — попросил ее Юрий.

— Обязательно, — согласилась Ева, видя, что под раненым боком одеяло уже тоже пропиталось кровью, — только пойду переоденусь и принесу чистое полотенце.

Она бросилась бегом в свою гостевую комнату, быстро надела свой мятый, в засохшей крови костюм, стянула мокрые волосы резинкой и припустила обратно в комнату хозяина дома.

— Я еще жив… — слабо ответил Юрий и предложил: — Может быть, вызовем пожарный расчет заранее?

— Зачем? — поинтересовалась Ева, прикладывая к его боку новое полотенце и скидывая пропитавшееся кровью на пол.

— Ну… возможно, ты захочешь что-нибудь приготовить себе на завтрак? У меня там много интересных электроприборов…

— Издеваетесь? Я же не нарочно испортила вам весь дом! Сами пригласили на ночлег! — вспыхнула Ева.

— Шучу! Я же не знал, что ты устроишь потоп, а то еще бы хорошенько подумал, приглашать тебя или нет, — поддразнил ее Юрий и перевел дух.

Ева видела, что говорит он специально, чтобы не потерять сознание, не отключиться. В то же время каждое слово отбирало у Юрия последние силы. Она не могла точно сказать, сколько просидела, прижимая чистые вещи к ране Юрия, но когда в дом вошли охранник с Евгением Ильичем, у Евы уже затекли руки.

Евгений Ильич порадовал Еву тем, что был бодр, свеж, фактически трезв, и еще тем, что догадался купить в аптеке одноразовые шприцы и ампулы с обезболивающим раствором.

— Где можно помыть руки? — обратился он к Клавдии Михайловне, стоявшей в дверях комнаты с самым суровым видом.

— Еще полчаса назад руки у нас можно было помыть везде! — огрызнулась она, стрельнув глазами на Еву. — Пойдемте со мной.

Люди в спецодежде уже устранили неполадку в хозяйстве Юрия. Евгений Ильич помыл руки, обколол обезболивающим лекарством края раны и сшил все заново, предупредив:

— Можно поаккуратнее, молодой человек? Я же бываю занят, мне приходится делать вскрытия.

Также Юрию сделали уколы антибиотика, и он, измотанный и опустошенный вконец, почувствовал облегчение. Клавдией Михайловной доктор был любезно напоен чаем с тортом и отвезен обратно на работу охранником, так как остаться переночевать в доме Евгений наотрез отказался.

Когда Юрий уснул, Ева решила посидеть два часа до утра в отведенной для гостей комнате и ни в коем случае не пользоваться ни одним прибором в этом доме, даже не включать свет во избежание короткого замыкания. Но когда она прилегла прямо в верхней одежде на кровать, то сразу же провалилась в глубокий сон. Снился ей хозяин дома, которого Евгений Ильич разделывал прямо как коровью тушу. При этом Юрий весело улыбался, подмигивал ей и просил обратить внимание на то, как он мужественно все переносит без анестезии.

Глава 6

Очнулась Ева с тяжелой головой, полностью разбитая. Еще бы, провести такую ночь! Она кряхтя поднялась на ноги, приблизилась к окну и раздвинула пальцами жалюзи. На улице вовсю шел дождь, и было заметно, что уже далеко не раннее утро. Ева протерла глаза, застелила кровать, взяла свою сумку и покинула комнату. Никого не встретив в коридоре, она спустилась по лестнице в холл и лоб в лоб столкнулась с Татьяной Коршуновой, своей подругой и женой профессора микробиологии Льва Леонидовича. Таня стояла посередине гостиной в ярком платье леопардового окраса. Ткань изящно облегала ее стройную фигуру. На ногах красовались туфли на шпильке, белые волосы струились по округлым плечам. На взгляд Евы, Татьяна походила на уличную проститутку: слишком уж вызывающе смотрелась. Но за свой вкус девушка не поручалась. Сама Ева не могла похвастаться смелым сексуальным нарядом, подчеркивающим ее достоинства. Ее светлый, стандартного покроя костюм больше напоминал половую тряпку с бурыми пятнами засохшей крови. Волосы, уложенные в прическу, торчали во все стороны прямыми концами. Довершали сногсшибательный образ ее очки для близорукости в старомодной, пластмассовой оправе.

— Ты?! — выдохнула Татьяна.

— Я, — подтвердила Ева, — а ты что тут делаешь?! За мной приехала? — радостно предположила Ева.

— Я тебя спрашиваю, что ты здесь делаешь?! — взревела Татьяна, и ее красивое лицо перекосила гримаса злобы. — Это так-то ты отблагодарила меня?! Я же твоя подруга, разве можно было так подло поступать со мной?! Тихоня тихоней, а быстро сориентировалась!